Преображение (Одесса). Святитель Стефан I Венгерский, король

19 августа 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
Беседа с протоиереем Димитрием Предеиным.

– У каждого христианского народа есть свой креститель. Двадцатого августа Святая Церковь чтит память святого Иштвана (Стефана), первого короля Венгрии. Именно о нем, о его жизни и христианской деятельности пойдет речь в сегодняшней программе.

Расскажите о венгерском государстве времен святого Иштвана.

– Времена святого Иштвана – конец Х и первая половина XI столетия. Можно сказать с некоторой степенью приближения, что святой Иштван был современником святого равноапостольного князя Владимира. Когда было Крещение Руси, почти в то же время происходила и христианизация Венгрии. Святой король Иштван имеет прозвище Святой в историографии венгерского государства именно по той причине, что он явился крестителем своего народа – и не только крестителем, но и объединителем. Венгерские племена в тот период еще не имели единого государства. У них были свои собственные князья, но сам Иштван был сыном великого князя, происходил из очень знатного рода. И когда он после смерти своего отца получил верховную власть, одной из задач своего правления он считал объединение всего венгерского народа под единой монархической властью. Ему это сделать удалось.

– Какую религию тогда исповедовали венгры?

– Это очень интересная история. Венгерские племена вначале были языческими. Когда они появились на этой территории, по всему видно, что они были язычниками. Но их контакты с христианскими народами начались еще в древности, задолго до описываемых событий. Они общались и со славянами, и с кавказскими народами. В результате даже некоторые слова в венгерском языке были заимствованы от славян. Это показывает, что они испытывали их влияние. Тем не менее полной христианизации народа не происходило до самого правления святого Иштвана. Почему так произошло? Я думаю, здесь во многом играла роль политика. Сложные перипетии, политические союзы то с одним государем, то с другим – венгры то дружили с Византией, то с ней ссорились и дружили с Западом, с Римом, с немцами. Все это очень запутано, непросто. Во многом это влияло на то, какие проповедники появлялись (или, наоборот, исчезали) на территории Венгрии.

Поскольку не было стабильности, то не было и глубокого укоренения христианской веры на землях венгерского народа. Но святой Иштван внес эту стабильность в жизнь Венгрии. Я думаю, одно из главных понятий, которое появляется в его правление, – это стабильность. Можно привести конкретный факт. Когда христианские паломники из Европы отправлялись в Святую Землю, они обычно выбирали окольный, длительный морской путь. Но Иштван сделал так, что в его правление земли Венгрии стали абсолютно безопасны для путников. Он полностью очистил страну от разбойников, бандитов. Все было настолько идеально устроено, что изменились паломнические маршруты. Всем, кому нужно было из дальних стран Западной и Северной Европы следовать через Иерусалим, старались следовать через его земли. Это, с одной стороны, внесло дополнительный доход в его казну, потому что все путешественники оставляют часть средств в этой стране. Кроме того, это подняло престиж его государства. Все говорили: смотрите, какой это король, который сумел настолько обеспечить безопасность своей земли. Это, безусловно, оживило общение венгерского народа с иностранцами.

– Святой Иштван был крещен еще в детстве в православной Византии. Как развивалась его духовная жизнь на протяжении жизни?

– Святой Иштван представляет собой большой интерес именно потому, что он находится на скрещении различных культур. Так получилось, что крестили его в Византии по восточному обряду. В то время была еще единая Церковь. Он так и умер при единой Церкви, еще до отпадения римо-католицизма от полноты православия, до разделения Церквей. Поэтому в то время восточный и западный обряды сосуществовали. Но он крестился по восточному обряду в Византии. Таким образом, он с детства испытал на себе влияние греческой православной восточной духовности.

Вместе с тем среди его воспитателей был, например, святой Адальберт Пражский – явно человек западной культуры, и он тоже оказал на Иштвана значительное влияние. Во всей дальнейшей судьбе святого Иштвана мы видим постоянное пересечение этих культурных и религиозных линий. Две традиции – западная и восточная – сосуществовали не только в его стране, но и в его собственном мировоззрении. По моему собственному опыту и кругозору, я могу вспомнить только одного такого правителя, в котором тоже было похожее сочетание – это святой Вацлав, чешский король (приблизительно та же эпоха). В нем тоже пересекались различные христианские традиции – восточная и западная – и он, подобно Иштвану, сумел органически их синтезировать.

– Интересно, что его духовник был святым. Как он повлиял на жизнь Иштвана и дальнейшую его святость?

– Он во многом осуществил реальный процесс перерождения его личности. Иштван происходил из династии Арпадов; его родители уже были христианами. Но при этом все историки замечают, что он был первым набожным христианином.

– Настоящим христианином.

– Да. Они были христиане, но скорее формально, потому что в то время это уже было политически выгодно. Особенной ревности о вере они не проявляли. У Иштвана была такая ревность. Он любил христианство, много времени уделял богослужению. Все это в нем взрастил именно его воспитатель – святой Адальберт. Он помог ему из парня, которого вообще вначале звали Вайк (имя от рождения Вайк – тюркского происхождения, означает «лидер», «герой»), стать настоящим сыном Церкви, членом Церкви, который через себя пропускал каждое слово Священного Писания, что слышал в храме Божьем. Как говорил еще Аристотель, воспитание делает все из человека. В этом плане святому Иштвану повезло с воспитателем. Он часть своей души, своей духовности, наверное, сумел как-то Иштвану передать. Плоды этого были видны в мудром христианском правлении этого государя.

– В житии святого Иштвана говорится, что он буквально искупал народ Венгрии в воде крещения. Каким было крещение в Венгрии?

– Крещение венгров было не настолько мирным и спокойным, как это происходило у нас на Руси. Я бы сказал, что Крещение Руси является самым мягким, исключительным среди других европейских народов.

– Уникальным в Европе.

– Да. В других странах, в том числе в Венгрии, оппозиция по отношению к новой религии была намного сильнее. Святому Иштвану приходилось применять методы «огнем и мечом», то есть использовать средства государственного принуждения, насилия в каком-то смысле. Вроде бы не такая большая страна Венгрия, тем не менее ему нужно было подавлять очаги сопротивления, вступать в острые конфликтные ситуации. Например, был эпизод, когда его родственник князь Копань восстал против него. Приходилось с ним бороться за власть. Языческая дружина поддержала именно его соперника – только по той причине, что Иштван себя позиционировал именно как христианин. Помогло в этой ситуации только то, что жена святого Иштвана была немка (Гизель, дочь баварского герцога), и тесть прислал ему свое войско тяжеловооруженных германских рыцарей, которые помогли Иштвану победить его противника.

– Над христианизацией Венгрии трудились как православные, так и христиане латинского обряда. Кто внес больший вклад в христианизацию этого государства?

– Сейчас, наверное, тяжело сказать, кто больше, потому что и греческих проповедников было достаточно много; их миссионерская деятельность была эффективна, люди с удовольствием принимали христианство восточного обряда. Но вместе с тем и латинские западные проповедники старались от них не отставать. В частности, Бенедиктинский орден очень активно трудился на землях Венгрии в христианизации. Это нужно признать, мы не пытаемся это замолчать. Король Иштван основал три бенедиктинских монастыря в Венгрии. Он покровительствовал именно этому ордену. Вероятно, он чувствовал именно в этих монахах живую ревность о евангельской проповеди и пользу, которую они приносят его народу, его обществу. Так что сейчас даже тяжело объективно вынести вердикт, кто больше внес вклад в христианизацию Венгрии. Впоследствии Венгрия стала все-таки католической страной. Но было ли это результатом того, что западные проповедники больше трудились в миссионерстве или просто географическая близость Венгрии к западным католическим странам сыграла решающую роль, этот вопрос остается открытым.

– Как христианство повлияло на венгерское государство того времени? Христианские нормы ведь прописывались законодательно, даже поведение в храме.

– Да, этим венгерское законодательство времен Иштвана отличалось даже от нашего законодательства. Ясно, что «Русская правда» князя Ярослава тоже в какой-то степени вводила христианские моральные нормы, в том числе в уголовное право. Но, возможно, западный менталитет в этом плане какой-то детальный, скрупулезный. Поэтому там это более заметно.

Кроме того, я хотел бы подчеркнуть одну вещь, о которой сейчас мало кто вспоминает. Дело в том, что король Иштван, в отличие от князя Владимира или Ярослава Мудрого, был не просто покровителем Церкви как государственный деятель. Он был главой Венгерской Церкви. Когда папа Римский передал ему корону (это было 25 декабря 1000 года, прямо на Рождество, в такой юбилей), он дал ему титул апостолического короля с правами возглавления Венгерской Церкви, с правом основания новых епархий, монастырей. Фактически он стал буквально патриархом.

– Это, наверное, инвеститура в развитие в то время.

– В каком-то смысле да, можно считать это инвеститурой. Во всяком случае, в результате Венгрия оказалась лишь опосредованно связана с папским престолом. Если те же Польша и Чехия были под прямой властью папы Римского, после того как он там насадил свою власть, то Венгерская Церковь подчинялась непосредственно королю Иштвану. Он сам открывал новые епархии, монастыри, открыл одну архиепископию.

– Назначал епископов.

– Да, лично; кого хотел, того и назначал. Это было не как у нас в истории: Климент Смолятич назначил того же митрополита Илариона, как говорят, но патриарх Константинопольский мог на это смотреть сквозь пальцы какое-то время. А здесь это было официально разрешено, позволено и даже предписано, чтобы он этим занимался. Так что это, с одной стороны, звучит очень странно, а с другой, этим объясняется, почему даже в государственных законах Венгрии прописаны цитаты из Евангелия и есть руководство, как действовать, как себя вести в храме. То есть король руководит теми вещами, которые обычно являются прерогативой сугубо духовной власти.

– Вопрос о личном благочестии святого Иштвана. Каким он был в жизни? Это была достойная своих полномочий личность?

– Полагаю, что да. Король Иштван – это масштабная личность. Когда соприкасаешься со страницами его биографии, то понимаешь, что христианство было стихией его жизни. Он до конца своих дней оставался правящим королем, но с каждым годом жизни, приближаясь к старости, к смерти, он все больше думал о вечности. Есть даже такое выражение из его биографии, что он всегда был как будто на суде Христовом. Все, что он делал, он делал будто перед Самим Господом, перед Небесным Судьей. Бывали у него даже такие эпизоды в жизни, что он, повинуясь порыву, шел в храм, падал на колени и молился Господу о решении какого-то вопроса – настолько это была значимая страница в его жизни, значимая сфера его жизни. Даже не отдельная сфера. Вся его жизнь была в Церкви. Он себя не только осознавал главой Церкви по закону, но и вел себя таким образом, чтобы быть образцом для подражания всем своим подопечным. Поэтому если мы говорим, что он был отцом народа, он реально осуществлял на практике такой идеал.

Я бы заметил еще одну черту. У него была одна трагическая, драматическая сфера в жизни. Хотя брак его был счастливым (в Венгрии даже есть памятники, где он изображается вместе с женой Гизелью), но все его дети умерли раньше его самого. Большинство детей умерли еще во младенчестве, а единственный сын, который дожил до совершеннолетия, все равно умер раньше, чем святой король Иштван. В этом можно усмотреть скорбь, крест, который пришлось нести этому святому человеку. Вероятно, он это тоже воспринимал как Божественное попущение. Во всяком случае, даже скорби не охладили его в религиозных чувствах. Наоборот, он все более проникался сознанием того, что Господь ему это посылает для его духовного совершенства.

– У святого равноапостольного киевского князя Владимира трое святых сыновей. У Иштвана также есть святой сын – святой Эмерик. Насколько важно в христианизации государства иметь святых детей?

– Конечно, это важно, потому что люди смотрят, какие дети у главы государства. Мы это знаем по личному опыту. Сколько было у нас президентов, и мы всякий раз обращали внимание, какая семья у президента, какие дети. Если дети подают хороший пример, это сразу влияет и на имидж самого главы государства. Это касается и князя Владимира, и святого Стефана (Иштвана) Венгерского.

Может быть, у него было бы больше святых детей, если бы те дети, которые умерли во младенчестве, прожили дольше. А так мы просто не знаем, какими они могли бы стать людьми. Во всяком случае, что касается сына Имрана (его зовут еще Эмерик), тут совершенно особая ситуация. Его сын, как  об этом достоверно говорит предание, в храме дал обещание Богу хранить целомудрие всю жизнь. Поэтому он на иконах изображается с цветами лилии, которые символизируют чистоту, девство. Он исполнял свой обет до 31 года, когда погиб в результате несчастного случая: на охоте на него напал вепрь, огромный кабан, который его убил. Это, конечно, было трагедией для его отца и, наверное, для всего венгерского народа. Именно в Имране святой Иштван видел идеального наследника, которому он писал наставления, поучения, которого подводил к тому, чтобы тот стал его достойным преемником. Но Господь судил иначе.

Но во всей этой истории есть один интересный момент. Имя Америго Веспуччи – это то же самое имя (Имре, Эмерик), то есть Америго был крещен в честь святого Имре, Эмерика, сына Иштвана Венгерского. Получается, что это имя сына короля Иштвана дало название целому континенту – Америке. Обычно считается, что его назвали в честь Америго Веспуччи, так оно и было, но сам он имел небесным покровителем святого Эмерика Венгерского.

– Сохранились наставления к сыну, о которых Вы уже упомянули. Что больше всего Вас потрясло в этих наставлениях?

– Замечательные наставления. Конечно, они в чем-то перекликаются с другими подобными наставлениями. Я так понимаю, что это был своего рода жанр в древней средневековой письменности, потому что многие князья оставляли их. И Владимир Мономах оставил такое завещание, и Ярослав Мудрый, и Дмитрий Донской. Это значимые религиозные личности, многие из них даже причислены к лику святых. Крупные государственные деятели старались свой жизненный опыт передать своим наследникам и делали это в форме завещания или большого письма. Что касается наставлений святого Иштвана к его сыну, мне особенно запомнилось, как нужно относиться к рыцарям. Может быть, потому, что у нас на Руси не было рыцарства, дружинники все-таки не совсем то же самое, что рыцари. Дружинник – это профессиональный военный, даже наемник. Необязательно, что он разделяет твои взгляды, он просто на тебя работает, служит. Святой Иштван пишет: рыцари – это не слуги. Ты должен их любить и уважать. Нельзя по отношению к ним проявлять высокомерие.

– Они жизнь готовы за тебя отдать.

– Да. Они рискуют своей жизнью, защищая тебя, воюя за тебя. Поэтому ты должен к ним относиться с любовью и смирением. Он говорит: ничто так не возвышает человека, как смирение, и ничто так не унижает, как высокомерие. Когда я прочитал эти строки,  буквально почувствовал душу самого Иштвана, потому что он сам прожил эту жизнь в ежедневном общении с рыцарями, которые не раз ему спасали жизнь, решали судьбу сражения в его пользу. Когда я это прочитал, я понял, насколько было важно это услышать сыну именно от родного отца.

– Какие связи у святого Иштвана были с Русью?

– Это отдельная интересная история. С Ярославом Мудрым, например, он находился в довольно тесном общении. Возможно, он и с князем Владимиром общался до того, как Ярослав вступил на престол. Но об этом я не нашел отдельных свидетельств. А вот с Ярославом они пересекались в Закарпатье. Это, как мы знаем, пограничная область между Украиной и Венгрией. Так это было уже тогда. Русь заканчивалась где-то в Закарпатье, а Венгрия начиналась. Между ними был заключен договор о том, чтобы они по определенной полосе провели границу между своими государствами, чтобы никому не было обидно. Вероятно, они смотрели по этническому принципу, как это поделить, потому что там были горы, леса; в то время это была малонаселенная местность. Тем не менее они заключили между собой этот договор, то есть конфликта между ними не было.

А вот с Болеславом, королем Польши, были более напряженные отношения. Мне кажется, это тоже показатель, потому что если учитывать отрицательную роль, которую Болеслав сыграл в нашей русской истории (разорил Киев, когда изгнал оттуда Ярослава), Иштван – это «наш человек». Он был близок к нам.

– Даже по святости, два святых – Ярослав и Иштван.

– Да.

– Когда и какой была кончина святого?

– Святой Иштван в последние годы особенно почитал Пресвятую Богородицу и мечтал умереть в день Ее Успения. И Божья Матерь исполнила его просьбу. Он скончался именно 15 (28) августа, в день Успения Пресвятой Богородицы, мирно отошел ко Господу. Я считаю, что это уже признак богоугодности его души.

– Как давно его имя появилось в наших календарях?

– Совсем недавно. Наверное, потому, что его имя больше принадлежало западной культуре. Поскольку Венгрия давно уже является католической страной, то у нас на Востоке его меньше знали и почитали. Но это не только его судьба. И святого Олафа, короля Норвежского, тоже недавно включили в наши месяцесловы, и Вячеслава (Вацлава) Чешского не так давно мы стали почитать. Что касается Иштвана, то он появляется в календаре Греческой Церкви в 2000 году (патриарх Варфоломей внес его туда), а у нас он появляется в 2007 году. С тех пор мы находим его имя и в календарях всей Русской Православной Церкви, и в календарях Украинской Православной Церкви.

– Как в культуре всего венгерского государства отразился образ этого святого короля?

– Это покровитель всего венгерского народа. День короля Иштвана (20 августа), наверное, главный праздник венгерского народа. Они вспоминают о своих корнях, о своем начале, когда они стали единой мощной нацией, известной в Европе; христианской нацией, которая в культурном отношении сразу сделала большие успехи. Ему там стоит множество памятников. Мой папа служил в армии в венгерском Эстергоме, там есть памятник королю Иштвану, построен огромный собор. Да, сам Иштван жил в этом городе и основал там епископию. Поэтому этот город связан с его именем.

Вместе с тем, когда венгры чтут его память, они в каком-то смысле вспоминают о тех временах, когда Церковь была единой. Святой король, думаю, на небесах продолжает молиться обо всем венгерском народе, обо всех своих потомках, родственниках и просто всех тех, кто сейчас населяет эту христианскую, но католическую страну.

Ведущий протоиерей Андрей Гавриленко

Записала Маргарита Попова

Показать еще

Время эфира программы

  • Воскресенье, 24 ноября: 00:30
  • Понедельник, 25 ноября: 09:05
  • Воскресенье, 01 декабря: 00:30

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы