Беседы с батюшкой. С протоиереем Димитрием Смирновым

3 февраля 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
На вопросы телезрителей отвечает протоиерей Димитрий Смирнов, настоятель храма святителя Митрофана Воронежского на Хуторской (Москва).

– Первого февраля Церковь праздновала десятилетие интронизации нашего Святейшего Патриарха Кирилла. Батюшка, мы с Вами были на Божественной литургии в Храме Христа Спасителя. Потрясающая, конечно, служба. И наши слушатели, зрители просят Вас поделиться впечатлениями – и о службе, и вообще о тех годах, которые Вы провели рядом с Патриархом.

– Надо начинать с междометия «о!» В моей жизни (я имею в виду только в церковной части) было много таких моментов, когда все сердце просто трепетало. Это и интронизация Святейшего, и прославление святых новых мучеников Российских в 2000 году, среди которых прославили моего прадеда… Какое впечатление? Это как печать в сургуч впечаталась – навсегда.

То, что я пережил в эти дни, не идет ни в какое сравнение. Я теперь понял, что летописи говорят, когда послы приехали из Константинополя: не знали, где были, на небе или на земле. Я понял, что это не гиперболическая метафора, потому что пережил то же самое. Пережил и духовно, и душевно (потому что слезы подкатывали постоянно), и физически! Можешь себе представить – после сильной  усталости (я ночь не спал ни минуты) такой свежий, что даже целую работу в пятьдесят страниц отредактировал. Для чего? Чтобы как-то прийти в себя.  Сидел утром, редактировал, ждал, пока за мной приедут, чтобы ехать в храм.

Я не помню сейчас количество присутствующих архипастырей на Вселенских Соборах, но это было сравнимо...  Я ощутил себя на Вселенском Соборе. И это вселенское православие являет Русская Церковь во главе со Святейшим Патриархом. Сотни архиереев, сотни священников, тысячи людей. Огромный храм полностью забит. Прекрасные огромные хоры, замечательное пение… Это только внешняя сторона. А внутренняя? Это переживается как какое-то космическое событие. Все Церкви были представлены, и многие – своими предстоятелями. То есть здесь присутствовала практически вся Вселенская Православная Церковь. Что значит для них русский Патриарх Кирилл, Московский и всея Руси?

Я давно его знаю, еще смолоду, с Санкт-Петербургской академии.… Я помню, в семинарии ребята между собой говорили: «Надо же, такой молодой, а уже архиепископ».

–  Для тех времен это было что-то особенное.

–  Это вообще уникальная вещь! Как и он является просто уникальной личностью. И академию в таком юном возрасте возглавил. То есть у него и ума палата, и огромное образование, а теперь еще – колоссальный опыт. И священнический, и архипастырский, а теперь уже и патриарший. Те реформы, которые Церковь ждала сотни лет, – в это десятилетие созданы. Ни в одной Церкви ни в какой период не построили десять тысяч храмов. Открыты уже почти все монастыри Российской империи, открываются новые. В Москве – огромное храмовое строительство. И какие прекрасные храмы, грандиозные! Народ совершенно не уменьшается. Ты по нашему храму видишь? Вроде два соседних храма; сначала отхлынул народ, а сегодня – столько было людей!

–  Три литургии – и на каждой храм полный.

– И это – простое воскресенье. В одном храме – три литургии! Я уж не говорю про все остальные. А в тишине Высшего Церковного Совета происходит таинство, которое создает новую систему церковного образования. Опираясь на фундамент старой школы, создается новая. Это еще принесет огромные плоды. И это все – не на десять лет, не на пятьдесят, а минимум на сто вперед. И все – от идеи до воплощения – заканчивается контролем Святейшего Патриарха, читающего каждую букву документов, которые готовят его соратники.

Наблюдая ежемесячно  его труды, я вообще потрясен – его памятью, работоспособностью, собранностью, активностью, сосредоточенностью. Я не знаю – такие люди вообще спят? Мне секретарь митрополита Никодима говорил, что он спал по четыре часа, иногда по два. Я знаю, что Патриарх – спортивный человек. И даже летал на самолетах-истребителях,  делал  фигуры высшего пилотажа – это вполне в его характере. Но все равно чтобы вот так работать… Я думаю,  у нас единственный такой человек в Церкви, который способен на такие труды. И он всех вдохновляет!

–  На нем очень явно показано, что, возлагая крест на плечи человека, Господь дает ему и силы его нести.

– Совершенно верно. Глядя на Святейшего, первое, что приходит в голову: без помощи Божией, ежедневной, активной, это невозможно. То есть он – труженик Божий. Благословенный, харизматический и с необычайной рассудительностью. Сколько раз я имел счастье видеть, как он оказывался прав! Это творится просто на глазах! Это удивительно. Наше непростое время в чем-то прекрасное, и это отмечалось, это радостно. Никогда еще не было таких отношений с государством, которые начал строить еще патриарх Алексий (и многого достиг). Мы тоже как-то раз об этом беседовали кратко с митрополитом Кириллом. Я у него даже спрашивал совета, и он мне дал совет, который меня провел именно через этот период. Но сейчас то, что он достроил, – это потрясающе; я думаю, ни в одной стране такого нет.

Как говорят, полностью по резьбе Святейший подошел к этому времени. Никто бы с этим не справился. Однажды митрополит, который возглавлял Карловацкую Зарубежную Церковь, сказал: «Если бы выбрали меня, я бы погубил Церковь». А выбрали Святейшего Тихона. В то время никого лучше этого святого человека не было. Так же и сейчас – никого лучше, чем наш нынешний Патриарх, нельзя даже придумать. Так что честь и слава Святейшему.

Он все время просит молитв. Он, естественно, как каждый человек, в этом очень нуждается. Но это – могучий человек. Еще хочу подчеркнуть одну деталь: я люблю смотреть на него в начале богослужения, когда он идет к иконе. Он всегда идет, устремляясь вперед, немножко с наклоном. Он как корабль, как ледокол! Хотя препятствий нет, все же Святейшего пропускают. Но у него такой стремительный шаг! В нем выражается вся мощь его личности, которая необычайно цельная. Настолько он органичен – и своей духовной харизмой, и своим внешним видом, даже выражением лица. Я, грешный, просто не могу им не любоваться во время богослужения. Это тоже необычайно вдохновляет. И, конечно, молиться – счастье. А то, где мы были с тобой, – могу твердо сказать: мы были на небе. Хотя была физическая усталость, но это все легко преодолевалось.

– Эта усталость почувствовалась позже, но в храме ее совершенно было незаметно.

–  Это просто дар небес, что меня, грешного, пригласили в это царство свободы, красоты, любви, торжества христианства и православия. Слава Богу, дай Бог здравия духовного и телесного нашему Святейшему! Аминь.

–  Вопрос телезрительницы: «Зачем сатана, зная, что Господь Иисус Христос – Сын Божий, искушал Его царствами земными? Для чего он это делал? Ведь он понимал, что царства земные ему не нужны?»

– Вы приписываете сатане то, чего в нем нет. Такие задачи даже есть математические – софистические. Я за пять минут Вам докажу, что любой треугольник – равнобедренный. И Вы не увидите, в чем ошибка. А ошибка – в главном посыле: он не знал. Сатана не может угадать мысли человека. Он хотел убедиться, что это – Сын Божий. По внешним признакам – вроде да. Потому что не так много людей на земле, которые сорок дней могут ничего не есть. А он знал по действиям волхвов еще с тех самых пор, что Мессия должен быть. Но кто?..

Вот мы говорим – он слышит. Но наши мысли он не знает. Вложить мысли нам в голову, а мы ее по глупости воспринимаем как свою – это он может... Так что будьте спокойны, не надо рассуждать о сатане, лучше рассуждать о Евангелии.

– Вопрос: «Подскажите, пожалуйста, как правильно спасаться мне в миру? Я женат, есть ребенок, семья. Как мне правильно строить с ними отношения?»

–  Должны быть большие усилия по устроению собственных душ. Самое главное для семейной жизни, фундамент, котлован, если можно так сказать, – терпение. Раствор, которым мы скрепляем другие добродетели, о которых тоже упомяну, это смирение. Без этого все рассыпется. А третье – добро, незлобие, кротость, участливость, желание скоро оставить любое дело ради того члена семьи, который к тебе обращается, особенно дети. И так далее. Вот из таких камней строится дом, он цементируется смирением на фундаменте (или котловане) терпения.

– Порой хочется послужить своему ближнему. Но это служение вызывает у него зависимость и желание сесть на шею.

– Бывает. Поэтому нужно делать все мерно. Дидахе, памятник христианской письменности I века, говорит: прежде чем подать милостыню (а все, что мы делаем для ближнего, это милостыня, от слова «милость», это необязательно нищему подать пять копеек), она должна в твоей руке запотеть. Какой прекрасный образ! Две тысячи лет ему, а как звучит! Думай, милый, думай! Если ты полный дурак – спроси у более опытного. А женщина – спроси у мужа, как советует нам Священное Писание.

– Я сталкивался с тем, что человек говорит: «Хотел подать, а стал размышлять. И мысль меня увела от этого – и не подал».

– В другой раз подашь. Знаешь же, что надо подавать.

– То есть тем самым человек свой благородный порыв остановил.

– Бывает. Ну, например, я вижу: идет дама. И вдруг она роняет перчатку. Я, как джентльмен, должен же броситься к ней... Но тут я вижу, что троллейбус летит. Поэтому останавливаюсь. Троллейбус передним колесом наезжает на перчатку, захватывает ее... И что? Мне теперь застрелиться? Можешь сказать: «Женщина, Вы обронили перчатку, но с ней произошло то-то и то-то. Пойдемте в универмаг, я Вам куплю новые». Я не знаю, как она на Вас посмотрит. Наверное, как на болящего. У нее дома – четыре пары. Вот и все…

– Неплохо посмотреть по сторонам.

– Да. Потому что мой дядя, например, так погиб. Ночью побежал, и его сбила машина. Надо все время быть настороже и стараться думать. Я понимаю, что у женщин ум более короткий, но надо стараться видеть как можно дальше: на два шага, на три, четыре; как шахматист хороший...

– Вопрос телезрительницы Людмилы из Пензы: «Мне семьдесят три года, здоровье уже немножко подкачивает, часто в церковь не могу ходить. Я по воскресеньям смотрю литургии из Москвы с участием Святейшего Патриарха, а в церковь причащаться хожу в будние дни, когда там мало народу. В воскресенье у нас много народу, храм маленький. Согрешаю я в этом или нет? Я очень люблю литургии с участием Патриарха…»

– Вообще на воскресной службе надо бывать, конечно. Я Вам предлагаю так: смотреть в будни литургию со Святейшим, а по воскресеньям ходить в храм – со стульчиком. Села, сидя помолилась, встала, причастилась, собрала стульчик в целлофановый пакетик – и домой. А службу со Святейшим я тоже, если попадаю, обязательно смотрю. Мне очень нравится, как он служит. Так что я Вас понимаю, но лучше делать так…

– Батюшка, нам подсказывают, что есть на сайте телеканала «Союз» архив всех служб, которые возглавляет Святейший. Их можно посмотреть просто в любой день; и воскресную литургию.

– Я думаю, эта дама в семьдесят три года не сможет это уже освоить.

– Батюшка, как Вы всегда говорит: «Внука пусть попросит».

– Если внучок есть, то да.

– Вопрос: «Может ли бес, находящийся в человеке, вредить другому человеку?»

– Конечно. Идет бесноватый, одержимый бесом пьянства. И вдруг ему встречный прохожий показался подозрительным. Тот бьет его по голове. Вот пожалуйста. Но, дорогие братья и сестры, что это вас демонология так увлекает?

–  А с ними человек сталкивается чаще, чем со Христом, к сожалению.

– Но все-таки задача-то наша – жить со Христом. О бесах не так много в Евангелии сказано. Самое необходимое, минимальное. А о Христе – постоянно, на каждой странице. Это на самом деле очень нездоровая привычка.

– Человек боится пострадать.

– Тогда ему надо снять крест. Он не может его носить, потому что на кресте – распятый Бог. Если боишься пострадать, зачем  носишь крест? Если христианство есть добровольно взятое на себя страдание. Святейший, когда давал патриаршую клятву, говорил: «Благодарю, приемлю и нимало вопреки глаголю». Потому что патриаршество – это невыносимое страдание. Ежедневное, пожизненное. Даже уже на одре никто покоя не даст.

– Вопрос: «Каковы духовные причины зависти и ненависти?»

– Духовные причины – дьявол. Он – первопричина. Он во Вселенной, созданной Троицей через Христа, первый позавидовал. Но зависть его привела к тому, что он был низвергнут Архангелом Михаилом с небес. Поэтому эта зависть вызвала ненависть.

– И желание к этой зависти приобщить людей.

– Да, чтобы хоть как-то отомстить… Он хочет отнять (и у него получается) у Бога самое дорогое – человека. Бог так человека любит, что не пожалел Сына Единородного отдать на смерть, чтобы человека спасти. А дьявол соблазняет его, чтобы отнять от Бога.

– Бог способен человека не дать дьяволу на растерзание.

– Если человек этому не сопротивляется. Но для этого нужно, чтобы человек верил Богу!  Его Сыну, Который специально пришел, чтобы спасти всех. Спасти как раз от действия дьявола. При крещении каждому новокрещеному священник говорит: «Дунь и плюнь на него». Христианин плевать хотел на дьявола – и плюет фактически. Вот чего надо достичь. А не бояться чего-то... Что зуб заболит или его выбьют.

– Но при этом человек выбирает путь не Божий. То, что предлагает дьявол, ему становится милее и роднее.

– Бывает и так. А бывает это на какое-то время. Человек свободен: Адам свободно принял плод с древа познания добра и зла от жены своей Евы. И вместо покаяния во всем обвинил Отца Небесного.

– Вопрос телезрительницы Натальи из Мурманской области: «В притче о горчичном семени вопрошающие обращаются к Господу: "Неужели мало спасающихся?" Спасающихся действительно мало.  Возрастает ли наша православная вера сейчас в народе, в нашей России?»

– Мне трудно сказать. После этого богослужения, на котором я присутствовал, чувствую, что моя вера возросла. И будет долго утешать это событие. А как у всех, я не знаю; это же статистике не поддается. Только Господь знает, у кого она возрастает.

– Но Вы много общаетесь с людьми, с молодежью, проводите встречи. На Ваш взгляд, интерес у людей к вере, Богу, Церкви возрастает?

– Нет ни одной одинаковой аудитории. Есть аудитории, способные два академических часа слушать не дыша. Есть аудитории, где значительная часть засыпает. Есть аудитории, которым интересны их собственные разговоры, смешилки, анекдотики. Все что угодно, самое разное...

– Конечно, трудно говорить обо всем народе. Его охватить-то невозможно.

– И народ у нас разный. У нас в России сто восемьдесят с лишним этносов.

– Но то, что строящиеся храмы заполняются молящимися, а соседние, которые уже были, не оскудевают молящимися, говорит, что…

– … что если от МКАД, двигаясь центростремительно, построить еще двести храмов к тем двумстам, которые будут (сейчас там сорок с чем-то уже построено), то хватит. Только так – еще двести. Но, конечно, надо больше.

– А качество веры?..

– Опять же неопределимо. Вот тот парень, мусульманин, офицер, который закрыл гранату своим телом, когда солдат обронил ее на учениях, стал инвалидом. Недалек он от Царствия Божия. Но он даже пока некрещеный.

– Но его устроение души вполне христианское.

– Не только христианское. Он как мученик Севастийский, это великий угодник Божий. Так что как определить? А сколько у нас таких офицеров? Я когда-то молился за солдатика, который увидел, что целятся в командира, – прыгнул и поймал пулю. Так что вот оно, христианство. А Женя Родионов? Ему говорят: «Сними крест». Вот я ходил к врачу, говорят: «На рентген крестик надо снять». Говорю: «А он у меня деревянный». –  «Деревянный можно». Ну и что такого? Снял – надел. Ничего же страшного нет; апостол Павел вообще крест не носил, тогда еще никто не носил. А он говорит: «Нет!» – «Мы тебе голову отрежем». И отрезали. А сколько парню? Девятнадцать лет. Он был воцерковленный, что ли? Нет. Но он был уже зрелый христианин. Конечно, воспитание мамы тут сказалось, это тоже не просто так, на осине апельсины не растут.

– Вопрос телезрительницы: «Моя подруга попала в очень трудное положение, и я ей говорю: "Тебе надо обратиться к Богу, Господь Бог поможет". На что она мне ответила: "Да ладно тебе, веришь в эти сказки". Я вообще была возмущенная и ей сказала: "Я с тобой не буду разговаривать до тех пор, пока ты не изменишь свое отношение в этом вопросе". И у нас с ней все отношения на данный момент прервались. Правильно я поступила или нет?»

– Конечно, нет, ни в каком пункте. Можно было сказать: «А хочешь, я за тебя помолюсь?» И достаточно. А так Вы попытались возложить на нее бремя неудобоносимое. Естественно, она отреагировала таким образом. Так что Вы поступили, как обычная женщина, неразумно. Поэтому такой результат: потеряли подругу.

– Из желания помочь, причем поскорее, человек совершает такую ошибку.

– Те, кто был в аду, говорят, что благими намерениями вымощен ад. Как плиткой у нас в Москве сейчас все вымощено. В аду все благие намерения: «А я хотел…»; «А я не хотел…» Все полностью вымощено, места нет.

– Трудно себя удержать, видя чужую ошибку, чтобы ее не поправить.

– Да вообще себя удерживать трудно, это главное. Терпение – это первая добродетель, без нее нет спасения. Можно над кроватью написать крупными буквами: «Без терпенья нет спасенья».

– Вопрос: «Что ждет детей, которые выросли не в любви? И что бы Вы могли порекомендовать в данной ситуации?»

– Из этих детей впоследствии трудно вырастить христиан. Любовь – та благодатная почва, в которой растет личность, развиваются таланты. А нелюбовь – это такая почва, которая высасывает из растения все живое.

– Так и из детей.

– Да. Остается очень мало. Остаются только всякие дурные навыки: скверные слова, воровство, дразнилки, издевательства, мучение животных, хамство и так далее. Как встречаете такого ребенка – знайте, что он недополучил «витамина любви».

– Но как-то восполнить это возможно? Если человек уже вырос.

– Можно, но нужны годы. Мы в нашем детском доме над каждым ребеночком все время трудимся. Одному парню уже пятнадцать лет, а надо постоянно делать эти «спринцевания», он уже огрубел... Это тяжелая борьба, в ней должна участвовать вся семья педагогов и взрослых, которые трудятся в детском доме.

– А зачастую человек уже вырос, уже взрослый, уже свою семью создает.

– Если только он придет к Богу, сможет сам... Или, как Куклачев, полюбит своих котов. Но он, кстати, верующий человек. Или очень помогает, говорят, иппотерапия, то есть любовь к лошадям.

– Общение с ними.

– Они большие и теплые животные, очень красивые, некоторые породы очень привязчивые...

– Да, так порой говорят: «Я от животных получаю гораздо больше ответной любви, чем от людей».

– Домашние животные добрее же людей. Если только собачки теряют дом, сразу становятся опасными. Это одомашнивание – коня, собаки, кота – превратило их в таких милых существ...

 – Одомашнивание – это общение с человеком.

– Да, с добрым.

– Вопрос: «Скажите, на Ваш взгляд, каковы причины рождения такого большого количества больных детей в современном мире?»

– Причин – сотни. Главная причина – аборт. Вторая причина – кесарево сечение. Третья – гормональные противозачаточные средства. Четвертая – многочисленные половые связи, разные по своей этимологии инфекции, которыми заражается от разных мужчин женщина. Она потом ни зачать, ни выносить долго не может, надо долго лечиться. Потом – слишком поздняя беременность.  Сейчас начинают рожать в тридцать пять. Она, как раньше называлось (сейчас такого термина нет), старородящая. Ну и зверское совершенно – экстракорпоральное оплодотворение. Только десять процентов получается, остальные эмбрионы или надо погубить, или они сами погибают при манипуляции. Ну и потом, как мне говорил академик, генетик, мой друг (Царство ему Небесное), до двадцати процентов уже получаются в итоге с психическими отклонениями. Четвертая – однодетность. Раньше в среднем русская женщина при двенадцати беременностях рожала восемь детей. Самые слабенькие погибали, был естественный отбор. Сейчас врачи гордятся: пятьсот граммов, а мы его выходили. Почему? А он единственный.

Естественный отбор закончился вообще в Европе. Остался естественный отбор только в Азии и Африке. Поэтому будущее – за Азией и Африкой. А европейцы все исчезнут как таковые. Даже уже подсчитано, когда умрет последняя блондинка. Генетически их не станет. А через двадцать лет в Европе будут мусульманские страны. Взять хотя бы Великобританию. Еще пять лет назад при рождении самое распространенное среди англичан имя было Джейкоб. А сейчас – Мухаммед. Сейчас Мухаммедов рождается больше, за мусульманами – будущее.

Бывшие христиане сами себя уничтожают, потому что без Христа – смерть. Она наступает, медленно. Каждый народ – это очень большой организм, он сразу не умрет. Только если ядерная война – это можно сразу… А так вот эти причины есть, я не все назвал, но основные. Я этим вопросом занимаюсь тридцать лет. Пытаюсь как-то это дело тормозить. В правительстве никто этого даже не слышит.

– То есть проблемы больного народа правительство не занимают.

– Вроде бы да. Но ведь президент не может заниматься всем. То, что нашего Путина это беспокоит, это я точно знаю. Но ему же дают цифры. У нас увеличилась рождаемость –  хорошо увеличилась, слава Богу. А сколько смертность? Мы вымираем арифметически. Все же понимают, что двести  меньше, чем четыреста. По подсчетам Дмитрия Ивановича Менделеева, нас должно быть сейчас 600 миллионов человек. А нас – едва натягиваем до 146. И это благодаря тому, что украинцев много приехало, с величайшим скрипом из других бывших наших окраин возвращается народ и так далее. Но все равно в 2050 году, говорят,  по благоприятному прогнозу нас будет 90 миллионов, то есть стране конец. Мы не удержимся. Кто будет границы охранять? Китайцы поблагодарят нас за очищенную нами Арктику. В общем, люди будут жить, но другие.

– Вопрос телезрительницы: «Я молюсь за своего мужа, который пребывает в грехе блуда. И у меня в доме замироточили иконы. Если это к скорбям, то как правильно молиться, чтобы достойно эти скорби пережить?»

– Так у Вас уже скорбей полон рот. По-моему, для супруги, у которой муж в таком состоянии, большей скорби даже нет. Поэтому Вы и так в скорбях. А иконы мироточат, чтобы Вас благословить. Чтобы Вам Господь, раз уж Вы выбрали путь терпения, дал на это сил. Это Вам в утешение. Вы снимаете мизинцем это миро, помазываете себе лобик и сердце. И если оно от иконочки Богородицы, говорите: «Пресвятая Богородица, помогай нам!» Если от Христа Спасителя – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешную».

 – И надо сказать, что в каждой скорби такое обращение обязательно поможет ее преодолеть.

– Я тоже в это верю – совершенно.

– Спасибо, батюшка, за передачу, за ответы.

– Спасибо за вопросы, дай Бог здоровья. А тебя благодарю за то, что дал мне возможность еще раз мысленно пережить то присутствие на небе... Вроде бы рядовая воскресная передача, а вот сейчас мне кажется: одеваться не надо, прямо полечу…

Ведущий Александр Березовский, протоиерей

Записала Татьяна Муравьева

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает клирик собора Феодоровской иконы Божией Матери в память 300-летия Дома Романовых священник Алексий Волчков. Тема беседы: «Вербное воскресение».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы