О земном и о небесном. 8-летие Пятигорской епархии

26 марта 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
Беседа с архиепископом Пятигорским и Черкесским Феофилактом.

– Владыка, через два дня день рождения епархии?

– Да, будем праздновать.

– Разрешите Вас поздравить немножко заранее. Сколько свечей будет на торте?

– Восемь.

– Уже восемь! Так быстро!

– Или все еще восемь... Да, так быстро. Епархия была восстановлена восемь лет назад. Если брать исторический аспект жизни Пятигорской епархии, она была создана еще в дореволюционное время, но тогда все события, происходящие в стране и в Церкви, не дали ей развиться как самостоятельной епархии. Репрессии, которые тогда начались в нашем государстве, не позволили назначить сюда священноначалие, и епархия прекратила свое существование. И вот восемь лет назад она была восстановлена как самостоятельная.

– Как вообще рождаются епархии? На примере нашей епархии расскажите, из каких земель она состоит, сколько людей в ней трудится. Может ли она уменьшаться или разрастаться?

– Епархия – это собрание верующих людей, общин, которые собраны в одну большую общину. Как правило, границы епархии в современном мире (так было принято и в древности) совпадают с границами города, или, как в нашем случае, – района, или губернии, страны. Создается она по принципу количества общин и приходов, которые находятся на этой территории. Святейший Патриарх неоднократно говорил о том, что сегодня увеличивается количество общин. И, конечно же, епископу, архиерею подчас не удается посетить все общины, а это входит в его прямые обязанности... Собственно говоря, это и стало причиной создания новых епархий – увеличение количества приходов. Так была создана и наша епархия. Сегодня она включает в себя регион Ставропольского края – Кавказских Минеральных Вод, Кабардино-Балкарскую Республику и Карачаево-Черкесскую Республику. Регион Кавказских Минеральных Вод является трансграничным для одной и другой республик, которые друг для друга являются братскими народами. Поэтому епархия получилась с национальным акцентом и с красивой русской душой.

– Сколько человек трудится в нашей епархии?

– Если говорить о священнослужителях, то сегодня в нашей епархии 203 священнослужителя. Это и священники, и диаконы, и в том числе престарелые священники, которые находятся на покое, то есть не участвуют на регулярной основе в богослужебной жизни, не возглавляют общины. Но мы никогда наших пожилых священников не забываем и радуемся, когда они служат вместе с нами, как только им позволяет здоровье. Конечно же, это большое количество мирян, тысячи людей. Это и те люди, которые трудятся в храме на возмездной основе; к примеру, певчие в хорах, распространители церковной утвари, литературы. Вместе с этим сегодня в наших храмах трудится большое количество добровольцев: это и добровольцы в храмах, и сестры милосердия; люди с добрым сердцем, которые отзываются на любую просьбу и готовы жертвовать своим временем, чтобы вместе сделать одно хорошее дело.

– А может быть так, что какая-то территория по каким-то причинам захочет быть не в этой епархии, скажем, а в соседней? Бывали такие прецеденты?

– Были такие разговоры, но прецедентов таких не было. Скорее, это трудно себе представить, потому что образование епархии происходит решением Священного Синода во главе со Святейшим Патриархом и далее утверждается на Архиерейском Соборе. Границы епархий, как правило, создаются с учетом тех обстоятельств, о которых я уже говорил: и геополитических, и административных, и иных.

– Совсем земной вопрос: какое у епархии финансирование?

– Епархия существует в первую очередь на пожертвования людей. Люди вносят эти пожертвования в храмах тогда, когда просят молитв, подают заказные записки, жертвуют за свечи или какую-то церковную утварь. Кроме того, в нашей епархии есть еще швейный цех, который занимается пошивом облачения или каких-то предметов, которые используются в церковном богослужении и в домашнем обиходе. Есть небольшие сувенирные мастерские, которые изготавливают разного рода сувенирную продукцию. В монастырях есть пекарни, есть пасеки, которые тоже приносят незначительный доход, поддерживающий финансовую возможность, чтобы осуществлять те или иные программы.

Кроме того, сегодня существует большое количество разного рода грантов, в которых участвует наша епархия. Это социальные проекты. Ни для кого не секрет, что в нашей епархии есть «Дом для мамы», социальный большой приют, центр иппотерапии, центр по реабилитации людей с наркотической, алкогольной зависимостью. Эти центры нередко становятся участниками разного рода социальных грантов, которые предлагаются на территории республики, края или на федеральном уровне. Приобретая и получая эти гранты, они вкладывают средства в свою прямую деятельность и поддерживают эту деятельность.

– Владыка, Вы как руководитель насколько свободны в своих решениях?

– Настолько, насколько дает каноническое право. Есть решения, которые может и должен принимать архиерей. Вместе с этим надо сказать, что если эти решения очень значимые и важные, я всегда принимаю их вместе с Епархиальным советом – органом управления епархией, в котором я председательствую. На епархиальных советах, куда мы приглашаем в том числе благочинных, руководителей церковных округов на территории епархии, мы разбираем ту или иную ситуацию и принимаем решения; в том числе, кстати, решения по финансированию. Распределение средств происходит именно на наших епархиальных советах.

Что касается решений более глобального характера, конечно же, прежде всего я озвучиваю их перед Святейшим Патриархом, испрашиваю его благословения, его мнения и только после его мнения и благословения могу принимать эти решения.

– Вы можете сами себя оценивать как руководитель? И есть ли к чему стремиться дальше?

– Конечно, могу. Особенно на исповеди я себя оцениваю как руководителя, когда прихожу к духовнику, чтобы в том числе посоветоваться о принимаемом решении. Ведь бывают не только решения-поощрения, но бывают еще и решения-порицания, наказания и для священнослужителей, и для мирян, связанные с разного рода обстоятельствами их жизни. И особенно тогда эти решения очень непросто даются; они проходят через тебя самого, и потом ты разбираешься со всем этим у духовника. Не скрою, нередки случаи, когда, прежде чем принять меру канонического реагирования как архиерей, сначала я советуюсь с духовником, как поступить в этой ситуации. Вот так я оцениваю себя.

– А вообще у архиереев есть цель – свою епархию сделать самой лучшей, образцовой в стране?

(Смеется.) Я таких целеустремленных не встречал, именно с такими целями. И сам для себя тоже такой цели не ставлю. Если говорить о каких-то отличиях или о каких-то хорошестях, так скажем, то это прежде всего возможность поддерживать жизнь общин, возможность заниматься прямым делом Церкви: совершать богослужения, совершать дела милосердия, поддерживать людей нуждающихся, не оставлять никого на обочине жизни. Вот, пожалуй, все цели и задачи. Каких-то параметров, по которым можно было бы оценивать ту или иную епархию как спортивную команду, мне кажется, не существует.

– А как Вы относитесь к критике работы епархии? И бывает ли такое, что Вы понимаете: «А ведь это зависть...»

– Юлия, я как на исповедь попал... (Смеется.) Что касается критики, нередко я сам прослеживаю разного рода реакцию людей (особенно в социальных сетях, в комментариях) на различные мероприятия, которые проводятся в епархии. И, конечно же, я совершенно четко могу определить, чем эта реакция обусловлена – действительно что-то было сделано плохо, или на что-то мы не обратили внимания, или в какой-то момент немножко дали слабину. Тогда это становится предметом выводов для себя и предметом разбирательства для тех людей, которые были вовлечены в это. Допустим, сделали какой-то праздник, и оказалось, что на этом празднике было сделано то-то и то-то, а на что-то не обратили внимания. Тогда мы разбираемся все вместе, почему на это не обратили внимания. И такие замечания бывают очень полезны. Что же касается всякого рода оскорблений или каких-то совершенно безосновательных обвинений, то к этому относишься совершенно спокойно, и я почти уже не замечаю подобного рода явлений.

– Люди, которые работают в епархии (не духовенство, а, например, работающие в епархиальном доме), проходят какой-то отбор по моральным качествам?

– По человеческим. Как ты заглянешь в человека?.. Сами люди, которые приходят сюда трудиться, понимают, что это место особенное. Почему? Я им объясняю очень просто. Говорю, например: «Маша, завтра тебя увидят на улице и узнают, где ты работаешь. Понятно, что ты – Маша, а не отец Сергий, но на тебя будут смотреть почти так же, как на отца Сергия, и будут говорить: ты же трудишься в епархии! Значит, все твои поступки, твое отношение к людям, к проблемам и вообще твоя реакция в жизни должны быть почти такими же, как у отца Сергия, потому что ты трудишься в Церкви».

Люди сами находят для себя это пространство, которое занимают. Каких-то требований мы не предъявляем, разве что традиционный дресс-код: приличная одежда и спокойный, не агрессивный макияж. И, конечно же, образование в первую очередь. Потому что в епархиальном доме люди занимаются профессиональной деятельностью, и когда соответствующее образование способствует этому, это приносит большие плоды. У нас немало сотрудников с высшим теологическим образованием, что, кстати, тоже очень помогает. Сегодня нет проблем в написании письма не только священнослужителю, но и представителю другой религиозной традиции. Правильно составить письмо, чтобы оно было в соответствии с традициями, может человек с хорошим образованием, и у меня такие помощники есть.

– Владыка, как бы Вы охарактеризовали епархию? Это больше армия с дисциплиной или семья?

– Это семья, конечно, но с военными порядками. Потому что в любой семье, пожалуй, важным и самым главным остается то, когда мы делаем вместе одно дело; и это самое дорогое. Когда тот, кто посильнее и опытнее, помогает тем, кто слабее и только-только начинает свой путь. Тут иногда и без силы не обойдешься – надо кого-то и на плечи себе взвалить, и кому-то помочь. И мобилизоваться иногда, когда кому-то плохо, чтобы все вместе собрались и поддержали этого человека. Нередки у нас разного рода объявляемые акции в помощь тем или иным людям. Конечно же, больше это семья: большая, надежная, верная и любящая.

– Может быть, банальный вопрос: что в планах?

– В планах – жить! Я очень хочу, чтобы наши студенты, которые сегодня учатся в духовных школах, вернулись обратно домой – и я пережил бы счастье рукоположить их в священный сан. Когда наши дети возвращаются домой – пожалуй, это самое большое счастье. Именно такое будущее я и хотел бы сегодня видеть.

– Владыка, большое спасибо за такую программу! Она получилась особенно радостной, праздничной. Настоящий день рождения! И, конечно, кто поздравит своих подопечных, как не архиерей?..

– Спасибо за нашу сегодняшнюю беседу.

Дорогие братья и сестры! С днем рождения! Я хочу всем вам сказать спасибо! Спасибо за то, что все эти годы мы вместе. Мы вместе надеемся, молимся, иногда расстраиваемся и печалимся, но чаще утешаемся и встаем. И делаем одно большое дело. Я молюсь о том, чтобы Господь сохранил нашу большую семью, и надеюсь на это. Ну а мы постараемся беречь друг друга. Храни и благослови вас Господь!

Ведущая Юлия Бычкова

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы