Вторая половина. Матушка Василиса Гудилина

Из Евангелия мы знаем, что во время путешествия Иисуса Христа в Иерусалим некто, обратившись к Нему, сказал: «Господи, неужели мало спасающихся?» Христос отвечал ему и всем, кто хотел услышать: «Врата Неба тесны, и нужно сделать усилие, чтобы войти в них». Врата широкие, путь легкий по жизни могут быть губительны для души. Врата тесные и путь духовного перерождения – путь трудный, но благословленный Богом, потому что только он ведет к спасению.

Поселок Каргала недалеко от Оренбурга. Храм во имя святых бессребреников Космы и Дамиана. Судьба у него непростая, как и у огромного числа православных храмов, построенных в XIX веке. Изначально он находился не здесь, а в соседнем селе Павловка. После разрушительного богоборческого периода церковь перенесли в Каргалу. Под храм с колокольней перестроили бывшее здание столовой.

Три года назад настоятелем этого прихода был назначен иерей Павел Гудилин. Вместе с ним начала здесь нести свое служение его жена матушка Василиса.

Матушка Василиса Гудилина:

– Архитектура у нас не классическая. Нет привычных архитектурных форм: сводов, арок. Прямые невысокие потолки и сплошные стены. Поэтому классическая система росписи нам совершенно не подходила. Нужно было искать новые пути и решения. За образец я выбрала фрески Ферапонтова монастыря Вологодской области, росписи Дионисия. Это свет, гимн радости.

Иерей Павел Гудилин, настоятель Космодамиановского прихода (п. Каргала, Оренбургская область):

– Этот стиль мне очень нравится. Он идет под древний. Свободная рука мастера пишет жизнь, движение.

Святые бессребреники Косма и Дамиан были наделены Божиим даром исцелять страждущих людей, поэтому все росписи в храме их имени подчинены одной теме – описанным в Новом Завете чудесам врачевания Иисусом Христом скорбей и болезней.

Матушка Василиса Гудилина:

– Христово исцеление – это призыв к перемене образа жизни. Именно на этом мы акцентируем внимание.

Передать живой кистью в храмовой росписи глубинную суть, важность и великую радость такой духовной трансформации, наверное, под силу только тому, кто сам ее прошел.

Матушка Василиса родилась в башкирском городе Дюртюли недалеко от Уфы.

Матушка Василиса Гудилина:

– В крещении Василиса, а по паспорту – Алия. Я татарка по рождению. У меня в семье все татары. Я крещеная татарка.

Девочка много времени проводила с «нэнэйкой». Так на татарском языке звучит ласковое обращение к бабушке. Бабушка была верующей. Маленькая внучка видела ее молитву. Видела и мусульманские традиции, которые соблюдало старшее поколение. Был в моей памяти и опыт хождения в медресе, я пробовала ходить в мечеть, в школу по изучению Корана. Еще в детстве я искала Бога.

Рисование – это часть моей жизни почти с рождения. Как мне дали в руки карандаши, фломастеры и кисточки – так и началось мое увлечение. В светской живописи мне чего-то не хватало, она казалась мне неполной. Позже, когда я приняла православие, пришла в храм, узнала об иконе, все встало на свои места. Я поняла, что это мое дело на всю жизнь, мое служение.

Прежде чем девушка это поняла, ей пришлось пройти путь искушений – темный духовный тоннель, полный опасностей. И о спасительном свете в конце она тогда еще не знала.

Матушка Василиса Гудилина:

– Это случилось через тернии тяжелого подросткового периода. Как это часто бывает на периферии, в маленьких городах, молодежь не знает, куда себя приткнуть, чем заняться.

Сомнительные компании и увлечения, конфликт отцов и детей. Хотя матушка Василиса признается, что родители ее всегда поддерживали, были рядом, но внутренний возрастной бунт давал о себе знать. В этот период, как она позже поняла, Сам Господь протянул ей руку помощи через социального педагога ее школы – верующей, воцерковленной, сострадательной женщины по имени Алевтина.

Матушка Василиса Гудилина:

– Она сказала: «У нас воскресная школа собирается идти в детский приют. К рождественскому празднику мы с детишками будем рисовать открытки. Я знаю, ты любишь рисовать». Она меня решила именно через это привлечь.

В назначенный день педагоги и воспитанники воскресной школы собрались в храме, чтобы уже оттуда идти в приют.

Матушка Василиса Гудилина:

– Я пришла тогда вся с белыми волосами почти до колен, как у барби, в обтягивающей одежде, на каблуках, с тонной косметики на лице. Именно так я и ходила. Я еще долго потом недоумевала, как меня бабушки из храма не выгнали.

Позже она узнала, что мудрая учительница подготовила всех к ее приходу, искренне хотела, чтобы девочка, трудный подросток, осталась в храме. И девочка осталась.

Матушка Василиса Гудилина:

– Они на тот момент распределяли роли в рождественском утреннике. Все интересно произошло. В спектакле была роль демона (мне это даже сейчас непонятно). Как ни парадоксально, через эту роль я и пришла в храм.

Ей было шестнадцать лет. За год до этого она перенесла тяжелую травму – перелом позвоночника, упала с пятого этажа.

Матушка Василиса Гудилина:

– Месяца три я была полностью лежачая, потом была операция, я ходила на костылях долгое время, сидеть было нельзя. В общей сложности девять месяцев я была почти неходячей. Самое главное, что, несмотря на все пережитые тернии, я все же пришла к Богу.

После того памятного Рождества наступил не менее памятный для нее праздник Крещения Господня. Она впервые окунулась в купель, вдохновленная молитвой священника, верой и светом тех, кто был рядом.

Матушка Василиса Гудилина:

– После этого момента на следующий день я четко решила, что хочу креститься, ходить в храм и связать с этим свою жизнь. Жизнь изменилась в корне за этот короткий-короткий промежуток времени, за месяц.

Тогда девушка Алия родилась во Христе с именем Василиса. Образ барби остался в прошлом.

Матушка Василиса Гудилина:

– Это было время духовного становления, как я уже сейчас это анализирую. Мне нужно было максимально закрыться, чтобы взрастить в себе духовный стержень. Даже, казалось бы, через внешний вид это произошло.

Она продолжала рисовать. С благословения духовника начала пробовать себя в иконописи. После окончания школы поступила в иконописную школу при Тобольской духовной семинарии. По состоянию здоровья она прервала там учебу, но спустя время решила продолжить обучение иконописи в Московской духовной академии.

Матушка Василиса Гудилина:

– Поступила я туда только с четвертой попытки. Четыре года я пробовала туда поступать. Все это время, пока я готовилась к очередному поступлению, был период искания себя. Я очень много ездила по монастырям, трудилась там по хозяйственной части. В одном монастыре потрудилась в иконописи, где мой духовник, в Сибири. Там я, можно сказать, прошла практику.

Иерей Павел Гудилин:

– Монастырская жизнь очень сильно влияет на человека и внутренне меняет его. Тем, кто ко мне приходит за советом, как обрести себя, найти жизненный путь, я предлагаю отправиться в монастырь и побыть там какое-то время на послушании, желательно подольше.

За год до четвертого, успешного, поступления на иконописный факультет Московской духовной академии Василиса переехала в Сергиев Посад и устроилась смотрителем в Музей церковного искусства при академии. Скоро она поняла, насколько этот шаг был промыслительным.

Иерей Павел Гудилин:

– Я родился в Донецке. Потом в семье произошла сложная ситуация. Мама переехала к родителям в Соль-Илецк.

В Соль-Илецке будущий священник, еще учась в школе, начал посещать храм Казанской иконы Божией Матери. Вспоминает, что там почувствовал в сердце присутствие Божие, которое не объяснить словами.

Иерей Павел Гудилин:

– Было тяжело перебороть себя, стоять. И однажды после продолжительного времени меня заметил настоятель отец Александр и позвал к себе пономарить. У меня были трудности, как и у любого подростка, поиски. В храме, в алтаре я находил ответы на многие вопросы, обретал утешение, поддержку, нашел целую семью.

Божиим Промыслом молодой человек узнал о гимназии преподобного Сергия Радонежского в Варницах. Десятый и одиннадцатый классы он оканчивал там. Духовный мир Павел Гудилин продолжил познавать в Троице-Сергиевой лавре.

Иерей Павел Гудилин:

– Лавра – это особое место лично для меня, как и для многих. Это место меняет человека, и преподобный Сергий с его милосердием, постоянной помощью. Когда ты приходишь в отчаянии к мощам, молишься, просишь, преподобный обязательно поможет.

Матушка Василиса Гудилина:

– На тот момент батюшка оканчивал магистратуру и нес послушание экскурсоводом в музее. В какой-то момент ко мне подходит напарница и говорит, что мной интересовался один молодой человек. Он меня увидел, спросил, что за новенькая появилась. Узнал, что я татарка, а у него мама татарка. На этой почве у нас завязалось общение, он мной заинтересовался, мы хорошо пообщались.

Иерей Павел Гудилин:

– Ты еще не осознаешь, что будет в будущем, но предвкушаешь, что хотел бы построить отношения с той, кого встретил.

Через несколько месяцев состоялась диаконская хиротония отца Павла. До иерейской оставалось чуть больше трех лет.

Иерей Павел Гудилин:

– Я оканчиваю магистратуру, аспирантуру и поступаю по распределению в Оренбургскую епархию, где меня встречает митрополит Вениамин и дает настоятельство этого храма Космы и Дамиана в поселке Каргала.

Матушка Василиса взялась помочь мужу в том, что ей было ближе всего: в благоукрашении храма. Начала с написания храмового поклонного образа святых бессребреников Космы и Дамиана. Затем последовали образы великомученика Пантелеимона, преподобного Зосимы Оренбургского. И не только.

Матушка Василиса Гудилина:

– Мы обращаемся к святым целителям, каждую неделю читаем акафист. Молимся им, когда у нас проблемы на приходе, какие-то нужды; первым делом идем не к спонсорам, а к нашим дорогим святым Косме и Дамиану.

Иерей Павел Гудилин:

– Когда мы читаем акафист, я всем говорю: «Мы в первую очередь просим о духовном исцелении, о том, чтобы Господь простил наши грехи, исцелил душу, а потом уже, если будет Его воля, Он может даровать исцеление тела».

Своего сына Тишу супруги ждали долгих шесть лет с молитвой и покаянием, с упованием на Божию волю.

Матушка Василиса Гудилина:

– Моя иконописная работа – это и есть моя молитва, мое служение. Все мои просьбы, жизненные невзгоды проходят через эту работу. Всегда, когда я пишу образы, обращаюсь к Спасителю, Божией Матери и к святому. Это мой образ жизни, через который все проблемы решаются.

Параллельно с этим храмом матушка Василиса расписала алтарную часть в еще одном храме, в соседнем поселке. Дома у нее импровизированная иконописная мастерская. Кроме того, она ведет блог в соцсетях, который называется «Анкира», в переводе с церковнославянского – «якорь», древний христианский символ.

Матушка Василиса Гудилина:

– Многие приходят к вере, видя древние образы и иконы. Мне многие пишут об этом.

Путь к Богу у матушки Василисы мог пройти через широкие врата, но она выбрала врата тесные – путь духовного перерождения, трудный, но благословленный Богом, потому что он спасительный. В каждом образе, написанном ею, – ее душа и ее молитва.

Матушка Василиса Гудилина:

– Сколько долго нам бы ни пришлось здесь трудиться, хотелось бы оставить после себя этот след, чтобы люди молились.

Иерей Павел Гудилин:

– Ты чувствуешь, что действительно благодарен Богу за то, что Он всегда тебя поддерживает в служении, если ты все делаешь искренне, честно, правильно и идешь в простоте за Богом.

Мы скоро с вами увидимся и продолжим знакомство с семьями священников и их вторыми половинами. Мир вашему дому.

Ведущая Елена Саенко