Нравственное богословие. Выпуск от 26 июня

26 июня 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
Курс ведет священник Константин Корепанов.

Мы продолжаем уроки «Нравственного богословия», и, напомню, что речь у нас идет о Промысле Божием. И в прошлый раз, рассуждая об этом определенным образом, мы пришли к выводу, что человек должен принять – все в его жизни происходит по Промыслу Божиему. А если он принимает все происходящее как случайность, как случайные стечения обстоятельств, то говорить вообще, в принципе, нечего и не о чем, потому что хаотическое движение случайных событий какому-то объяснению не подлежит, а потому просто не о чем рассуждать. И собственно говоря, злиться, сердиться, переживать или расстраиваться тоже не из-за чего.

Но представление о случайных стечениях обстоятельств не относится к представлениям верующего человека. И человек должен принять одно из двух – либо в его жизни действует благая воля Бога, либо в ней действует злая воля людей. И, рассуждая об этом, мы пришли к выводу, что человек вынужден признать: в мире действует благая воля Божия. Потому что, если он верит в то, что действует злая воля людей, тогда ему с неизбежностью придется отречься от веры в Бога, отречься даже от веры в добро и придется просто жить, подчиняя себя злу. Иной возможности выжить и сохранить свое бытие для него не представляется возможным. И если он все-таки пытается бороться со злом, то только потому, что верит в то, что добро может победить.

А поверить в это человек может только в том случае, если предположит, что миром управляет некое Добро, что мир изначально добр, потому что его субъективный жизненный опыт говорит ему о том, что зло всегда сильнее, и объективные рассуждения, размышления говорят о том же. Поэтому, если мы на самом деле все-таки верим в добро, то именно потому, что верим в Добро с большой буквы, верим, что некое Благое Существо управляет этим миром, а значит, так или иначе, мы должны поверить и в существование Промысла Божиего.

И еще мы говорили в прошлый раз о том, что есть немалое число людей, которые верят в то, что миром управляет «карма» – некий закон, который с неизбежностью считывает все наши ошибки и определяет дальнейшее течение обстоятельств нашей жизни (имеется в виду, в последующем нашем пролонгированном существовании в цепи наших превращений).

Карма предполагает именно то, что за каждое плохое дело человека с неизбежностью ждет расплата, так же как и за всякое хорошее дело его ждет награда. Сама по себе карма не может быть злой, но не может быть и доброй. И мы говорили, что некоторые люди сравнивают Бога с кармой, но это совершенно неправильно, потому что карма неумолима и немилосердна. Конечно, по свидетельству Церкви, да и всякого верующего человека, Бог милостив, а карма нет. Бога можно умолить, упросить, а карму нельзя – она неумолима.

Конечно, когда мы познаем мир не через призму Священного Писания и даже не через собственные наблюдения, собственное богопознание, собственный духовный опыт, а когда мы познаем мир через художественную литературу, то иногда в ней можем увидеть, что действительно миром управляет нечто похожее на карму: «Сделал человек плохое – получи! Сделал хорошее – получи!» То есть, так или иначе, некий закон с неизбежностью за все твое зло дает зло, за все добро дает добро, и ничего с этим сделать нельзя.

Но это не реальный мир. Так часто живет книжный мир – мир художественной литературы, потому что действительно очень многие люди, в том числе и те люди, которые пишут книги, воспринимают мир именно в таком ключе. Для них этот мир четко детерминирован – в нем, безусловно, действуют причинно-следственные связи. Ведь собственно карма и есть полный учет всех этих причинно-следственных связей, когда каждая причина порождает определенное, совершенно определенное прогнозируемое последствие.

В этом смысле карма действует подобно физическому закону, только она касается духовных явлений жизни. Например, если человек прикоснулся к оголенным электрическим проводам, то он получает удар тока. Это закон! И никакого, скажем так, личного вмешательства кого-либо в этом случае нет и не было. Если человек лижет замерзшее железо, или прикасается к горячей печке, или идет купаться на глубокое место, или много еще чего делает из того, что нарушает физические законы, то последствия этих нарушений происходят с неизбежностью.

И многим художникам слова, и многим их читателям действительно постепенно начинает казаться, что мир именно такой – что в нем четко определены последствия за конкретные причины. И действительно иногда может показаться, что в мире действует такой безжалостный закон. И люди не то что каким-то образом с этим соглашаются – они даже хотят, чтобы такой закон с неизбежностью действовал. То есть, если человек идет и нарушает какое-то правило, какую-то норму, какой-то физический закон, то неизменно, неизбежно и неотвратимо наступает расплата за попрание какого-нибудь закона.

Но мир живых людей, реальный мир совсем не такой. Человек делает плохое, но не всегда за это получает наказание. Более того, человек наказуемый может получить суровое наказание, а может за свои дела получить несуровое наказание. Бывает, что грешник величайший остается безнаказанным, а праведник бывает за одну ошибку наказуем и истязаем. И все становится очень сложным, непрогнозируемым и даже порой непостижимым. Неслучайно мудрые и святые люди говорят о том, что Промысл Божий непостижим потому, что он есть мерило правды – он, а не закон какой-нибудь безличный, опосредованный. Именно Он Сам – Живое Лицо, Бог, Сотворивший человека, определяет, что будет с этим человеком.

Более того, часто Бог руководствуется не столько причинами, сколько целями человека. Вот, например, такое свидетельство апостола Павла, который в Послании к Ефесянам раскрывает перед нами совершенно неожиданную картину мира. Обычно люди, даже если они не читают апостола Павла, не обращают на это внимание. Но картина эта в принципе совершенно противоположна той, которая находится в сознании каждого человека.

Любой закон Божий, любая система богословствования, любой учебник по догматическому богословию исходит из того, что было грехопадение. И за это грехопадение человек был наказан, и последствия наказания были такие-то и такие-то. И чтобы вернуть человека в общение с Богом, Христос сходит и исцеляет падшее человечество от греха и возвращает человека в мир – в общение с Богом. То есть просматривается такая совершенно логическая цепочка: вот причина, вот следствие, вот еще причина, вот ее следствие. И все разумно выстраивается в некую верифицированную систему, в которой все понятно и которая достаточно удобно изложена. И большинство людей именно этой системы придерживаются.

Иногда рассказывают, что на катехизаторских беседах, или на огласительных беседах, или в миссионерской проповеди, или просто в проповеди приводится такой типичный способ изложения событий бытия мира именно в свете воплощения Иисуса Христа. Но неожиданно апостол Павел в Послании к Ефесянам выстраивает совсем другую картину! Оказывается, у Бога была некая цель, и Он эту цель вот таким образом осуществляет, примериваясь, используя, применяя свободную волю человека. Но у Него есть цель – соединить весь мир под Главою Христа.

И апостол говорит о том, что прежде, чем был мир, прежде, чем появилось бытие земли, когда еще не был создан мир, Бог уже все это знал, задумал, соразмерил и замыслил – и избрал людей, и спас их во Христе. Как говорит апостол Павел конкретно: «Мы были предназначены прежде, чем мир начал быть!» И вот когда так неожиданно приоткрывается завеса этого мира, и человек (в данном случае апостол Павел) приникает к свету Божественной Правды и приоткрывает нам эту завесу, то открывшееся действительно поражает, и не всякий человек, и не всегда, и не сразу может это вместить.

Это происходит потому, что мы – существа, живущие в потоке времени, где одно событие предполагает появление другого события, где действительно нарушение физического закона предполагает определенные последствия. И потому нам удобнее размышлять в контексте причинно-следственных связей. Точно так же, например, в известном свидетельстве из Послания апостола Павла говорится о том, что Господь Бог кого предузнал, тем и предопределил быть послушными Слову Божиему.

Об это свидетельство спотыкается множество и множество великих умов человеческих, потому что люди никак не могут понять этого: «Как так? Вот есть причина, вот есть следствие! А значит, если я хороший, то вы меня должны спасти, а если я плохой, то вы меня должны наказать. Но должна быть четкая взаимосвязь с тем, что было!» А тем не менее апостол Павел свидетельствует о том, что ничего подобного не происходит! На самом деле есть цель, к которой Бог ведет человека, есть цель, к которой Бог ведет человечество, есть цель, к которой Бог ведет тот или иной народ, то или иное человеческое сообщество. У Него всегда впереди цель!

Мы когда-то читали Книгу Иова и могли в системе детерминированного подхода, в системе причинно-следственных связей увидеть эту цель Бога. Вот пришел сатана, вот он искусил Иова, вот происходит следующая история, когда Иов устоял, Иов был помилован и получил соответствующее вознаграждение. Но при этом из поля нашего зрения обычно теряется то обстоятельство, что вообще-то это Бог провоцирует сатану на определенные действия.

И, как мы видим в конце книги, это была не злая воля сатаны! Это был Промысл Божий, в котором сам сатана оказался всего лишь неким элементом, который использовали, и с его помощью Бог исполнил то, что хотел. Он захотел исцелить, очистить и сделать духовное устроение Иова таким твердым, чтобы тот не поколебался во веки веков! То есть это была процедура очищения и исцеления, назначенная Иову, в которой каждый играл именно ту роль, которая была ему назначена. Но целью было укоренение Иова в правде, проведение его через искушение, после которого он стал бы непоколебимым.

Мы говорили, когда читали Книгу Иова, что это был именно замысел Божий. И такой замысел есть в жизни каждого человека. Но мы видим только систему причинно-следственных связей, а Бог видит цель, к которой Он ведет каждого человека. Мы видим то, что совершенно никак не определено причинно-следственными связями. Например, мы видим спасение блудницы, или спасение разбойника, или спасение, как это описано в житии, преподобной Марии Египетской, или видим, как происходит спасение преподобного Никиты Столпника Переславского и многих-многих других людей, упомянутых в Священном Писании и не упомянутых в Священном Писании, о которых написано в житиях святых и о которых мы ничего не знаем.

Есть некая траектория, ведущая человека к назначенным, определенным Богом целям. Но по этой намеченной и определенной Богом стезе человек идет по своей воле. В этом и состоит премудрость – удивительнейшая Премудрость Божия. Бог, управляя миром (мы тоже про это говорили, читая Книгу Иова), так строит весь Свой замысел, так учитывает и предвидит все возможные наши решения, нашу реакцию, наши мысли, и выстраивает все таким образом, чтобы привести нас именно в пристань Своего спасения.

Конечно, если мы приходим к тому, что миром управляет благая воля Божия, что миром управляет Промысл, то мы должны дальше с этим согласовывать и нашу собственную волю. Ведь кроме Промысла Божия в этом мире есть и моя – человеческая – воля. Если бы человеческая воля, моя воля, совершенно во всем совпадала бы с Божией волей, то это, конечно, был бы идеальный вариант. Тогда любой человек просто стал бы орудием Промысла Божиего, во всем исполняя только Его волю, и тогда не было бы и греха в жизни этого человека, не было бы и смерти в жизни этого человека.

Этот человек был бы источником блага для всего сущего, для всех окружающих его людей, чего и достигают святые люди, чего и мы желаем достигнуть. Ведь каждый день (и предполагается, что не по разу) мы обращаемся к Богу с молитвой «Отче наш», где просим, чтобы была воля Отца нашего Небесного как на Небе, так и на земле. Мы просим, чтобы Он позволил, помог, сподобил нас быть орудием Его воли, чтобы ни капельки моей собственной воли, несущей смерть, никогда не было, но чтобы была только Его воля.

Но, к сожалению, наша воля все-таки есть. Мы не предали себя совершенно Богу, чтобы творить волю Его. И более того, даже при всем нашем видимом желании предаться воле Божией у нас это не получается, потому что, как говорится, «приступит человек и сердце глубоко». И вот это «глубокое сердце» только открывается нам в процессе, в желании исполнить волю Божию. Мы как бы постигаем собственное сердце и определяем, как много в нашем сердце несогласия с Богом, как много в нем несмирения перед Богом, как нет у нас желания всецело исполнять волю Божию.

Наш разум вроде и хочет согласиться, но это как бы маленькая поверхность нас самих. А там – в глубине, такой вулкан страстей пышет, такое возмущение, такая непокорность перед Богом, что мы только определяем, только познаем и через покаяние только встречаемся сами с собой и узнаем, какие мы есть на самом деле. Поэтому от покаяния к покаянию, от причащения к причащению, все более углубляясь в себя в Боге, все более переживая встречу с самим собой в свете Божественной правды, мы понимаем – как много в нас бунта, протеста против Бога, несогласия с Ним, а потому как много в нас страстности, гордости, смерти.

И вот эту глубину надо всю постичь, исследовать, в буквальном смысле слова познать – не изучить, а просто встретиться, измерить собой самого себя, в свете Христовой правды встретиться с самим собой. И вот когда мы познаем себя до глубины, когда всю эту познанную нами, а стало быть, исследованную нами и соединившуюся всем нашим умом глубину и даже бездну нашего бытия мы отдадим в послушание Богу, только тогда мы сможем действительно исполнить волю Его.

И тогда греха в нашей жизни не будет, а жизнь наша станет источником всякого блага. Но если моя воля не делает этого и не собирается этого делать, то получается грех. Значит, таким образом, всегда, когда я творю свою волю, я совершаю грех, а если вокруг меня что-то происходит не по моей воле, а просто вокруг меня что-то происходит, значит, это от Бога, это элементы Промысла Божиего.

Это просто два таких, скажем, параллельных рассуждения. Мы можем параллельно рассуждать сначала о том, что моя воля приводит меня ко греху всякий раз, когда не совпадает с Божией волей. Мы можем об этом размышлять и прийти к тому, что действительно все, что я ни делаю, когда не осуществляю волю Божию, является грехом. А когда я делаю что-либо, осуществляя волю Божию, тогда это Бог действует во мне! Это Его воля, это Его сила, Его благодать, потому что без Него я не могу сделать ничего. И когда я Его волю осуществляю, то во мне действует (поскольку это Его воля) Его сила и Его благодать. Это одно рассуждение.

Когда мы рассуждаем о том, что с нами что-то происходит, то приходим к выводу: все происходящее с нами есть действие благого Промысла Божия, есть действие Бога. Это два независимых рассуждения, и мы можем логически обосновать и то, и другое. Но когда мы соединяем это в некое целостное понятие, то здесь наш разум изнемогает, потому что получается так: все, что делаю я, ведет ко греху, а все, что происходит со мной, есть от Бога и, стало быть, ведет меня ко благу.

И вот тут наш разум заходит в тупик. Он этого не понимает! Он может обосновать это и может обосновать другое, но, когда эти точки пересекаются в некое подобие креста, разум ничем помочь нам не может. Это некий элемент, аспект, это некая точка нашей веры – мы должны поверить, что это именно так. И надо отдавать себе в этом отчет (я, по крайней мере, отдаю себе), – это очень трудно сделать, но вполне возможно.

И всякий раз, когда мы уклоняемся в сторону от этой достаточно простой формулы, выражающей всю бесконечную совокупность событий, происходящих в мире, то мы уклоняемся в сторону от той веры, которая заповедана нам Отцом. Все, что творю я не по воле Божией, – это несет людям грех! Все, что происходит со мной – происходит по воле Божией. И в принципе, если я сосредоточусь на осознании своего собственного бытия перед Богом, то я смогу в это поверить. Это трудно, но вполне возможно! Каждый может это сделать! Да, это требует неких усилий духа человеческого, но это вполне возможно. Но возможно именно тогда, когда я размышляю только о самом себе. Каждый может это попробовать.

Однако проблема возникает потому, что никто так не размышляет. Наш разум тут же выходит из созерцания самого себя перед Лицом Бога – себя, вплетенного в Промысл Божий, Которым определяются судьбы каждого человека и всего мира.

Мы сразу выходим из этой точки! Мало, кто может устоять в ней и не сказать: «А вот он как? Я понятно! Да, я грешник, да, со мной все по Промыслу происходит. А вот этот человек – он как? Он вчера пострадал – был сбит машиной! А вот эти люди, которые вчера погибли при взрыве там какого-нибудь моста, – вот с ними, почему это все произошло?»­ И понятно, что ответа на этот вопрос нет и быть не может. По существу не может! Никто никогда не даст на него ответ.

Я подозреваю (много размышлял на эту тему), что даже на Страшном Суде Бог не даст ответа человекам, спрашивающим у Него о том, почему с тем или другим произошло то или другое. Как кратко и художественно емко сформулировал эту мысль Льюис: «Бог каждому рассказывает только его собственную историю!» А если мы пытаемся постичь судьбу другого человека, то это есть гордыня!

Записала Ольга Баталова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​