Свет невечерний. Зачем нужны монахи

Тем, кто внимательно читает Священное Писание, бросаются в глаза мелкие детали. Бывает интересно, сравнивая евангельские тексты, обращать внимание на то, как употребляются слова, как то или иное слово встречается в корпусе Нового Завета один-единственный раз. Почему у этого евангелиста звучит это слово? Почему у другого евангелиста появляется тот образ, которого мы больше нигде не встретим?

Например, история насыщения пяти тысяч человек пятью хлебами рассказана евангелистами по-разному. Но только у евангелиста Иоанна Богослова в 6-й главе, где помещена беседа о хлебе небесном, которая есть свод евхаристического богословия, и описано это удивительное чудо, есть следующее упоминание. Когда Господь спрашивает апостолов, что у них есть с собой, чем можно накормить народ, они ему говорят, что есть мальчик (по-гречески παιδάριον), у которого с собой пять ячменных хлебов. Я все думаю, как бы мне попробовать ячменный хлеб, потому что мы-то едим ржаной в основном или пшеничный. А вот в Евангелии говорится о хлебе ячменном.

Так вот, пять ячменных хлебов было у мальчика и две рыбки. Образ мальчика появляется в Евангелии и тут же исчезает. Почему вдруг нужно было обязательно упомянуть об этом мальчике? И почему этот образ так мало привлекал внимание толкователей? Среди святых отцов, пожалуй, только блаженный Августин пристально вгляделся в этот образ и написал о том, что этот мальчик, скорее всего, символизировал Израиль, у которого в руках было Пятикнижие Моисеево. Пять хлебов – это пять книг Моисеевых.

Но среди русских богословов, великих тайнозрителей, тоже нашелся один удивительный человек, который рассмотрел в этом образе мальчика совсем другое благовестие, иной образ, иные намеки, и, как мне кажется, вполне законно и нам так мыслить. Я говорю о святителе Димитрии Ростовском, авторе житий святых. Жития святых и сейчас читаются с большим восторгом, настолько это красиво, настолько грамотно с риторической точки зрения... Это действительно пиршество духовное.

Рядом с житиями святых особняком и, может быть, особым памятником русской речи стоят проповеди святителя Димитрия, которых очень много. Прежде всего святитель Димитрий прославился именно как проповедник, которого никто не мог забыть. Там, где он говорил свои проповеди, люди уже никогда не становились прежними. Поэтому святителя Димитрия, когда он еще был простым иеромонахом, потом архимандритом, приглашали на праздники, чтобы он вышел и сказал слово.

Слова он говорил всегда очень простые, особенно когда служил на Украине, откуда был родом. Речь его украинская, кстати, была очень похожа на современный белорусский язык, как мне кажется, и была очень простой. Люди это ценили. Но, несмотря на простоту, его речь была удивительно грамотно выстроена риторически, настолько блестяще и органично плелась, выстраивалась, что люди не замечали ее «школьности», не замечали, насколько риторически изящно, высококлассно, с изобилием ораторских приемов она выстроена.

Так вот, святитель Димитрий обращается к этому образу мальчика с пятью хлебами. В одной из своих проповедей он говорит о том, что это не простой образ, а образ чистого отрока, девственного малыша, который держит в руках хлеб. Хлеб, которого оказалось достаточно для насыщения огромного числа людей: пяти тысяч человек, кроме женщин и детей, как мы помним из Евангелия.

Святитель Димитрий говорит, что это образ девственного монашества, которое своими молитвами держит на себе огромную лозу человечества. Какой необычный образ нашел святитель Димитрий в эпоху петровских реформ, когда монашество вдруг стало гонимым…

На протяжении нескольких столетий, можно сказать, монашество пытались приручить, а в эпоху Петра I не просто приручить, но даже посадить на цепь. Изымались монастырские земли, проводились разного рода реформы. Монашество превратилось в какой-то крепостной класс в те времена. Многие монастыри были закрыты продолжательницей реформ Петра I Екатериной II, которая две трети монастырей в России закрыла, уничтожила.

И в это время, когда эта реформа начала бурно насаждаться по всей России, святитель Димитрий возвышает свой голос, говорит: «Вы спрашиваете, зачем нужно монашество?» Мы сейчас тоже задаем этот вопрос: зачем нужны монахи? Святитель Димитрий отвечает, что монахи – это сухие колья, на которых держится виноградная лоза. Они сухие, от них нет никаких зеленых росточков (ведь у монахов нет ни жен, ни детей), они не продолжают род, не увеличивают народонаселение страны. В общем-то, никакой пользы народному хозяйству от них нет. Но святитель говорит: это сухие колья, на которых держится виноградная лоза. Убери эти колья – и лоза упадет на землю, сгниет, высохнет и не принесет никакого плода.

Должны быть свидетели Царства Небесного, свидетели нездешнего мира в нашем тварном мире. И такими свидетелями, по мысли святителя Димитрия Ростовского, являются монахи. Это тот самый незаметный мальчик (настолько незаметный, что его не упоминают другие евангелисты), который накормил своими пятью ячменными хлебами пять тысяч человек.

Это образ монашества. Неизвестные старцы, старицы, монахини хранят себя неоскверненными от мира и молятся в своих кельях, на бесконечных монастырских службах читают синодики за здравие, за упокой, молятся за благотворителей монастыря, жертвователей или простых людей. Их скромными молитвами, как сухим колышком, поддерживается виноградная лоза большого цветущего дерева, большого растения, которое плодоносит каждый год.

Кто-то может сказать: зачем нам нужны монастыри, зачем нужны монахи? Святитель Димитрий это ясно и четко понимал, будучи сам хорошим монахом и великим молитвенником. Он часами молился в своей келье, лежа на полу, с распростертыми крестообразно руками. Молился за несчастных людей, за крестьян, за которых заступался перед сильными мира сего. И его молитва пробилась, удержала то христианское поколение сухих колышков, державших виноградную лозу российского народа, русского народа.

Очень хорошо, что на смену его монашескому поколению пришло другое поколение. И сейчас в монастыри хоть и редко, мало, но все-таки идут люди. Это приношение от каждого поколения христиан ради тех молитвенных трудов, которые необходимы для того, чтобы здоровая виноградная лоза нашего народа держалась, не засохла, не поникла. Нам нужны эти сухие колья, по мысли святителя Димитрия Ростовского, эти скромные молитвенники, монахи, которые держат на себе огромное дерево. Держат своими молитвами и евангельским свидетельством о мире нездешнем, о Господе нашем, Творце этого мира.