Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

5 мая 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает председатель Епархиальной комиссии по социальному служению г. Москвы, настоятель храма в честь Входа Господня в Иерусалим в Бирюлеве (Москва) протоиерей Михаил Потокин.

– Христос воскресе!

– Воистину воскресе!

– Очень рад видеть Вас в нашей студии. Сейчас нелегкое время, священника не так просто увидеть.

– Разве что по телевизору.

– У нас есть уникальная возможность пообщаться с нашими телезрителями. Когда еще можно задать вопросы священнику в прямом эфире, как не сейчас? Тем более все вынуждены сидеть дома, а к батюшке не так просто попасть.

Вопрос телезрителя: «Почему Иисуса Христа называют Женихом?» Действительно, мы часто упоминаем это в песнословиях.

– Это образ из Священного Писания: душа – невеста, Христос – Жених, а брак – это соединение невесты с Женихом, то есть соединение души со Христом. Если вы вспомните во время крещения хождение вокруг купели, то можно заметить, что оно подобно хождению новобрачных вокруг Евангелия, то есть эти обряды перекликаются, крещение – обручение Христу.

Душа уже обручена Христу и должна сохранять чистоту в течение жизни, чтобы потом вступить в полноценный брак. Помните и притчу о десяти девах, из которых пять мудрых, а пять юродивых. То есть это часто встречающийся образ, который очень понятно объясняет наши отношения со Христом.

– И брак должен быть один раз и навсегда.

– Все остальное прилагается, да.

– Владимир спрашивает: «Если человек потеряет память и разум, какова его загробная участь? Может ли его душа быть с Богом?»

– Для Бога нет ничего невозможного. Поэтому оценивать, может душа быть с Богом или нет, дело неблагодарное. Здесь важны не какие-то наши домыслы, а знания. Знания обычно дает нам Священное Предание. Если были такие случаи, значит, душа может быть с Богом. Какой случай я могу привести? Вифлеемские младенцы.

Вифлеемских младенцев мы почитаем как святых. Мы обращаемся к ним, они нас видят, слышат наши молитвы. В то же время это младенцы двух лет и младше. То есть это люди, которые еще не могли говорить свободно, были ограничены в человеческом общении. А оказывается, что духовно они ни в чем не ограничены.

Если мы обращаемся с молитвой к мученикам Вифлеемским младенцам, то естественно, что воспринимаем их загробную жизнь не просто как полноценную, но в том числе и как святую. Есть и определенный день памяти этих младенцев.

– Вопрос телезрителя: «В Евангелии Христос предсказывает Свое Второе Пришествие, есть такие Его слова: Истинно говорю вам: не прейдет род сей, как все сие будет. Уже прошло двадцать веков, а ничего еще пока не сбылось. О каком роде Он говорит?»

– Век или род – это все-таки понятия, не соответствующие нашим столетиям. Мы знаем, что у человечества менялось летоисчисление, а также  представление о времени. С моей точки зрения, род – это род человеческий, к которому и мы принадлежим. Ведь мы с вами знаем, что были люди, которые жили по 800 и 900 лет – это был один род, одно состояние человечества. Потом стали жить 100 лет – это, как правило, максимум, а Давид говорит, что человеческая жизнь – 70 или 80 лет. То есть «род сей» – это нынешнее духовное и физиологическое состояние человечества. Второе Пришествие Христа – это не во времена древних патриархов Адама или Ноя, которые жили другое количество лет, а при жизни нашего рода.

То есть наш род, наш век. Имеется в виду период жизни того человеческого сообщества, которое мы видим сейчас. И род – это наше родство. Евангелие тоже начинается с родословной Христа.

– Вопросы телезрителя: «Могу ли я в домашней молитве молиться коленопреклоненно – читать «Отче наш» и Символ веры? Могу ли я перекреститься и поклониться перед экраном телевизора, когда там показывают лики Господа нашего Иисуса Христа, Богородицы, святых?»

– Начну с конца. Если показывают лики Спасителя, Богородицы или святых, можно креститься. Что касается коленопреклоненных молитв, по уставу в пасхальный период до Троицы обычно мы не делаем земных поклонов на общественном богослужении. На вечерне праздника Пятидесятницы мы совершаем первые коленопреклоненные молитвы. Но этот запрет не носит абсолютного характера. Если человек хочет помолиться и встать на колени, то может так сделать. Большого нарушения здесь не будет. 

– Вопрос актуальный как раз в Неделю жен-мироносиц. Просят высказать мнение Церкви по поводу равенства мужчины и женщины. «Ведь женщина дарует жизнь, данную Богом. Неужели женщина хуже мужчины?»

– Это обычный вопрос, его многие сейчас задают. Все люди в своем достоинстве равны. Что значит равное достоинство? Вот у царя есть дети, они все в равном достоинстве – царевичи, царевны, то есть имеют равное отношение к отцу. Но в то же время есть разное служение: один занимается одним делом, другой – другим. Это не значит, что кто-то из них свое достоинство теряет, просто имеет место распределение обязанностей.

Достоинство женщины, матери утверждается Церковью в почитании Матери Божьей. Поэтому никаких вопросов здесь быть не может, так как мы почитаем Матерь Божью, честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим. Но почитаем мы Матерь Божью в Ее служении, которое Она совершила ради Своего Сына, Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, ради Своего смирения.

Достоинство Ее настолько высоко, что Церковь Ее прославляет выше ангельского чина. В нас заложена возможность, но кем мы станем – это зависит от нашей жизни. Получив царское достоинство, я могу остаться пастухом, а могу получить место царя. Так же и здесь: получив царское достоинство при рождении и Божественный дар души живой, мы можем эту душу загубить и жить просто как тело.

Речь идет не о разнице между мужчиной и женщиной, а о разнице между жизнью духовной и жизнью бездуховной, в которой человек теряет свое человеческое достоинство. А изначально, конечно, все люди имеют одинаковое достоинство.

– Вопрос телезрителя: «Апостолы и вообще ученики в древности ждали Второго Пришествия Христа, и мы, конечно, ждем. Но почему-то святые молятся о том, чтобы род человеческий продолжал существовать, и мы им благодарны за это. Почему у нас такое противоречие: настоящаго жития нощь прейти – и тут же продление жизни рода человеческого, какой-то страх перед кончиной мира?»

– Это вполне естественно. Жизнь земная разумеется для человека как путь, когда он закладывает некий фундамент – в первую очередь покаянием, то есть очищением и стремлением к духовной жизни. Конечно, апостолы и другие святые ждали встречи со Христом. Павел говорил, что хочет разрешиться, закончить земной путь и встретиться со Христом, Которого любит. Но мало кто так живет, как Павел. В основном человек из-за грехов своих боится смерти – это очевидно. Мы чаем Пришествия Христова, но, будучи немощными, слабыми, в то же время и боимся воздаяния, которое можем получить от Праведного Судии.

– Инстинкт самосохранения…

– Ну, не инстинкт самосохранения, а нежелание погибели души и все-таки маловерие. Ведь для человека, который глубоко верит, конечно, смерть – приобретение, потому что тогда он встает рядом с Тем, Кого любит.

– Следующий вопрос: «Мой папа не верит в Бога. Как ему сказать, что Бог есть?»

– Это очень сложно сделать. Народ говорит: яйца курицу не учат. Здесь нужно уметь ждать такого момента, когда человек сам об этом спросит. Приведу пример из житий святых. Великомученик и целитель Пантелеимон, будучи уже крещеным, имея дар исцелять больных и воскрешать умерших, жил с отцом. Отец его был врач и язычник – врачи тогда чаще всего были язычниками, использовали гороскопы и тому подобное. Такова была медицина в те времена.  К ним пришел один слепец, про которого отец сказал, что исцелить его нельзя. Но по молитвам Пантелеимона слепой был исцелен, и тогда его отец уверовал. Но какое-то время, уже будучи крещеным, Пантелеимон жил с отцом, у которого в доме стояли идолы. То есть он терпел, ждал...

Все-таки это больше зависит не от нас, а от того, каким образом Бог пошлет какие-то обстоятельства. Поэтому здесь нужно иметь очень большой такт, внимание, уважение. Почитание родителей – это заповедь Божья.

– И, конечно, важен пример своей жизни. Не давать повода себя в чем-то обличить...

Вопрос телезрителя: «Феофан Затворник пишет: «Если поблажать себе придется по болезни, то это ничего. А если под предлогом болезни, то худо».

– Вне контекста не могу понять. Надо посмотреть, это может быть в письмах. «Поблажать» – слово, которое уже вышло из обихода, я не могу точно перевести его на современный язык. Поэтому простите, но точно не смогу ответить, что имел в виду святитель Феофан Затворник. Надо просто для следующей передачи этот вопрос сохранить, а предварительно посмотреть в словаре, что значит это слово.

– Следующий вопрос от Ирины из Самары: «Господь – Создатель наш. Мы Его дети, Он нас любит. Почему в молитвах используется слово “раб”?»

– Под словом «раб» мы обычно подразумеваем нечто плохое. Раб – это человек, лишенный воли, который подвергается насилию, страдает из-за того, что оказался в рабстве. А на самом деле рабство Христу – это предание своей воли Христу, но с благой целью: мы хотим, чтобы Он руководил нашей жизнью. Мы говорим: да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Это выражение нашей любви и в то же время понимание, что воля Божья, когда она совершается, есть великое благо для нас.

Наша воля, к сожалению, часто приводит нас к тяжелым результатам. А если мы последуем воле Божьей, тогда приобретаем некое благо, особенно внутреннее. Каково рабство Христу? Господь Сам говорит: …иго Мое благо, и бремя Мое легко. Он называет игом и бременем то, что предлагает человеку понести, но говорит, что это благо и легко для человека. Поэтому здесь человек имеет высокую плату за труд свой, за то, что отдает свою волю Евангелию, слову Божию.

Хотя мы часто понимаем это как какие-то наказания, страхи и так далее. Но нет, Господь ищет только свободную волю человека, который сам свободно последует за Ним, не из страха и не из желания что-то приобрести. Раб из страха делает, наемник – за плату, а Господь назвал учеников Своими друзьями. То есть это такое рабство, которое мы хотим взять на себя добровольно.

– Очень интересно, как молимся мы и как молятся те же грузины. У нас молитва как бы более просительная, умилительная, мы просим достаточно трепетно и так далее. Но вот некоторые мои друзья-грузины (завтра память Георгия Победоносца) могут прийти к иконе, сказать «Дай денег сыну на свадьбу». Все-таки они как-то по-другому молятся. Мы можем так сказать: «Господи, дай»?

– Все зависит от веры человека. Мы не должны копировать чужую веру. Если человек так верит, вот так попросит – может, ему и дадут. Есть одна история из жития Николая Чудотворца. Когда вандалы захватили место, где была его икона, один человек взял ее, а узнав, что на ней изображен великий чудотворец, поручил святителю стеречь дом. На дом напали разбойники, разграбили. Человек приходит домой, видит, что икона стоит, но все разграблено... Тогда он начал сечь эту икону, хлестать по ней, кричать: «Ты оставил мой дом без всего, я тебе поручил охранять, а ты не выполнил!» И по молитвам святителя Николая воры вернули этому вандалу все, что было у него украдено.

В чем соль этой истории? В том, что, видимо, сильна была вера. Вандал был уверен, что святитель Николай его, язычника, имущество сохранит, хотя вера его и оказалась тщетна. Он не в Христа верил, а именно в волшебную силу святителя. И святитель Николай показал ему: да, он может это сохранить.

– Очень интересная история.

 Вопрос телезрителя: «Святые говорят: Бог поругаем не бывает. А что будет человеку, если он обвиняет Христа в немилосердии за неоказание помощи?»

– Бог пришел не судить, а миловать. И Господь Сам говорит: …если кто скажет слово на Сына Человеческого, простится ему. Говорит, что не простится то, что человек сказал против Духа Святого. Как мы знаем из Священной истории, люди поначалу, по незнанию, были настроены против Христа, могли и оскорбительное слово какое-то против Него произнести. Потом раскаялись, и Господь принял их покаяние.

Здесь все зависит от состояния человека. Господь видит, что происходит с человеком. Или вера его искренняя, только он в таком состоянии находится, или человек – лицемер. Лицемеру вряд ли простится, потому что у него и повода для покаяния нет, раз он лицемерно все делает. А человека искреннего Господь направит, если он даже что-то и скажет против Христа.     

– Просьба от телезрителя: «Помолитесь, пожалуйста, о здравии моей мамы Надежды. И подскажите, как правильно молиться, чтобы испросить здравия близкому человеку, когда поставлен грозный диагноз».

– Есть много молитв церковных, начиная с тропаря «За болящего»: Скорый в заступлении един сый, Христе, скорое свыше покажи посещение страждущему рабу Твоему, и избави от недуг и горьких болезней и воздвигни во еже пети Тя и славити непрестанно, молитвами Богородицы, едине Человеколюбче. Можно кратко молиться. Есть прекрасный канон за болящего.

Сейчас все это есть в Интернете, только надо православные ресурсы найти. Можно почитать короткую молитву святому покровителю человека. Вере, Надежде и Любови можно помолиться. Можно почитать молитву Матери Божией перед иконой Ее «Целительница». Есть много молитв, надо выбрать ту, которая вам ближе, на которую сердце ваше откликается.

– В продолжение темы о молитве: «Если не успел помолиться перед сном и уже лег в кровать, можно ли молиться лежа? Господь услышит молитвы?»

– Господь всегда услышит молитву. Вопрос в том, что такое молитва. Все-таки она требует прилежания, некого отношения внутреннего. Господь говорит, что молитва должна совершаться втайне. И совершаться она должна сосредоточенно. Это слово, которое мы говорим не просто формально; мы обращаемся к Тому, от Кого зависит вся наша жизнь.

Поэтому важно не количество молитв, важно сказать это слово в правильном состоянии. Конечно, если человек болен или уж очень устал, то может и лежа помолиться. А если я все-таки могу стоять пока, лучше хотя бы часть молитв прочитать стоя, а потом уже сесть или лечь. Думаю, здесь большого ущерба для нашего здоровья не будет…

– Батюшка, когда идет молитва в семье, нужно ли настаивать на том, чтобы дети стояли по стойке смирно? Я из многодетной семьи и знаю много примеров моих родственников и друзей.

– Мне кажется, это решается индивидуально в каждой семье, в зависимости от возраста и энергии детей, воцерковления родителей. Мне как-то задавали вопрос, почему в католических церквях люди молятся сидя, а у нас надо стоять, ведь для многих это тяжело. Согласен, иногда трудно стоять, но я встречал людей, которые именно молились, и когда человек молится, то рядом с ним не сядешь. Это чувствуется. Если бы мы действительно молились, то наши дети не бегали бы и не шумели. Тут вопрос, наверно, не в том, как дети должны молиться, а в том, как должны молиться взрослые, чтобы дети в этом увидели что-то настоящее. То есть это идет не от дисциплины.

– Когда выходит архиерей или священник на середину храма, все благоговейно стоят, смотрят, слушают.

– Это положено, а есть молитва. Когда человек начинает молиться, ты чувствуешь это, рядом с ним уже не сядешь хотя бы из почтения к молитве. Это можно учуять, понять. Когда по-настоящему молятся, будешь стоять и забудешь о том, что стоишь.

– Следующий вопрос: «Каждый раз, когда я подхожу к Причастию, меня начинает трясти так, как будто я мерзну. После того как причащусь, первые несколько минут продолжает трясти, а потом это проходит. Что это такое? Раньше я не обращала на это внимания, а сейчас это стало волновать».

– Я Вам советую продолжать поступать как раньше: не обращать на это внимания. Наши чувства непостоянны, их очень легко обмануть, настолько они зависят от наших мыслей. Вот сейчас идет заболевание, и если где-то что-то кольнуло, кто-то чихнул – какие  у нас мысли? А в обычное время и внимания не обратил бы... То есть все зависит от того, как мы к этому относимся.

– Следующий вопрос: «Что такое воля Божия, как ее принять, понять?»

– Очень сложно понять волю Божию. Если бы мы ее поняли, стали бы самыми счастливыми людьми на свете. Но, пока не понимаем, живем своей волей. Здесь можно, наверно, так для себя понять: то, что нам не хочется или очень трудно делать, и есть воля Божия о нас.

Следующий вопрос: «Если для Господа нашего Иисуса Христа все равны, то почему Иоанн упоминается как Его любимый ученик?»

– Действительно, здесь сложно разделить учеников Христовых. Мы знаем, что Павел вообще не был учеником, а был среди гонителей христиан. Но он сам о себе свидетельствует, что больше других апостолов потрудился в проповеди слова Божия. Мы видим, что половина Евангелия написана Павлом. Мы также видим, что Христос имеет все, что имеет обычный человек. Чувственное, дружеское расположение также Ему свойственно.

Это проявляется не только с апостолом и евангелистом Иоанном Богословом. Вспомните воскрешение Лазаря: Христос плачет, когда стоит у гроба Лазаря. Иудеи говорят: «Смотри, Он плачет. Неужели Он не мог воскресить его, когда тот умер?» Евангелисты пишут, что Он любил Лазаря. Он плачет о нем, потому что Лазарю пришлось пройти через смертные врата. Он не лишен чувств, но это не значит, что чувственное составляет в Нем содержание жизни.

– Вопросы телезрительницы: «Когда читаю молитвы о здравии, прошу об этом Пресвятую Богородицу, всех угодников Божиих. Или нужно отдать предпочтение какому-то одному святому? Перед Причастием говорят: "Со страхом Божиим приступите", а я в душе не испытываю никакого страха, чувствую доброту, которая должна исходить от Бога. Может быть, мне нужно молиться как-то по-другому?»

– Мы испытываем страх за тех, кого любим: чтобы не заболели, чтобы у них было все хорошо. Это страх, мы боимся за них. Страх Божий – это немного не то. Это не страх получить наказание. Действительно, Господь принимает нас и любит. Хорошо, если человек чувствует расположение ко Христу, это важно для нашей веры.

Что касается молитвы к святым, это уже личное дело. Как Вам легче, как Ваше сердце слышит, так и молитесь. Хотите – поминайте одного святого, хотите – нескольких, многих, но нужно помнить об одном: мы молимся святым, чтобы они  были ходатаями перед Христом. От Него мы получаем все дары.

– Следующий вопрос: «Грусть, печаль и уныние – это одно и то же? Грусть и печаль считаются грехом?»

– Да, и грусть, и печаль, и уныние считаются грехом. Возникает недовольство жизнью, а жизнь нам дана от Бога. Здесь есть некое сопротивление жизни. Корнем является гордость, потому что человек считает, что жизнь должна быть другой. Неприятие жизни, неудовлетворенность желаний... У нас есть желания, мы понимаем, что они уже не исполнятся, начинаем унывать. Желание само мы не оценили: насколько оно полезно, нужно для нас. Здесь такое вот разногласие. Невозможность исполнить желание рождает в человеке уныние, отчаяние, часто доводит человека даже до какой-то депрессии – современной болезни. Эта болезнь связана с обилием желаний: и того хочу, и сего, а не получаю, и от этого вешаю нос.

– Вопрос телезрительницы: «Есть такое место в мире, любимая родина, к которой  испытываешь ностальгию. Я страдаю, потому что знаю, что никогда не смогу вернуться в это место. Догадываюсь, что это чувство греховно, потому что угнетает меня. Так ли это?»

– Наверно, такой сильной ностальгии не нужно поддаваться; когда мы поддаемся чувству, оно в нас усиливается. Мы разумом должны сопротивляться. Не знаю, что вызывает ностальгию, поэтому не могу сказать точно. Знаю точно, что Антоний Великий своих монахов учил: «Никогда не возвращайся в те места, где ты грешил». Если возвращаешься, возникает подобие тех ощущений, которые ты когда-то испытывал. Место может напомнить нам о нашем внутреннем состоянии.

Но здесь может быть и другое. Мы часто, связываясь с чувственным, углубляемся в свои чувства и потом никак не можем выплыть из этого океана, потому что он нас все время поглощает. У нас какой-то чувственный мираж – страна, которая уже не существует, время ушло, мы стали другими, все изменилось, а мы все вспоминаем то, что было в прошлом. «Никогда не спрашивай о том, почему прошлое было лучше», – говорит Екклесиаст.

– Может быть, лечение простое: приезжать туда?

– Приезжать можно. Просто я говорю, что не надо сильно доверяться чувствам. Они нас очень далеко заводят. Чувственный человек себя не контролирует. Все-таки у нас есть разум, который подсказывает, когда нам нужно ограничить чувства. Это духовное знание. Святые отцы учили, что разум бесстрастный, а сердце страстное, чувственное. Разум бесстрастный, он умеет рассуждать. Он может остановить сердце и направить его. Всякое место должно тебе приносить радость. В каком бы месте ни жил, ты должен эту радость в себе найти. Если находишь ее только в прошлом, значит, где-то в настоящем не прав.

– Люди сохраняют квиточки походов в музей как память, посадочные билеты на самолет в память о поездке, этом событии. О событии, быть может, не вселенского масштаба: это не свадьба, не день рождения родителей, а что-то очень маленькое, но памятное...

– Эти артефакты, которые ты хранишь, порождают в тебе чувственные переживания. Фотографии или видео, которые делают сейчас, рождают в нас чувственные переживания. Нужно понять, что это уже прошлое. Мы изменились, стали другими. Нам Господь заповедал жить настоящим, сегодняшним днем. Жить радостно, полноценно. Мы можем радоваться тому, что было когда-то, но это не должно лишать радости нас сегодня.

Как часто бывает: «Ой, у меня это было, а теперь этого нет». Такого не должно быть. Даже более того скажу, если нас поместить жить в музей, мы через два дня оттуда сбежим, скажем: «Хватит с нас музеев. Пустите нас в квартиру». Или за границей нас посели, где мы часто любим отдыхать. Поживи там, а потом посмотрим. Хотя  многие скажут: «Я бы всю жизнь там прожил». Не знаю, тут опытно уже. Но, во всяком случае, не стоит следовать своим чувствам, потому что они лишают нас настоящей радости.

– Это очень важная тема, потому что многие говорят: «Того, что было раньше, уже не будет. Когда закончится эта ситуация, будет другой мир».

– Я столько слышал о другом мире, что и не знаю, что говорить. На моем веку много раз мир менялся. Я родился и вырос в Советском Союзе, потом начались 90-е годы, сегодняшнее время. Я вижу, что каждое время имеет свои достоинства, недостатки. Нельзя сказать, какое время было лучше. Пришло новое время, и надо жить в нем.

– Мое поколение не знает, что это такое. Может быть, сейчас это первое потрясение.

– В свое время и для нас было удивительно. Советский Союз настолько нам казался незыблемым! Варшавский договор, социалистические страны – все это жило годами, десятилетиями. И вдруг в какой-то момент все стало распадаться. И что оказалось? Особой трагедии я в этом не вижу. Люди живы, слава Богу. Мы с вами тоже живем. Хотя многие жалуются, но сейчас лучше живут, чем жили наши родители после войны или в советские годы. Тогда довольно скромнее была жизнь. Но новое не всегда плохо. Просто нужно перестроиться, нам нужно становиться  немного другими. Но мы консервативны, нам хочется, чтобы все было по-старому, но еще лучше.

– Сейчас у всех преобладает чувство комфорта. Огромное желание комфорта. Мы хотим, чтобы все был удобно, хорошо, спокойно.

– Не все так хотят, потому что это удобство человеку в нормальном состоянии надоедает. Ему хочется какого-то движения. Конечно, когда происходят такие сдвиги, перемены – это все непросто. И жаль людей, которые погибают или тяжело заболевают. Это трагедия. Не надо забывать, какие бывают испытания, болезни, и стараться этот момент учитывать в своей жизни. Смотрите, какие были землетрясения даже в Советском Союзе. В 60-е годы Ташкент разрушен, город Спитак погиб за несколько часов... Наводнения, цунами, десятки тысяч людей погибают, сотни тысяч остаются без крова.

Моментально смывает все: ваш дом, все ваши накопления. Все становится ничем за какие-то часы. Что такое стихийное бедствие, природа? К природе нужно иметь серьезное отношение. Мы живем на равнине, где ни землетрясения, ни цунами, ни тайфуны нас не беспокоят. Мы привыкли, что у нас все спокойно, чинно. Со стороны природы мы не ждали никаких подвохов, но они пришли.

Поучимся у тех людей, которые выжили в сложных ситуациях, остались людьми, помогали другим и сами восстановили то, что было разрушено. Тогда Ташкент восстанавливал весь Советский Союз. Все ехали туда строить. Я думаю, такую помощь мы должны оказывать друг другу в тяжелых ситуациях. Но не нужно успокаиваться, что у нас все спокойно, что ничего не достигнет нас, ни ветра, ни поветрия. Оказывается, все может достичь. Мы должны быть к этому готовы.

– Это десятилетие показало, что и война близко.

– Что угодно может случиться. Человеческая жизнь очень неустойчивая, хрупкая. Надо ее беречь, каждый день жить достойно, чтобы день приносил радость и тебе, и близким.

– Нам уже кричат со всех сторон: «Будьте здоровы, берегите друг друга».

– Это нужно делать всегда, не только во время болезни.

– Но это обостряется сейчас.

– Да, обостряется. Но человеку нужно иногда взглянуть на жизнь по-другому.

 – Следующий вопрос: «Как молиться по Часослову дома?»

– Часослов содержит последования часов, повечерие, вечерню. Нужно с разбором читать, потому что в Часослове есть отсылки на дневные молитвы, которые связаны с дневным, недельным, пасхальным кругом. Если вы хотите читать часы так, как они читаются в церкви за богослужением, нужно еще иметь «Богослужебные указания», чтобы понимать, что после чего читается, какие тропари, какие молитвы вставляются…

– Не только Часослов должен быть.

– Да, Часослов – это канва, хребет, но еще есть молитвы, которые туда добавляются. Праздничные молитвы. Сейчас мы читаем не «Царю Небесный», а «Христос Воскресе». Церковный устав считается сложным, но он очень логичный. Есть уставные приложения на телефоне. Нужно учиться читать. Что можно почитать самому из Часослова, что неизменяемо? Псалмы, которые читаются на часах, шестопсалмие.

– А стихиры?

– Чтобы читать стихиры, нужно иметь Октоих, Триодь, Минею.

– Если человек это изучил, может и дома пропеть и вечерню, и утреню?

– Да, конечно, я даже знал таких людей, которые ежедневно читали дома и канон с Минеи.

– Как быть с теми местами, где священник говорит возгласы?

– Они не читаются. Молитвы с ектении пропускаются. Там ектения не написана, только обозначено: мирная, просительная, сугубая. Просто пропускаем. То есть можно дома вычитывать утреню, повечерие, канон. Раньше в Церкви были такие люди, миряне, которые все это читали. Все-таки, думаю, надо чаще посещать службу. Если мы возьмем Часослов на службу  и будем следить, как и что читается, то сможем тогда это понять. И тогда дома нам уже будет легко разобраться.

– И уже будет легче стоять, когда служба понятна.

– Да, тогда уже ноги не болят.

– Я помню, когда пришел поступать в семинарию, ничего не понимал, мне было безумно тяжело. Меня сделали уставщиком, я изучил устав, и мне стало очень легко. Теперь за каждым богослужением иногда даже претензии: а почему мало стихир прочитали?

– Здесь просто нужно участвовать в богослужении. Это ляжет фундаментом.

– Тем более сейчас, во время изоляции, люди вынужденно могут изучить некоторые вопросы и творить молитвенное правило.

– Сейчас идут трансляции. Можно взять Часослов, устав и посмотреть, что читается. Это интересно. Служба – это великое богатство. Одна из составляющих нашей веры – это богослужение.

– Пока богослужение нам недоступно в привычном виде, но будем молиться, чтобы наше общественное богослужение вернулось.

– Да, конечно, это основа жизни Церкви, без этого нельзя.

– Даст Бог, это время настанет. Немного нужно потерпеть.

– Хочу обратиться с пасхальным приветствием: «Христос воскресе!» И сказать, что не нужно смотреть на нынешние времена как на что-то, что будет продолжительным. Есть вещи, которые нужно перетерпеть; все-таки мы с вами смотрим в будущее и знаем, что Господь не оставит; в скорейшем времени мы  вернемся к обычному образу жизни, будем участвовать в общении друг с другом в Церкви, на службе, в молитве.

Ведущий Сергей Платонов

Записал Игорь Лунёв

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​