О земном и о небесном. Краудфандинг

7 июня 2022 г.

Традиционно 6 июня принято отмечать день Пушкина и день русского языка. Но речь в нашей программе сегодня пойдет не столько о самом языке, сколько о иноязычных заимствованиях, которые в нем прочно укореняются. Например, краудфандинг. Что это такое и есть ли какие-то аналогии в деятельности Церкви, обсудим с пресс-секретарем Пятигорской епархии протоиереем Михаилом Самохиным.

– Если я правильно понимаю, краудфандинг простыми словами – это практика сбора денег от населения для финансирования какой-либо деятельности. Если говорить про Православную Церковь, она ведь тоже существует на пожертвования?

– Я бы не отождествлял вполне краудфандинг современный с практикой Церкви просто потому, что мы не считаем своих жертвователей, которые помогают храмам, толпой («крауд» – это «толпа»). Это наши дорогие, любимые прихожане, члены Церкви, которые содержат дома Божии и делают это давно, всем миром. Так раньше это называлось: построить всем миром. Подобного рода пожертвования «всем миром» характерны не только для Церкви. Когда-то в деревнях всем миром строили друг другу дома, скидывались больным на продукты или лекарства, поддерживали неимущих, по очереди давая им какой-то еды. Это все можно назвать современным словом «краудфандинг», но я бы все-таки был за то, чтобы в день русского языка употреблять скорее «благотворительный сбор».

Благотворительный сбор с группы людей – настолько вполне русское явление, что даже любимая нашей молодежью Википедия, в качестве исторической иллюстрации к слову «краудфандинг», приводит в первую очередь строительство по подписке одного из храмов. Действительно, существовал такой феномен, как подписка на строительство благотворительных учреждений. Не только храмов – больниц, богаделен, всевозможных приютов, училищ. Все это делалось по подписке, собирался благотворительный комитет, как правило, из представителей купеческого, дворянского сословий, из уважаемых людей, которые сделали свои вклады в то, ради чего собирался благотворительный комитет или общество. Затем объявлялась подписка. Она могла быть местной, если дело шло о каком-то посильном для местных общин строительстве и содержании какого-то учреждения. Могла быть даже Всероссийской. Крупные соборы, в том числе, например, Кронштадтский Морской собор, построены по подписке. Многие храмы, монастыри строили и обновляли, реставрировали, в том числе памятники архитектуры, по подписке.

Для Церкви пожертвования – это естественно. Еще в Ветхом Завете сказано о том, что верующий человек отдает на дом Божий, храм (тогда был один храм в Иерусалиме) – десятину (одну десятую часть своих доходов). Это и есть, собственно говоря, тот самый сбор, на который существовала и ветхозаветная Церковь, а теперь существует Церковь новозаветная. Мы знаем, что апостольская община предполагала первое время, что человек, вступая в общину, все свое имущество жертвовал апостольской общине на дело проповеди Евангелия Христова.

– Обобщая и переводя все на современный язык, можно ли сказать, что Православная Церковь сегодня занимается краудфандингом? Или все-таки нет?

– Православная Церковь, во-первых, древнейшая площадка, которую можно назвать краудфандинговой. Кроме того, сегодня Православная Церковь использует современные формы того, что мы называем краудфандингом.

Для современного феномена краудфандинга является обязательным использование сети Интернет. Наш Отдел по социальному служению и благотворительности Русской Православной Церкви курирует очень крупный портал «Милосердие. ру», который является именно такой площадкой для сбора средств, где многие общероссийские фонды проводят конкретные адресные сборы на помощь больным детям, нуждающимся храмам, просто верующим людям, которые по тем или иным причинам нуждаются в подобных сборах. Эти сборы проходят через Интернет. У нас на радио «Вера» есть ежедневная, несколько раз повторяющаяся в день программа «Дело дня», где рассказывается о конкретных людях, которым нужна помощь, поддержка. Через платное сообщение или зайдя на сайт того или иного фонда, можно сделать пожертвования конкретному человеку. Так что Церковь собирает пожертвования в том числе методами современного краудфандинга тоже.

– Информацию о сборах также публикуете на просторах Интернета, сайтах?

– Информация о сборах, прежде чем быть опубликованной, тщательнейшим образом проверяется, потому что это репутация Церкви, доверие людей. Есть много вокруг людей, которые приспособили краудфандинг в целях личного обогащения. Мы не можем просто сказать, чтобы собирал любой человек на что хочет. Мы должны проверить, так ли это. Поэтому, кстати, те люди, которые собирают вокруг храмов пожертвования с плакатиками (нынче даже выполненными на компьютерах) «Подайте на лечение» или на что-то еще –не идут в храм, потому что красивые, в папочку подшитые ксерокопии (если их вдруг проверить) могут оказаться не совсем достоверными. Прежде чем оказать любую помощь в храме, человека, который просит о пожертвовании, проверят, посмотрят, действительно ли это нужно. Если такая помощь нужна, мы скорее отправим туда человека, который приобретет лекарства, продукты, посетит кого-то на дому. У нас есть сестры милосердия, например, в Пятигорске, в Ессентуках при больничных храмах, они навестят нуждающегося на дому, посмотрят на условия, подскажут, чем можно его поддержать, помочь, как правильно и грамотно распорядиться этой помощью, чтобы она пошла ему на пользу.

– Немало людей, которые негативно высказываются по поводу того, что в храмах все за деньги: свечи, молебны, отпевания, крестины – все по прейскуранту, причем в разных церквях цены разные. Куда идут эти собранные средства, на какие цели тратятся и что делать, если человек пришел в храм, а денег у него нет?

– Все достаточно просто. В церкви никогда не было бы ценников (хотя это рекомендованный размер пожертвования), если бы каждый православный христианин продолжал жертвовать свою десятину. Так называемые ценники – это для захожанина, которому неведомы нужды конкретного храма, который не знает, сколько составляет счет за свет, газ, оплата налогов. Во всех храмах, как правило, помимо свечей, за которые мы просим какое-то пожертвование, есть свечи, на которых написано: «на пожертвования». В ряде храмов есть только такие свечи. Я даже знаю общину в нашей епархии, где полностью все на десятине основано. Там небольшая сельская община, все друг друга знают, там нет никаких ценников, но каждый приходящий жертвует десятую часть своих доходов на нужды общины, нужды храма. Я вам скажу, это соблюдается довольно строго.

Куда идут эти средства? Храмы зимой отапливаются, храмы освещаются электричеством, в храмах кто-то поет, кто-то печет просфоры, кто-то трудится, прибирается, кто-то предлагает в церковной лавке те же самые иконы, свечи или другую утварь, литературу. Все эти люди получают зарплату. С 90-х годов мы платим налоги, потому что впервые в 90-е годы государство стало считать работников Церкви достойными государственных пенсий. Чтобы наши сотрудники могли получать пенсии по старости, мы платим налоги. На это и сами зарплаты идут пожертвования людей. Если нет денег, придите в храм Божий, подойдите к настоятелю, скажите: «Батюшка, я бедный, у меня денег нет». Он скажет: «Хорошо, мы Вам можем вот это, это и это пожертвовать, или это сделать, или совершить какое-то таинство». Как правило, проблем не возникает. Более того, чаще те, кто возмущается так называемыми ценниками в храмах, ни разу не пробовали подойти к священнику и сказать: «У меня нет денег, помогите мне, пожалуйста».

– Есть ли храмы и монастыри, где свечи бесплатные?

– Да, конечно. Вы можете зайти в Троице-Сергиеву лавру. Там вообще нет никаких рекомендуемых размеров пожертвований на свечи. Там лежат свечи, стоит стойка с прорезью. Вы опускаете в прорезь ваше пожертвование и берете столько свечей, сколько нужно.

– Как же краудфандинг?

– Там стоит монах, который смотрит на вас укоризненно, если вы положите совсем мало, а возьмете много. Он даже, может, ничего вам не скажет, но вам будет стыдно. Как правило, он ничего не говорит, конечно, а подкладывает свечи по необходимости. Честно говоря, глядя на человека, который молится, как-то стыдно и совестно совсем не пожертвовать на храм, тем более что свечи монахи делают сами, они восковые, очень приятно пахнут, большие, красивые. Не пожертвовать бывает плохо.

К сожалению, такая система возможна в экономическом смысле только для достаточно большого храма. Где много паломников, много людей и тех жертвователей, у которых есть совесть, этого оказывается достаточно, чтобы и храмы, и монастыри содержать. К сожалению, в маленьких приходах, храмах такое срабатывает не всегда. У каждого прихода в экономическом смысле своя история. К сожалению, без просьбы о пожертвовании в каком-то размере многие храмы не могут существовать.

Надо всегда понимать, что это не ценник, а просьба, с которой мы обращаемся к человеку и которая всегда может быть изменена, если человеку действительно нужна помощь, поддержка и денег нет.

– Справедливости ради следует сказать, что не только Православная Церковь, а все духовные организации существуют именно таким образом, на пожертвования?

– Действительно, многие убеждены, что Церковь и другие религиозные организации что-то получают из государственного бюджета. К нам приходят люди и говорят: «Вас же спонсирует государство». Нет. В централизованном порядке государство религиозным организациям, приходам Церкви (храмам, монастырям) средства выделяет только в одном случае, если этот храм – памятник архитектуры и в рамках Федеральной целевой программы («Культура России», например) проводятся реставрационные работы. В эту программу попадают не все храмы, а только те, которые представляют реальную историческую, культурную ценность. И государственные средства – это средства, за которые нужно строго отчитаться.

– А зарплаты? Или батюшки не бюджетники?

– Нет, не бюджетники. Когда рекомендованное пожертвование вы внесли в кассу храма, из нее священник сначала приобретет новую порцию свечей, оплатит коммунальные услуги, выплатит зарплату своим сотрудникам, а потом, если останутся средства, возьмет на зарплату деньги себе.

– А если нет поступлений?

– В нашей епархии в таком случае можно прийти к владыке, архиепископу Феофилакту, и сказать: «Владыка святый, вот такая ситуация: концы с концами не сводим». Я знаю случаи, когда владыка несколько месяцев, а то и лет платил зарплату из епархиальной кассы (казны), которая собирается точно так же, пожертвованиями с приходов. Владыка платил зарплату священникам приходов, которые не имеют возможности себя обеспечить в экономическом смысле, но где людям нужна церковь, нужна молитва, духовная поддержка.

Ведущая Маргарита Рекко

Записала Людмила Кедысь

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​