Беседы с батюшкой. Иеромонах Стефан (Игумнов). Ответы на вопросы

24 октября 2021 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает сотрудник Синодального отдела внешних церковных связей, насельник Заиконоспасского ставропигиального мужского монастыря иеромонах Стефан (Игумнов).

– Сегодня Церковь празднует день святых Оптинских старцев. Эти преподобные отцы известны по всей России. Я предлагаю обсудить несколько их цитат, которые они произносили в течение жизни. Люди их записывали, запоминали и часто пользуются ими в жизни.

Преподобный Амвросий Оптинский писал: «Начинать должно с благодарения за все. Начало радости – быть довольным своим положением». Как это: «быть довольным своим положением»?

– Очень часто мы ищем подвигов ревностных, христианских, хотим подражать великим отцам или как минимум тем монахам, которые подвизаются где-то в суровых условиях, и забываем о том, что каждый из нас Богом поставлен в очень похожие условия. Каждый из нас поставлен на то место, где мы должны быть довольны своим положением, должны начинать наш каждодневный труд будничной христианской жизни с благодарения, как его начинает любой монах в самом далеком монастыре, в самой пустынной келье. Он встает и начинает благодарить Бога. Первая утренняя молитва с этого начинается. Любой возглас перед молитвами и есть благодарение Богу. Священник произносит: «Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков». Это есть благодарение Творца, Создателя нашего и Спасителя. Каждый из нас, когда думает о чем-то  сверхъестественном, взыскует каких-то сугубых подвигов и даров, должен думать о том, что все это у нас уже есть; и за это надо благодарить Бога.

– Преподобный Амвросий отмечает, что стоит принять свое положение – и к тебе приходит радость. Это так важно для человека в принципе, не только для христианина и человека верующего. Обрести радость – это смысл жизни.

– Безусловно. Тот человек, который в миру этого не понял, приходя в монастырь (если мы говорим о таком пути, о котором многие из нас мечтают), и там этого не поймет. Будучи послушником в монастыре, он все равно будет недоволен тем положением, которое у него есть: не то послушание дали, отправили чистить картошку вместо того, чтобы пасти коров, и так далее. Это будет бесконечно. Второй момент этого мудрого изречения: это простой житейский закон. Если ты будешь благодарить за то, что есть, то тогда и устраиваться все в твоей жизни будет так, как угодно Богу, и так, как это соответствует твоему внутреннему состоянию. Если все время будешь роптать (ропот – это противоположность благодарению), то всегда все будет валиться из рук, всегда будешь недоволен любым своим положением, в которое тебя Господь ставит.

По сути, чтобы принять свое положение, нужно начать благодарить Бога за то, как и что у тебя устроилось?

– Да. Чтобы в жизни все было хорошо, чтобы внешние обстоятельства соответствовали внутреннему устроению души, нужно всегда благодарить за то, что имеешь. Такой просто закон духовной жизни, чтобы была гармония, иначе будет диссонанс.

– Обратимся к словам преподобного Варсонофия Оптинского: «Если случится согрешить, верь в милосердие Божие, приноси покаяние и иди дальше, не смущаясь». Насколько это сложно, принеся покаяние на исповеди, продолжать путь не смущаясь?

– Это уже второй очень важный закон. Вторая важная тайна, которую нам открыли святые Оптинские отцы, она помогает нам бороться против дьявольских атак, нападений на нас. Одна из уловок врага рода человеческого в том, что он сначала пытается нас сбить с ног, свалить, как сильный соперник, а потом добивает уже. Мудрый совет дают нам Оптинские старцы, чтобы мы мгновенно поднялись, не лежали и не ждали, когда враг нас добьет.  Нужно всегда уповать на милость Божию. Как бы ты ни упал, встань и иди дальше, всегда верь, никогда не теряй веры, что Господь поддержит. Это оружие в наших руках против нападения врага рода человеческого, который нас пытается запутать и свалить.

– Преподобный Никон Оптинский пишет: «Самооправдание закрывает духовные очи, и тогда человек видит не то, что есть на самом деле». Очень интересная мысль про самооправдание. Как от этого самооправдания избавиться? Кажется, что оно помогает в жизни: ты совершаешь ошибку, тебя обличают, но ты вроде оправдываешься, и сходит все на нет. Но это же обман?

