Беседы с батюшкой. О значении молитвы в духовной жизни

30 июня 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает клирик храма Казанской иконы Божией Матери в городе Раменском протоиерей Алексий Огарев.

– Сегодня наша передача посвящена молитве. Отец Алексей, думаю, правильно будет начать нашу  передачу с разговора о сегодняшнем празднике – дне всех святых, в земле Российской просиявших.

– Да, сегодня замечательный праздник, который касается нашей Родины и всех нас. Регулярно слышишь от кого-то: вот у меня предки такие замечательные… Очень многие имеют предков-новомучеников. Много и каких-то других отцов, которые прославились в Русской земле. И день этот нам близок, дорог. Он, может быть, в целом даже имеет определяющее значение для нашей духовной жизни.

Сегодня мне показалось очень знаменательным, что Евангельское чтение (которое не было посвящено непосредственно этому дню, а это воскресное Евангельское чтение) настолько раскрывает глубину и суть духовной жизни! Читалось о призвании апостолов. И когда Господь призвал апостола Андрея, апостола Петра, Иакова с Иоанном, они всё оставили и пошли за Ним. Оставили мрежи, лодки, какие-то свои хлопоты, заботы и дела – и самоотверженно, без рассуждения, приняли всем сердцем Христа и последовали за Ним.

Сегодня, кстати, еще празднуется память святых отцов, в подвиге просиявших, Горы Афонской – это тоже большие молитвенники. Как раз это очень созвучно теме беседы: человек должен постараться посвятить себя Господу, может быть, иногда даже поменьше рассуждать, чтобы не возникало саможаления, и трудиться. А любой труд начинается с молитвы, и этот молитвенный труд должен быть в средоточии духовной жизни.

Что такое молитва? Это постоянное предстояние перед Господом. Владыка Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский говорил, что молитва – это даже не столько прочтение правила, сколько состояние души: вот это постоянное предстояние перед Господом и понимание, что все от Него, что, выполняя любую работу, ты Ему служишь.

Бывает, на таинстве Исповеди люди говорят: «Батюшка, суета одолела». И я иногда поправляю: грех – не эта суета, а то, что вы дела, которые вам Господь поручает исполнить, называете суетой. Потому что это дела, которые тебе даны Богом, и ты, выполняя их, служишь Ему. А любое дело, как мы уже упомянули, начинается с молитвы;  в течение этого дела она должна постоянно быть. Это хождение в присутствии Бога и выполнение своего дела как служения Богу. Для каждого на своем месте: для токаря – у станка, для сантехника – на своем месте, для священника – на своем… У каждого – свое служение Богу.

– То есть молитва преображает жизнь и любую суету направляет в духовное русло?

– Направляет и наполняет смыслом. Суета – это когда мы забываем, для чего мы это все делаем; тогда это становится суетой и отвлекает от Бога. А если мы понимаем, что это Богом дано, что, исполняя это дело, служим Богу, – тогда это же самое дело нас к Нему приближает.

–  Вопрос телезрителя: «Просишь в молитве здоровья близкому человеку, а вместо этого он погибает жуткой смертью. Как понять вот эти действия Божии?»

– Вопрос строгий, суровый и очень, к сожалению, часто встречающийся. Потому что, к сожалению, нам не всегда хватает глубинного понимания, что все должно совершаться по воле Божией. И мы должны, как мы уже говорили, предать себя в руки Богу и жить с таким пониманием в целом. Суть молитвы не в том, что мы требуем у Господа, чтобы Он нам служил, исполнял нашу волю, а как раз прямо противоположна этому.

Суть молитвы – это обращение к Богу. То есть ты признаешь, что Он есть, ты с Ним общаешься; соответственно, признаешь Его волю и заботу о себе. И у тебя благодаря этой молитве должно углубляться вот это понимание. В таком случае все происходящее уже понимаешь совершенно в другом ракурсе. И понимаешь, что это как раз проявляется воля Божия. То есть молитва – это: «Господи, как Ты считаешь, пусть так будет». Да, конечно, мы как дети… Ребенок неразумный порой просит у папы какой-нибудь опасный предмет поиграть; конечно, папа считает, что это будет неполезно ребенку. Если ребенок очень к этому стремится, отец может его даже как-то и пожурить, и наказать. Даже отлупить.

Мы можем, конечно, просить что-то у Бога, чтобы Он прислушался к нашему желанию. Нам дана свобода воли, свобода выбора, и мы имеем право ее проявлять. Но это всегда должно быть с оговоркой: «Господи, я хочу так, но если это мне неполезно – пусть не будет так. Если мне полезно что-то другое – пусть будет так». Так и наша молитва о близких, которые страдают, претерпевают какие-то болезни или скорби: мы молимся об этих людях, хотим, чтобы Господь был с ними, а может быть, им в этот момент полезно как раз не то, что мы хотим.

Мы часто не понимаем, почему происходит именно так. Вроде проявляешь любовь, хочешь, чтобы было лучше. А у Бога какой-то Свой замысел может быть, Своя воля, которая полезна для этого человека и для близких, что его окружают. Это очень важно понимать и принимать волю Божию, учиться этому.

– Иногда люди спрашивают, какому святому молиться в той или иной ситуации. Говорят, молитва – это как средство достижения определенных целей, можно прочитать определенное количество молитв определенному святому. Как правильно понимать цель молитвы?

– Цель молитвы, как мы только что говорили, – обращение к Богу, принятие Его воли, Его заботы о тебе. А какому святому в каких случаях молиться – это имеет под собой серьезное основание. Просто каждый из нас занимается каким-то определенным видом деятельности. И вот этот святой при своей земной жизни тоже работал кем-то или для него были характерны какие-то особые добродетели. Поэтому в определенных случаях к нему рекомендуется обращаться. Это тоже неплохо, но в целом, мне кажется, это слишком схематично; и здесь больше имеет главное значение душевный момент.

Мы, люди воцерковленные, прекрасно знаем, что у каждого есть какой-то святой, который ему импонирует по той или иной причине. Человек ехал, например, и храм по дороге встретился, он зашел, а этот храм посвящен какому-то святому. Храм ему понравился, и потом он решил почитать житие этого святого; душа его как-то расположилась к этому святому. Тогда он по любому случаю обращается к этому святому. Потому что тот близок ему, возникла какая-то духовная связь, душевная. Мне кажется, что первично это. А дальше уже можно и другим святым молиться; это тоже, наверное, хорошо, но все – по своему духовному расположению.

– Вопрос телезрителя Игоря Викторовича из Москвы: «Нужны ли Господу наши молитвы?»

– Господу наши молитвы, наверное, нужны. Если правильно понимать молитву, то это твое устремление к Богу. Это не прочтение какого-то обязательного правила; это очень важно, но в то же время само прочтение не является главным. Святые отцы говорят, что молитва бывает и просительная, и благодарственная. И вот просительная, наверное, это как бы на первый момент. И все-таки Господь знает, что тебе нужно, и все время о тебе заботится. А молитва – скорее постоянное памятование о Том, от Кого тебе все дается, с Кем ты живешь.

И это общение. Мы общаемся со своими близкими, друг с другом. А молитва – это наше общение с Богом, непосредственное, от души, от сердца. Предстояние перед Ним, о котором мы уже говорили. Вот смысл молитвы, основное – в этом. Богу нужно наше чистое, светлое, любящее сердце. Он нас с любовью создал, дал нам жизнь, и мы свою любовь Ему отдаем. То есть мы молимся не потому, что должны молиться, а потому, что просто хотим с Ним общаться.

– Иногда люди говорят, что невозможно вот так непосредственно, от души  общаться с Богом, молясь по молитвослову. Как можно это объяснить?

– Для нас, людей духовно малоопытных, наверное, это сложно. Но по мере духовного возрастания все-таки возникает более глубокое понимание этих молитв. Эти молитвы являются для нас духовным учебником.

Часто говорят: «Неужели нельзя своими словами молиться? И на русском языке? От себя, от души?» Конечно, можно; даже нужно. Без этого, наверное, просто  невозможно жить. Но при этом, читая молитвы, составленные святыми, ты перенимаешь тот духовный опыт, который они имели, проникаешься им. То есть это как учебник духовной жизни. Кроме духовной и богословской литературы, которую мы тоже должны читать. Это является одним из параграфов…

– …этого учебника.

– И если что-то для тебя становится непонятным – может быть, как раз ты должен на этом остановить внимание, изучить это, как-то постараться осмыслить. Тогда действительно будешь уже восходить, для тебя уже будет понятно, как потом и своими словами правильно молиться. То есть это все развивается…

– Получается, когда человек молится своими словами, он не растет?

– Он просто свои эмоции выражает всего-навсего. И при этом так и остается недоученным.

– Почему многие священники советуют переходить на молитвы на церковнославянском языке? Почему следует читать молитвы именно на древнем языке?

– Часто встает этот вопрос. И вставал раньше, по-моему, чаще. Это, конечно, очень важный момент. Нам надо все-таки духовно возрастать. И здесь мне видится прямая, как мне кажется, аналогия с иконописью и живописью. Живопись изображает человека, подверженного страстям, еще не преображенного, а иконопись передает человека уже духовно преображенного. И человек, который видит икону, видит глубину этого духовного мира. Святые отцы называли это даже «умозрением в красках» и говорили о том, что человек, который (в силу неграмотности или просто не сложилось) не прочитал Евангелие, увидев икону, должен увидеть глубину этого духовного мира и увлечься туда. Кстати, есть такой прием в иконописи – обратной перспективы. В этом как раз его смысл и есть: он влечет к главному.

Здесь непосредственная аналогия с церковнославянским языком: благодаря определенным оборотам и правилам он может передать глубину духовного восприятия. Литературный язык, может быть, тоже так способен, но придется слишком много обрисовывать, а за этим уже потеряется главное. Духовный путь указывается нам церковнославянским языком. Когда мы молимся на церковнославянском, это нас научает духовному видению.

– Вопрос телезрителя: «Как святые люди достигали бесстрастной молитвы? Они не молились только о том, чтобы Господь исполнил их мечты и желания в этой земной жизни, а прежде всего – о Царствии Божием. Как говорится: Прежде всего ищите Царствия Божия, а все остальное приложится вам. И как они достигали ночного бдения, когда всю ночь и утром молились (как на Афоне молятся очень долго)? Я смотрел видеоролик про Афон, и там говорилось, что один монах молился даже во сне. Как достичь молитвы в сонном режиме?»

– Наверное, стремиться к тому, чтобы достичь молитвы «в сонном режиме», – это слишком дерзко. Надо, наверное, начать как раз с того, с чего мы начали сегодняшнюю передачу: с самоотверженности. То есть человеческая жизнь – это служение Богу, самоотверженность. Меньше саможаления, больше самоотдачи. Служение Богу, служение близким в Боге… Григорий Палама изложил видение постоянной молитвы, имея свой яркий опыт.

Мы говорили о том, что сегодня память всех святых, в земле Российской просиявших. И у нас на Руси было достаточно много таких молитвенников. Это и Серафим Саровский, и Сергий Радонежский… Паисий Величковский подвизался долгое время на Афоне, обрел там опыт умной молитвы, потом жил в Молдавии долгое время, и первый Оптинский старец Лев фактически был его учеником. И вот этот опыт деятельной  духовной молитвы был принесен в Оптину; оптинское старчество фактически на этом росло. Потому что старчество – это когда человек находится непосредственно в богообщении, видит волю Божию и может донести ее до близких... Смысл как раз в том, что человек самоотвержен и посвящает свою жизнь Богу. Все потихонечку, со временем, опытом достигается.

…Например, хирург говорит: «Во время операции как я могу молиться? Если я буду молиться, отвлекаться, то не смогу сделать сложную операцию». Тут такое возражение напрашивается: а если не будет молиться, как может эта сложная операция совершиться без Божьей помощи? Человек в остальное время, когда не занят делами, требующими почти абсолютного погружения, когда у него есть время, немножко сил, должен упражняться в молитве, учиться этому предстоянию перед Богом, чтобы это действительно было постоянно в сердце и уме. И тогда даже во время какой-то напряженной деятельности, во время сна человек постоянно находится в этом предстоянии.

– Еще наш телезритель спрашивал, как в молитве добиться того, чтобы просить не о своих нуждах, а о воле Божией.

– У митрополита Антония Сурожского, если я не ошибаюсь, есть такой интересный момент. Мы часто говорим о том, что нужно все-таки просто молиться и благодарить Господа. А вот он подчеркивает, что иногда полезно и просить. Потому что, прося у Бога, ты понимаешь, Кто источник всех благ и источник всего с тобой происходящего. Источник твоей жизни, источник вот этих событий, которые тебя окружают, то есть понимаешь, как воля Божия проявляется. Но, конечно, основное все-таки – это действительно понимание, что все – от Господа; Он знает, что для тебя полезно. И это постепенное духовное возрастание, совершенствование.

Все  совершается по воле Божией, а Господь нам зла желать не может, значит – все хорошо. А раз все хорошо, значит, мы всё принимаем. Соответственно, раз понимаем и принимаем, то меньше просим и больше уже просто, как дети, принимаем Его волю.

– Сейчас, во время апостольского поста, думаю, уместно будет поговорить о том, как связаны между собой пост и молитва.

– Господь говорит: «Только постом и молитвой дух злой изгоняется». Пост и молитва действительно очень связаны. Молитва – это внутреннее делание и глубинное понимание, что все – от Господа. И посвящение Ему всей своей жизни. А пост, воздержание – это деятельное прохождение жизни духовной, когда человек внешне во многом или почти во всем отвергается своей воли и учится обуздывать свои страсти, свои желания. И уже полностью свою жизнь посвящает, покоряет воле Божией – уже деятельно. Это и есть полнота внутреннего и внешнего и полная к Богу устремленность.

– То есть молитва без поста…

– …неподтвержденная. Кстати, очень часто слышу, что человек соблюдал весь пост, а не причащался, в храме не был. Какое-то воздержание от пищи (даже бывает – от увеселений) он совершает, но это не наполнено глубиной, главным. Встречается и такое искажение духовной жизни. Пост и молитва абсолютно дополняют друг друга, должна быть целостность.

– Еще, мне кажется, важно глубоко понимать слова молитвы, их глубину, понимать, о чем ты молишься. Например, я как раз хотел Вас попросить немножко поговорить о молитве Господней. Вы перед передачей говорили, что не все люди понимают правильно, глубоко слова такой, казалось бы, всем знакомой и близкой молитвы.

– Да, случается и такое непонимание. Чаще всего в этой молитве возникает недопонимание слов «хлеб наш насущный». Насущный хлеб – это необходимая пища, еда. А здесь все-таки хотелось бы поговорить о том, что насущным для нас является жизнь с Богом, погружение в духовную жизнь.

Потому что «ищите прежде Царства Небесного, а все остальное вам приложится». То есть мы какие-то внешние моменты исполнять должны – добывать хлеб физический, во что-то одеваться. Но при этом насущным для нас всегда является жизнь в Боге. Остальное все  исполняем по ходу дела. И это – наполненность нашей жизни.

– Я еще слышал, что молитва «Отче наш» – евхаристическая. То есть хлеб – это как Тело Христово. Еще такое понимание существует.

– Да, вполне может быть. Мы вкушаем Тело и Кровь Христовы и с Богом соединяемся. Это не противоречит тому, о чем мы сейчас говорили, а вполне это дополняет и завершает. Потому что это и есть жизнь Богом. Здесь есть очень интересный, важный момент: по сути, любую молитву можно свести к одной фразе. Одна из ее, может быть, основных граней – это «хочу быть с Тобой, Господи». То есть молитва – это устремление к Богу, желание быть с Ним и чтобы в нашей жизни совершалась Его воля.

Мы говорим, что устремляемся к Богу, чтобы быть с Ним, – и при этом часто бывает, что люди, даже считающие себя православными, заходят в храм, но не причащаются.

Причастие – это как реализация устремления к Богу. Ты говоришь, что хочешь быть с Богом, но при этом игнорируешь это реальное единение с Богом – духовное и телесное, которое происходит в Причастии. Очень важно это понять, прочувствовать.

Простите, может быть, немножко грубая зарисовка. Православные христиане приходят на литургию, молятся всю службу, а потом священник выходит с Чашей и призывает: «Со страхом Божиим и верою приступите», – и часть присутствующих, которые всю службу молились о том, чтобы Господь из хлеба и вина сотворил Тело и Кровь Свои, в конце службы говорят: «Нет, не буду». Получается непоследовательность: вроде и молимся, чтобы быть с Богом… Конечно, «хлеб наш насущный» – это полная жизнь с Богом, которая должна ощутимо реализовываться в Причастии.

– Если молитва – это устремление к Богу, то при каких условиях это устремление реализуется? То есть можно молиться правильно и неправильно. Как нужно правильно устремлять свою молитву?

– Свои молитвы нужно подкреплять своими делами, своей борьбой со страстями, с грехами, своей самоотверженностью, о которой не устаем повторять. В чем пост и помогает – обуздывать свои страсти, свои желания подчинять воле Божией. И очень важно, чтобы наша жизнь вся была Богу посвящена по возможности. То есть молитва – это твоя жизнь! Поэтому какие-то внешние моменты нам могут мешать, препятствовать молитве, внутренней собранности, внутренней устремленности к Богу…

Нужно стараться менять привычки своей жизни, обуздывать страсти, которые мешают, преодолевать их. Внешнее с внутренним всегда связано, поэтому внешнее проявляет внутренний настрой. А внутреннее определяет твое внешнее поведение, даже одежду. Мы знаем о разных молодежных направлениях, через это они проявляют свое внутреннее понимание, пусть пока еще очень примитивное. Но будем надеяться, что будет происходить потихонечку какое-то осмысление жизни у всех и приход их к Богу.

– Вопрос телезрительницы Людмилы Ивановны: «Вроде бы давно в церковь хожу, но переступаю порог церкви – и слезы ручьем, не могу остановиться. Что делать?»

– Бывает такое. Но здесь очень важно различать, от чего слезы. Слезы – это неплохо, просто надо в правильное русло эти потоки слез направить. Но чаще все-таки они душевные… Святые отцы говорят, что слезы как плач о грехах – это дар Божий, к этому мы, наверное, еще не скоро придем. Наверное, и хорошо поплакать. Но при этом не надо слишком давать волю слезам душевным. Потому что, бывает, мы можем полакомиться, прославляя Господа, что Господь нам дал какую-то конфетку вкусную: «Слава Тебе, Господи! Благодарю Тебя, что Ты утешил меня». А потом начинаем увлекаться этими «конфетками», они становятся для нас уже страстью и помрачают наш ум. Пришла в храм, слезка потекла – ну, хорошо, наверное, но не надо этим увлекаться. Потому что они тогда будут помрачать наш ум точно так же, как любая другая страсть, и будут препятствовать обретать настоящий духовный опыт.

Почему это происходит, я точно сказать не могу. И как это преодолеть, я сейчас не дам рецепта. Но в то же время постарайтесь, собираясь идти в храм, подумать о том, зачем вы все-таки туда идете. Может быть, накануне этого прихода в храм прочитать молитву дома, ввести себя в правильный духовный настрой. И тогда в храме будет тоже более правильное духовное устроение, которое не даст в полной мере воли этим слезам, а будет, наоборот, как-то подвигать ко Господу.

– Немножко хотелось бы поговорить об Иисусовой молитве. Есть такое мнение, что это делание, которое относится только к монашествующим. Но ведь и миряне тоже призваны молиться краткой Иисусовой молитвой.

– Да, конечно. Мы уже говорили об умном делании, чему больше всего способствует Иисусова молитва. Есть молитвы, составленные святыми, и те, которые мы сами от души хотим Богу принести, пространные. Но не всегда есть возможность и время для совершения этих молитв. А Иисусова молитва краткая, но при этом очень-очень емкая. Она все в себя включает – и покаяние, и памятование о Боге, и признание Его воли над собою. Поэтому святые отцы рекомендуют постоянно ее читать – и не только монахам, а всем абсолютно.

Здесь даже разделять, я думаю, неправильно – монашествующие или нет. Потому что каждый человек должен на своем месте служить Богу. Соответственно, должен общаться с Ним, обращаться к Нему. Иисусова молитва этому более всего способствует, потому что она краткая. И даже если моешь кастрюльку на кухне или вытачиваешь какую-то заготовку на токарном станке, можно ее творить. Когда возникает такой навык Иисусовой молитвы, то она начинает уже твориться сама –  в сердце, в мыслях. И когда хирург, выполняя тяжелую операцию, погружен в эту операцию, молитва внутри и предстояние перед Богом все равно будут продолжаться.

– Какие плоды приносит краткая молитва? Как меняется человек и его жизнь?

– Радикально. Потому что человек полностью подчинен воле Божией, постоянно находится в богообщении. И его жизнь складывается уже не по его желаниям и страстям, а непосредственно по воле Божией. Раскрывается воля Божия. То есть человек, будучи более самоотверженно устремлен к Богу, уже не ищет своего, а принимает волю Божию.

– Вопрос телезрителя: «Сколько раз в год нужно причащаться?»

– Накануне Октябрьского переворота, при таком серьезном упадке, святые отцы и духовники советовали причащаться хотя бы шесть раз в год. Это четыре поста, день рождения и день ангела. Но здесь достаточно все индивидуально, не хотелось бы, да просто и невозможно давать такой совет всем. Потому что все-таки есть приходской священник, с которым вы общаетесь, к которому приходите на исповедь, у которого берете благословение на разные дела и на активную духовную жизнь (как ее проходить), которая включает самый центральный ее момент – Причастие.

Но в церковных канонах четко говорится, что православный христианин, который три воскресенья подряд без уважительной причины не причащался, отлучается от Церкви. Вот такие хронологические рамки. Однажды, когда я об этом сказал одному человеку (достаточно, скажем так, духовно продвинутому, знающему немножко каноны), меня поправили: «Нет, батюшка, там сказано не про причастие, а про три воскресенья подряд, которые не был на службе». То есть не непосредственно на причастии.

Но, как мы уже говорили, быть на литургии и не причащаться – это как-то выглядит, мягко говоря, некрасиво: священник выходит с Телом и Кровью Христовыми, призывает к Причастию – а мы отказываемся. И в апостольских правилах говорится, что православный христианин, который был на литургии и не причащался, тоже отлучается от Церкви. Поэтому, связав эти два правила, можно сказать: если три воскресенья подряд человек не причащался без уважительной причины, он отлучается от Церкви. Но, живя сам такой, может быть, грешной жизнью и как-то снисходя от своей немощи к немощи других, понимая, что, может быть, это сложно, я обычно говорю о месяце. В крайнем случае – о полутора месяцах.

Однажды мы с одной женщиной разговаривали, и она сказала, как считают психологи: у человека, который не занимался своим постоянным каким-то деланием в течение сорока дней, происходит отвыкание от него, и уже нужно время, чтобы восстановиться в этом своем (даже основном) деле. Представляете?

Мы говорим сейчас об отлучении от Церкви. Конечно же, это не карательные меры, а просто констатация факта: если мы говорим, что мы православные христиане и хотим быть с Богом, но при этом игнорируем причастие, то, получается, мы выпадаем из этой жизни. Если мы говорим, что хотим этого, – тогда должны действительно это все подтверждать.

– Хочу попросить Вас (в качестве итога нашей передачи) сказать еще несколько слов о молитве и значении молитвы в духовной жизни.

– Как мы уже выкристаллизовали за всю передачу, это значение центральное: без молитвы жизни быть просто не может. Молитва – это постоянное предстояние перед Богом, и нужно стремиться все, что ей препятствует, исключать из своей жизни. Тогда это исключение из своей жизни того, что ей препятствует, будет настоящим покаянием и возвращением к тому, к чему мы призваны: к восстановлению образа и подобия Божия и жизни с Ним.

– И еще хочу Вас попросить сказать, как эта тема связана с сегодняшним праздником.

– Мы перед собой имеем сонм святых русских, которые всей своей жизнью это все проявили в полной мере. И, имея столько предков (даже, может, фактических святых), мы должны подражать больше им, нежели тому, что часто видим в окружающей нас жизни, которая подчинена, к сожалению, несколько другому – тому, что как раз нас отводит от Бога. Очень хотелось бы, чтобы то наследие, которые мы получили,  мы в полной мере восприняли и обратили в предстояние перед Богом в молитве.

Ведущий Денис Береснев

Записала Татьяна Муравьева

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма Казанской иконы Божией Матери в Узком (г. Москва) архимандрит Петр (Поляков). Тема беседы: «Церковная музыкальная культура».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы