Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

14 февраля 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В екатеринбургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель прихода во имя святой великомученицы Екатерины отец Иоанн Никулин.

– Отец Иоанн, не так давно в Екатеринбурге завершилась VI Всероссийская научно-богословская конференция «Церковь. Богословие. История», посвященная 100-летию мученической кончины святых царственных страстотерпцев. Вы являетесь одним из организаторов этой конференции. Как все прошло? Сколько участников было? Какие интересные доклады Вам запомнились? Расскажите немного об этом.

– Во-первых, мне хотелось сказать о том, что цель конференции – это обмен исследованиями, теми наработками, которые делают церковные и светские ученые в области богословия, смежных дисциплин. И задача конференции – прежде всего развитие богословия и смежных дисциплин, развитие церковной науки. Конечно, конференция – это такая площадка, где мы не только между церковными учеными, но и между церковными и светскими учеными можем поговорить на сложные темы, услышать друг друга и понять. Это позволяет развивать науку и церковную, и светскую и находить новые подходы к решению разных задач, прежде всего научных.

Конференция была интересной. В ней приняли участие больше ста двадцати исследователей; большинство, конечно, из Свердловской области, но было представлено больше десяти регионов России; много докторов наук, кандидатов наук. Было шесть секций. Отдельно – молодежная секция, это первый в этом году опыт. Там, конечно, были не совсем строго научные доклады, когда исследователь берет какие-то уникальные вещи и получает новые знания. Но эти ребята постарались, много сделали, было радостно и приятно их слушать, потому что когда люди стремятся узнать новое, рассказать это другим, то они проносят это знание через себя и делают его своим. Очень ценный, на мой взгляд, опыт. И это приучает молодых людей к науке, к каким-то научным изысканиям, то есть все очень ценно и интересно.

– Вопрос телезрительницы из Краснодарского края: «Скоро будет Прощеное воскресенье: праздник, чин прощения – все это трогательно. Но я по себе человек очень злопамятный. Всегда исповедую этот грех, он мне очень мешает. Иногда отпускает, но только меня тронь – все всплывает наружу. Поэтому чин прощеного воскресенья для меня тяжелый. Я говорю: «Бог простит, и я прощаю», но сердцем как-то не получается простить. Не знаю даже, есть для меня какая-то помощь или нет?»

– Вопрос очень интересный и полезный. Потому что очень часто мы не замечаем своего духовного роста, и это совершенно нормально. К примеру, человек приходит на исповедь первый раз с проблемой, скажем, гнева: всегда, когда он едет на работу, в троллейбусе гневается на кондуктора, у него такая привычка. Мы все, так или иначе, имеем привычку ко греху, мы привыкли грешить и не задумываемся об этом, и с этой привычкой труднее всего бороться. Человек начинает с ней бороться: сначала ему кажется, что он десять раз в день был груб с кондуктором. Он ходит регулярно на исповедь, каждую неделю исповедуется, причащается. Через год замечает, что стал не десять, а восемь раз гневаться. Лет через десять он стал один раз гневаться. И всегда он приходит на исповедь в субботу вечером и говорит: «Батюшка, я опять гневался». Ему кажется, что ничего не изменилось в его жизни, но на самом деле он сделал большую духовную работу.

Когда мы не замечаем наши привычки, то мы гневаемся (или другой какой-то грех совершаем) бесчисленное число раз. А когда начинаем замечать это, то постепенно, постепенно, если прилагаем к этому усилия, живем в Церкви, работаем над этой привычкой, чтобы искоренить ее, она начинает исчезать. Не сразу, иногда на это требуется даже пять-десять лет. Это первый момент.

Другой важный момент. Очень часто мы боимся простить друг друга, потому что полагаем, что это прощение неискреннее. То есть нам кажется, что если мы в сердце своем не готовы человека простить, то наше внешнее покаяние – покаяние  умом, покаяние головой, а не сердцем – будет как бы ненастоящим.

Наверное, каждый замечал такое: если вдруг в нашей жизни произойдет какая-то ссора и если себя переселить, искренне попросить прощения  перед близким человеком, с которым произошел разлад по какой-то причине (даже если наше сердце будет сопротивляться, но умом мы понимаем, что должны просить прощения, правы мы или не правы – в данном случае это не имеет значения), то это внешнее прощение вдруг начинает действовать и на наше внутреннее сердечное прощение.

Иногда нам утром не хочется молиться, но мы собрались, встали, положили поклон, начали говорить слова молитвы… И если делаем это с желанием, усердием, то эти молитвы касаются нашего сердца: наше сердце отзывается молитвой, мы вдруг просыпаемся от духовного сна и начинаем постепенно входить в молитву. Как говорится, аппетит приходит во время еды.

Поэтому нужно всегда стараться примириться друг с другом, испросить прощения, даже несмотря на то, кто прав, а кто не прав. Мы просим прощения не за то, что мы не правы, как иногда нам кажется, а просим прощения за то, что не можем поддержать мир Христов между собой, за то, что мы своими грехами разрушаем этот мир Христов. Никакая злость не должна овладевать нашим сердцем. Разделение – это всегда негативная сторона нашей жизни. Поэтому надо стараться пусть хотя бы внешне, но попросить друг у друга прощения, понимая, осознавая умом свое недостоинство. И со временем, если мы будем стараться, Бог коснется сердца – и оно тоже простит.

– А не будет ли это лицемерием, если человек на словах просит прощения и на словах прощает того человека, который к нему приходит с примирением? Формально, внешне он прощения попросит и даст, а по факту останется с тем самым убеждением, которое у него было раньше…

– Является ли лицемерием, когда мы приходим на исповедь, раскаиваемся, например, в гневе, но проходит десять минут, и мы снова этим грехом согрешаем, пусть даже внутренне, внешне не показывая этого? Ведь мы, когда каемся, все-таки осознаем свой грех и искренне стараемся уже так не делать. Но привычка ко греху вновь затягивает нас, и мы вновь согрешаем. Это не означает, что мы совсем неискренне каялись или старались обмануть Бога.

Мне кажется, иногда как раз нужно пересилить себя, свои эмоции, свою гордыню и внешне, заставляя себя, попросить прощения. Человек все-таки должен иногда тоже слушать свой ум (потому что все-таки ум не зря дан человеку), а не только следовать своим эмоциям, своим греховным наклонностям и так далее. Нужно прислушиваться к своему уму, ум тоже часть человека. Если человек умом понимает, что он должен попросить прощения, должен примириться со своим ближним, то почему он не должен послушаться своего ума? Почему он должен послушать свое сердце, которое может быть отягощено какой-то злостью?.. Это не будет лицемерием. Будет лицемерием, если человек делает это неискренне, то есть он хочет раскаяться не потому, что хочет примириться с человеком, а для того, чтобы что-то получить от этого. Вот это будет неискреннее прощение.

– По крайней мере, чтобы цель и желание были в ту сторону.

– Да.

– Вопрос телезрителя: «В Евангелии от Луки сказано так: если твой брат согрешил против тебя, выговори ему; если он покается, – прости. Есть там маленькое условие: «если». А мы в Прощеное воскресенье говорим друг другу эти слова какой-то кампанейщиной. Мы даже порой не знаем человека, он нам никогда ничего не делал, а все равно просим прощения друг у друга. Получается какой-то цирк. А покаяния-то никакого нет».

– Действительно, очень часто в большом храме, где прихожане друг друга не знают, получается как бы странная картина. Но, во-первых, надо сказать о том, что главное – это наш внутренний настрой: как мы хотим испросить прощения и хотим ли мы его испросить. Нам не должно быть важно, как другие люди думают об этом, искренне они просят прощения или нет, потому что мы за них не будем отвечать на Страшном Суде, мы будем отвечать за наши дела и поступки. И мы испрашиваем друг у друга прощение не только потому, что знаем друг друга. Конечно, нужно просить прощения не только в храме, но и у людей, которые окружают нас; позвонить близким и родным, если мы не можем их в этот день увидеть; если не можем позвонить, – написать, сейчас есть разные средства связи: электронная почта, sms-сообщения и другие.

Часто нам кажется, что мы вроде бы ничего этим людям и не должны. Казалось бы, есть у меня на работе знакомый, который тоже верующий, вроде бы мы с ним не ругались, не ссорились, за что же я буду просить у него прощения? Но на самом деле очень важно понимать, что мы просим прощения не только за то, что мы сделали, но и за то, что не сделали, за то, что не оказали той евангельской любви, которую могли оказать этому человеку.

То есть совершенно необязательно человека в храме знать, чтобы у него просить прощения; ведь мы ходим с ним вместе в один храм и, может быть, когда-то не оказали ему внимания. Поэтому всегда есть о чем попросить у другого прощения.

– Мы ходим с тобой в один храм, но даже друг друга не знаем  – это уже повод.

– Уже за это можно просить прощения. То есть я не вижу в этом вообще какой-то проблемы. Я вижу проблему в том, что мы не хотим искренне простить. Вот это проблема. Но это проблема каждого из нас, проблема нашей духовной жизни, наших страстей. Вот это гораздо более серьезная проблема, чем то, что люди, к сожалению, не знают друг друга в храме. Это уже беда нашей приходской жизни, что мы друг друга не знаем. Раньше все друг друга знали, и, собственно, было за что просить прощения. В принципе, сейчас в хороших, сильных приходах всегда почти все друг друга знают. Поэтому множество поводов искренне, со слезами, с низким поклоном просить друг у друга прощения.

– Мне кажется, еще несколько слов стоит сказать по поводу того, когда появилась такая традиция; даже не именно когда, а почему. Я слышал версию о том, что когда монахи перед Великим постом уходили молиться в пустыню, была велика вероятность того, что они не вернутся, больше не встретятся. Поэтому, чтобы не разлучиться на ноте непростительной, они испрашивали прощения. Так ли это?

– Не могу сказать определенно об истории происхождения этой традиции. Хотя явно она монашеская, связана с монашеским устройством, с монастырским житием. Как, в принципе, наш современный церковный устав имеет монастырское происхождение. Мне кажется, гораздо важнее духовная составляющая этого чина прощения. Потому что мы подходим к Великому посту. Приступая к Великому посту, мы должны осознать, способны ли мы поднять груз этого труда.

Например, человек отправляется в длительный поход (я в молодости ходил в походы), всегда нужно хорошо проверить: какое у тебя снаряжение, сколько вещей в рюкзаке, нужны ли эти вещи. Каждый грамм вымеряют туристы, спортсмены для того, чтобы не нести ничего лишнего.

Поэтому мы, приступая к посту, тоже должны осознать: ведь мы согрешаем, и эти грехи – как камни, которые мы с собой тащим: чем больше этих грехов, тем тяжелее мешок.  И как раз Церковь призывает нас простить друг друга, чтобы начать пост как бы с чистого листа, с «пустым рюкзаком», с чистой совестью. На это настраивают и богослужения Великого поста: отсечь все и снова начать восхождение к светлому Христову Воскресению.

– Вопрос телезрительницы из Подмосковья: «У меня племянница умерла 25 февраля, год со дня смерти будет как раз на первой неделе поста. Мы переживаем по поводу поминок. В церкви можно будет помянуть в субботу, воскресенье. А дома? Ведь все, кто ее провожал, пост не соблюдают. Как с этим столом быть? Или можно только в церкви помянуть, а дома скромно? Очень беспокоимся».

– Думаю, беспокоиться об этом не стоит, потому что молиться о упокоении на первой седмице Великого поста можно. Более того, напротив, устав предписывает совершение заупокойной литии в определенные моменты богослужения первой седмицы Великого поста. Поэтому совершенно спокойно можно пойти в храм, заказать панихиду, помолиться во время этой панихиды.

Другой вопрос, что устроение скоромной трапезы, конечно, будет нарушением поста.  Можно организовать постную трапезу, это не будет каким-то плохим моментом. Я не вижу проблемы в том, чтобы помянуть с постным столом. Наверное, как-то так стоит поступить.

– Батюшка, мы с Вами, так или иначе, затронули тему подготовки к Великому посту, в частности чин прощения, который совершается в последнее воскресенье перед Великим постом. Но все-таки продолжается последняя подготовительная неделя к этому многодневному молитвенному подвигу. Как ее провести? Как уже изменяется богослужебный ход, богослужебный ритм? Как настроиться на святую Четыредесятницу?

– Чтобы настроиться на святую Четыредесятницу, прежде всего надо понимать, для чего существует пост. Иногда пост нашими современниками понимается как некая диета, благодаря которой можно похудеть, поправить свое здоровье, решить какие-то свои внутренние проблемы. Многие соблюдают пост, но при этом не посещают богослужений, считая при этом себя христианами, и думают, что это нормально.

Мне кажется, что лучше всех о посте сказал апостол Павел, сравнивая постящегося с атлетом, спортсменом; это сравнение, наверное, самое близкое, которое передает смысл поста. Спортсмен, чтобы не потерять форму, должен каждый день тренироваться, иначе, когда придет время Олимпийских игр, он проиграет. Поэтому каждый день и в снег, и в дождь спортсмен (бегун, например) бегает, ни одного дня не пропускает.

Так и христианин. У христианина тоже возникает соревнование тогда, когда мы оказываемся перед нравственным выбором: согрешить или не согрешить. Нам нужно тренироваться в этом выборе, и мы специально создаем себе этот выбор. Мы можем, придя в кафе (где обедаем на работе), купить котлету, а можем обойтись без котлеты. Мы специально устраиваем себе нравственный выбор, для того чтобы тренировать себя в этом нравственном выборе. Пост – это самоограничение, для того чтобы нам привыкнуть к этому самоограничению, чтобы нам иметь привычку этого самоограничения. Чтобы мы могли себя остановить, когда в нашей жизни возникает желание согрешить.

Пост важен не как самоцель, а как аскетическое средство, которое помогает нам становиться ближе к Богу. Но не сам пост приближает нас к Богу; приближает молитва. Пост лишь помогает сосредоточить свою молитву к Богу. Но если мы будем только молиться и при этом лежать на диване и есть мясные деликатесы, то вряд ли наша молитва будет усердной. С другой стороны, если мы будем только строго поститься, но при этом не будем молиться, не будем возлагать на себя каких-то нравственных подвигов, то и диета эта окажется абсолютно бесполезной. Поэтому Христос и говорит в Евангелии: род сей изгоняется только молитвой и постом. Пост и молитва должны быть вместе: молитва – для нашей души, для духовной составляющей человека;  пост – ограничение для тела. Вместе они нас приближают к Богу.

– Вы сравнили постников с атлетами, спортсменами. Но когда речь идет о спорте – это соревнование, стремление побороть друг друга. Мы все-таки во время поста не стараемся соревноваться: кто усерднее постится, кто больше молится...

– Спортсмены, когда тренируются между соревнованиями, тоже никого не обгоняют, они просто работают над собой. А когда у нас соревнование, мы боремся с самими собой, со своими желаниями. Например,боремся, когда хотим сделать что-то против Бога, не по-божьему, но если у нас уже есть тренировка, есть опыт, мы себя останавливаем в эти моменты.

– Вопрос телезрительницы из Ставропольского края: «Очень много говорят о чтении духовной литературы, о том, что необходимо молиться, читать вечернее и утреннее правило, Псалтирь, Евангелие. Но я никогда не слышала, чтобы говорили о том, что нужно читать Псалтирь Богородице (псалмопение Богородице, составленное по типу псалмов). Моя крестная (она уже умерла) подарила мне этот сборник, очень душевный и очень искренний, но я никогда нигде не слышала, что его можно и нужно читать. Узнала только, что читать его можно с благословения батюшки. А я его читала без благословения, а теперь вообще перестала, потому что нигде не слышала, можно читать его дома или нельзя».

– Вообще все книги, которые вышли по благословению того или иного владыки или патриарха или имеют гриф Издательского совета, в целом можно читать и без благословения. Благословение священника на чтение той или иной книги нужно только тогда, когда мы исповедуемся у одного и того же священника, когда он знает наш духовный уровень, потому мы испрашиваем благословение для того, чтобы не взять слишком трудную для себя книгу.

Ребенок начинает кушать сначала молоко матери, потом протертые овощи, фрукты, а затем лишь мясо кусками; все делается постепенно. Если мы сразу дадим ребенку мясо кусками, он просто не выживет. Так и христианин, который воцерковляется: важно, чтобы под присмотром священника или другого опытного христианина человек читал книги, чтобы это приносило ему пользу. Поэтому хорошо советоваться со священником, у которого вы исповедуетесь; не столько даже брать благословение, сколько советоваться при чтении той или иной книги.

В том, что Вы это читали, мне кажется, нет ничего страшного, ничего катастрофического. Есть много в церковной традиции книг душеполезных, молитвенных, и разные из них можно читать.

Не только Великим постом важно говорить о прочтении какой-то конкретной книги. Например, один из подвижников благочестия XX века отец Серафим (Роуз) всегда Великим постом прочитывал «Исповедь» блаженного Августина. Это не означает, что все христиане должны Великим постом непременно прочитывать «Исповедь» блаженного Августина; наверно, у каждого должен быть свой путь. Главное, чтобы мы, понимая цель поста, трудились для этого поста, то есть прилагали к этому какие-то реальные усилия и в отношении добрых дел, и в отношении своего физического поста, и в отношении молитвы, и в отношении чтения книг, которые помогают нам лучше поститься, лучше молиться.

Конечно, на первом месте должно быть Евангелие, Послания святых апостолов, Деяния святых апостолов, святоотеческое наследие. Но, посоветовавшись с вашим приходским священником, всегда можно подобрать такую книгу, которая действительно принесет вам пользу. Поэтому я советую поговорить об этом на исповеди со священником, чтобы он, видя Ваш опыт веры, посоветовал те книги, которые Вам будут помогать воцерковляться глубже и глубже. А пределов воцерковления нет, наверно.

– Батюшка, поделитесь тем, какие книги Вы обычно читаете. Или у Вас от поста к посту разная литература?

– У меня нет такой традиции, как у Серафима (Роуза), от поста к посту я стараюсь прочитывать разные книги. Но могу сказать, что вообще очень полезно читать жития святых. Жития святых внешне нам могут показаться...

– … фантастическими.

– Дело даже не в фантастичности, а казалось бы: чего там? Там часто нет каких-то поучений, есть просто биография человека. Очень часто эта биография, особенно если человек жил в XX веке, довольно подробная, известно о нем все. Но чем очень ценны жития святых?  Опытом их спасения, опыт, как они спасались. Очень часто в житии видно, каким человек был и каким стал, как в трудных жизненных ситуациях он делал непростой выбор. Это как бы реализация Евангелия в жизни отдельных людей. И если Евангелие бывает для нас где-то даже непостижимо в смысле личной жизни, в какие-то вещи мы с трудом проникаем, то в житии святых бывает легче эти вещи воспринимать через их опыт.

Сегодня так происходит, что мы не знаем жития даже известных святых. Поэтому, мне кажется, очень полезный опыт – чтение дневников, житий святых, современных в том числе. Есть много таких удивительных книг. Достаточно вспомнить очень поучительные, очень полезные, даже где-то умилительные дневники митрополита Нестора, например, который просвещал Камчатку; есть книга «Моя Камчатка».

Или есть очень подробная биография Серафима (Роуза), он не прославлен пока, но он подвижник благочестия. Книга «Не от мира сего», написанная иеромонахом Дамаскином, – замечательный пример того, какой может быть подробная биография святого; очень поучительная и вместе с тем полезная, подвигающая нас к какой-то более глубокой, более осмысленной церковной жизни.

– Если говорить о чтении житий святых, то, мне кажется, было бы интересно раскрыть еще такой момент. В этом году мы вспоминаем столетие подвига святой царской семьи, столетие убийства царской семьи. Очень много, в частности в Екатеринбургской епархии, делается для того, чтобы рассказать об этом подвиге. К примеру, не так давно состоялся показ документального фильма о царской семье, и это один из способов, как популяризировать (если можно так выразиться) их подвиг и как вообще популяризировать подвиг святых новомучеников и исповедников, потому что имен много. Как сделать, чтобы для нас это все-таки были не просто имена, а чтобы за каждым именем (или, по крайней мере, за большей их частью) открывался конкретный, определенный человек?

– Чтобы раскрывался конкретный человек, конечно, прежде всего нужно его узнать. В этом смысле совсем недавно на сайте нашей Екатеринбургской епархии была такая новость: епархия запускает очень интересный новый проект – Telegram-канал, публикующий дневниковые записи царя и царицы, которые они делали, находясь в Тобольске и Екатеринбурге. С 14 февраля этот проект уже работает. Можно на сайте епархии найти эту новость, подписаться на Telegram-канал, где каждый день публикуются кусочки дневника, записанного ровно сто лет назад. Мы как бы с царской семьей можем переживать их дни пребывания в Тобольске и Екатеринбурге. Очень интересный проект, когда поденно можно быть с царской семьей, переживать вместе с ними, гулять. Они описывают самые простые, бытовые вещи, но все это передает ту атмосферу, которая там была, ту жизнь. И в сочетании с тем, что мы знаем о царской семье, что мы читали в каких-либо книгах о подвиге царской семьи, становится очень умилительным и действительно интересным такое проникновение в их каждодневную жизнь накануне  мученической кончины в Екатеринбурге.

В целом, чтобы понять подвиг новомучеников, нужно изучить их биографии. У нас есть прекрасное издание «Жития святых Екатеринбургской епархии»; книга продается, она доступна. В ней изложены биографии всех святых Екатеринбургской епархии и некоторых подвижников благочестия. Совсем недавно Ново-Тихвинский монастырь выпустил трехтомник, посвященный подвижникам благочестия; огромная работа  проведена. Когда мы это изучаем, мы знакомимся с личностью человека и начинаем его воспринимать как своего друга, нам легче этому человеку молиться, мы начинаем переживать за него, и тогда действительно в нашем сердце рождается любовь к этому святому. А если мы ничего о нем не знаем, то сколько бы ни хотели любить его, мы не будем любить его, пока не будем знакомы с ним.

– Вопрос телезрительницы из Курской области: «Мне бы хотелось знать, какую литературу, какое толкование читать на Деяния святых апостолов и на Послания святых апостолов. Какую литературу Вы порекомендовали бы?»

– На самом деле толкований, на Деяния апостолов в том числе, существует много. Я Вам порекомендую, наверное, самое доступное: называется, по-моему (точно не помню), «Руководство к изучению Апостола» архиепископа Аверкия (Таушева). Владыка архиепископ Аверкий   очень благочестивой жизни, он жил в эмиграции в Северной Америке, преподавал в Джорданвилльской семинарии и оставил труд, посвященный и Евангелию, и Апостолу. Это понятный и полезный труд, но лучше его читать, сочетая с чтением самого Священного Писания.

– В социальной сети «ВКонтакте» Павел спрашивает: «Можно ли мирянину заменять утренние и вечерние молитвы молитвой Иисусовой? И как вообще посоветуете молиться при недостатке времени?»

– Конечно, плохо, что у нас на Бога не остается времени; я бы сказал, что это ужасно. Потому что современный мегаполис устроен так, что у нас не остается времени ни для Бога, ни для наших родных, ни для друзей. Мы заменяем наше общение общением в социальных сетях, любовь к близким – звонками, а общение с Богом – какой-то суетной молитвой. Но, несмотря на все это, нужно иметь желание и силы для того, чтобы преодолевать подобное. И здесь нужно учитывать несколько моментов.

Первый важный момент – это то, что нужно стремиться всеми силами читать хотя бы несколько молитв, полностью отдавшись только молитве. То есть встать, например, вечером у своей постели и внимательно, с полной отдачей душевных сил, помолиться Богу. Такая молитва действительно будет полезна. Лучше прочитать две-три молитвы, стоя у постели, чем полностью все правило, стоя в троллейбусе, когда нас толкают, а мы отвлекаемся, раздражаемся и, собственно, занимаемся тем, что просто вычитываем молитвы.

С другой стороны, у современного человека в пространстве современного города оказывается много времени, когда голова свободна: мы едем в метро, в машине утром на работу, еще бывают какие-то ситуации, когда от нас не требуется какой-либо мыслительной деятельности; и это время мы тоже можем посвятить Богу. Но в этой ситуации лучше не заниматься вычитыванием правила, набора обязательных молитв, потому что в этом случае легче сбиться, в этом случае мы сосредотачиваемся не на молитве, не на обращении к Богу, а на формальном прочитывании. И лучше это заменить действительно чтением коротких молитв, прежде всего молитвой Иисусовой; хотя бы пять молитв со вниманием – это будет лучше, чем просто слепое вычитывание.

Может быть, даже хорошо иметь такую привычку: например, человек садится утром за руль, чтобы ехать на работу, рука его тянется включить радио, но вместо этого он вдруг осознает, что утром еще только одну молитву прочитал, что нужно это утро посвятить Богу. И вот двадцать-сорок минут он стоит в пробке и, вместо того чтобы слушать радио, начинает молиться, в том числе Иисусовой молитвой. Конечно, за рулем человек отвлекается, теряет молитву, но если иметь такую привычку, то быстро возвращаешься к молитве; главное, не разрешать себе включать радио или что-то другое отвлекающее. Сердце на такие короткие молитвы отзывается. Конечно, может быть, это не заменяет утренних и вечерних молитв, но хотя бы так, хотя бы пять, десять, пятнадцать минут посвятить Богу. Потому что, к сожалению, все больше и больше современный человек в городском ритме стремится вытеснить Бога и других людей из своей жизни.

– Как это ни прискорбно...

Вопрос телезрительницы из Москвы: «Всегда перед Причастием батюшка благословляет и напоминает нам, что мы можем быть недостойны Причастия. Скорее всего, мы все недостойны Причастия. Подскажите какие-то важные моменты изменения в себе, чтобы приблизиться к этому, чтобы быть достойным Причастия Божия?»

– Мне кажется, если христианин подходит к Чаше с осознанием того, что он достоин, то тут есть о чем задуматься. Христианин должен подходить к Святой Чаше, к принятию Тела и Крови Господних с осознанием своего полного недостоинства. Сколько бы мы ни читали молитвы, сколько бы искренне ни молились, сколько бы ни постились самым усиленным постом, сколько бы ни клали земных поклонов, все равно для нас причащение Тела и Крови Господних – это милость Божия; мы все равно не будем достойны. И, наверное, здесь не нужно себя оправдывать: «Я не приготовился, но все равно я недостоин». Так думать плохо. С одной стороны, надо стремиться к тому, чтобы подготовиться максимально, а с другой стороны, осознавать, будто мы вообще не готовились, как будто бы мы ничего не сделали.

Потому что все, что мы сделали, на самом деле не делает нас достойными. Достойными нас делает только удивительная милость Божия, удивительное снисхождение Бога к человеку, но это снисхождение будет только тогда, когда мы искренне осознаем свою недостойность, искренне хотим изменить свою жизнь (а причащение подразумевает изменение нашей жизни) и искренне прилагаем все усилия к тому, чтобы приготовиться.

Одна ситуация, когда у нас была возможность прочитать все молитвенное правило, действительно попоститься, сделать все от нас зависящее, а мы не воспользовались этой возможностью. И другая ситуация – многодетная мать, у которой шестеро детей, которая еле жива; она в двенадцать часов только легла, чтобы в четыре снова встать. Она где-то какую-то молитву не смогла дочитать, где-то не довела пост до конца, потому что нужно было за детьми доесть. Ее совесть чиста, она старалась сделать все по своим возможностям. И, использовав все свои возможности, она, может быть, окажется перед Богом более достойной, чем какой-либо человек, который все-все сделал как полагается.

Поэтому мы должны использовать все возможности, которые открывает нам Бог, и при этом полностью полагаться на Его великое милосердие. Потому что мы никогда не сможем быть действительно достойными причащения Тела и Крови Господних. Очень хорошо, мне кажется, настроение верующего в этот момент передает молитва святителя Иоанна Златоуста, которая заканчивается словами разбойника: Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими; не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедую Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем. Вот осознание христианином своего недостоинства: он просит принять его в Царство Небесное (а причащение – это вкушение этого Царства) как разбойник, то есть как человек, ничего не достойный, какого хуже на земле, может быть, нет. Вот с такими чувствами христианин должен подходить к принятию Тела и Крови Господних.

– Богослужебные сутки начинаются с вечера, поэтому уже сейчас мы отмечаем Сретение Господне, завтра во всех храмах будут совершены праздничные Божественные литургии. Хотелось бы немного поговорить об этом празднике, чему он посвящен, чтобы все понимали, почему он именуется встречей Ветхого Завета и Нового.

– Само слово «сретение» переводится как «встреча», можно перевести – «праздник встречи Господней». Как Вы правильно заметили, это встреча Ветхого и Нового Заветов, но это не какая-то безликая встреча, а вполне конкретная, личная встреча двух очень удивительных людей. Один из них старец Симеон, который многие годы ожидал пришествия в мир Мессии, Помазанника Божия, как ожидал Его и весь израильский народ. Но израильский народ не заметил пришествия Христа, а этот человек, благодаря своей богоугодной жизни, заметил, пришел в этот день в храм Господень, принял на свои руки Того, Кто должен был спасти весь мир от плена греха – Самого Христа, и произнес замечательные слова: Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром... Эти слова на каждом вечернем богослужении звучат в наших храмах. Эти слова мы произносим, когда, причастившись Святых Христовых Таин, благодарим Господа, переживая то радостное состояние Симеона, когда он встретил Христа.

И вторая – пророчица Анна, женщина, которая совсем недолго была в браке. К моменту встречи Господней ей было 84 года. Она более пятидесяти лет провела в храме, для большинства она была незаметна, трудилась (видимо, помогала, убиралась, еще что-то делала). Ее труд был незаметен людям, но заметен Богу. Эта женщина тоже удостоилась встречи с Богомладенцем Христом, и она тоже пророчествовала о будущем Спасителе.

Такая удивительная и очень умилительная встреча происходит в Иерусалимском храме, когда Пресвятая Богородица вместе с Иосифом Обручником приходит в Иерусалимский храм для того, чтобы принести жертву благодарения за рождение первенца. Согласно ветхозаветным обычаям, установленным Моисеем, нужно было принести в жертву двух птенцов; это происходило в Иерусалимском храме при рождении первенца. Связано это было еще с исходом евреев из Египта, с одной из казней, когда все первенцы в Египте были убиты. И вот, при исполнении этого ветхозаветного закона (а Христос по Своему человечеству стремился исполнить все, как было положено, и это исполнение подчеркивает полноту человечества Христа), при совершении этого обряда происходит такая удивительная встреча, которой и мы радуемся во время этого праздника.

– Спасибо Вам, что сегодня пришли на нашу программу, ответили на вопросы зрителей и рассказали о празднике Сретения Господня. Поздравляю с этим торжественным днем и Вас!

– Спасибо большое, Дмитрий! И Вас, и всех телезрителей сердечно поздравляю с праздником Сретения Господня. Пусть в каждом сердце эта встреча произойдет; важно, чтобы мы с вами были готовы к этой встрече.

Ведущий Дмитрий Бродовиков

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма святителя Иннокентия Московского в Южно-Сахалинске протоиерей Виктор Горбач.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать