Учимся растить любовью. О детских драках

4 августа 2022 г.

Сегодня у нас в гостях психолог Мария Паршенкова.

– Мария, у себя на страничке в социальных сетях Вы разместили информацию о том, что примете участие в записи нашей программы, и родители начали предлагать темы для разговора. Одна из тем – как предотвратить драки в школе. Конечно, это очень узкая тема. Тем более мы совершенно не знаем, кто задает этот вопрос: мама агрессора, которого вот-вот выгонят из школы, или мама жертвы, или учитель. Поэтому мы сегодня решили рассмотреть вопрос детской агрессии в целом, в том числе поговорим и о драках в школе. Начнем с природы агрессии.

– Прежде чем разбираться с проявлением какой бы то ни было проблемы, надо посмотреть в корень, откуда, собственно, она возникла. Хочу сделать отступление и сказать большое спасибо зрителям, что им важно, какие темы мы раскрываем. По их предложениям мы с удовольствием рассмотрим и другие темы.

Эта тема действительно стоит очень остро. Родителям непонятно, как реагировать на детскую агрессию. Если посмотреть на агрессию в целом, то мы понимаем, что агрессия – очень важная часть личности любого человека. Агрессия необходима для того, чтобы выжить.

Обратимся к живой природе (а человек – это часть живой природы) и посмотрим, в какие моменты животные проявляют агрессию. Если лев охотится на свою добычу, он агрессивен или нет? Нет, он спокоен и расчетлив. Агрессия – не про это. Агрессия возникает тогда, когда есть угроза жизни и здоровью; это защитная реакция. И это тот механизм, который помогает нам выжить.

Есть агрессия физическая, когда мы деремся или убегаем. Есть агрессия вербальная, когда животные рычат друг на друга. Когда люди ругаются – это такая же полновесная агрессия, как и драка. Агрессия занимает очень важную роль в нашей жизни. Другой вопрос, как в нашей культуре мы относимся к любым проявлениям агрессии: какие проявления агрессии считаются нормальными, а какие избыточными и что делать с избыточными проявлениями агрессии.

– Если мы рассматриваем плоскость христианской жизни, у многих создается впечатление, что мы, христиане, точно против агрессии. И только углубляясь в вопрос, можно понять, что это не совсем так. В прекрасной книге «Православная психотерапия» митрополита Иерофея (Влахоса) расставляются все точки над «i», сделан глубокий психологический анализ этого явления, духовный в том числе. В книге рассказывается, что агрессия – это то, что есть в человеке, что невозможно убрать, и мы должны лишь развивать противоположную добродетель. Тогда мы точно отходим от мыслей, что агрессия – это  плохо и ее надо убирать в зародыше еще в маленьком ребенке. Это невозможно и чревато серьезными последствиями. Православное учение об этом говорит.

Откуда же берется агрессия и что с ней делать? Нужно ли предпринимать какие-то действия уже в раннем детстве, чтобы агрессия не стала проблемой, а была лишь полезным механизмом, который не вредит другим людям?

– Вы абсолютно верно прокомментировали ситуацию. Агрессия как один из природных компонентов личности проявляется очень рано. Первые яркие проявления агрессии у малыша (и родители часто об этом говорят) – когда он бьет родителей по лицу. Малыша берут на ручки, а он начинает со всей силы бить маму или папу по щекам. Бьет и хохочет. Что это такое? Это проявление первой агрессии. И ребенок проверяет: я сейчас делаю хорошо или плохо?

Это не та агрессия, которая биологически обусловлена; не та агрессия, за счет которой ребенок должен выжить. Это та агрессия, которая в дальнейшем может стать средством коммуникации (закрепленное агрессивное поведение). И от реакции родителей зависит очень многое. В данной ситуации руку ребенка нужно остановить. Лицо родителя при этом должно быть очень спокойное, потому что ребенку будет интересна любая эмоция на лице. Если мама заплачет от того, что ее сильно ударили, или рассмеется и скажет: «Ах ты, шалун», – ребенок в любом случае увидит бурную реакцию, и эта реакция только подкрепит правильность его действий. Поэтому у родителя должно быть абсолютно спокойное лицо и очень четкая и жесткая позиция: бить нельзя. То есть мы останавливаем руку и говорим: «Бить нельзя».

Не надо проявлять встречную агрессию. Многие начинают щипать ребенка и говорить: «Видишь, тебе больно. И мне было больно». Когда идет такое взаимодействие, это не что иное, как приглашение к диалогу и провокация будущей драки. Если родитель показывает ребенку, что ему больно, и начинает причинять боль в ответ, не надо удивляться потом, что ребенок, зная, что в агрессии может быть физический диалог, будет склонен к дракам. Это та модель поведения, которую сами родители ребенку продемонстрировали.

По мере взросления дети начинают выливать агрессию и друг на друга, и на родителей. И тут встает этический момент: когда ты действительно прав и надо защищаться (например, у тебя что-то отобрали). У маленьких детей очень маленький словарный запас, поэтому им проще лопаткой стукнуть, чем долго объяснять, почему так делать не надо. И тогда родители, понимая, что происходит, направляют агрессию ребенка в правильное русло, но ни в коем случае ее не гасят.

– Мне очень понравилось Ваше замечание о том, что нельзя демонстрировать ребенку возможность диалога с помощью насилия по отношению друг к другу, что сразу нужно останавливать ребенка, если он бьет. А почему смеяться и переводить все в шутку – это неправильно? Хотелось бы услышать комментарий для тех родителей, которые уходят в эту крайность.

– Чтобы взаимодействовать со взрослым, ребенку нужно эмоциональное подкрепление. Если ребенок видит, что те действия, которые он делает, вызывают у родителей интерес и какой-то отклик, это говорит о том, что он делает что-то интересное, важное, нужное, и у ребенка появляется механизм привлечения внимания родителей. Например, если возникает какая-то ситуация и родители не хотят, чтобы она повторялась, эмоциональное состояние должно быть как можно более сухое.

Детям, по сути, не важно, какую эмоцию проявляет родитель, ругается он или хохочет, ему важен градус этой эмоции. Чем ярче эмоция, тем больше внимания ребенок может таким образом получить. Многие родители говорят: «Ребенок меня провоцирует. Вот когда я на него наору, тогда он отстает и ходит счастливый». О чем это говорит? О том, что когда-то было продемонстрировано агрессивное поведение родителей, которое показывает ребенку, что так он для них существует. Если ребенок спокойно играет и мама спокойная, ребенок думает, что для мамы в этот момент его нет. Как сказать маме, что он есть? Спровоцировать ее на конфликт. Тогда ребенок доволен: он видит, что мама к нему неравнодушна.

– Поговорим о словесной агрессии, ведь она тоже имеет место. Иногда родитель даже молчит агрессивно, когда ребенок поступает плохо. Это нормально или нет? Или так мы тоже закрепляем какие-то неправильные модели поведения?

– Слова в нашей жизни играют огромную роль, мы взаимодействуем друг с другом словами. Но проводились исследования, и доказано, что лишь только десять процентов информации мы получаем из слов, а девяносто процентов – из позы, мимики, жестов. И как бы мы ни скрывали те эмоции и чувства, которые испытываем, они абсолютно четко отражаются на нашем лице. Даже слово «хорошо» можно сказать в абсолютно разных интонациях.

Поэтому когда родитель недоволен ребенком, надо обязательно это озвучить, чтобы ребенок не считывал что-то сам. Ведь не факт, что это будет именно так. Надо обязательно ребенку сказать: «Мне не понравилось это. Мне было это неприятно».

Возможно, папа или мама просто очень устали и не имеют сил разговаривать с ребенком, а ребенок, не имея такого опыта общения с родителями, будет воспринимать это как агрессивное поведение в свой адрес. Гораздо лучше, если родитель скажет: «Я просто устал, мне нужно время отдохнуть, и потом я снова смогу с тобой общаться».

– Очень правильный совет Вы дали относительно малыша: когда он может ударить или еще каким-то образом продемонстрировать свою агрессию, нужно остановить его руку и оставаться спокойным. А что делать, когда ребенок взрослеет? Оставаться спокойным – хороший совет, это работает в любом возрасте. Но есть ли еще какие-то механизмы? Как учить ребенка справляться со своей агрессией правильно, чтобы ее не гасить, а пускать в мирное русло?

Это очень важно – научить ребенка такому навыку. Но это очень длительный процесс. Чем меньше ребенок, темменьше он может контролировать свое состояние. Когда ребенок проявляет агрессию, нужно посмотреть на его состояние. Агрессия может проявляться в двух вариантах. Вариант первый: ребенок осознанно хмурит брови, кричит, топает ногами, хочет вас напугать, при этом он четко понимает, что делает. Например, когда ребенок отгоняет кошку, ругается на нее, он абсолютно осознанно находится в этом состоянии агрессии. И в этот момент можно поговорить с ребенком: «А кошке приятно? А ты хотел бы быть на месте кошки? За что ты на нее так разозлился? Давай подумаем, что с этим можно сделать». В данном случае это не та агрессия, которая идет из сердца; это агрессия из головы, и это одна из моделей поведения, которую ребенок примеряет.

Другая ситуация, когда ребенок находится в состоянии аффекта и не понимает, что с ним происходит: он кричит, плачет, у него истерика, он может в этот момент драться. Разговаривать в такой момент бесполезно – идет выброс некоего напряжения. Если в этот момент сказать ребенку: «Закрой рот, успокойся, иди в другую комнату, покричи, а потом возвращайся», – это о том, что родитель не принимает ребенка в таком состоянии, отрицает собственного ребенка и тем самым наносит ему еще большую травму.

Нужно прожить с ним это состояние вместе. Есть замечательный момент присоединения: попробуйте сейчас почувствовать то, что чувствует ребенок. Попробуйте понять, что хочет сейчас ваш ребенок. Если он хочет ударить, вставайте рядом и лупите по подушкам или по деревяшке; пусть даже будет немножко больно – это поможет ребенку прийти в осознанное состояние. Если он хочет покричать – кричите вместе с ним. Проживите, проявите эту агрессию. И уже после разговаривайте. Спросите ребенка: «Что случилось? Тебе это нужно было или не нужно?» Если ребенок скажет, что ему это было нужно, тогда надо поговорить о том, как с этим справляться. Мол, смотри, мы с тобой кричали, стучали. Если что, зови меня в следующий раз: «Мама, я зол, давай злиться вместе, давай с этим справляться вместе».

– Сколько же ошибок мы, родители, совершаем при воспитании своих детей! Я хотела бы, чтобы Вы рассказали случай из своей практики, который рассказывали мне до начала программы. Он очень характерный и демонстрирует родительские ошибки, которые хотелось бы обсудить.

– Ситуация была очень интересная и показательная именно в том плане, как родители очень по-разному относятся к ситуации. И от родительской позиции зависит, как дальше сформируется человек.

Произошла эта ситуация на заре моей деятельности. Дело было в детском саду. Двое мальчишек лет шести подрались, и один другому пробил щеку ледышкой (была зима). Образовалась рана, мы ее обрабатывали. Я в голове прокручивала разговоры, которые предстоят с родителями. Вечером родители пришли за своими детьми. Первой пришла мама ребенка, который получил травму. Я стала объяснять, что произошла вот такая ситуация. Мама в этот момент начала ругать собственного сына: «Ты сам виноват. Так тебе и надо». В общем, этому мальчику еще и попало. Я была в изумлении.

За вторым ребенком пришел папа. Я папе сказала: «Знаете, ваш ребенок сегодня очень сильно и серьезно травмировал другого ребенка, нанес ему травму». На что папа отреагировал: «Молодец, сын. Так и надо. Надо защищаться и показывать, что ты настоящий мужик». Тут, конечно, я тоже очень сильно было удивлена, но уже не спасовала и сказала: «В следующий раз, если кто-то вашего ребенка ударит и будет травма, тот парень будет молодец, но совсем не будет виноват».

В той ситуации я прогнозировала совсем другой разговор, но получилось вот так. И это говорит об отношении родителей и к проявлению детской агрессии, и к детям.

– Возмутительны и та, и другая реакции. Даже непонятно, что хуже. Давайте разберем первый сценарий, когда ребенок приходит с травмой домой, а ему говорят, что он сам виноват. Ведь в психологии позиционируется как непреложная истина, что в конфликте всегда виноваты оба. В данном случае ребенок вместо поддержки и защиты получает от родителя: ты сам виноват. В чем ошибка? Это же неправильно.

– Безусловно, неправильно. Первый опыт, который ребенок получает от родителя здесь и сейчас: ты виноват, я тебя не поддерживаю. Но если ребенка не поддерживает собственная мама, то кто тогда вообще в жизни его поддерживает и где у него есть опора? Это влечет за собой массу дальнейших возможных трудностей.

Во-вторых, мама в такой ситуации пытается показать, что она хорошая мама. Она знает, что ее ребенок непростой, может причинить хлопоты, и ей гораздо проще устроить при всех публичный разбор его поведения, чем работать над этим вопросом. Как правило, такие мамы сами болезненные, травмированные, очень в себе неуверенные и тоже очень нуждаются в поддержке. То есть это очень сложная ситуация, когда все, как я говорю, птицы раненые, летающие с одним крылом.

При таких обстоятельствах маму надо поддержать и сказать: «Ваш сын – молодец, он не спасовал в этой драке, но сейчас пожалейте его, пожалуйста, как раненого бойца, вернувшегося с боя». И дать маме направление взаимодействия с ребенком, которое нужно.

Тут еще важный и тонкий момент, как сам ребенок оценивает это: как травму или нет? Есть мальчишки, которые приходят с подбитым глазом и говорят: «Ерунда». Для них это действительно ерунда (хотя это совсем не ерунда, это глаз), и они оценивают это не как травму, а как жизненный опыт. А есть такие, для которых заноза в пальце – целая жизненная трагедия. И тогда ребенка нужно пожалеть и показать, что он для нас ценен.

– Тут важно не самому родителю оценивать: мол, это ерунда. Тогда мы обесцениваем боль ребенка. Даже если нам кажется, что он переживает из-за какой-то ерунды, наверное, стоит уделить этому внимание.

Теперь поговорим о второй ситуации: что делать с тем папой? Вы уже показали, что можно ему продемонстрировать, что оказаться в другой роли не так уж и сложно,  на любую силу всегда найдется другая сила. И папе придется примерить на себя эту роль. Как разговаривать с людьми, которые считают, что агрессия – это нормально, что надо всегда брать верх, а если победил – твоя агрессия оправданная?

– У этого папы есть одно очень ценное и мудрое зерно, которое важно: то, что мальчик имеет право драться, – это нормально, это биологически обусловлено. Мальчишки должны драться. И я как психолог всегда говорю: деритесь, мальчишки; даже если потечет немножко кровь – ничего страшного, вы получите опыт борьбы в своей жизни. Это очень ценно.

Влезать в детскую драку нужно тогда, когда это опасно. Если это не так опасно, пусть они получат свой опыт и победы, и проигрыша (эти позиции всегда меняются). И это не значит, что эти дерущиеся мальчишки останутся заклятыми врагами навсегда. Что внутри этой драки? Какие процессы там решаются? Чья честь отстаивается? Это же очень важный момент невербального диалога.

Но если драка только с целью показать свое достоинство, унизив другого, то, конечно, это уже совсем другой разговор.

Когда родитель оценивает своего ребенка как бойцовского петушка и говорит: «Давай-давай, вперед, здорово», – значит, для самого родителя физическая сила является одной из ведущих ценностей. Тогда важно посмотреть поле деятельности, в котором родитель существует. Возможно, в том поле физическая сила наиболее значима, поэтому он своему ребенку и транслирует такой опыт.

Аккуратно можно поговорить с родителем о том, что кроме физической силы существует еще и сила интеллекта, и подчеркнуть, что у его ребенка чудесная, светлая голова, он умница и молодец. И если он научится сразу не кидаться в драку, то усвоит гораздо больше информации, чем усваивает, пока дерется. Нужно показать другие грани, другие таланты ребенка.

Конечно, для папы сын, который победил в драке, – это почти орден на грудь: мол, сын молодец, он не спасовал, оказался сильным. Хорошо, если этот папа принимает и опыт неудач своего сына, говорит: «Ничего, сынок, пойдем дальше».

В любой системе единоборств, например, всегда есть своя философия: кого можно бить, кого нельзя. И там момент агрессии очень жестко регламентируется. Можно отдать ребенка в какие-то единоборства, но при этом обязательно посмотреть на тренера, какие жизненные ценности он позиционирует, чему будет учить детей. Можно прямо спросить, как он относится к тому, что дети будут драться за периметром занятий.

– Я все-таки за то, чтобы драки оставались на ринге. Пусть те, кто любит драться, находят себе противников из таких же любителей подраться и делают это по правилам, под неусыпным оком своего тренера.

Большое спасибо за те советы, которые Вы дали. Мне кажется, мы поговорили о детской агрессии достаточно подробно. И открыли целый пласт новых проблем, которые непременно обсудим. Я услышала много интересного и получила много пищи для размышлений. Благодарю Вас, Мария. Ждем Вас снова!

Автор и ведущая программы Марина Ланская

Записала Нина Кирсанова

 

Показать еще

Время эфира программы

  • Четверг, 08 декабря: 00:30
  • Пятница, 09 декабря: 05:30
  • Суббота, 10 декабря: 08:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать