Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

28 апреля 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы отвечает настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.

– У нас часто возникают такие вопросы: человек не знает, крещеный он или нет, каким именем его крестили. Или мама говорит: «Я не знаю, каким именем крестили моего ребенка». Ведь это на самом деле говорит об ужасном отношении простых людей к таинству: как к магическому обряду. Даже не блага, а каких-то непонятных вещей от этого ждут. Как правильно донести до людей смысл таинства? И вообще почему такая ситуация возникает, почему мы так небрежно к этому относимся?

– Христос говорит: «Пустите детей приходить ко Мне, не препятствуйте им». Крещение детей было всегда в истории Церкви; это описано еще в Книге Деяний апостолов: крестили целым домом, как у сотника Корнилия. Это древнейшая традиция, она заключается в надежде, что человек будет воспитан окружающими христианами, он узнает слово Божие, оно ему будет проповедано, он узнает церковную жизнь. Конечно, потом он будет выбирать сам...

Мы знаем примеры, когда у пророка Самуила, с которым Бог разговаривал и управлял через него целым народом, выросли нечестивые дети. Свободу человека никто не отменяет. Тем не менее ребенок, с детства причастный благодати, знающий ее на вкус, даже если и отойдет от нее со временем, все равно будет знать, куда возвращаться. Если есть хоть один родитель, который ходит в храм, или хороший церковный крестный, крестить ребенка надо.

Меня самого крестили по просьбе тогда некрещеного папы (Царство ему Небесное). Они сидели с моей мамой и это обсуждали: «Сейчас люди мучаются; давай детей окрестим, чтобы они потом не мучились».

– А сами-то они крестились?

– Мама была крещеная, но абсолютно далекая от Церкви, отец был некрещеный, хотя жили в нравственном отношении очень чисто, по-христиански (были такие люди в советское время). Меня крестили. Причем папа обратился к одной своей новой знакомой, которой он помогал переезжать, таскал мебель и увидел у нее коробку с иконами и священными книгами. Говорит: «А Вы не хотите быть крестной?» Она сказала: «Хорошо, но только обещайте, что я буду воспитывать, а вы мне не будете мешать». Я вошел в Церковь через крестную.

– Уникальный случай, когда крестный помог. Обычно по-другому.

– Не уникальный, таких много. У этой женщины не было своих детей, но было почти тридцать крестников, из которых четверо стали священниками. Это пример.

У нас была такая ситуация: в Российской империи не надо было никому проповедовать, проводить катехизацию, только на Алтае или Камчатке этим занимались отдельные люди. Допустим, священники оканчивали миссионерский факультет Казанской академии, их специально готовили, были какие-то подготовительные курсы. А так, в принципе, полемика была с католиками на территории Западной Украины и Белоруссии, но больше нигде такого не было. А в советское время уже нельзя было ни о чем говорить, поэтому мы привыкли, что детей крестим просто так, без подготовки.

И в 90-е годы в Елоховском соборе сотни людей ежедневно могли креститься. Мы считали за счастье, что есть возможность их крестить. И тогда это действительно так и было. О какой-то катехизации речь не шла. Была двадцатиминутная беседа, которую проводил даже не священник. Их проводила моя мама, она работала там в крестильне. И священники говорили: «Нам нельзя, а ты хоть что-нибудь успей им рассказать». Тогда в Елоховском соборе была самая большая купель, где можно было крестить с погружением, и туда шел поток людей.

А как Господь сказал? Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа. То есть учить надо, а мы этого не делали: мы не умели, нас не хватало. Я священник с 1992 года, а волна крещений пошла с 1987 года, когда заговорили о 1000-летии Крещения Руси, и очень многие люди решили креститься. Это были миллионы, шли толпы людей.

Казалось (наверное, тогда это было правильно), что так и нужно. Потому что отказать им было нельзя. Во-первых, невозможно было проводить беседы, это не разрешили бы. Во-вторых, ничего нельзя было дать почитать. Например, моя мама порядка пятнадцати раз переписала от руки Евангелие, чтобы только дать этим людям почитать (с возвратом). И постепенно эти Евангелия не вернулись. Люди прочитали по пять-десять раз эту тетрадку. Нечего было дать. А как можно научить человека без чтения Священного Писания?

Не было ни навыков, ни понимания – ничего не было. А сейчас это есть. В течение последних лет есть катехизация, есть расширенная катехизация. Я хочу сказать, что очень много людей, которые были в 90-е годы крещены, сейчас ищут научения. Допустим, при нашем храме есть курсы «Открытие веры», приходят двадцать пять или тридцать человек. Обычно один некрещеный, а все остальные крещеные.

– Кстати, наверное, многие, которые крестились и были, может быть, околоцерковными людьми, часто уходят и к протестантам, и в другие секты. Кто кого завлек?

– Речь сейчас не об этом, а о том, что, конечно, при православных храмах обязательно должны быть вероучительные курсы, где эти люди могут за пятнадцать-двадцать встреч услышать основы веры. Еще что интересно? Вы говорите, что мы не помним своего таинства Крещения. Но несколько раз за курс «Открытие веры» тот самый один некрещеный человек принимал решение к концу курсов креститься и соглашался, чтобы весь курс при этом присутствовал. И это, конечно, совершенно по-другому воспринимается. Все эти люди, которые были крещены в детстве или в юности, но ничего не понимали, совершенно по-другому начинают воспринимать свое вхождение в Церковь.

Поэтому, думаю, людям очень помогло бы изучение чина. Допустим, есть слова: «дал ему власть жизни вечной». Человек думает: «Ничего себе, мне Господь дал власть жизни вечной. Он у Себя ее забрал, мне подарил. А моя власть – принять этот дар или не принять». Вот что такое христианство: такая власть и свобода. Хочешь – будет так, не хочешь – нет.

– Вопрос телезрительницы: «Как бороться с паническими атаками?»

– Во-первых, с помощью хорошего психиатра (если вы употребляете термин в его медицинском значении). И этот специалист должен быть верующим, потому что неверующий психиатр не понимает, что душу разрушает грех, что благодать Божия укрепляет душу. Ему это все неведомо, он может дать неверный совет (так же, как и психолог). А верующий психиатр, может быть, даже какое-то лекарство Вам подберет. И бояться, стесняться этого не надо.

А если Вы используете эти слова просто как состояние, то мы все сейчас ему подвержены. Тяжелые помыслы уныния, отчаяния, малодушия, страх неизвестности, что будет дальше… Смерть стала значительно ближе, все разрушается на наших глазах, вся ткань жизни оказалась очень хрупкой и шаткой. Нам казалось, что все это мы построили, а на самом деле наша Вавилонская башня – огромный карточный домик, чуть-чуть – и все начинает рушиться.

Что мы, христиане, должны этому противопоставить? У нас есть молитва, которую мы постоянно произносим за богослужением, но на нее внимания не обращаем: «Пресвятую, Пречистую, Преблагословенную, Славную Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию, со всеми святыми помянувше...» У всех святых и у Богородицы была очень тяжелая жизнь. Ее гнали после распятия и Воскресения Христова. А что Она пережила во время Его распятия? Она знала Его безгрешного, и вот Его убили на Ее глазах, Он умирал мучительной, страшной смертью, в судорогах. Тацит говорит: человечество не изобрело более страшной смерти. Римских граждан ни за какое преступление нельзя было казнить распятием. Петра распяли, а апостолу Павлу отсекли голову, потому что он был римский гражданин.

Что Она пережила? А потом Ей пришлось бежать в Эфес с Иоанном Богословом, по преданию. Она же могла жить в Иерусалиме. Даже гроб Ее хотели перевернуть, когда несли в Гефсиманию хоронить, потому что такая ненависть к Ней была, так как была ненависть ко Христу. «Тебе Самой оружие пройдет душу», – сказал Ей Симеон, и так и было. А вспомните апостолов: только Иоанн Богослов умер от старости, и то претерпел муки. Он исповедник, мученик, его пытали.

Есть такой замечательный человек – Александр Владимирович Бугаевский, известный исследователь жития святителя Николая, который сопоставил все имеющиеся древние тексты, ездил в Италию много раз. Оказывается, есть исследования мощей святителя Николая. Судмедэксперты, которых привлекали, говорят, что его поднимали на дыбу, его плечевые суставы свидетельствуют об этом. А кости его таковы, что видно: он сидел в сыром, затхлом помещении без движения в течение двух или трех лет. В житии мы такого не замечаем, оно радостное.

Вспомнив об этом, понимаешь, о чем эта ектенья и как они прославлены: «Сами себя, друг друга и всю жизнь нашу Христу Богу предадим». Мы Божии, Господь нас любит, мы под Его защитой, Он ведет нас в Свое Царство. Поэтому, в общем-то, не важно, когда я умру: сегодня ночью, послезавтра от вируса или через много лет на своем смертном одре от инсульта или чего-то еще. Важно, чтобы я достиг цели: попал в Царство Божие. Предать себя и своих близких Богу в молитве, проявить такое послушание Божьему Промыслу и успокоиться. Господь нас ведет.

У пророка Исайи есть слова: «Я Господь Бог твой, держу тебя за правую руку твою, не бойся». Интересно, что такой образ очень хорошо понимают родители маленьких детей. Мне, чтобы ребенка контролировать, удобнее держать его правой рукой (она сильнее) за его левую руку. Если что – поднял за руку от собаки или машины. Но ребенку удобнее держаться правой рукой за мою левую руку. Мы не задумываемся, почему Господь нас держит так. Потому, что Господь хочет, чтобы нам было удобнее. Удивительный образ! Он держит нас за правую руку, такая забота у Него: Господь держит нас в Своей власти, в Своей силе, в Своей заботе, в Своей любви. Понимаете, волос с головы твоей не упадет без воли Отца Небесного.

Об этом надо вспомнить: «Сами себя и друг друга и всю жизнь нашу Христу Богу предадим». И успокоиться, использовать это время, сидеть дома и молиться. Вспомните слова Давида, помолитесь за день семь раз: утренние, вечерние молитвы, прочитайте кафизму (ее можно разделить на три, четыре раза), канон Божией Матери, Священное Писание, два раза по десять минут почитайте Иисусову молитву (с перерывом в два с половиной часа). Через три дня будете другим человеком.

– Это выходит где-то полтора часа в день.

– Но если человек сидит дома и не работает – это не так много. Это же какая красота! Ведь молитва – это как костер разводить, мы все это знаем. Почему все монахи много раз за день становятся на молитву? (Мы не монахи, но этот опыт понятен, он общечеловеческий, нет отдельного монашеского христианства, там есть другой образ жизни, но от этого основные вопросы не меняются.) Именно потому, чтоб угли не остыли.

И сейчас тысячам церковных христиан дана эта возможность. Попробуйте. Если вы это попробуете, через неделю будете другим человеком. У того же Давида есть удивительные слова о словесах Божиих: паче меда устам моим... То есть человек начинает чувствовать сладость молитвы. Сладость – это слово, которым святые отцы попытались описать то чувство, которое у любящего молитву человека возникает от молитвы. Как еще? Это не слащавость, не что-то эмоциональное, это другое. Почему Акафист Иисусу Сладчайшему?

А дальше у Давида есть еще более потрясающие слова, он говорит в 103-м псалме: «Да усладится Тебе беседа моя, Господи». То есть не только мне сладко может быть слово Божие, а Господь так любит и заботится о каждом человеке, что для Него может быть сладостью беседа со мной. Понимаете, что нам дано? Но для этого нам надо просто остановить суету, выключить сериалы, фильмы, вылезти из соцсетей и прекратить ругаться, никого не осуждать (если ты осуждаешь, никакой молитвы не получится, это известный факт, все святые отцы об этом говорят) и несколько раз за день потрудиться.

– Вопрос телезрительницы: «У меня есть друг, он православный, ходит в храм, причащается, но при этом пьет и ведет праздный образ жизни. Будет ли для его души полезно вести такой образ жизни?»

– Очень трудно ответить, не зная человека. Обычно все-таки благодать Божия, касающаяся души человека, приводит его к такой ситуации, когда он должен какие-то свои грехи оставить. Это несовместимость одного с другим, и как-то Господь управляет, что человек вынужден выбрать: или одно, или другое. Поэтому я думаю, что раз он причащается, значит, и исповедуется. Раз священник его допускает до Причастия, то смертных грехов нет. Может, он борется с этим пьянством, плачет, кается – нам же это не видно со стороны. Это всегда очень сложно. Как говорят, в раю нет праведников, только кающиеся грешники. А те, что себя считают праведниками, в рай не попадают.

Вчера, в воскресенье, во всех храмах читалось Евангелие, как апостолы Иоанн и Иаков отзывают Христа в сторонку после того, как Он им сказал, что будет распят, убит, предан в руки язычников, и говорят о том, получат ли они два самых лакомых «министерских портфеля» в Его Царстве... Они же уверены, что Он войдет в Иерусалим и будет Царем. А остальные негодуют не потому, что это неуместно, а потому, что как это – без них делят? И вообще Иоанн самый младший, что он вперед  других побежал?

Это все равно что вы пришли к своему другу, а он говорит: «Ребята, мне осталось жить месяц, максимум два, у меня четвертая стадия рака – давайте прощаться». А Вы с ним начинаете: «Да брось ты, пойдем погуляем...» Или обсуждаете с ним какие-то проекты, еще что-то, как будто его не слышите. Похожая ситуация. Христос говорит о распятии, а ближайшие ученики Его просто не слышат.

Что нужно, чтобы превратить их в тех апостолов, которые покорят Евангелию, этой Благой Вести, всю вселенную? Это люди, которые, находясь рядом со Христом, не понимают Его, не понимают, о чем вообще сейчас идет речь. Что нужно? Вот человек, у него свое представление о христианстве, хотя он апостол Христа. Господь проводит их через очень печальный опыт: Он отступает от них Своей благодатью, они все Его предают.

Когда человек остается со своей гордыней без благодати Божией перед испытаниями, он падает. И это падение оказывается спасительным, если благодать Божия остается в его душе: он приходит к покаянию. Он знает, что без Христа действительно не может ничего творить. Люди с таким опытом, во-первых, других никогда не осуждают за падение, а во-вторых, им уже можно дать ту благодать, которую апостолы получают в Пятидесятницу…

Господь всех нас тоже проводит через этот опыт. Когда мы гордимся, когда уверены в себе, в своей правоте, в том, что всё точно знаем, Господь отступает от нас, Он гордым противится. Вообще страшные слова. Представьте себе: вы приехали в город и хотите открыть там какое-то дело (например, сеть пекарен или кофеен), а вам противится мэр. Вы что-нибудь откроете? Ничего не откроете, все будет по закону, но вы ничего не откроете. А тут Бог противится человеку.

– Можно много взяток дать.

– Можно, но если мэр сказал: «Этого человека не пускать сюда», даже взятки не помогут, вас посадят за них. Ему нужна отчетность, и вот – вас поймали. Дело даже не в этом. Просто представьте себе: если я что-то делаю, а мне Бог противится, у меня ничего не получится, ничего не будет во благо.

– Как это определить?

– Смиряться надо.

– Не на том пути – как это понять?

– Если ничего не получается.

– А если получается?

– Конечно, так не надо говорить, но надо просто самому искать смирения все время. Надо все время думать, потому что сердце смиренное и сокрушенное Бог не уничижит.

– Вот и сейчас время смирения, нам сказали: сидите дома. Патриарх сказал: следуйте указаниям светских властей. А светские власти сказали: воздержитесь от массовых скоплений, в том числе в религиозных учреждениях.

– И сразу стало понятно, кто в храм ходил и научился смирению, а кто ничему не научился. Это некий тест на церковность, который проходит вся полнота Русской Православной Церкви. Господь смотрит на каждое сердце, и Он знает, что эти люди пропускают воскресное богослужение не потому, что они ленивы или нерадивы, а потому, что выполняют благословение своего правящего архиерея, которого церковный человек должен слушаться. И из-за большой опасности, и за послушание властям и представителю Церкви.

Значит, если сегодня или завтра мы не пришли на службу на Благовещение или в воскресенье – это не грех. Грех разрушает душу, а это не грех, а послушание, это добродетель, которой нас Господь решил научить. А вот если мы идем в храм вопреки этому благословению, мы говорим этим, что мы как были гордые до прихода в Церковь, так ими и остались. А гордость не в том, что мы слов елейных не выучили, мы их все выучили («простите», «благословите», «послушание превыше поста и молитвы»); мы не поняли суть. Нет смирения, есть гордость. В чем она проявляется? Она проявляется в этом: «я лучше знаю».

Очень интересно Иоанн Лествичник определил, что такое послушание. Он сказал, во-первых, что послушание – это самый краткий путь в Царствие Божие. А второе – это когда ты себе не веришь даже во благе. Даже в том, в чем ты уверен, что это благо. Сейчас эти люди, которые такое сопротивление оказывают, имеют свое представление о благе. А у Господа другое представление о благе, Он говорит: «Дети Мои, я знаю, что Вы бы всё преодолели, чтобы быть в храме на Пасху, но сейчас Мне нужно, чтобы вы научились смирению, чтобы отложили свое».

Помните, как в патерике? «Ботвой в землю сажать и корешками вверх...»  Да, душа рвется на эти службы, мы все их любим, мы их наизусть почти знаем, мы их ждем целый год. А сейчас надо проявить послушание, это другая добродетель. В начале поста каждый из нас молится: даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего. Господь крепко за нас всех взялся. Он сказал: «Ты хочешь, чтобы Я тебя воспитал, называешься учеником Моим? Хорошо». Он засучил рукава, взялся за нас и потряс. Со дна, из тайников наших душ начинает подниматься вся эта муть: «Я лучше знаю, чем Патриарх. А что это они говорят такое? Не понимают». Такая горечь. Любовь смиренна, послушлива. В том, о чем сейчас просит и на что благословляет Патриарх, нет никакой ереси. Это жизненная ситуация.

– В истории Церкви такие случаи были.

– Да, были. Что не понимают эти люди? Сегодня приехал один наш прихожанин в храм. Он очень хороший человек, я его люблю, он уже двадцать лет наш прихожанин. У него четверо детей. Он приехал с детьми – не знал, что нельзя. Я ему говорю об этом. Почему? У нас организована прямая трансляция нашей службы. Все остальные послушались. Но они увидят, что кто-то пришел с детьми, и в следующее воскресенье у меня в храме будет вся воскресная школа. Люди скажут: «Этим можно, а нам нельзя? Батюшка говорит одним одно, а другим – другое?» Разреши одним, и все придут, а из-за этого храм может быть закрыт.

Еще до карантинных мер о лжицах мне пришло предписание от главного санитарного врача Москвы – под подпись доставил курьер. В письме очень жесткие требования: отдельными ложками причащать. Протирать – это был компромисс, который позволил еще два воскресенья людям причащаться в храмах. Если бы его не достигли, то уже с Крестопоклонной не имели бы возможности причащать людей. И в письме ссылка на закон, на основании которого санитарный врач может закрыть храм на 90 дней. Тем более что храм – это же не собственность Церкви. Это собственность государства или города, которая передана Церкви в бессрочное и безвозмездное пользование. Они имеют право своей собственностью распоряжаться как угодно.

Если я как пользователь этой собственностью нарушаю какие-то договоры с ними, не слушаюсь властей, то они эту собственность опечатывают. Что такое 90 дней? Это мы встретимся в следующий раз на Преображение или в конце июля?

– Если будем сопротивляться, придут мужчины в формах, и будет очень некрасивая картина.

 – Вот это упрямство, непослушание все разрушает. Ведь Адам до грехопадения был абсолютно свят. Он владел всем, плоды были для него. Он нарекал имена животным, говорится в Библии. Значит, он прозревал их суть, и они ему подчинялись. У него была единственная заповедь (у абсолютно святого человека, не познавшего никакого греха) –послушание: «Все деревья твои, но от этого не ешь». Он был голоден? Нет. Но не смог заповедь сохранить. Вопрос даже не столько в его грехопадении, сколько в непослушании – это очень подходит к нашей сегодняшней теме. Даже Адаму, чтобы возрастать в святости, нужно было послушание.

Мой искаженный грехом внутренний человек не согласен с тем, чего не понимает. Говорят: «Сажай корешками вверх, ботвой вниз». Я-то знаю, что так нельзя, но от меня требуют научиться послушанию – самому короткому пути в Царствие Божие. Я знаю, что в воскресенье надо идти в храм, а мне Патриарх говорит: «Не ходи сейчас в храм, сынок, не надо. Займись другими добродетелями. Господь видит, что эта добродетель у тебя уже есть». – «Нет, я лучше знаю и иду». Какие дары должен был получить Адам, который с Богом разговаривал, мы даже представить себе не можем, и он не мог. А при грехопадении он прячется в кустах от Господа. Непослушание ведет к тому, что перестаешь понимать Бога.

Потрясающий пример послушания в истории Церкви, который нам всем обязательно нужно знать – житие святого Иоанна Дамаскина. Кто такой Иоанн Дамаскин? Это министр по делам христиан при дворе дамасского халифа, представитель богатейшего рода Мансуров, человек, выросший в роскоши, богатстве, который всем этим пренебрег, вел аскетичный образ жизни и стал известнейшим защитником иконопочитания, составил огромное количество известных во всех христианских странах того времени текстов. Вы помните, совершилось чудо: ему отсекли руку (халиф его так любил, что не убил, а руку отсек), и молитвами Богородицы рука приросла (у нас есть икона «Троеручица»). Потом из серебра он сделал руку и приложил к иконе.

Этот человек, после того как был оправдан, испрашивает у халифа разрешения уйти в монастырь. Он уходит в монастырь Саввы Освященного для того, чтобы ему ничто не мешало писать  богослужебные тексты (им написаны догматики, Пасхальный канон, канон Космы и Дамиана, которым посвящен наш храм). И вот он приходит в монастырь и ему нужно идти в послушание к какому-то старцу. Все отцы отказываются, говорят: «Ты светило, звезда. Ты великий богослов, как Иоанн Златоуст, но только нашего времени».

Равный апостолам человек по тому, что он сделал. Все говорят: «Мы не можем учить этого человека, он святой». И только один отец соглашается, обращается к игумену: «Хорошо, только он должен мне обещать полное послушание». – «Обещаешь?» – «Обещаю. В чем послушание?» – «Не пиши ничего».

Все, он обещал. Год-полтора ничего не пишет. А что это такое? Представьте себе Пушкина, который не пишет. Потом умирает один из иноков, и брат покойного просит Иоанна написать что-нибудь в утешение. Тот пишет стихиры, которые мы сейчас поем на отпевании... И старец ему говорит: «Вон отсюда. Ты проявил непослушание…» Все монахи начали просить за Иоанна. Тогда старец поручил ему одно из самых тяжелых и неприятных дел: убирать из монастыря нечистоты. 

Представляете, этот вельможа с холеными руками должен очистить монашеские отхожие места... Но он с радостью это исполняет. Он мог уйти в Константинополь, где ему дали бы половину церковного университета, епископство, он бы писал что хотел. Он мог сказать: «Эти люди надо мной издеваются, ничего не понимают». Но после чуда Божией Матери, после таких откровений он понимал, что ему нужно послушание, что его Господь возводит на такую ступень, до которой он сам никогда не дойдет. И вот когда он смирился и это прошел, сказал: «Да, я в послушании у Церкви через этого человека», тогда Матерь Божия является игумену и говорит: «Ты прячешь у себя такой сосуд, который должен Меня прославить. Дай ему возможность писать».

Ему делают отдельную светлую келью, где сейчас в монастыре Саввы Освященного храм его имени (я там был, мне посчастливилось побывать на Святой Земле). И там он пишет «Точное изложение православной веры» и все те великие труды, которыми до сих пор питается Церковь. Хотелось ли ему уйти? Хотелось. Ему столько было дано…

И когда Господь нас ввел в такую ситуацию, Он нам хочет дать какие-то дары, если мы свою гордыньку смирим. И дары будут великими.

– Батюшка, я знаю, что ваш храм и комплекс, где просветительские центры, находится на очень интересном месте – на территории бывшего монастыря. Расскажите об этом подробнее.

– Благодарю за вопрос. Первое упоминание о Московском Златоустовском монастыре –это первая половина XV века. Там находилась загородная резиденция великого князя Иоанна, который построил Успенский и Архангельский соборы, кремлевские стены, прекратил платить дань Орде. Это великий человек, при котором Русь становится Россией, – Иоанн III. Его святой – Иоанн Златоуст. Рядом с этим местом находилась его загородная резиденция, а это было место, где жили новгородские гости, купцы, поэтому там стоял деревянный храм Иоанна Златоуста и монастырь. И главной святыней являлась икона «Знамение» – главная святыня Новгорода.

Иоанн III построил первый каменный храм в честь Иоанна Златоуста. С тех пор славная история монастыря развивалась. Она очень интересна, там было множество подвижников, алтарей… Покойный патриарх, глядя на карту, видя, что вся территория застроена жилыми домами, что восстановление монашеской жизни невозможно, принял решение, чтобы келейный корпус (единственное сохранившееся здание) стал приходским домом какого-то храма. Мы за него в течение шести-семи лет воевали…

С этим домом связана жизнь многих русских флотоводцев. Самый славный из них – Федор Апраксин, сподвижник Петра I. Апраксин создал русский флот, выиграл Гангутскую битву, отвоевал Выборг, остановил шведов, когда их армия шла на беззащитный Петербург, создал всю флотскую инфраструктуру. От других «птенцов гнезда Петрова» он отличался тем, что не любил разгульного образа жизни. Он был  немного посмешищем для других, потому что вел целомудренный, скромный образ жизни.

Его предки были вкладчиками и главными попечителями монастыря. Они строили соборы, перекрывали крыши, жертвовали Евангелия, оклады. И этот человек был там похоронен. Там похоронен Румянцев. Удивительное место. А сейчас их могилы закатывают под асфальт. Сейчас есть только одно здание – келейный комплекс. У нас там часовня, музей. Когда закончится карантин, в этот музей можно будет попасть на экскурсию. Адрес: метро «Китай-город», Малый Златоустинский, дом 5. У нас там макет монастыря, очень много находок. Мы провели уже семь научно-практических конференций «Златоустовские чтения».

Что интересно, полностью сохранился архив монастыря. Он был вывезен в 1812 году настоятелем монастыря в Вологду, поэтому сохранился в отличие от других московских монастырей. В том числе есть знаменитый помянник Златоустовского монастыря, он хранится в Андрониковом монастыре, в музее имени Андрея Рублева. Это помянник середины XVII века, в котором, если не ошибаюсь, шесть тысяч или восемь тысяч имен. Он фактически от создания монастыря: все иноки, священнослужители, вкладчики там похоронены. Сейчас по домам, а обычно в часовне мы читаем Псалтирь и поминаем всех тех людей, которые там похоронены: знаменитых, великих и безвестных. Так оказалось, что мы наследники этого чудного места.

– Наверно, на карте Москвы еще много таких мест. Когда-нибудь, возможно, этот величественный монастырь возродится.

– Господь знает, всё в руках Божиих.

Ведущий Сергей Платонов

Записали Елена Кузоро и Наталья Культяева 

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​