Беседы с батюшкой. Обязательно ли быть мучеником в христианстве. Священник Олег Патрикеев

11 августа 2022 г.

(В расшифровке сохранены некоторые особенности устной речи)

На вопросы телезрителей отвечает священник Олег Патрикеев, настоятель храма великомученицы Варвары в поселке Рахья.

Тема выпуска: «Обязательно ли быть мучеником в христианстве».

– Когда мы говорим о мученичестве,  сразу представляем  примеры из житий и всегда воспринимаем мученичество как претерпевание боли, таких страданий, которыми язычники мучили за христианство наших святых. И сейчас, когда мы говорим о мученичестве, имеем в виду именно этот контекст. Но когда читаем, например, о процессе, состоявшемся в 1922 году (столетие его мы сейчас отмечаем), и вспоминаем священномученика митрополита Вениамина Петроградского и других священников и мирян, пострадавших за веру, мы думаем о том, что было много мучеников. И себя из этого списка в любом случае исключаем по той причине, что мы не будем никоим образом мучениками. И я не знаю, кто из нас готов претерпеть какие-то серьезные страдания за веру. Я думаю, Вы со мной не согласны.

– Нельзя так сразу говорить: согласен или нет. Тема трудная, и она, наверное, не раскроется за одну беседу, потому что само мученичество имеет различные этапы. У нас есть терпение боли, есть мученичество, когда один из семьи хочет стать святым и начинает поститься. Есть такая поговорка, что если один в семье постится, то все остальные мученики. Если мы возьмем греческое слово «мученик»  – «мартус», оно переводится как «свидетель». Надо понимать, что мученик  не только тот, кто терпит боль, а тот, кто о чем-то свидетельствует. Когда у человека, например, болит зуб, он идет к врачу и свидетельствует о своей зубной боли, но при этом он мучается, страдает. А как шли до 1917 года наши солдаты за веру, царя, Отечество, как претерпевали боль, смерть, страдания? Это уже совсем другая ступень мученичества.

Поэтому одно из понятий мученичества как свидетельства веры Христовой мы должны рассматривать в контексте мотива: почему человек стал мучеником? Не просто претерпев мучения. Претерпевший мучения – это страстотерпец. Есть несколько ступеней святых: страстотерпец, мученик, великомученик. Есть ступени, которые говорят о том, что человек претерпел страдания, умер за Христа, или за веру, или за правду и стал новомучеником (или, если брать первые века, мучеником за веру Христову). Но это все опять же в человеческом понимании, потому что есть мучения не только телесные, но и душевные, когда тебя оскорбляют... Как их претерпеть?

Сейчас многие сталкиваются именно с душевными мучениями. Как быть с ними? В какой разряд их ставить? Имеем ли мы лекарство от этих мучений? Все это огромный пласт информации. Мы затронем, может быть, только его вершинку. Давайте начнем сначала: вернемся к самому началу творения мира, рассмотрим, кто был первым мучеником, хотя бы претерпел какое-то страдание в этом мире. Есть древнее христианское предание о том, как творился мир. Этой истории нет в Библии, вы не увидите ее на страницах Евангелия, но она очень красива. Она была подслушана одним монахом, он молился и услышал диалог Святой Троицы: Отца, Сына и Святого Духа. Отец говорит Сыну: «Сотворим прекрасный мир любви, красоты, Дух Святой будет летать над волнами, сотворим небо, землю – все будет красиво».

– Да, Отец, – говорит Сын.

– Мы сотворим зверей, сотворим множество птиц, рыб, прекрасную зелень. Дух Святой Нам поможет.

– Да, Отец, – говорит Сын.

– Мы сотворим человека по образу и подобию: свободных, красивых, сильных духом. Дух Нам поможет.

– Да, Отец.

– Но этому человеку Мы дадим свободу, полную свободу, как у Тебя, как у Меня. Он будет полностью свободен в своем выборе. И однажды этот человек сможет выбрать зло, он выберет зло. И Тебе придется родиться Человеком, чтобы спасти его.

– Да, Отец.

– Ты родишься Человеком, и Тебе придется идти на крест и умереть.

– Да, Отец.

– И потом воскреснуть.

– Да, Отец.

Первым страдальцем был Сын Божий. Он уже начал страдать. Земля уже начала готовить Ту, о Которой Бог сказал еще в раю: «От Тебя родится семя, которое сотрет главу змия».

– Когда мы говорим о свидетельстве претерпевания за веру, тут очень интересный момент… Когда нам были посланы испытания (пандемия и прочее), очень много людей ушло из Церкви. И после этого вернулось в Церковь не столько, сколько ушло. Какое-то количество людей что-то переосмыслило. В заповедях блаженств прежде заповеди Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах, идет заповедь: блаженны, если вас будут гнать за имя Мое.

Получается, что нам это уготовано. Как можно приготовить себя к такому, чтобы за веру претерпеть гонения? Понятно, что те люди, которые участвовали в этом процессе в 1922 году, наверняка не думали о том, что сейчас будет суд и их осудят и расстреляют. Жизнь есть жизнь, она идет. Можем вспомнить о том, что композитор С.М. Ляпунов в это время написал удивительную песнь Богородице. Можно ли как-то приготовиться к испытанию гонениями за веру?

– Скажу от себя, потому что невозможно сказать за все общество или дать рецепт, который мы бы сейчас выписали: как приготовиться к мучениям, какие иметь обезболивающие и так далее. Это невозможно решить сейчас, и есть даже такая поговорка: на крест не просись, с креста не бегай. Поэтому приготовиться надо не к страданиям, которых и так у нас хватает, а к проповеди. То есть к свидетельству о Христе. Господь увидит наше чистое сердце, что мы именно искренне проповедуем о Нем, желаем жить по Его заповедям и исполнять всего лишь две Его просьбы: «Любите Меня и друг друга», – и по тому узнает, что вы Его ученики. Если хотя бы это у нас будет во главе угла, тогда и Дух Святой поможет нам претерпевать страдания за Христа.

В акте отречения должна была стоять подпись: «Отрекаюсь от Христа» (что, в принципе, означало жизнь земную, но без Христа), либо: «Я верю во Христа» (и тогда лишение жизни земной, но жизнь в вечности со Христом). Эта вера и позволяла идти на мучения. Если я задамся вопросом, готов ли расстаться с жизнью, сейчас я не смогу этого сказать, это Сам Господь приоткроет. В этот момент не я буду говорить, а Дух Святой. Об этом сказано в Евангелии: «Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как и что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас». Если мы верим во Христа, то Дух Святой за нас ответит, и Он же даст нам силы претерпеть эти мучения.

– Вопрос телезрителя: «Известно, что мученики – это христиане, которые идут до конца, то есть они от веры не отрекались. А тех, что отрекались, не трогали. У меня вопрос о новомучениках: во времена большевистского террора людей расстреливали даже не за веру, их расстреливали партиями по спущенному сверху количеству. Священников и верующих, даже если бы они отреклись, все равно расстреляли бы. Получается, они не мученики, а невинно убиенные?»

– Я сейчас занимаюсь делом иеромонаха Иннокентия Кузьмина, чтобы он официально стал новомучеником. Я изучаю его допросы. Да, когда-то был красный террор, когда убивали без суда и следствия. Но потом стали понимать, что нужно строить правовое государство, на нас же смотрела Европа. Сначала появились так называемые суды-тройки, а потом начались и допросы. В этих актах есть информация о том, отрекся человек или нет. Были и те, кто отрекался и оставался жив. Все, кто пошел за советской властью в то время, обновленцы, жили припеваючи.

Это были акты отречения от православной веры. Надо рассматривать их допросы. Все сведения о первых мучениках, которые мы знаем, составлены по допросам римской власти. В них даже записаны чудеса, которые происходили с этими мучениками. У святого Поликарпа записано в допросе, что во время сожжения его объял какой-то свет, который не давал огню возможности его обжечь. Он стоял в огне и не сгорал. Поэтому применили меч. Допросы свидетельствуют об этих чудесах. Именно по таким актам Церковь могла принять мученичество человека и прославить его.

И была длинная история по поводу тех, кто отрекался от Христа, а потом раскаивался. Об этом размышляли на Церковных Соборах. Что с ними делать? Нужно ли их перекрещивать? Как их вернуть обратно в Церковь? Их снова считали оглашенными.

Быть осужденным без суда и следствия – это тоже одно из мучений. Они жили своей жизнью, это не были какие-то уголовные элементы, которые нарушили закон. Они страдали за правду, за принадлежность к определенному классу. Велись допросы практически всех священников. Документы еще закрыты в сейфах. Когда доберемся до них, узнаем оттуда очень много правды.

– Совсем недавно было время, когда Церковь еще не была разрешенной, и за исповедание веры можно было получить очень много серьезных неприятностей.

– Да, за Евангелие можно было в тюрьму сесть.

– Или получить диагноз шизофреника. Это было реальностью. Я помню, как верующих обвиняли в том, что они разговаривают с Богом, а значит, они ненормальные. Таких свидетельств очень много. Даже я их помню, то есть это было совсем недавно. И сейчас есть те, кто готов претерпеть за веру Христову. В современном мире отношение к православным такое, что нас считают совершенно неадекватными людьми. Есть известная история, когда на одном из автомобильных заводов заявили, что вид священника с крестом оскорбляет нравственные чувства работников. Отстаивание своей веры – это тоже ее исповедание, миссионерство?

– Да. Надевая крест, ты исповедуешь распятого Иисуса Христа. Если нас спросят на суде, в кого верим, мы должны просто прочитать или пропеть Символ веры. Это и есть та основа и фундамент, что мы исповедуем. В нем все написано. Мир ненавидит Христа. Об этом Он сказал еще тогда: Если Меня преследовали, то и вас преследовать будут. Но если Мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше. Есть места без внешнего сильного гонения, где есть единство хотя бы власти. Византийский двуглавый орел символизировал объединение царской власти и духовной. Это симфония, к которой мы сейчас пытаемся приблизиться. А может, уже приблизились. По крайней мере, у нас нет внешних гонений.

Внутренние же гонения будут всегда. Пятая колонна в Церкви всегда будет гнать Христа. Работникам дьявола только свистни, они в ожидании того, когда уйдет Удерживающий –   Дух Святой. Православная вера сдерживает влияние дьявола на этот мир. Космонавты, пролетая над Афоном, видели световой столп, а там нет электростанций, только келейные лампочки и лампадки. Столп света – это энергия любви и молитвы за мир. Она есть и в наших монастырях; например, в северных Коневском или Валаамском.

– Вопрос телезрительницы Ирины из Ленинградской области: «Сегодня на телеканале «Союз» смотрела передачу из гомельского собора Петра и Павла из Белоруссии. У меня там сын живет, и я раньше очень часто туда ездила. Я всегда заходила в этот собор. Однажды у меня долгое время было высокое давление, и святая Манефа мне помогла. Я постояла несколько секунд у ее раки и забыла о давлении на три месяца… Вопрос такой. В церкви батюшки совершают каждение, мне это очень нравится, особенно когда батюшки подходят к каждому человеку. Мне нравится этот запах фимиама, но я не понимаю, для чего совершают каждение». 

– Традицию каждения мы видим еще в Ветхом Завете, это описывается при рождении Иоанна Крестителя, когда ладан растворяется на угольке, выделяя благовонный запах. Каждение – это прообраз нашей молитвы. Молитва может быть прекрасной, когда она восходит на небо с таким же запахом благодати. Если мы молимся, думая о чем-то постороннем, молитва получается с запахом гари. Каждение – это призвание нас к чистой молитве.

Священник сначала совершает каждение икон, потом каждение лиц, находящихся в храме, потому что каждый из нас – это икона. Мы подходим к живому образу для почтения того образа, который в нас находится, мы совершаем молитву.

– Что происходит во время литургии, когда мы слушаем Евангелие, встречаем Самого Христа, выходящего на проповедь, слушаем заповеди блаженств, чтение Апостола? Если мы не понимаем, что происходит на литургии, то не знаем, для чего мы пришли. Мученичество предполагает знания, свидетельства. Может ли знание своей веры подготовить нас к мученичеству?

– Обязательно. Это необходимо было делать еще позавчера, и это делается. Например, в некоторых храмах совершаются миссионерские литургии с переводом на русский язык, чтобы людям было это понятно, чтобы человек мог воспринять всю глубину происходящего.

Я до сих пор не могу воспринять всю глубину, где каждая молитва, фраза, каждое движение пропитано Премудростью, Духом Святым, богословием. Литургическое богословие – это высшее богословие, его ангелы до сих пор не могут понять. Они хотят проникнуться этим чудом, но не могут до конца нырнуть в эту глубину. Но это раскрывается в едином Духе, когда весь храм едиными устами поет Символ веры, и священник это чувствует.

В Евангелии апостол Павел кому-то говорит: вы младенцы, покормлю вас еще молочком, подождите. А кто-то уже может вкушать твердую пищу, эти люди находятся в алтаре – это священники, помощники. Они уже знают, зачем сюда пришли, не просто свечку вынести, а уже прожить литургию.

Надо именно проживать литургию, проживать Христа в литургии.  Это и есть смысл литургии: сочетаться со Христом, как мы это делаем во время крещения. После крещения мы уже сочетаемся с Господом материально, мы причащаемся Его Тела и Крови; ближе соединения уже не будет. Литургия – это наивысшая молитва, это пик духовного момента человека, который может через свое «не хочу, не могу, не знаю» войти в Откровение.

Этому нужно обучать. Во многих храмах есть школы и для взрослых, и для детей; и у нас они есть. Но нужно не просто что-то рассказывать, нужно показывать. Поэтому мысль о создании фильма замечательна; это станет изумительным пособием. За литургией проходит вся история жизни человечества, вся жизнь Христа – от начала сотворения мира до Вознесения и ожидания Его Пришествия.          

– Когда мы слышим призыв: сами себя и друг друга и всю жизнь нашу Христу Богу предадим, – к чему он нас призывает? Отдать свою жизнь Христу. Если воспринимать это буквально, то, наверное, мы не очень понимаем это. Смерть грешников люта. А это мы понимаем? Мы не готовы к мучениям, потому что веру свою не знаем, не молимся, не хотим верить.

– Есть такой психологический прием, когда человек, закрываясь своей греховностью, не хочет быть праведным. «Я такой грешный…». А дальше что? На этом заканчивается понимание дальнейшего развития. Он как росточек, который полили, удобрили, но сам он не хочет пробиваться сквозь асфальт своего неверия. И тогда приходит ощущение слабости, никчемности, ненужности, человек не хочет потерпеть…

– Вопрос телезрителя: «Люди ходят в храм, исповедуются, причащаются. Но почему не во всех есть Дух Христов?»

– Как его стяжать? Это целая наука, целая жизнь должна быть посвящена стяжанию Духа. Мы думаем, что если будем соблюдать правила (как правила дорожного движения), то попадем в рай. Если я буду ехать шестьдесят километров в час, соблюдая все правила, я домой приеду, но до рая – не доеду. Так и в жизни: невозможно войти в рай, только исполняя закон. Мы пришли домой, почитали молитвенное правило (как газету или журнал) и думаем, что этим правилом достигнем рая. Причащаясь, мы думаем, что рай нам обеспечен.

Это самообман. Потому что мы причащаемся во оставление грехов и в жизнь вечную. Для того, чтобы здесь и сейчас доказать своими делами, что во мне Христос Живой; во мне Его Кровь, Тело; во мне Его радость, любовь. Я иду и показываю Христа – вот исповедь, вот мученичество. Если в тебе есть Христос, Он попросит тебя руки развести пошире, чтобы они показывали в сторону Креста и чтобы этими руками ты не мог сделать никому зла; это и есть христианство, сораспятие со Христом. Умереть для греха – это мученичество. А у нас сейчас мученичество – прийти в воскресенье в храм. 

– Митрополит Варсонофий на одной из проповедей сказал: «Все ваши добродетели – это нули; у кого три, у кого сто, но это нули. Но если только человек во главу угла ставит Христа, перед нуликами появляется единичка». Мне это понравилось. Действительно, можно как угодно жить праведно, но если Духа Христова нет, то будут одни сплошные нули.

– Об этом надо говорить. Это надо прочувствовать. Проповедь о Христе должна звучать как две тысячи лет назад, так же смело, спокойно, радостно, с улыбкой. Потому что Христос воскрес! Апостолы в проповедях не говорили, куда свечки ставить, какие записки писать, сколько нужно жертвовать. Они говорили: Христос воскрес! Люди не верили. А они говорили: «Мы Его видели, трогали руками». Апостолы нам об этом написали. Это и есть проповедь, это Дух Христов, который был дан апостолам. Его надо стяжать, воспринять сначала через покаяние, а потом через изучение нашей веры. Вера должна быть фундаментом. 

Сейчас заглянул в Интернет – и все ответы у тебя уже есть. Можно получить миллион ответов на один вопрос, но только где правда? Поэтому нужно заглядывать почаще в Евангелие. Там есть ответы на все вопросы всех времен и народов. Как жить? С кем жить? Как рождаться? Как умирать? Где покупать пищу? Представляете?! И это тоже там есть.

– Что нам делать, чтобы быть исповедниками веры?

– Откройте Евангелие в тишине и спокойствии и поговорите со Христом. Он вам ответит однозначно, потому что Он ради этого пришел, ради этого Он оставил Свое слово на земле; оно записано Его кровью, кровью мучеников. Все апостолы были мучениками, кроме Иоанна. Поэтому литургия служится только на антиминсе мучеников. Первые литургии служились на гробах мучеников. Это исповедники. Если вы хотите встать в этот ряд, начинайте читать Евангелие и жить по нему. Это подсказка для нашей жизни. И когда мы уйдем на тот свет, будут открыты две книги: Евангелие и книга нашей жизни.

– И тот, кто совершил одну заповедь, – совершил все; и тот, кто нарушил одну, – нарушил все.

– Господь да благословит все наши добрые начинания!

Ведущий Глеб Ильинский

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает протоиерей Михаил Зазвонов, клирик храма во имя всех святых, в земле Российской просиявших, в Новокосино г. Москвы.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​