Таинства Церкви. Беседа со священником Сергием Вязьминым. Прощеное воскресенье, Великий пост

29 февраля 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
 – Сегодня со священником Сергием Вязьминым, клириком храма в честь преподобной Евфросинии, великой княгини Московской, мы продолжаем цикл бесед, посвященных православным праздникам.

– Мы вплотную подошли к Великому посту. Пост – это благодатное время, и мы надеемся, что подготовка к посту была связана не с поеданием блинов, как принято на Масленицу, а со словами стихиры: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче». Надеемся, что Господь помогает открывать двери нашего сердца для покаяния.

– Завтра – Прощеное воскресенье, в понедельник – начало Великого поста. Иногда люди не очень верующие думают, что мы каемся только Великим постом, когда нам даны сорок дней Великого поста плюс семь дней Страстной седмицы. Они спрашивают: получается, покаялись 47 дней – и все? Что надо отвечать в данном случае? Почему Церковь установила эти особые дни? Естественно, мы постимся, вспоминая Спасителя, Который уходил в пустыню, где был искушаем и сорок дней провел в посте. Церковь нам говорит о том, что мы пытаемся подражать Христу, переживая какие-то искушения. Но все же почему именно эти дни считаются особо покаянными?

– Я думаю, что покаяние – это то, без чего невозможно соединиться с Богом. Господь Сам говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное. То есть покаяние – это то, с чего начинается церковная и духовная жизнь, с чего начинается родство человека с Богом. Казалось бы, человек может спастись без покаяния. На самом деле – нет. Покаяние – это ключевое понятие в духовной жизни; с покаяния начинается встреча человека с Богом.

Покаяние – это изменение жизни. Недаром покаяние сопровождало жизнь тех людей, которые впоследствии стали святыми. Евангельские сюжеты говорят о том, что Господь, прощая кого-либо, всегда смотрит на сердце человека, которое сопряжено с покаянием. И подготовка к Великому посту об этом нам и свидетельствует.

Например, Неделя о мытаре и фарисее. Мытарь – великий грешник в глазах иудейского народа. Более того, еще и предатель – работает на римскую власть, собирая налоги со своих земляков. Казалось бы, в нем нет ничего святого. Но он осознает свою греховность, идет в храм Божий и просит у Бога прощения: «Боже, милостив буди мне, грешному».

Через неделю после этого мы читали притчу о блудном сыне. Казалось бы, самый верх вопиющей несправедливости. Младший сын, без согласования со старшим братом, идет к отцу, берет свою часть имения, уходит в страну далече и пользуется этим имением, живя блудно и распутно, как мы читаем в Евангелии. То есть, можно сказать, погулял на славу. Потом он приходит обратно к отцу, и отец его принимает со всеми почестями.

– Пир устраивает.

– Казалось бы, по человеческим меркам несправедливо. Но ключевое здесь – сын осознает, что далеко зашел, что поступил неправильно. Он рассуждал: «Да, я поступил плохо, согрешил и не могу называться сыном, поэтому буду просто наемником, работником у своего отца». То есть произошло его внутреннее преображение. Именно поэтому Господь его принимает – Он хочет, чтобы человек пришел к Нему изменившимся.

Завтра наступает Прощеное воскресенье. Что такое прощение? Об этом многие люди спорят. Можно предполагать, что прощение – это своего рода снисходительность к человеку: если человек плохо себя ведет или делает плохие дела, надо его простить – он же не понимает. Есть такое понимание прощения, но оно совсем не христианское, потому что в корне снисходительности может находиться презрение: я понимаю, что ты плохой человек, но так уж и быть, я тебя прощаю. Здесь полное презрение к человеку.

Вторая крайность, в которую чаще всего впадают люди неверующие (хотя и среди верующих такое тоже можно заметить): Господь прощает все полностью; то есть можно всю жизнь Бога не знать, к Нему не стремиться, а Господь все равно простит; все, что я сделал плохого, забудет. Это тоже искажение учения Церкви.

Прощение – это прощение самого человека, но в то же время осуждение его греха. Если мы простили человека, это не значит, что мы должны сказать: его дело было хорошим.

– То есть человек должен осознавать свои греховные поступки. Не может быть покаяния для галочки: подошел к священнику на исповедь, епитрахиль на тебя накинули, ты сказал: «Вот я такой-сякой...», при этом внутренне себя не осудил. Вы как священник, наверное, с этим сталкиваетесь. Мне кажется, некий формализм присутствует в исповеди. Чего греха таить, мы все этим, думаю, страдаем. Я и себя имею в виду в том числе: иногда понимаешь, что исповедовалась, но до конца все же не раскаялась.

– Я хотел немножко о другом сказать. Иногда люди думают, что если простили человека, его грех тоже уже не имеет никакого значения. То есть люди закрывают глаза на грех: сделал грех – ну и ладно. Якобы это всеобщая любовь, всепрощение. Своего рода духовная толерантность. Но речь не об этом. Речь о том, что прощение предполагает прощение человека, при этом не подразумевается, что грех человека  – это хорошо. Это понимание очень важно для нас, православных христиан, потому что в современном мире нам часто говорят: ты же христианин, ты должен простить. Но простить человека – это не значит смириться перед грехом, это не значит закрыть глаза на грех, который совершается.

– Тогда можно опуститься до попустительства греху, если мы человека будем всегда гладить по головке, мол, бедный он, неразумный. Мы же наказываем детей за какие-то провинности и даем им понять, что они поступили нехорошо...

– Человеку часто непонятно, что такое настоящее прощение. Он думает, что это полностью закрыть глаза на грех. Либо думает: «Да как же этого человека можно простить, ведь он поступает безумно!» В Евангелии есть очень важные слова о прощении. К Христу привели женщину-блудницу и хотели, чтобы Он рассудил, что с ней делать. По закону, когда женщину заставали в прелюбодеянии, ее надо было побить камнями. Они думали: как же Он поступит? Если Он такой добрый и хороший и простит, то закон нарушит. А если Он скажет, что нужно осудить, то где же Его любовь? И Господь поступает совершенно уникальным образом, Он говорит: кто из вас без греха, первый брось на нее камень.

– И никто не бросил.

– Никто не бросил, все разошлись. Господь сказал: «И Я тебя не осуждаю. Иди и больше так не поступай». То есть Он простил ее, но не сказал, что грех ее был хорош и что она правильно поступала.

То есть прощение – это когда мы отделяем человека от его греха и прощаем по-настоящему именно человека. Мы как бы говорим: да, ты что-то плохое сделал, но я понимаю, что это не твоя сущность; ты есть образ Божий.

И происходит обратное отношение к нашему собственному покаянию. Мы на исповеди говорим: «Господи, я совершил грех – обидел, но я не обидчик». Или: «Я украл, но я не вор». То есть мы говорим: «Господи, прости мне мой грех, но не осуждай меня – я не такой, я истинный Твой сын». Именно такой подход к прощению сразу включает другие процессы в человеке, и эти процессы Господь описывает в Евангелии. Он говорит: Если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец Небесный не простит вам согрешений ваших. То есть прощение меня Богом зависит от того, простил ли я других. Если я не простил, не оказал милости своему ближнему, то как я сам хочу быть прощенным? Недаром у апостола Иакова есть такие слова: суд без милости не оказавшему милости. Если я не оказал милости тому человеку, который меня обидел, как же я могу у Бога просить прощения?

Часто нам кажется, что спасение – это мое личное состояние. Нам кажется, что есть я и мой Бог, что это личные отношения. Но Господь пришел в этот мир для того, чтобы нас привести к Богу Отцу и в Боге Отце людей примирить друг с другом. То есть Господь спасает не поодиночке, но спасает всех – ради этого Он пришел в этот мир. И если я пытаюсь жить по вере внутри себя, без отражения этого на отношениях с ближними, то это не христианство. Христианство – не одинокое, оно исполнено любви и единства. И это возможно только со Христом. Когда человек прощает другого человека, он выражает к нему любовь. А если человек говорит: «Я тебя прощаю, но не хочу тебя видеть» и отворачивается – это не прощение, это снисходительность, и это очень страшно, такого не должно быть. А если мы с этим человеком окажемся в Царствии Небесном? Мы что, тогда скажем: «Господи, я не хочу быть с Тобой, потому что этот обидчик находится здесь, в раю»?

– «Да он просто недостойный, чтобы там быть».

– Это по нашему мнению. Но Господь смотрит на сердце человека. И Прощеное воскресенье – это день, когда мы начинаем задумываться о том, что для нас действительно важно.

Покаяние без любви не есть покаяние. Недаром когда человек уходил на фронт, он прощался со своими близкими; не в том плане, что говорил им «до свидания», а примирялся с ними. То есть он не хотел оставить какой-то занозы, какой-то болезненной язвочки, чтобы не остаться в их глазах обидчиком, чтобы не осталось недосказанности. Человек прощался, прося у них прощения, и потом уходил на ратный подвиг.

То же самое и Великий пост: мы пытаемся избавиться от всех недосказанностей,  всех злоречивых нюансов, которые есть в нашей жизни, для того чтобы соединиться со Христом. То есть мы оставляем нашим должникам, нашим обидчикам грех, прощаем им прегрешения, чтобы грех, который мы испытываем к ним, не стал препятствием для нашего спасения.

– Завтра – Прощеное воскресенье. После литургии многие будут друг к другу подходить и просить прощения. Но еще мы получим огромное количество картинок в WhatsApp и других мессенджерах со словами: прости меня. Это стоит делать? Это же формально.

– Это даже не формально, но вообще не имеет никакого отношения к прощению. Потому что ссорились мы с человеком или обижались на него не в Интернете, а в своем сердце, поэтому и простить его мы должны в своем сердце. Это с одной стороны. С другой стороны, нам надо примириться с человеком, а не с тем, кто прочитает это сообщение; и мы не знаем, как он его поймет.

Происходит своего рода размывание понятия «прощение». В итоге человек думает, что достаточно написать сообщение в социальной сети, выставить картинку или пост со словами «простите меня» и тем самым выполнить некий религиозный долг. Но прощение – не показное, можно ведь на словах перед телекамерами простить друг друга, но в сердце все останется. А если этот грех между нами остается, значит, мы человека не простили.

– Есть люди, с которыми мы мало общаемся или они далеко живут (в другом городе, например) – вот им легко послать какую-то картинку со словами прощения: «прости меня, как я тебя». Но мы ведь знаем, кого мы действительно обидели, и как раз у этого человека бывает очень сложно попросить прощения.

– Опять же возвращаюсь к тому, что мы просим прощения именно у конкретного человека. Лучше ему позвонить.

– Да, встретиться бывает сложно, а позвонить – можно.

– Тогда сразу начинаются внутренние переживания, духовные переживания. А где-то восстает наша гордость: пусть он сам мне позвонит; он же виноват – пусть он и звонит. Но в таком отношении нет и речи о христианской любви, потому что христианская любовь сама идет навстречу к другому, она не пытается ждать ответа. Сам Господь, будучи на Кресте, молился о тех, кто Его распинал. Мы часто об этом забываем, нам кажется, что наш сосед, например,– вообще неисправим...

– Пьяница, ругатель и все время нам в стенку стучит.

– Тогда сразу вспоминается притча о мытаре и фарисее. «Я-то правильный». Но надо понимать, что, возвысившись, я от Бога отдаляюсь. Как человек в таком состоянии может примириться с Богом и быть с Богом в Царствии Небесном?

Поэтому необходимо не просто отправить рассылку со словами «простите меня все», а действительно примириться с человеком. Не сказать о прощении, но совершить действия. Это можно сравнить с тем, когда человек говорит: «Я – филантроп, я люблю всех людей», но при этом ничего доброго не делает. Он много говорит о любви, но при этом ближнего своего забывает, не прощает, не проявляет к нему никакой любви. Здесь стоит вспомнить слова известного философа Ницше, который говорил, что мы научим людей любить дальнего, а не ближнего...

– А дальнего любить очень легко.

– Потому что ради любви к дальнему можно сделать что угодно. Так человек может рассуждать. А вот ближнего любить гораздо сложнее. Господь в Евангелии говорит, что ближний – это тот, кто нуждается во мне; тот, кто рядом. Если Господь меня свел с каким-то человеком, значит, это неспроста и есть возможность в этом человеке увидеть образ Божий.

Прощеное воскресенье – это своего рода примирение с другими людьми для того, чтобы прийти ко Христу. Это не просто изменение своего личного статуса: я был обидчивым, а теперь стал всех прощать; или раньше я на всех злился, а теперь стал добряком. Нет, должны действительно произойти внутренние изменения. Если я считаю, что простил человека, а через два-три дня снова встречаю его и вспоминаю, что он мне сделал плохого, значит, я его не простил. Прощение – это попытка полностью избавиться от ненависти к человеку, по-настоящему его полюбить. Если бы Господь нас прощал, а через два часа нам напоминал о нашем грехе, то мы сказали бы: «Господи, ну Ты же простил!»

– Мы сказали бы, что это несправедливо…

Отец Сергий, программа прошла очень быстро. Я хотела бы попросить Вас в оставшееся время сделать некое напутствие нашим зрителям на Великий пост. Думаю, для многих это будет важно.

– Дорогие телезрители! Вот и наступил последний день подготовки к Великому посту. Пост – это радостное поприще. Господь в Евангелии говорит, что истинный пост проводится не в унынии, не в печали и не в тоске. Господь говорит, что нужно омыть голову свою елеем, то есть пребывать в радости. Если мы на лицо наденем маску печального, унылого и тоскливого человека, это не будет отображением поста, потому что печаль – не христианское дело.

Истинный пост – это постоянное пребывание в радости от того, что есть возможность соединиться с Богом. Радость от того, что я могу поменяться. Во время поста хочу пожелать всем увидеть себя настоящими, отрешенными от всей суеты, житейских забот, хлопот; увидеть себя такими, какие мы есть. Не для того, чтобы этим похвалиться, а  чтобы, увидев все свои страсти и грехи, прийти к спасению, ко Христу, Который нас исцеляет.

Будем помнить, что покаяние – это величайшая добродетель, позволяющая нам соединиться с Богом в Царствии Небесном. И будем помнить слова святителя Иоанна Златоуста о том, что каяться в грехах надо, но мучить себя не стоит, потому что покаяние без желания быть с Христом – это состояние просто внутреннего эгоизма, когда я буду говорить только о себе, о своих грехах, пороках – и мне Христос не нужен.

Но покаяние – это лишь средство для того, чтобы соединиться с Христом. Как только покаяние станет целью, нам будет уже не до Христа – и мы станем далекими от Бога людьми. Поэтому желаю всем мудрости, сил и разумения, чтобы Великий пост послужил началом пути не только к Светлому Христову Воскресению, но и к нашему личному воскресению в Царствии Небесном. С праздником!

Автор и ведущая программы Любовь Акелина

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Суббота, 31 октября: 03:00
  • Суббота, 31 октября: 13:00

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​