– Это, безусловно, обман. Самооправдание – очень тонкая духовная вещь, которая неприемлема в нашей жизни. Это не связано с предыдущим состоянием, когда речь идет о том, что мы должны верить в милосердие Божие после того, как покаялись, совершили грехи, осознали их и думаем, что Господь нас не простит за них. В том случае мы должны понимать, что за искреннее покаяние Господь прощает нам грехи. А самооправдание – это самообман. Как сказали отцы, оно закрывает нам глаза на правду. А как мы можем совершать правильные поступки, если не ориентируемся в том, что происходит в нас самих? Самооправдание, саможаление – это не те духовные состояния, которые нам нужны. Нам нужно понимать, как избежать этого самооправдания.

Нужно понимать очень четко и ясно простую истину: перед Богом мы грешны бесконечно, мы согрешаем всегда. И мы виноваты в своих грехах. Никто, кроме нас, в них не виноват. Например, соседка спровоцировала на какой-то грубый ответ. Она нагрубила, и мы ответили. Она виновата, не мы? Мы тоже виноваты, но не только мы. Вот так начинается самооправдание. В своих грехах всегда виноваты только мы. Это первое. Мы должны раз и навсегда это понять.

Второе, что нужно понять: нас спасает не самооправдание, не то, когда мы эти грехи пытаемся перед самими собой и перед Богом как-то умалить на исповеди. Это часто происходит. Как будто это будет способствовать тому, что нам Господь простит грехи. Нет же, наоборот: если мы признаем полностью свою вину. Вера в милосердие Божие должна быть непоколебимой. Это часть нашей христианской веры. Господь милосерден, Господь всегда нас принимает в Свои объятия, если мы действительно каемся и признаем свои ошибки, а не оправдываемся.

– Вопрос  телезрительницы: «Никак не могу понять, что значит «и хорошее дело бывает неприятно Богу».

– Бывает и такое. Но это то, что мы называем хорошим делом с точки зрения наших человеческих представлений. Не все дела и поступки, которые нам кажутся хорошими, являются таковыми на самом деле. Примеров можно привести много. Истинные хорошие дела, благие дела всегда угодны Богу. К таковым относятся: наша собственная работа над нашей душой, покаяние, смирение, осознание того, кто мы есть перед Богом, стремление исправиться и так далее. Все, что касается комплекса работы над собой, исправления себя, – это очень хорошие дела, которые нас приближают к Богу, и Господь их принимает.

Дела, которые относятся к нашим ближним, например…  здесь все бывает гораздо сложнее. Нам кажется, что мы что-то хорошее пытаемся делать по отношению к нашим близким, а это есть проявление нашей гордыни. Допустим, по нашему мнению, человек как-то согрешает явно, а мы хотим его исправить. Мы можем действовать совершенно разными способами для исправления этого человека. Можем действовать своим примером, любовью, терпением, а можем по-другому: принуждением, оскорблением, что он плохой,  грешник и так далее. Нам-то кажется, что это доброе дело, мы пытаемся его исправить и ему помочь.  А Господь на это смотрит иначе. Он видит, что здесь проявляется наша гордыня и что мы сами падаем в пропасть греха, когда так поступаем. Таких примеров очень много. Нам сложно правильно провести грань между тем, что есть добро и что есть зло. И только чистое христианское сердце, только пример святых угодников Божиих могут нам здесь помочь.

– Вы говорили про веру в милосердие. Мы должны верить в милосердие Божие, при этом осознавая, что мы бесконечно грешны. Как это не превратить в состояние, когда мы можем подумать, что Бог простит нас в любом случае, потому что Он милосерден? Что бы мы ни делали, приходим на исповедь, и Он нас прощает. Он же еще и наказывает…

– Бывает, мы приходим на исповедь и произносим грехи, но не чувствуем совершенно покаяния в сердце. Мы тоже можем себя обманывать в таких случаях. Очень часто бывает, что человек в чем-то уже каялся, священник говорит, что не надо второй раз каяться, но человек чувствует, что душа его еще болит, что не произошло чего-то важного в его душе, когда он каялся в прошлый раз. Тогда для него во многом это было формальное покаяние.

Я не говорю, что нужно дважды и трижды каяться в одних и тех же грехах, если они больше не повторяются. Но каждому из нас знакомо состояние того, как трудно покаяться до глубины души. И теперь представьте, что именно такое покаяние принимает Бог. Если это просто формальное перечисление грехов, а это сделать очень легко, то это нечто другое. Господь ждет глубинной перемены нашего сердца, чтобы мы перестали совершать тот или иной грех, чтобы мы его оплакали. И если такое покаяние действительно происходит, человек всей душой это ощущает. Он может потом много лет продолжать переживать совершённый им грех, что совсем не означает того, что Господь не простил этот грех, это означает глубину покаяния. Это очень и очень трудно. Глубоко ошибается тот, кто считает, что он может грешить, а потом покаяться. Покаяние  не просто произнесение своих грехов на исповеди перед священником. Далеко не так. Это огромный труд души. Это, собственно говоря, и есть основной труд нашей духовной жизни. Это то, в чем и заключается вся наша духовая жизнь: стяжать покаянное чувство. Это далеко не просто. Если мы будем относиться к этому поверхностно, то тогда никакого покаяния не будет, тогда не будет и прощения. Это очень опасно.

– Вопрос  телезрителя: «На исповеди искренне раскаиваюсь в своих грехах, которые в себе осознаю. Это получается умом или разумом. А как узнать, кается сердце или нет?»

– Вопрос очень сложный и личный. Узнать об этом можно тогда, когда прекращаешь совершать грех, в котором каешься. А во-вторых, покаяние преображает душу настолько, что происходит чудо с человеком. Он меняется, когда действительно кается. Это невозможно не понять. Если не в сам момент этого таинства, то по прошествии какого-то времени ты чувствуешь, что стал другим, меняется система ценностей. Ведь почему мы совершаем грех? Почему нам так трудно каяться? Потому, что у нас система ценностей перестроена. Теоретически мы знаем, что должно быть на первом месте, что на втором, что на третьем. Но на самом деле все не так. На самом деле все равно у нас на первом месте хорошо покушать, поболтать с кем-то, с той же соседкой упомянутой, кого-то обсудить, поспать подольше, поменьше сделать, кого-то обмануть, чтобы нам было хорошо, больше заработать денег, поменьше потратить на добрые дела, подольше посидеть у телевизора. Это можно перечислять долго. Мы так делаем? Делаем. Значит, это и есть наша система ценностей. Значит, для нас это на первом, втором, третьем, четвертом месте. Где у нас Бог? Где покаяние? Каждый может для себя ответить.

Когда происходит истинное покаяние, перестраивается система ценностей. И для человека уже не телевизор на первом месте, хотя есть, конечно, прекрасные каналы (как канал «Союз»), очень важно их смотреть, но не развлечения, не перечисленные мною вещи. Человек ощущает, что для него самым главным становится Бог, Христос, Его подвиг ради нас, Его крестная жертва. Человек понимает, что боль ближнего и страдания того, кто находится рядом с ним, для него важнее, чем его собственные «хотелки». Вот критерий, по которому мы можем понять, что с нами произошло нечто похожее на истинное покаяние: изменилась система ценностей, по которой мы живем.

– Система ценностей в христианстве достаточно понятна, она изложена в Евангелии. Получается, к ней можно прийти и она перестанет меняться? Или же ее достичь невозможно и изменения происходят в течение всей жизни?

– Церковь говорит о том, что это возможно. Истинные святые к этому приходили. Можно достичь такого состояния, когда у человека формируется устоявшаяся и непоколебимая система христианских ценностей. Этого смогли достичь избранные святые путем огромных усилий всей их жизни. Антоний Великий сколько десятилетий прожил в пещере, сколько искушений претерпел, прежде чем достиг этого состояния, которое называется святыми отцами «непадательным»... Это процесс, путь, по которому мы идем. И может так происходить (и так и происходит): только наводится порядок в нашей душе, только мы обретаем какой-то ориентир, выстраивается эта система ценностей – и опять все это рушится после того, как мы сделали неправильный выбор. Когда предпочли не Бога, а того, кто борется с Ним и с нами. Когда предпочли не добрые дела, о которых как раз спрашивала наша собеседница, не истинно добрые дела, а те дела, которые приносят удовольствие нам самим. Этот выбор мы совершаем каждый раз и вновь можем вернуться к тому же самому состоянию, когда на первое место ставим самих себя и свои удовольствия. Вот и все.

– Вопрос  телезрителя: «Справа от Христа был распят разбойник, он на исповедь не ходил, не каялся, но первым попал в рай. Только Бог может определить, правду ли говорит человек, на самом ли деле кается. Никакой священник это не определит. Человек может его обманывать и только притворяться, и это будет считаться исповедью и покаянием. На самом деле знает только один Бог об этом. Тогда получается это все бесполезно».

– Конечно, только один Бог. Церковь так и учит. Не священник прощает грехи, а Господь прощает грехи. Священник, как человек, наделенный специальной благодатью и имеющий опыт служения другим людям, помогает кающимся, направляет их на верный путь, помогает глубже покаяться, понять, что такое грех, что такое не грех, помогает избегать ситуации, когда человек, вместо того чтобы каяться, начинает обвинять других в чем-то. Вот что делает священник. И еще во время исповеди священник исполняет одну важную роль – является свидетелем между человеком и Богом. Если не будет такого свидетеля, человек окажется в ситуации, когда  легко может впасть во власть самообмана. Нужен обязательно кто-то. Господь неоднократно говорил в Евангелии об этом. Ему важно всегда, чтобы людей было двое, и тогда Он посреди них. Сколько раз Он такое говорил? Это важно. Есть в этом какой-то закон, какой-то замысел Божий, чтобы был еще свидетель.

Священник произносит тайносовершительные слова и свидетельствует перед Богом, что человеку прощаются грехи. Свидетельствует перед Богом и перед этим человеком. Но прощает грехи истинно только Бог. У разбойника на кресте был Сам Господь рядом, Который и Спаситель, и Первосвященник, и Царь, Истинный Властитель мира и наших душ. Он сразу ему простил грехи, когда увидел его сердце. Но точно так же происходит с каждым из нас. Об этом не надо забывать. Когда мы стоим у аналоя, там лежат Евангелие и крест. Зачем они там лежат? Чтобы мы помнили, что в этот момент мы и есть те самые разбойники... В этот момент у аналоя мы решаем, по какую мы руку от Христа и что произнесем. В данном случае, конечно, никто не осмеливается Бога хулить, хотя, наверно, и бывают какие-то такие случаи: осуждение ближнего, кого-то другого, не себя. Тогда ты соответствующий разбойник с одной стороны. Или осуждаем себя и говорим: «Боже, помилуй мя, грешнаго». Тогда ты разбойник, который был прощен Богом.

– Например, самооправдание у аналоя на исповеди можно отнести к деяниям того плохого разбойника, который в рай не попал?

– Думаю, да.

– Вопрос телезрителя: «Один батюшка на исповеди практически не дает ничего говорить, в основном задает вопросы: как давно ты исповедовался? с кем живешь? И говорит: кайся, проси у Бога прощения. И ты не можешь проговорить все свои прегрешения. Другой батюшка не слушает, что ты говоришь, накрывает тебя епитрахилью и, пока ты говоришь о своих грехах, читает какие-то свои молитвы. В конце спрашивает, все ли ты сказал, и читает разрешительную молитву. Такие исповеди будут приняты Богом?»

– Будут. Если вы истинно каетесь, если слезами покаяния омываете свои грехи, то такие исповеди Богом будут приняты. Замечательно, что у нас есть самые разные батюшки и такие разные человеческие подходы со стороны священника к таинству Исповеди. Можно и так, и так. Можно стоять и выслушивать, как человек будет целый час бесконечно рассказывать какие-то вещи. Можно сразу помочь человеку и задать ему наводящие вопросы.  Можно даже так, как священник, который накрывает епитрахилью (и как бы, как кажется человеку, что не слушает) и молится. Посмотрите, как замечательно: человек кается, а священник молится. У него, может быть, духовный опыт уже так позволяет, он прекрасно знает, что человек может сказать.  

В классическом варианте, конечно, человек знает, что он хочет сказать, знает, в чем он кается, осознает свои грехи, произносит их кратко, без лишних слов, от всей души с покаянием; священник это слушает, если нужно, немного ему помогает, читает молитву – и исповедь заканчивается. Но много бывает разных особенностей. Люди все разные, и души у нас устроены по-разному, и духовный опыт совершенно отличается. Исповедь происходит тогда, когда мы искренне каемся, а священник читает разрешительную молитву.

– Грехи на исповеди надо просто назвать, как они перечисляются в общей исповеди? Или же нужно рассказывать об обстоятельствах совершения греха? Больше деталей добавить, как этот грех был совершен и почему.

– Допустим, мы оскорбили человека. Пусть даже какой-то плохой человек нас спровоцировал или мы были не в настроении. И мы поняли, что оскорбили не только этого человека, но и Бога. Само осознание, что мы Бога оскорбили, отдалились от Него через этот поступок, должно нас ужаснуть, перевернуть наше сердце. И это первый шаг к покаянию.

Дальше мы идем в храм, испытывая потребность срочно исповедовать этот грех, потому что он нас мучает, разделил нас с Богом, отделил от Него. Мы подходим к аналою, к священнику, и просим, чтобы Господь нам отпустил этот грех, чтобы священник принял нашу исповедь. И что мы будем в этот момент говорить, если действительно так переживаем собственный грех и так его ощущаем? «Батюшка, я оскорбил человека, я очень сильно виноват, я сожалею об этом, каюсь и хочу больше никогда этого не делать» – вот что мы будем говорить. Какие тут еще слова нужны?

– Есть вопрос от телезрителя: «Сейчас повсеместно практикуется общая исповедь в связи с ограничениями по коронавирусу. Однако есть некоторое смущение. Можно ли попросить частную исповедь или, не смущаясь, ограничиться только общей?»

– Это совершенно особые условия нашей жизни. И нужно понимать вещи, которые являются важными. Что важнее в данном случае? Раньше мы так отчетливо не понимали, а сейчас понимаем, что мы можем быть своенравны, своевольны и себялюбивы даже в духовных вопросах. Можно любить себя, наслаждаясь какими-то материальными вещами, а можно проявлять любовь к себе через духовную сферу: «Мне нужно – и все. Мне нужно причаститься, исповедоваться, и меня абсолютно не волнуют никакие другие обстоятельства». Это тоже очень опасная вещь.

Я однажды служил литургию в Китае, когда-то давным-давно, когда там разрешили службу для верующих. Я помню, пришел в этот храм (а там долго-долго не было литургии), и там хранились Святые Дары, чтобы люди могли мирским чином причаститься. Представьте ситуацию: есть несколько человек и, допустим, не хватает Святых Даров. Я хочу причаститься, и есть мой ближний, который тоже хочет причаститься. Мы в этой ситуации как должны поступить? Причаститься сами или все-таки важнее, чтобы причастился ближний?

Или, допустим, бывают какие-то экстренные ситуации, связанные с возможностью приступить к священнику. Непременно я должен исповедоваться или все-таки пропустить людей вперед? Мы знаем, что времени мало даже в наших обычных условиях. Как часто мы проявляем эгоизм на самом деле. И чего тогда стоит наша исповедь и причастие, если мы всех растолкали и побежали вперед, забрали всю благодать себе, как нам кажется? На самом деле никакой благодати мы не получили.

И вот сейчас ситуация с коронавирусом. Есть такие ограничения, как общая исповедь. У нас, насколько я понимаю, все-таки сейчас есть возможность это все организовать. Это не так критично и страшно, как кто-то пытается представить, всегда есть возможность такую исповедь провести, найти священника. Я не вижу, что у нас совсем сложная ситуация с этим. Но если бы она была таковой, как мы должны были бы правильно поступить? Мы должны потерпеть, наверное. Должны не быть эгоистами и в духовной сфере. На мой взгляд, сейчас ситуация все-таки не настолько критичная, что мы не можем совершенно никак исповедоваться.

А если у человека есть постоянный духовник, с которым есть связь, то у него есть и общение с этим духовником, он всегда с ним может поговорить. В конце концов, это можно сделать и дистанционно, по телефону, если есть душевная проблема. А разрешительная молитва тоже может быть организована в общении между духовником и исповедником. Это вообще нормальная ситуация, когда между духовником и духовным чадом есть постоянный контакт. Тогда и вопросов таких не будет возникать.

Если батюшка скажет людям на своем приходе, которых он прекрасно всех знает (они у него исповедуются из года в год), что сейчас карантин, и предложит неделю-другую близко друг к другу не подходить, проводить общую исповедь, ничего страшного тут нет. А если он знает, что у кого-то есть сугубая потребность, я уверен, что какие-то особые условия будут созданы. Поэтому нужно правильно подходить к духовной жизни, не воспринимать Церковь как очередное учреждение для удовлетворения наших потребностей, пусть даже в духовной сфере, а как нашу мать.

– Телезритель спрашивает: «Мы знаем, что Бога нужно благодарить за все, что происходит в нашей жизни. Но как благодарить Бога, если несколько лет подряд умирают родственники? Это какие-то испытания? Как это осмыслить и как за это можно благодарить Бога?»

– Очень трудно пережить, когда умирают близкие, трудно это принять. Мы лишаемся чего-то такого, что нам очень близко, дорого, без чего мы не можем жить. Но что есть в данном случае благодарение Богу? Это понимание того, что Господь сделал так, как лучше и для них, и для нас. Во-первых, Господь принял их души. И если мы не верим, что Господь принял их души, и не просим об этом, то как мы будем благодарить? Если мы своих близких любим и просим, чтобы Господь простил им их грехи и принял их в Царствие Небесное, значит, мы уже в это верим. Раз мы в это верим, значит, мы и благодарим Бога, что Господь так премудро устроил, что люди, покидающие этот мир, обретают вечную жизнь. Как тут не благодарить?

В таких ситуациях в душе с огромным трудом, мучением, болью, но происходит некая перестройка системы нашего отношения к миру, системы ценностей, когда мы понимаем, что, оказывается, конечный результат, когда человек может пребывать с Богом в вечности, это самое главное. Когда мы молимся за усопшего, мы просим именно об этом, не о чем-то другом. Еще просим, чтобы Господь утешил нас, чтобы нам не было так тяжело. Но в конечном итоге мы просим, чтобы Господь принял этого человека в вечные обители. И когда мы осознаем, что это значит, то, конечно, в нашем сердце скорбь меняется на радость.

– Когда происходит такое событие в жизни, как его правильно воспринять? Ведь все равно по-человечески это трагедия, горе.

– Нужно сначала поплакать, облегчить свое сердце слезами, потому что это боль, страдания, когда уходит близкий человек. Это, в конце концов, дань нашего к нему уважения и любви. Если слезы просятся из наших глаз, не нужно их сдерживать, нужно поплакать. А потом нужно обратиться к Тому, Кто наши слезы утрет.

Сегодня мы слышали Евангелие о наинской вдове. Господь сказал ей не плакать, прежде чем воскресил ее сына. Господь воскресил ее сына для этой жизни для того, чтобы показать чудо, чтобы укрепилась вера. Тот ведь все равно умер через какое-то время. А в случае, когда уходят близкие, Господь утирает нам слезы, говорит: «Не плачь». Воскрешает всех наших близких для вечной жизни. Происходит то же самое чудо. Это нам нужно понять. А легче это понять, если мы будем читать евангельские строки, в том числе это замечательное чтение, которое слышали сегодня в храме. Наинская вдова плакала, как каждый из нас плачет, когда теряет близких. Господь сначала ее утешил, а потом воскресил ее сына.

– Вопрос телезрителя: «Скажите, где грань между тем, чтобы направить человека на исповеди и отругать за совершенные грехи?»

– Грань тонкая. Такая же, как и в нашей обычной жизни. Наверное, если священник ругает, то все-таки он это делает по-отечески. По крайней мере, так должно быть. И цель – помочь человеку. А наша задача на исповеди: максимально добиться того, чтобы действительно было покаяние. И если у нас возникают в момент исповеди вопросы, правильно ли сейчас что-то делает священник, наверное, не совсем полезно с таким устроением подходить к исповеди. Мы должны думать о своих грехах. Если батюшка нас ругает, должны с благодарностью это принимать. Это же действительно помогло нам осознать, какие мы в данном случае грешники и какой нехороший поступок совершили. Это помощь нам. А у батюшки, если он где-то перегнул палку, есть своя исповедь. Нам об этом совершенно не нужно думать. Он тоже будет каяться перед духовником.

– Его там поругают…

– Там поругают. В этом и есть единство церковного организма. Ведь священник отличается от других людей только тем, что он поставлен на это служение, у него есть соответствующая благодать совершать таинства, помогать людям, в том числе и в общении. Священническая благодать – это не только молитву прочитать, но и донести до людей духовные истины.

Это и духовный опыт. Когда через священника проходят день за днем сотни людей на исповеди, конечно, вырабатываются какие-то способности, которые позволяют очень многое понять. Был вопрос, почему батюшка перебивает. Грехов не так много на свете. Опытный духовник видит и уже знает, в чем человек кается. Он ему дал возможность излить свое покаяние, а если видит, что покаяния нет, может и перебить, как-то направить, задать дополнительные вопросы, которые помогут. А нам кажется, что мы тут хотели что-то сказать, а он перебил. Может быть, и не нужно то, что мы хотели сказать. Может быть, нужно другое. Так что с любовью будем друг к другу относиться и видеть свои грехи, а не грехи брата, тем более священника, если таковые есть при общении в таинстве Исповеди.

– Еще один вопрос телезрителя: «Можно ли исповедоваться не во время службы?»

– Это лучше всего. Вообще исповедь должна проходить не во время службы и уж тем более не во время литургии. Но так мы устроили сами для себя, что в храм ходим только на службу (еще хорошо, если мы достояли до конца) и потом сразу убегаем. И священников у нас  мало; если они еще кроме служб будут целыми днями находиться в храме и проводить исповедь (на больших приходах это возможно), то очень многое не будут успевать делать. У нас не хватает священников. Поэтому так и происходит, что мы исповедуемся во время богослужения.

А во время службы нужно молиться. Эта ситуация все-таки экстренная, когда мы проводим исповедь во время богослужения. Это не совсем идеальное положение вещей. Исповедь должна происходить тогда, когда мы чувствуем, что нам она нужна. И мы идем к священнику, своему духовнику, договариваемся с ним о встрече и исповедуемся. Так, собственно, и бывало.

– И еще вопрос: «Можно ли носить икону в чехле мобильного телефона?»

– Я не знаю, как ответить. Что за чехол и как в нем носить икону? В чехле мобильного телефона носят телефон.

– Например, прозрачный чехол, и можно с обратной стороны подложить икону. Мне кажется, это вопрос больше о благоговении к иконе.

– Да, но смотря как и где носить мобильный телефон. Если Вы готовы не класть этот телефон в карман штанов, а носить его все время в нагрудном кармане, готовы, говоря по этому телефону, вести себя подобающим образом и чтобы в нем был соответствующий контент, то, наверное, можно.

Видимо, вопрос связан с тем, что человек хочет, чтобы икона всегда присутствовала с ним рядом. Это удобное хранилище. Не думаю, что нужно вводить прямо такую практику. Хотите, чтобы иконочка всегда была с Вами, купите медальон. Пусть будет крестик и нательный медальон. А зачем в мобильный телефон вставлять икону? Поставьте икону на заставке мобильного телефона. По-моему, это допустимо.

– В заключение прошу у Вас какое-то краткое напутствие для наших телезрителей.

– Давайте не будем никогда унывать, забывать о том, что Господь – это Тот, Кто нас создал, Он  нас любит и ждет, когда мы пройдем экзамен нашей земной жизни и бросимся к Нему в объятия. Мы должны жаждать этих объятий, всегда о них помнить и руководствоваться в нашей жизни, в том числе духовной, именно этим стремлением к Богу, а не стремлением к самим себе. Никогда не будем унывать, всегда будем утешать себя мыслью, что Господь милостив. Но и не будем обманывать самих себя, умаляя собственные прегрешения.

Ведущий Александр Черепенин

Записали Анна Вострокнутова и Елена Кузоро

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма во имя святой великомученицы Варвары в поселке Рахья Выборгской епархии священник Олег Патрикеев. Тема беседы: «Что надо, чтобы жить и радоваться».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​