Читаем Добротолюбие. Выпуск от 15 июля

15 июля 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
Курс ведет священник Константин Корепанов.

– Мы продолжаем читать наставления преподобного Марка Подвижника и продолжаем разговор о познании вещей.

Сто девяностый абзац:

Невольные помыслы рождаются от предшествовавшего греха, а произвольные от самовластной воли. Почему вторые бывают причиною первых.

Здесь мудрость. Невольные помыслы, то есть помыслы греха и страсти, приходят в наше сознание, в нашу голову потому, что некогда мы погружали эту самую голову, нашу мыслительную часть души, наш разум в омут этого самого греха. Когда человеческая душа была в омуте греха, она естественно сохранила в себе следы от пребывания в омуте этого греха: остались ожоги, осталась память о совершенном грехе, остались раны, нанесенные грехом, осталась немощь, вызванная тем, что некогда боролся с этим грехом.

Это похоже на то, как бывает в явлениях физиологических. Когда, например, человек страдает почками, то при любой случайной болезни (простуде, перепаде температур, неудобном положении тела) именно почки в первую очередь заболевают. Они еще не заболели, но о том, что они слабы, они сразу дают знать, чтобы человек срочно изменил температурный режим, оделся теплее, изменил позу, в которой находится. То есть почки в данном случае – напоминание о том, что человек некогда этим болел и этот орган у него очень ослаблен, поэтому нужно поберечься. Как говорится в русской пословице, где тонко, там и рвется.

Человек обычно забывает свои немощи (человек в этом смысле очень больное существо): любой человек, за исключением некоторого числа избранных святых, которые сумели этот порог преодолеть в свое время. Большинство же людей очень быстро забывают, насколько они слабы, немощны, грешны. И вот невольные помыслы, появляющиеся в нашем сознании, напоминают, сигнализируют нам о том, что мы немощны, что мы в этом грехе некогда были и справились с ним с превеликим трудом.

Поэтому входящие помыслы не надо оставлять в сознании, надо их сразу из ума выкидывать вон и всячески мобилизоваться, чтобы этот помысел не засел в нашем сознании, не осквернил нас своим присутствием. Мы приобрели опыт противостояния этому помыслу, когда боролись с этой страстью. Поэтому этот опыт в первую очередь учит нас, что размышлять над этим помыслом, общаться с этим помыслом, оставлять его в сознании совершенно не нужно, но нужно реагировать мгновенно. Как реагирует человек, у которого был менингит, на любой сквозняк. Как реагирует человек, который страдает, допустим, сердцем, на любой сердечный спазм: он сразу принимает лекарство и все делает для того, чтобы сохранить здоровье и жизнь.

Вот это же требуется и в духовной жизни человека. Как только мы почувствовали, осознали невольный помысел, возникший в нашем сознании, тут же его надо выбросить из головы, вспомнить, что я – немощный человек, что я грешил этими грехами, и устремиться под Божественный покров своею молитвою, ибо блаженны нищие духом. Мимолетный ужас даже от образного, предметного воспоминания о том, в каком немощном и слабом состоянии мы были, когда боролись с этим грехом, отталкивает нас от этого помысла. И отталкивает именно под покров Всевышнего, под покров Божий. И мы начинаем быстро и усердно плакать и молиться, только бы не вернуться в то состояние, из которого вышли.

С одной стороны, невольные помыслы – как некий мотиватор, скажем так. Мы находимся в расслабленном состоянии, немножко забыли о том, как усердно молиться, стали потихонечку возвращаться к осуждению других, а стало быть, стали высокомерными по отношению к другим, но вот вспыхивает непроизвольный помысел в нашем сознании, и это лишает нас всякой возможности дальше спокойно наслаждаться жизнью. Мы тут же встрепенулись, испугались и бросились к Богу, а стало быть, вспомнили о том, что живем уже несколько недель (или месяцев) нерадиво. Это с одной стороны. Поэтому слава Богу, что это есть.

С другой стороны, вот этих невольных помыслов боялась даже преподобная Мария Египетская. То есть это хорошо, что они мотивируют, но если ты чуть-чуть не смотивировался, вовремя не испугался, вовремя не выбросил из головы этот помысел и вовремя не прибежал к Богу со скорбью, слезами, ужасом и страхом, чтобы помолиться об избавлении от этой напасти, то помысел, как всякая физиологическая болезнь, возвращается на насиженное место очень быстро. Где тонко, там и рвется.

Если человек никогда не пил водку, ему и не придет в голову мысль: «А пойду-ка я напьюсь – плохое настроение у меня сегодня». Между этим «пойду и напьюсь» и реальным употреблением водки лежит почти непроходимая бездна. То есть он пять тысяч раз передумает и лучше сделает что-нибудь другое – зачем ему эта гадость? А вот для человека, который в свое время был зависим от алкоголя, эта мысль смертоубийственна, потому что выбраться из нее он уже не сможет. А человек, никогда не пивший, может 15 лет думать эту мысль, но так никогда и не напиться, но у него есть своя слабость, свой грех, с которым он когда-то боролся, и помысел этого греха ввергает его в пучину прежней страсти очень быстро. Еще раз скажу: где тонко, там и рвется.

Поэтому медлить, устраивать проволочки, думать: «Да ладно, ничего, уж поборол страсть, как-то справлюсь» ,– это незрелые рассуждения, сделанные неопытными людьми, и настолько это далеко вообще от невольного помысла, что впору вспомнить: а не второй ли это случай, о котором говорит Марк Подвижник... То есть кроме невольных помыслов есть вполне себе вольные помыслы – произвольные помыслы, как называет их преподобный Марк. Невольные помыслы тем и отличаются, что они очень быстро прогоняются. Никакого желания находиться с этими помыслами в долгой близости у человека нет, он их тут же выбрасывает, потому что появление этих помыслов вызывает у него страх, неприязнь или еще что-нибудь такое. Такая быстрая, мгновенная реакция отторжения показывает, что этот помысел действительно невольный.

А вот произвольный помысел сидит крепко. И если мы помысел не выбрасываем из головы, начинаем его думать, он прельщает нас: «В конце концов, могу же я просто подумать о чем-то греховном. Я же не собираюсь этот грех делать ни сегодня, ни завтра, ни через пять лет, я просто хочу на эту тему подумать, что могло бы случиться, если бы я послушался этого помысла». Вот такое рассматривание, собеседование с помыслом говорит о том, что этот помысел вовсе даже и не невольный, а вполне произвольный – он сидит в моей душе прочно, а это значит, что он мне нравится, и тот соблазн, который предлагается этим помыслом, мною любим.

То есть на самом деле мы страстно зависимы от того, что предлагает нам этот помысел. Поэтому мысль, которая нам внушается этим соблазном, этим помыслом, нам приятна; значит, мы страстно больны: мы любим предмет своей страсти и, стало быть, по-прежнему нечисты сердцем, по-прежнему любим грех, никакой свободы от греха у нас нет, это только мнимость. Мы только подумали, что победили страсть, потому что неделю или месяц не думали об алкоголе, не смотрели неприличные картинки или не мечтали о машине, подобной машине соседа. Человек думает: «Прошло уже достаточно много времени, уже почти полгода эта мысль не приходила мне в голову, стало быть, я страсть победил». Поэтому он, как неопытный (а он не может быть опытным, потому что опытный человек действительно победил свою страсть, а неопытный только думает, что ее победил), через какое-то время разрешает себе: «А подумаю-ка я о чем-нибудь запретном». Например, увидел новую этикетку на бутылке коньяка в продуктовом магазине, стал ее рассматривать и думать: «Много пил гадостей в своей жизни, а эту еще не пробовал. Интересно, что это такое? Приду домой, в Интернете пороюсь, что это такое».

Приходит домой, роется в Интернете часа полтора: рассматривает отзывы, рекомендации, где сколько стоит. В общем, завяз, увяз, размышляет на эту тему. При этом человек думает: «Я же не пью, я только рассматриваю». Проходит какое-то время (может, день или неделя), и он неожиданно осознает, что эта бутылка стоит у него дома, и не просто дома, а на столе; и он ее уже открыл. Он по-прежнему внушает себе мысль, что вообще-то ничего особенного, он просто хочет попробовать, ему просто любопытно. И он называет эту страсть вовсе не алкоголизмом или пьянством, а любопытством. И даже если он попробует, то сразу испугается, побежит на исповедь и скажет: «Грешен тем, что я очень любопытен». Хотя на самом деле страсть-то совсем другая.

Но человек неопытен. Опыт приобретается в победе над страстью. И только опыт помогает человеку понять, что на самом деле его исцеление от страсти свидетельствуется тем, что он не мыслит об этом. Если мысль о чем-то приходит в голову, то человек пугается, боится этой мысли, отшвыривает ее из головы подальше и себя от нее уводит поближе к Богу. Если же человек медлительно реагирует на помысел, значит, он страстен, любит грех и пребывает в прелести в отношении самого себя – вовсе он эту страсть не победил, он страстно зависим и по-прежнему не раб Божий, а раб греха; и любит не Бога, а грех.

Сто девяносто пятый абзац:

Когда хочешь разрешить какое недоуменное (запутанное) дело, то ищи относительно него то, что Богу приятно, и конечно найдешь ему полезное разрешение.

Этих запутанных, недоуменных дел в нашей жизни очень много. Можно сказать, что вся наша жизнь – это одно запутанное дело, вызывающее полное наше недоумение. На самом деле разрешить это запутанное дело (или дела), с одной стороны, конечно, просто, а с другой стороны, представляется очень сложным. Практически сделать это очень сложно именно потому, что мы не выходим из того состояния, в котором оказались в этой запутанности. Мы не понимаем, что есть некая причина, по которой все дела нашей жизни запутались, и пытаемся распутать какую-то закавыку, не уничтожая той причины, по которой наша жизнь стала запутанной.

В этом бедствие всех современных людей; как неверующих, так и верующих в том числе. То есть дело запуталось настолько, что идти дальше некуда, со всех сторон полный тупик. И человек пытается разрешить этот тупик каким-то образом, на основании той же самой причины, которая и привела его в эту запутанность, и запутывается еще больше. В конце концов проходит несколько лет, и запутанность становится не одного порядка (как в физике), а второго и третьего порядка. Человек запутался, пытаясь выпутаться из тех запутанностей, в которые попадал в своем подростковом и юношеском возрасте. Эти запутанности просто не поддаются врачеванию, а он по-прежнему пытается распутать их, не выходя из той системы ценностей, из той парадигмы, в которой он, собственно, в эти запутанности и попал.

В чем же причина? Почему человек запутывается? Почему попадает в неразрешимые ситуации? Первое: потому, что человек никогда не руководствовался заповедями. Он, конечно, иногда подает милостыню, иногда молится (а может быть, даже всегда молится), иногда жалеет людей, иногда не жалеет, он ходит в храм, исповедуется, причащается, когда-то даже читал слово Божие, но все это не заповеди Божии. Это некий ритм, которому человек научился, когда пришел в храм, но, собственно, к заповедям Божиим это не имеет, как правило, никакого отношения. И он запутался именно потому, что никогда в своей жизни не поступал методично и целенаправленно так, как велит Бог.

То есть первая причина в том, что человек жил по своей воле, а не по воле Божией. Но в том-то и беда, что многие люди считают, что они живут по Божьей воле, когда живут по своей. Они никогда не спрашивают, и даже вопроса такого не стоит в их сознании: что есть воля Божия? Апостол Павел в Послании к Ефесянам пишет в рамках одной главы дважды: «Испытывайте, что благоугодно Богу». Через несколько стихов пишет: «Познавайте, что есть воля Божия». А вот человек упорно живет так, как живет, считая, что это и есть воля Божия.

Например, жена-христианка бросает своего верующего мужа только потому, что он не молится. Выходит замуж за другого человека, который вместе с ней молится, считая этот брак правильным, а тот брак с мужем верующим, но не умеющим молиться, – неправильным браком. Или, например, мужчина встречается в храме с девушками, заводит с ними отношения, они становятся его любовницами. Он с ними встречается и считает, что это благочестивое дело, и сетует только на то, что, к сожалению, он связан узами брака с женщиной, которая неверующая. Для него это нормальное состояние, он продолжает плотские отношения с девушками-христианками (или с одной девушкой-христианкой), сетуя не на то, что он испорчен развратом, а на то, что жена никак не хочет давать ему развод.

Другой человек, например, ходит в храм, нигде не работает, работать не хочет ни при каких обстоятельствах и уверен, что воля Божия в том и состоит, чтобы он ходил в храм. Он страдает от того, что у него нет денег, что он не может помочь людям, что его кормит мама (или содержит кто-то дугой), но уверен, что делает правильное дело, потому что работать в коллективе безбожников нет никакой возможности. Так можно час перечислять подобные ситуации, когда человек, думая, что он исполняет волю Божию, нарушает волю Божию. Он уверен, что он служит Богу, хотя все заповеди, которые он вполне мог бы прочитать в «Законе Божьем» (можно даже и Евангелие не читать), он нарушает.

Вот это первая причина, по которой человек запутывается, а стало быть, есть неизбежное условие для того, чтобы выпутаться из этих запутанностей. О чем и говорит Марк Подвижник – что нужно искать то, что Богу приятно, а не то, что приятно нам. Но для человека это почему-то совершенно немыслимая ситуация; ему кажется, что если он служит Богу, то должен делать то, что ему приятно. Он рассуждает так: «Бог же не может требовать от меня неприятных вещей, Он же любовь. Бог же у нас кроткий, хороший, поэтому Он может требовать от меня только то, что мне приятно. Если это мне неприятно, то это точно не Божия воля. Если это приятные вещи – это Бог от меня требует, а если неприятные – то это лукавство врага». Вот есть такое сознание у современного человека. Думаю, всегда так было, но у современного человека это особенно проявляется.

Вторая причина, почему человек попадает в запутанные ситуации, – он никогда не молился правильно. Что значит молиться правильно? Имеется в виду, чтобы человек молился, умом предстоя Богу, чтобы молился в Духе Святом; чтобы молился, как говорят святые, вкладывая ум в слова молитвы, а не просто тараторил языком какие-то слова.

А еще принципиально важное для молитвы качество – быть в мире. Мы так начинаем любую молитву: миром Господу помолимся. А если ты не в мире, если ты в обиде на человека или человек в обиде на тебя, Бог тебя не услышит. Жалко, печально, больно, трагедия. Подлинная человеческая драма, когда видишь человека, который действительно из последних сил молится Богу, но Бог его не слышит. «Господи, услышь же его, ведь мучается же человек!» А не может Бог услышать человека, который в обиде на другого человека, который не может или не хочет простить другого, не может или не хочет примириться с другим человеком.

Любой христианин знает: «и Отец Небесный не простит вам, если вы не простите от сердца согрешения брата своего». Каждый знает молитву «Отче наш». Нет христианина, который не знал бы эту молитву и слова: и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим. Если человек не может простить какой-либо грех другому человеку, если он сердится на него, злится, Бог не может его услышать. Он не имеет дерзновения, он измучается сам, но ничего не изменится. Надо простить другому – и тогда ты получаешь милость от Бога.

В результате того, что человек не молится (он молитвенные действия делает, но молитвой это не называется), ситуация запутывается. Он думает, что он молится, просит Бога и даже уверен, что то, что он делает, правильно. «Я же молюсь. А потом в мою голову приходят эти помыслы, я по этим помыслам живу, значит, это воля Божия. Если бы я не молился, тогда я, наверное, сомневался бы, что это воля Божия, но я же молюсь!..»

А потом мне захотелось, например, бросить своего мужа (или познакомиться с православной христианкой). Или пойти украсть свечи в храме. «Нет, я их не украл. Это же Божии свечи, я взял их для освящения своего дома, я не украл. Это мне помысел такой пришел: возьми и внеси в свой дом благодать. Вот я взял и внес в дом свой благодать».

Да мало ли какие лукавые мысли рождаются в голове человека, если он неправильно молится. Неправильно именно в том смысле, что он не простил никого (или кого-то), а пытается молиться. Естественно, в голове такого человека может случиться все что угодно; любая зараза туда войдет, потому что голова занята ложью. Ты не можешь стоять перед Богом, пока не простил от сердца грехи своему брату, который против тебя виноват.

Раз вот эти причины являются тем, что привело нас в запутанное состояние, то и разрешение запутанности – в этих же самых путях, направлениях духовного развития человека. То есть надо молиться. Причем я убежден, что учиться молитве нужно на словах молитвы «Отче наш». Если мы не научились молиться словами молитвы «Отче наш», то все остальное не имеет смысла. Это та молитва, которой нас научил Господь. Мы должны научиться молиться так, чтобы эти слова стали не стихотворением, заученным наизусть, а действительно молитвой. Чтобы произнеся слова «Отче наш», мы обретали предстояние перед Отцом и ощущали себя в объятиях Отца. Ибо сила молитвы такова, чтобы ставить нас перед Отцом, Который может исполнить все, что мы просим. Стало быть, со словами «да будет воля Твоя» – и будет Его воля совершаться.

Второе, что необходимо, – начать исполнять именно волю Божию; в самом простом ее варианте – исполнять самые простые, понятные, доступные заповеди Божии. Делать то, что в этой ситуации угодно Богу, а не то, что угодно нам. Как правило, это очень простой, стереотипный, стандартизированный набор, но он помогает, он работает, если человек понимает, что так угодно Богу.

Например, жена выгнала из дома, к детям не пускают, с работы увольняют, кредитов целая куча. Человек в отчаянии. Он приходит в дом Божий и говорит: «Что мне делать? Просто жизни нет, совершенно безвыходная ситуация». Надо молиться. Надо прийти на исповедь и не просто исповедоваться, но отречься от своих грехов, которые ты сделал. Надо причаститься и причащаться как можно чаще, особенно в то время, когда распутывается ситуация. И не выходить из храма: молиться, молиться и молиться, слушая проповеди, те тексты, которые читаются в храме. И смотришь – либо жена примет, либо с работы не уволят. Какая-то база появляется, и человек может дальше что-то делать. Вроде «примитивный» (в кавычках) набор средств, но он поможет, потому что именно так велит поступать в этой ситуации Бог.

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Понедельник, 18 ноября: 08:05
  • Понедельник, 18 ноября: 21:30
  • Понедельник, 25 ноября: 08:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы