Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

3 июля 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
В екатеринбургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель собора в честь Успения Пресвятой Богородицы на ВИЗе города Екатеринбурга, руководитель Отдела по социальному служению Екатеринбургской епархии протоиерей Евгений Попиченко.

– Батюшка, помнится, когда-то Вы вели программу «Церковный календарь». Потом наступило затишье, был промежуток времени, когда эта программа не выходила. В тот период я у Вас спрашивал: «Батюшка, соскучились по эфиру?» И Вы честно признавались: «Да, соскучился; мыслей для размышления много, их куда-то нужно реализовать». Так возникла программа «Благая часть», которая выходила на приходском канале на медиахостинге YouTube. Когда Вы в тот период приходили в программу «Беседы с батюшкой», у Вас крутились темы, которые Вы так или иначе прорабатывали. Сейчас Вы вернулись в эфир, выходит программа «Благая часть»…

– Я все время путаюсь, и мне часто приходится извиняться за повторения. Потому что есть несколько точек приложения слова. В первую очередь это приходская проповедь на литургии, где я делюсь с прихожанами своими размышлениями, переживаниями. Еще еженедельно проходят оперативки в социальном отделе для сотрудников отдела и сотрудников прихода. Есть программа «Благая часть». Есть еженедельные встречи с разными группами сотрудников. Например, общение с группой трапезниц (их человек двадцать), общение с певчими (их человек пятнадцать). Есть встречи с добровольцами.

Когда что-то задевает, какая-то мысль попадает в сознание, ты об этом размышляешь, потом рассказываешь, делишься и начинаешь путаться: ты это говорил уже в этой аудитории или нет? Спрашиваю: «Я об этом говорил?» – «Да, батюшка, Вы уже об этом говорили». Отвечаю: «Ну, ничего, повторенье – мать ученья. Давайте поразмышляем».

Иногда я понимаю, что я об этом уже говорил, но хочется об этом еще раз сказать, потому что или тема подходящая, или мысль получила дальнейшее развитие. Или в жизни  прихожан, которые по ту сторону экрана, что-то изменилось. Мы ведь Евангелие читаем постоянно; в течение годового богослужебного круга мы прочитываем все Евангелие. Мы слушаем отрывки, которые читаются в определенные воскресные дни, и думаем, что мы все это уже знаем. Да, знаем, но ведь мы изменились – прошел год, в нашей жизни поменялись обстоятельства: мы стали взрослее, старше, умнее (или глупее), у нас изменился вес, социальный статус, семейное положение (например, ребенок появился). Новый этап позволяет немножко по-другому посмотреть на жизнь.

Например, человек жил и хорошо себя чувствовал, а потом у него дома завелась собака (или кошка), и это совершенно новая история, потому что приходится подстраиваться под новые обстоятельства. И то, что он слышал год назад, он воспримет по-другому, и другие росточки появятся в его душе.

– Уверен, что по школьной программе кто-нибудь брался за серьезные произведения (например, Федора Михайловича Достоевского). Но когда перечитываешь эти произведения во взрослом возрасте, это раскрывается совершенно по-другому. Что уж говорить о Священном Писании!..

– Несколько последних передач «Благой части» как раз были посвящены размышлениям над цитатами Федора Михайловича Достоевского. Каждая цитата – это очень скомпенсированный, аккумулированный виток мыслей, который разворачиваешь, и это дает энергию. Читаешь мысль и начинаешь размышлять. Это прекрасно, когда человек читает книги. Когда человек читает книги, он растет, развивается, его сердце начинает жить, ум начинает работать.

У меня есть родственник, он преподаватель. Недавно закончились экзамены, зачеты. Он рассказал, как принимал экзамен по «Экономике» и задал студентке (умненькой девочке) вопрос: «На чем зиждется экономика?» И увидел в ее глазах абсолютное непонимание сути вопроса. Оказывается, девочка не понимала слова «зиждется». Для молодежи, поскольку она перестала читать, какие-то аллегории, метафоры кажутся уже каким-то дремучим лесом. Это, конечно, очень печально.

Сейчас какой-то инфантилизм, недоразвитость ума. Человек «ест» то, что ему дают в виде клипов, картинок, эмоций, и нет паузы. Когда ты читаешь книгу, у тебя есть возможность остановиться и подумать. А когда что-то смотришь или слушаешь какого-то блогера, тебе просто все вкладывают и вкладывают мысль за мыслью, картинку за картинкой; и без всякой цензуры, контроля все это входит в голову. Конечно, каким-то образом это формирует твое сознание, твой внутренний, нравственный мир, потому что «человек есть то, что он ест».

То, что «ест» современный человек, мне кажется, формирует недоразвитую личность. Человек должен научиться думать, должен научиться размышлять и прогнозировать развитие того или иного сюжета. Книга это дает. Кино, блогеры, ленты этого не дают, они просто формируют сознание.

– Считаете, что нужно от этого отказаться?

– Я думаю, что все должно быть в меру. Электронные средства чрезмерно вошли в нашу жизнь; мы им дали большую власть над собой, над своим временем. Человек очень неуютно себя чувствует, когда у него под рукой нет телефона. Как только у него появляется свободная минута, он ничем больше не занимается, как только крутит телефон: в игры играет, фотографии смотрит или ходит по чужим страницам, подглядывает, как люди живут. Но это западня, это лишение свободы. И требуется волевое усилие, чтобы этого не делать. Я просто за собой слежу, я всегда волевым усилием заставляю себя не брать телефон, когда нахожусь в компании других людей. Потому что как только я беру телефон, я уже не в контакте. Мне очень неудобно, стыдно, когда люди, которые пришли пообщаться, не находят интереса друг в друге, им нужны какие-то дополнительные стимуляторы. Они пришли пообщаться, но каждый сидит в своем. Это пошло.

– Вопрос телезрителя из Белгорода: «У меня вопрос о личной молитве. Молитва – это разговор человека с Богом. Но мы по большому счету читаем чужие молитвы: молитвы Ефрема Сирина, чьи-то еще. То есть мы повторяем чужие личные молитвы, а лично нашего, получается, ничего нет. Может, поэтому нас никто не слышит?»

– Личная молитва не в словах же только, она в состоянии души, которое человек проживает во время осмысления текста. Нам необходимо прийти в состояние предстояния перед Богом. Святые люди, из которых эти молитвы вырывались как крик о помощи, как благодарность, как покаяние, достигли определенной высоты эмоционального, духовного и душевного состояния, – состояния в присутствии Бога, и эти молитвы зафиксировали вершину этого состояния. Это букварь, учебник, и, вникая в него, мы хотя бы немножечко должны к этому пику приблизиться. И дело не столько в словах, как в том, как я эти слова проживаю. Мне кажется, это извечная на все поколения и на все времена молитва.

«Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей, и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое». Лучшей молитвы для покаяния, если ты хочешь прожить это состояние, не найти. Потому что у нас нет истинного покаяния, у нас только имитация: мы что-то из себя выжимаем, но наши личные слова как раз часто пустые. Но если нам удастся хотя бы немножечко прожить то, что прожил Давид, или Ефрем Сирин, или Макарий Великий, молитвы которого мы читаем в утреннем правиле, то этот опыт будет самым дорогим сокровищем.

Ум должен осмыслять слова молитвы, должен погружаться в каждое слово, вбирая весь смысл, всю суть этого слова, а сердце должно сочувствовать уму. По словам святителя Игнатия (Брянчанинова), ум находится в словах молитвы, а сердце сочувствует уму. Если использовать этот алгоритм при чтении молитв святых и пытаться не спеша осмысливать каждое слово, чтобы оно отражалось в движении нашего сердца, то лет через двадцать, наверное, человек может прийти к настоящей внутренней молитве. Потому что молитва имеет определенные этапы: начинается с простой, словесной, а заканчивается молитвой зрительной (если Бог благословит). Но первые три этапа, которые Бог раскрывает для человека в молитве, каждый обязательно должен освоить. По мысли святых отцов, спасение человека под большим вопросом, если человек не придет к умно-сердечной деятельной молитве. Это искусство из искусств.

Вопрос замечательный, очень важно об этом думать. Мне кажется, что правильное развитие духовной жизни человека должно обязательно привести к подвигу молитвы. Если человек не полюбил молиться, значит, он пустой как барабан: он просто звенит, но внутри ничего нет. Правильная духовная жизнь приводит человека к правильной молитве: побуждает человека искать молитву, читать книге о молитве, пробовать, экспериментировать, общаться с опытными в духовной жизни людьми.

Естественно, молитва усиливает внимание к себе. Плодом молитвы является усиление покаяния. Чем внимательнее человек молится, тем чаще сердце рождает умиление. Умиление укрепляет внимание человека, и это еще усиливает молитву. И человек двигается вперед.

А можно вычитывать тексты, по три кафизмы в день читать и быть от этого очень самодовольным: мол, я молюсь, мое молитвенное правило составляет два часа. Человек совершает внешнюю работу и думает, что он что-то делает, а на самом деле в нем только гордость растет. Он начинает других осуждать, других учить, как надо, как не надо, как правильно, как неправильно. Это беда! Это состояние называется прелестью. И все это от неправильного отношения к молитве. Это тяжелейшее духовное состояние.

– Вопрос телезрительницы из Пензы: «У нас в деревне построили маленькую церковь буквально два года назад. Собирали иконы: кто что даст. В том числе нам дали старинное распятие, которое было уже все выцветшее. И в этом году на Пасху оно у нас обновилось: была кровь и на лбу Спасителя, и на ногах, и на руках. Я позвонила священнику, он приехал, сфотографировал. И никто мне до сих пор не дал вразумительного ответа: что это? Одни говорят, что это к несчастью, другие говорят, что это очень хорошо. Я это переживаю очень болезненно, ощущение, как будто мы снова Христа распяли своими грехами. И вот кому бы я этот вопрос ни задавала, никто мне не дает вразумительного ответа. Может быть, Вы что-то скажете?»

– Я не скажу больше, чем Вы сами сказали. Вы правильно сказали, и правильные мысли приходят, когда мы видим, как иконы мироточат, распятие кровоточит. Это все было в истории Церкви. Все мы знаем образ «Нечаянная радость» и историю, как один грешник имел обыкновение молиться Божией Матери, выходя на какое-то греховное дело. А в один вечер он увидел, что икона вдруг изменилась – из ран Христа потекла кровь. Он, пораженный, в ужасе воскликнул: «Господи! Кто это сделал?» А Божия Матерь говорит: «Это ты и тебе подобные своими грехами до сих пор вбиваете гвозди в руки и ноги Моего Сына». И этот человек покаялся. То есть видение этого чуда, откровения побудило его изменить образ жизни.

И всякий раз, когда происходит подобного рода чудо, с одной стороны, это для укрепления нашей малой веры. С другой стороны, иконы плачут о наших грехах и о том, чтобы мы покаялись и изменили свою жизнь.

Телезрительница сказала про храм, и я хочу обратиться ко всем с такой просьбой. У нас на Урале в Курганской области случилась беда: фактически полностью сгорел храм Казанской иконы Пресвятой Богородицы в селе Чимеево, где находилась Чимеевская чудотворная икона Казанской Божией Матери. Несчастный случай: замыкание, деревянный храм, удаленность села от пожарных пунктов... В общем, храм сгорел. Милостью Божией икона сохранилась, но очень сильно пострадала. Вот такое несчастье, которым Бог нас и обличает, и дает нам какое-то указание, что такие святыни от нас уходят. Может быть, потому, что мы не очень ревностно живем, не очень чтим Бога, Его храмы, Его святыни.

Обращаюсь к всероссийской пастве, что надо и молитвенно поддержать отцов, которые сейчас глубоко переживают эту трагедию (иеромонаха Афанасия с братией, владыку Курганского), и настроиться на то, чтобы помочь восстановить этот храм. Вот такая беда.

– Вопрос телезрителя из Москвы: «В чем заключается работа церковной социальной службы, в которой Вы работаете? Ведь у государства есть органы социальной защиты».

– Суть церковной службы милосердия заключается в миссии нашей службы: умножение любви в служении людям. Это миссия – умножать любовь через заботу о немощных, через работу с добровольцами; через окормление больниц, домов престарелых храмами, приходами, священнослужителями, через организацию сестринских постов. Когда сестра появляется в государственном учреждении, она не заморочена должностными инструкциями и определенным функционалом – она озадачена человеческими взаимоотношениями. Поскольку сестры православной службы милосердия не входят в структуру учреждения, у них руки не связаны инструкциями. Обычная медицинская сестричка одна на 20-30 человек, и она обязана все успеть, поставить капельницы, сделать всем необходимые манипуляции. Там не до душевности – хотя бы все успеть. Плюс огромный ворох бумажной отчетности у докторов. Современная бюрократия – это, конечно, катастрофа.

А в православной службе милосердия сестры от этого освобождены. Поэтому сестра может посвятить время своей жизни человеку, который готовится к операции. Она может по-человечески поговорить, подержать за руку, погладить по плечу, подстричь ногти, расчесать волосы, узнать, как сын или внук; в общем, проявить внимание. Помните слова преподобного Амвросия Оптинского? «В жизни сей каждому человеку нужен ласковый взгляд, приветливое слово, нужно, чтобы нас любили и нам верили; нужно самое дорогое и самое редкое сокровище – сердце внимательное». Мне кажется, это основное, в чем заключается служение сестер, добровольцев и вообще всех сотрудников церковных социальных служб: проявить внимание, услышать человека. Человека, а не пациента или клиента. Потому что когда мы вешаем на человека этот ярлык, то как книжки на полке стоят все одинаковые, так и пациенты (или клиенты) – все одинаковые. А у человека своя история, своя боль, и у него есть вопросы к Богу, к Церкви.

Болезнь снимает шелуху с нашей души. У нас же души законсервированы, мы все зажатые, закрытые, у нас имидж. То есть внешняя форма отшлифованная, а внутри и гной, и раны – жуть, что происходит. Когда приходит болезнь, она вскрывает гнойничок, и гной начинает вытекать. Человек в ужасе от того, что у него внутри, ему нужен доктор, врач, который придет и его душу смажет, даст лекарство, уберет этот гной. И вот сестры являются таким звеном между светским учреждением и храмом. Потому что редкий человек обладает смелостью прийти к священнику и сказать: «Батюшка, у меня проблема». А когда приходит сестра, все понимают, что сестра – это ангел от Церкви. Это не бородатый мужик в черном одеянии, а светлый ангел в белом облачении, это мягкая женщина, как правило, среднего возраста, которая может утешить, подсказать, может взять за руку и до храма довести. И человек преодолевает какой-то ступор, сопротивление и делает очень важный для себя шаг – переступает порог Церкви. А дальше начинается новая страница его жизни.

–  Очень часто бывает так, что приходские священники имеют множество своих забот, послушаний. Да, они совершают таинство Исповеди, совершают литургию, но при этом они не ведут своих прихожан, а надеются на то, что их рост будет идти. Есть ощущение, что всем известная фраза «Спасись сам – и вокруг тебя спасутся тысячи» иногда употребляется немножко в корыстном значении, то есть сам-то я о себе позабочусь, а остальные – пусть сами стараются.

– Еще есть фраза: спасение утопающих – дело рук самих утопающих... Главная задача пастыря – быть пастырем: собирать стадо и вести за собой. Для этого пастырь сам должен жить жизнью духовной. Люди сейчас могут подумать, что батюшка такой умный, грамотный, опытный, сидит учит... Нет, я знаю свои ошибки, свои немощи, но я знаю, как надо. Господь сказал: «Все, как они говорят, соблюдайте и делайте, по делам же их не поступайте».

Пастырь обязательно должен читать духовную литературу. Он обязательно должен молиться. Он обязательно должен глубоко и внимательно служить литургию и готовиться к ней. И молитва для священника не должна быть формальной, просто исполнением внешнего правила, ритуалом, но должна быть потребностью его сердца. Пастырь должен любить общаться с людьми, он не должен их бояться, избегать, выходя из алтаря через заднюю дверь, когда колокола еще не закончили звонить. Пастырь должен быть ловцом человеков.

Везде он должен оставаться священником: не только в храме, но и когда он едет в троллейбусе, в метро, когда он заходит в магазин. Хорошо, если у пастыря есть самосознание и трезвение в этом плане; то есть чтобы он не переоблачался: в храме – в рясе, а потом джинсы, мотоцикл, пиво, чипсы и так далее. Одежда, конечно, придает определенный статус; в рясе лишний раз вольностей себе не позволишь: мороженое не поешь, нога на ногу не сядешь. И это хорошо, все-таки должны быть какие-то факторы, которые человека сдерживают от каких-то проявлений.

Должно быть желание достигнуть святости. Надо все время искать, не успокаиваться на достигнутом, и тогда появится потребность общаться с людьми. Потому что на самом деле Бог через людей открывает все тонкости, нюансы духовной жизни. Нужно только быть внимательным, слышать, слушать – и Господь все откроет, даст мудрость, даст опыт. Бог через человека до нас доходит.

У меня радость великая: мое чадо (он вошел в алтарь в 12-летнем возрасте) в воскресенье, в день памяти всех русских святых, вышел из алтаря в сане священнослужителя – иерей Кирилл. Дай Бог ему доброго здоровья, быть добрым пастырем. Конечно, очень радостно, когда ребеночек, будучи кудрявым и неуклюжим, зашел в храм – и сейчас стал священником Церкви Божией; он внутри себя несет огонь, который Господь низвел в него через возложение рук архиерея. Сейчас ему Господь дал возможность сослужить святым таинствам: он служит литургию, через него люди духовно рождаются. Мне очень хочется, чтобы он этот огонь донес до конца, чтобы он остался добрым пастырем, чтобы он душу свою положил за овцы своя. Сейчас будет какое-то испытание меня как отца, как духовника, потому что мальчик вырос, встал на ноги, будет дальше созидать и вести паству на приходе в каком-то храме. Конечно, мне очень хочется, чтобы он остался помощником, но... как Бог даст через архиерея.

– Вопрос телезрительницы из Волгограда: «Батюшка, я вечером так устаю, что у меня не складывается молитва. Когда раньше батюшка Флавиан читал вечерние молитвы на канале, было спокойно, хорошо. А сейчас ведет другой батюшка, он говорит все очень быстро, ничего не сообразишь. Пока я три раза повторяю слова молитвы, там уже песни поют. В итоге получается, что я молитвы сокращаю. Как-то на душе неспокойно. Нельзя ли вернуть то “вечернее правило”, какое раньше было?»

– Вы выразили свою боль; думаю, Вас услышали. Как вариант можно найти в Интернете записи «Вечернего правила» с игуменом Флавианом, скачать себе (попросить детей или внуков), чтобы они были у Вас под рукой. Можно же не привязываться к телевизору. Записать на диск и в удобное время, когда еще Вы бодры, когда есть силы, включать и не ждать, когда телеканал будет показывать вечерние молитвы.

Но все-таки я посоветовал бы личный труд прилагать. Потому что слушать молитвы – это хорошо, но, мне кажется, это некоторое попущение себе, уход от личного труда. Я думаю, что важнее пусть немножко, но потрудиться своими глазками и прочитать молитвы самой, не спеша. Можно по времени: двадцать минут засекли и вдумчиво, неспешно прочитали. Пусть это будут две молитвы, но Вы при этом помолились. На следующий день двадцать минут  читайте третью, четвертую, пятую молитву. Это будет более эффективно, чем спешить или молиться сквозь сон. Вот такой вариант.

Можно посоветоваться со своим духовником и попросить молитвенное правило с земными поклонами, если силы и возраст позволяют (не знаю, сколько Вам лет). В вечерних молитвах есть молитва Иоанна Златоуста (по-моему, седьмая), где 24 кратких воззвания по часам. Можно взять эту молитву и с каждым прошением делать земной поклон. Читать неспешно, вдумчиво, поклониться и в поклоне задержаться, какие-то мысли обратить к Господу. Прочитать второе прошение – и опять поклон. Может быть, этот духовный труд будет Вам к душе. Вот сколько вариантов – экспериментируйте!

– Вопрос телезрителя из Воронежа: «Как жили святые, в которых изобиловал Дух Святой? На что они тратили свою энергию? Как они привлекали внимание других духоносных людей, таких же, как они? Как они относились к грешникам?»

– Как жили святые, исполненные благодати Духа Святого? Жили скромно, незаметно. Жили как трава растет, как ручеек течет. Очень боялись, чтобы их дары стали людям заметны, поэтому часто скрывались за юродством, за какими-то внешними немощами. Например, Симеон Верхотурский свои дары скрывал за недоделанными шубами: чтобы его не благодарили за это искусство. Люди его ругали, тем самым он уходил от убивающего душу тщеславия.

Отвратительна для Бога эта тщетная слава, когда человек ищет не Божьей славы, а своей, когда он себя презентует, себя демонстрирует. Это то, что противно смирению. То есть тщеславие – это страсть, противоположная добродетели смирения. Святые очень берегли себя от этой проказы душевной.

Иногда Господь делал так, чтобы человек даже не замечал присутствие Духа Святого. Например, тень апостола Петра исцеляла людей. Он шел, и те, кто оказывался в его тени, получали исцеление. Человек шел по своему делу, а позади его совершались чудеса.

Святые, конечно, старались скрыться. Когда их открывали, находили их места, когда начиналось туда какое-то паломничество, они обычно уходили, потому что любое человеческое признание, похвала – тяжелейший искус. И они меняли место жительства. Потому что лучше жить тихо, скромно, втайне.

– Вопрос телезрительницы из Ставрополя: «Я живу во втором браке уже десять лет. Брак официальный. Совместных детей у нас нет, есть ребенок от первого брака. Но у меня нет к мужу любви, я живу с ним как с соседом, с помощником. Это меня гложет. Правильно ли я поступаю, что живу с ним, поддерживаю эти отношения? Или грех жить без любви? У нас часто бывают ссоры, мы не понимаем друг друга. Я хотела бы услышать Ваш совет».

– Я надеюсь, что Ваш супруг не смотрит телеканал «Союз»; по крайней мере, в сегодняшний вечер, потому что ему, наверное, было бы не очень приятно услышать такое.

На самом деле Любовь – это имя Бога, это свойство Божие. Любовь – это состояние, в котором человек входит в общение с Богом. Любовь – это цель нашей жизни. Мы должны прожить жизнь и научиться любить. Семья – это школа любви. Школа, в которой непросто, в которой бывают двойки, неудачи, какие-то ошибки. Но без этой школы научиться любви невозможно. Невозможно вне семьи научиться любви. Любовь – это не состояние наших чувств, любовь – это состояние нашей воли.

К одному опытному специалисту в семейной жизни пришел молодой человек и говорит: «Мы с женой живем 10 лет, я ее не люблю. Что мне делать?» Он говорит: «Любить ее». – «Как? Я же говорю, что у нас нет чувств, нет взаимного притяжения. Но у нас трое детей, и я понимаю свою ответственность. Что мне делать?» Он ему снова говорит: «Любите ее». – «Вы меня не понимаете». – «Нет, это Вы меня не понимаете. Любите ее. “Любить” – это глагол, отвечает на вопрос “что делать?” Слушайте ее, заботьтесь о ней, ухаживайте, старайтесь понять, старайтесь сделать приятное, угодное, и действие любви со временем родит чувство». Так устроен человек… Любовь – это плод жизни человека, христианина, который хочет ей научиться. И Господь дает те обстоятельства, в которых человек может этому научиться.

Так случилось: с Вами рядом человек – это Бог дал; значит, с ним и нужно эту школу проходить. Обязательно нужно молить Бога, чтобы Господь научил любить своего мужа. Научил любить своих детей. Научил любить Бога. Нужно у Бога это выпрашивать. И Господь будет подавать нам обстоятельства, уроки, в которых мы будем учиться. Если урок усваивается, начинается следующий урок, более сложный. Не усваивается – переэкзаменовка: человек отправляется на повторное прохождение этого урока, и так – пока не усвоит.

Обязательно нужно быть в общении с теми, кто научился любить. Очень скоро, 8 июля, мы будем отмечать День семьи, любви и верности, в день памяти святых благоверных Петра и Февронии. Они прожили жизнь и научились любить. Хотя у них тоже было много разных колебаний. Почитайте их житие. Петр сомневался, нарушал свое слово. Феврония проявляла мудрость. А Петр проявлял верность, выбирал. Когда его поставили перед выбором: «Тебе надо управлять княжеством, а твоя жена тебе не подходит, она не того социального статуса», – Петр выбрал жену. Почитайте их житие, помолитесь им, съездите в Муром в паломничество. За любовь надо сражаться. Не просто сидеть и ждать, пока она притечет, а вымаливать ее. Молитва, терпение и труд любовь в сердце вотрут. Примерно вот так.

Ведущий Дмитрий Бродовиков

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы