Беседы с батюшкой. Протоиерей Виктор Вильчинский. 11 марта 2026

Наш гость – протоиерей Виктор Вильчинский, настоятель храма во имя Святой Живоначальной Троицы поселка Староуткинск, координатор проекта Екатеринбургской епархии «Будем жить!».

– Отец Виктор, иногда, стоя на службе (или после нее), я задумываюсь, как священники выдерживают столь долгие постовые службы. Вот сейчас, вечером, Вы находитесь в студии телеканала «Союз». А как началось Ваше утро и как складывался Ваш день?

– Каждый день в 7 часов утра у нас в храме в Староуткинске начинается ранняя служба. Почему в 7 часов утра? Когда-то на приходе мы с известным сегодня священником отцом Константином Корепановым (тогда он был еще певчим и пономарем) начинали службу в такое время ради людей, которые могли с 7 до 8 присутствовать на великопостной службе и потом идти на работу. Свободные люди, бабушки до конца могут быть на службе. Так вот, эту традицию я так и не нарушаю. Хоть я и тяжело встаю, но заставляю себя каждое утро идти к 7 часам на службу.

Сегодня в 10 часов утра я крестил бабушку, которой далеко за 80 лет. К 12 часам поехал в дальний поселок Мартьяново, который окормляю. Там мы отпели женщину, умершую от онкологии. Я ее знал, она посещала наш храм, по просьбе ее детей я туда поехал.

Из Мартьяново помчался в Екатеринбург, потому что у меня в 4 часа был прием у врача. После врача ехал через пробки, еле успел на вашу телепередачу. Ночью, возможно, я вернусь обратно в Староуткинск. И на следующий день в 7 часов утра опять начнется этот великопостный круг, о котором я рассказал.

– Достойно уважения. На этой седмице читается Книга Бытия, повествование о праведном Ное. По ассоциации с тем, что Вы сейчас рассказали, вспомнилась шутливая, но на самом деле серьезная поговорка: «Ной не ныл – и ты не ной». Как не ныть, когда ныть хочется?

– Мы с отцом Константином Корепановым прожили в нашем лесном поселке 20 лет. Он формировался как богослов именно там, в поселке Староуткинск. Мы с ним переговорили, наверное, на все темы и, конечно, про Ноя много разговаривали.

Мы отмечаем, что сегодняшнее поколение XXI века не умеет терпеть трудности. Все стали какие-то нежненькие. Когда я ехал сюда, слушал православную радиопередачу, беседу с врачом. Так вот, он сказал, что у нынешних молодых врачей есть отличительная черта: при любой трудности или замечании они сразу сдаются и уходят. Не могут терпеть трудности, которые есть. Это беда.

Надо учиться терпеливо добиваться результата, терпеливо заканчивать учебу. Многие же бросают учебу на полпути. Не нужно бегать с работы на работу, нужна какая-то стабильность. Я в воскресной школе очень много детям про это говорю, что надо научиться доводить дела до конца. Например, пошел ты учиться на парикмахера, а через пару месяцев понял, что не понравилось. Нет, дорогой, ты доучись, а потом уже можешь пойти учиться на другую профессию. Доведи дело до конца.

Про Ноя хочу сказать одну интересную вещь. Если сопоставить годы жизни Адама и Ноя (Адам прожил 930 лет, а Ной 940 лет), получается, что около 70 лет у них был перехлест жизни. Если учесть, что раньше дети воспитывались дедушками и бабушками, то очень вероятно, что Ной воспитывался при ногах самого Адама, который видел Бога. Очень важно, что Ной видел человека, который разговаривал с Богом.

Потом Ной переживет Потоп. И если сопоставить время жизни Ноя, его смерти и время жизни Авраама, от которого начнется история нашего спасения, то годы жизни Авраама тоже перехлестываются с жизнью Ноя. Оказывается, Авраам воспитывался при ногах Ноя, а тот видел Адама, который разговаривал с Богом.

– Во всяком случае, есть такая вероятность.

– Я уверен, что так и было. Иначе откуда у Авраама такое знание о Единственном Боге, Который на небесах? И он был так предан Ему.

– Да, как он правильно выбрал... И Ной правильно выбрал. Если мы только вдумаемся, что он выбрал, на что согласился. Да, Господь повелевает, но Он же не насилует волю человека, Он ждет согласия с этим. Мы читаем о том, как Ной строил ковчег, как стал притчей во языцех, как все смеялись и, что называется, пальцем у виска крутили: «Сумасшедший какой-то, что он делает? Какой потоп?» И потом Ной вошел с животными в огромном количестве в ковчег. Мы в зоопарк иногда заходим, нам неприятно, например, у слонихи в вольере. А там животных было такое количество! И он плавал полгода. Это надо было все вытерпеть и не роптать, не терять надежду. И он не терял надежду, не ныл, наверное.

– Если бы была возможность, я бы показал иконы двунадесятых праздников: например, Рождества Пресвятой Богородицы, или Благовещения, или Введения во храм Богородицы. На иконах, на заднем плане, есть два дома: один справа, один слева. Дом слева, по завесе, которая открывается благодаря этому событию, символизирует, что мы с Богом опять имеем общение. А правый дом символизирует наш мир. Между ними был разрыв. И сверху как бы шарфиком наводятся мосты благодаря тому, что Матерь Божия родилась, что Ее ввели во храм; благодаря тому, что родился Богомладенец Иисус Христос.

Обратите внимание, что на многих иконах в правом домике хорошие иконописцы изобразили три уровня дома: посередине окошко, внизу, а вверху – как чердачок, где часто изображен, наверное, Иосиф с нимбом.

Так вот, человеку можно жить здесь, на земле, в трех уровнях. Можно заниматься только мирскими делами (нижний уровень), опустив голову вниз. Хотя человек все-таки должен прямо ходить и на Бога смотреть. Но можно засуетиться и жить только мирскими вещами. Можно быть интеллигентом, который читает умные книги, ходит в кинотеатр, на спектакли, философствует. Это средний уровень. Иногда такой человек думает о смысле жизни. А можно жить так, как христиане живут или монахи – на чердачке, когда все твои мысли о Царстве Небесном, о спасении души и ты не можешь жить по-другому.

Так вот, Господь Себе выбирал наших праотцев, которые будут подготавливать ко спасению всех людей. Ведь Христос должен был прийти к Своим – к тем, кто Его ожидает. И Ной был одним из таких. Он был единственный, кто думал о Боге и о том, что Бог придет и спасет нас.

– Две ассоциации. Одна связана со словами преподобного Амвросия Оптинского, что мы должны жить на земле так, как колесо вертится: оно только одной точкой касается земли и устремлено к небу. И вторая ассоциация: у человека тело, душа и дух, то есть телесное, душевное и духовное. Вы предложили очень интересное изложение про чердачок, дом, землю. Интересный образ.

Кроме этого ракурса, кроме проблемы терпения и нетерпения что волнует Вас как приходского священника, как духовника? Какие проблемы Вы считаете наиболее актуальными для прохождения этого Великого поста? Не будем брать глобально. Вот сейчас идет Великий пост: на что стоит обратить внимание, на Ваш взгляд?

– Я служу практически 29 лет в деревне. Когда я только становился на путь искания священства (так меня благословили), я познакомился со священником отцом Валерием Епишиным (он уже упокоился). Он меня здесь принял, обогрел, приютил. Он был преподавателем в семинарии и много чем помог мне в деле познания веры. Он мне подарил из личной библиотеки отца Владимира Зязева (ныне покойного) книгу, там было написано: «Пособие сельскому священнику». Я посмеялся тогда, подумал, будто меня сразу определили, что я буду именно сельским священником.

Для людей простых надо подбирать простые слова, по-простому объяснять богословские истины. Я так навык, что иногда называю свои рассказы, разговоры сельским, деревенским богословием. Все смеются, зато понятно.

Относительно поста хотелось бы сказать, что это время, когда необходимо людей будить: люди, проснитесь! Меня бабушка с шести лет наставляла следующими словами: «Запомни, Витя, на всю жизнь: это не наш дом, мы здесь временно живем, мы здесь в гостях, на испытании». А еще говорила такие слова: «Не заиграйся, когда вырастешь, всегда помни о Боге. Когда мы туда придем, там будет хорошо. А здесь много скорби, много бед. Здесь не будет счастья. Я уйду, твои родители уйдут, а ты попытайся жить по-Божьи, по законам Его. Потом и ты к нам придешь. И там будет счастье, радость. Там не будет болезней, холода, голода. Там недоразумений не будет между людьми, сорняков не будет, комаров не будет. Там такая радость! И она будет всегда. Только живи по-Божьему, правильно».

В пост надо будить людей: люди, проснитесь! Мы даже в песнопениях поем: «Душа моя, проснись, конец приближается». Ты же, когда перед Богом предстанешь, смутишься, что не о том думал, пока жил. Поэтому первое, что необходимо человеку, – проснуться.

Пришла женщина и говорит: «Батюшка, Вы в храме – как хорошо! Мне помолиться надо». Я говорю: «Хорошо. О чем?» – «Я хотела попросить, чтобы у моих детей было здоровье, чтобы у меня было здоровье. Я хочу, чтобы моя дочка успешно замуж вышла». Спрашиваю: «За красивого и богатого?» Она говорит: «Ну да». Говорю: «Хорошо, я сейчас все Богу скажу, как Вы сказали. Только скажите: а Вы что Богу?» И она в тупике: «А я что-то Ему должна?» Я говорю: «Ну да. Представьте, Вы просите здоровья, богатого мужа для дочки. Дай Бог, чтобы так и было. Но что Вы можете дать взамен? Только свечку?» Она спрашивает: «А что я должна?» Я говорю: «Как минимум Вы должны поинтересоваться, по каким законам Он мир создал. У Него есть храм, в который Вы, наверное, должны к Нему в гости приходить, хотя бы по воскресеньям, хотя бы на 10–15 минут». Я специально не нагружаю многим. – «Если будете приходить, Господь обязательно услышит Вашу просьбу, Вы это почувствуете».

Я думаю, каждый человек, начиная пост, должен делать какую-то работу в сторону Бога. Когда я еще был просто мирянином, меня однажды священник взял с собой на казачий сбор. Это было Великим постом. Он им сказал: «Братья, надо поститься». А казаки начали ныть: «Да мы не можем, мы работаем». Батюшка был потрясающий. Он обратился к одному: «Тебя как зовут?» Тот говорит: «Василий». – «Ты куришь?» – «Курю». – «Сколько в сутки выкуриваешь?» – «Пачку». – «Достань пачку, вытащи три сигареты и отложи. И каждый день вытаскивай утром три сигареты. И ты не должен выкуривать больше этой пачки за сутки. Теперь твои перекуры будут не час, а час и десять минут. И эти десять минут тебя будет ломать. Вот это и будет твой пост. Как будто ты на войне стоишь на посту, и ни сон, ни голод тебе не помеха, ты должен стоять. А в следующий пост, Петров, уже четыре сигареты начнешь убирать из пачки».

Это очень хороший принцип. Человеку невоцерковленному нельзя сказать: «Брось курить». Но вот так, потихонечку работая Богу, он может втянуться в этот процесс, если захочет.

И я стал так же говорить. Спрашиваю человека: «Вы молитесь Богу?»  Отвечают: «Нет». Начните в пост читать молитву «Отче наш». Неотступно каждый день утром встаете, креститесь во имя Отца и Сына и Святого Духа и произносите молитву. А в следующий пост добавите еще одну молитву. В следующий пост – еще молитву. Главное, чтобы человек что-то делал.

Знаете заповеди Божии? Если нет, найдите в Интернете, распечатайте, повесьте на стену и во время поста прочитывайте их один раз в день. К концу поста будете знать их наизусть. А в следующий пост добавьте еще что-нибудь из Священного Писания: например, заповеди блаженств, еще что-то.

Не все люди могут одинаково поститься, как предписывает устав. Монахи могут. Я, слава Богу, как-то держусь, и то тяжело. А новоначальный не может. Я никогда не рассказываю человеку про весь устав, это его просто испугает. Моя задача – рассказать по-простому. Ты знаешь, почему ты жив до сих пор? За тебя Христос на кресте умер. Знаешь, в какой день? В пятницу. Поэтому мы, христиане, в пятницу пытаемся какой-то траур понести, как бы говоря: «Господи, Ты за меня висишь на кресте, а я постараюсь в этот день мяса не есть». Причем про молоко и яйца я не рассказываю, это будет много. Хотя бы мяса не есть. И не гоготать в этот день, не устраивать пьянок, на корпоративы не ходить.

Спрашивают: «А что, совсем нельзя смеяться? А если расскажут что-то смешное?» Можно. Я у одного монаха прочитал фразу: «Смейся, не разжимая зубов». Чтобы улыбка была сдержанная. Не гоготать. Вот эту сдержанность Господь оценит. А в следующий раз я человеку еще про среду расскажу, что Иуда был невоздержанный и его расхлябанность, невоздержание привели к тому, что он даже Христа предал и продал в прямом смысле слова. Я не хочу быть таким, как Иуда, поэтому и в среду воздерживаюсь от мяса, гоготания и других подобных вещей.

Когда человек во вкус войдет, тогда можно дальше открывать какие-то правила церковные. Евангелие читал? Если нет, почитай семь главок всего, через неделю придешь – я тебе расскажу, о чем эти главки.

Пост – это удобное время, когда человека можно ввести в духовную жизнь, заинтересовать его, красиво и вкусно рассказать о Боге и о том, что Богу нужны люди воздержанные, а не расхлябанные.

– Для той части наших зрителей, которые находятся в стадии раздумий, поститься или не поститься, надо им это или не надо, – прекрасная проповедь. А теперь поговорим о тех, кто уже давно в Церкви, давно постится и это стало привычкой, перестало быть чем-то трудным и, может быть, за счет привыкания перестало быть живым духовным подвигом. И живых взаимоотношений с Богом, может быть, уже нет. Что делать тогда? Человек постится потому, что так надо, привык.

– Человек воспринимает пост так, будто он мяса не ест и за это получит какую-то награду. Нет. Прошлое воскресенье было посвящено Григорию Паламе. О чем говорит Григорий Палама? Все, что мы делаем в Церкви, должно быть разумным. И молитва должна быть разумной. Когда человек за 12 минут вычитывает утреннее или вечернее правило, это не нужно ни ему, ни тем более Богу. Слова, которые ты прочитываешь, должны тебя чем-то задевать. Людям воцерковленным надо заниматься расшифровкой этих слов. Иногда можно понять всего одну фразу и на этой фразе построить целую духовную жизнь.

Ты должен понять, почему, например, нельзя осуждать людей. Написано: не судите, да не судимы будете (Мф. 7, 1). Когда в наш храм приезжают туристы или паломники, я обязательно подстерегаю их на выходе и спрашиваю: «Вы крещеные?» – «Да». – «Верующие?» – «Да, в храм приехали, чтобы свечки поставить». – «Евангелие читали?» – «Нет». И мне необходимо им сказать, что человек без чтения Евангелия – как водитель, который имеет водительские права, но никогда не изучал правила дорожного движения; он просто права купил. И он преступник, он обязательно наделает бед.

Если мы христиане, если носим нательный крестик (священник носит священнический крест), это говорит о том, что мы живем по законам Христа Бога. Мы носим этот отличительный знак, и законы Бога пытаемся применить в своей жизни. Чтобы их применить, надо их знать. Поэтому для каждого христианина чтение Священного Писания должно быть обязательным. Причем не просто прочитать, и всё. Я прихожанам ставлю такую задачу: «Прочитайте несколько глав и попытайтесь мысленно их мне пересказать. А если меня увидите, я хотел бы послушать, чтобы вы мне их рассказали».

– Реально такое бывает?

– Да. Одно дело – пробежать глазами и потом сказать: я читал. Другое дело – пересказать, что тебя зацепило. Пусть не все ты поймешь, а несколько строчек. И человек готовится, может потом что-то рассказать. Или сказать, что вот это не понял.

Если это туристы (сейчас много туристов по Уралу ездит), я им говорю, что в Евангелии написано: не судите, да не судимы будете. И они все с улыбкой говорят (хотят знаниями блеснуть): «Да-да, не суди – и не судим будешь».

Я, например, со слезами эти слова произношу. Потому что Господь говорит: «Я в твои руки даю тот закон, по которому Я тебя буду судить». Как бы я хотел, чтобы ко мне отнесся Господь на Страшном Суде? Снисходительно. Поэтому говорю: «Господи, прости меня за все». Он говорит: «С радостью, но при одном условии: с этой минуты ты будешь относиться ко всем людям, которые попадутся на твоем пути, тоже снисходительно». То есть не ругать водителя, который тебя подрезал. Может, он дистанцию не рассчитал; может, спешит куда-то. Не надо на него сердиться. Ты же тоже иногда попадаешь в подобные ситуации и говоришь: простите… Не надо его осуждать и злыми словами ему что-то говорить. Или кто-то на работе поступил с тобой не так. Но Бог на тебя смотрит. Если ты сейчас человека простишь, Он тебе грехи простит. Это ведь очень выгодно: я человеку прощаю один грех, а Господь за это прощает мне тысячу грехов, а может, и миллион. В молитве «Отче наш» прописан этот закон: И остави нам долги наши... Тогда ты имеешь основание надеяться, что и тебе будет прощено. А если ты никому ничего не спускаешь, не умеешь прощать, то как тебя прощать?

Если в другой интерпретации прочитать это слово, оно раскрывается, и люди уже по-другому к этому относятся. Это как сваи твоего духовного дома для спасения. В Священном Писании таких свай много: «Давайте, и дастся вам»; «Прости – и тебе простится». Как написано: Бога поставь на первое место, и тогда у тебя будет правильная духовная жизнь. Бог все расставит по своим местам.

Когда приходят взрослые люди креститься, я иногда ставлю эксперимент. Беру бумажку, пишу десять пунктов и говорю: «Напишите ваши ценности в жизни, от первого до десятого пункта. Кто у вас самая главная ценность в жизни?» Женщины пишут: дети, родители, здоровье, друзья, достаток. Муж у той женщины идет после пятого пункта. Это я наблюдаю многие годы. Не знаю почему. Мужья своих жен пишут с первого-второго пункта. Даже если они прожили 30–40 лет совместной жизни, они как-то дорожат тем, что это жена.

Я спрашиваю: «В Вашей системе ценностей есть место для Бога?» Смущаются и говорят: «Конечно, батюшка, без Бога ни до порога». – «А почему Вы его не написали в первом пункте? Неужели для Вас Бог – это дети? Нет. Не будет Бога – не будет родителей, не будет Бога – не будет Вас, не будет Бога – не будет детей. Пока не полюбите Его, не узнаете Его, пока Он не встанет в Вашей системе ценностей на первое место, я не могу Вас покрестить. Давайте я Вам помогу познакомиться с Богом». И начинается подготовка человека к крещению (иногда месяцами).

– Три недели назад я вернулась со Святой Земли. Была такая милость Божия, что удалось пожить у друзей в Палестине и поработать, снять программы. Мне довелось несколько раз побывать на приемах, которые проводит Блаженнейший Патриарх Святого града Иерусалима и всей Палестины Феофил III.

Патриарх говорит очень кратко, но очень весомо. Больше всего мне запомнилось, когда он, не страшась ничего, говорил о новом мировом порядке, который сейчас устанавливается. Он говорил о том, что если раньше христиан в большей степени подвергали искушениям телесными мучениями, то сейчас это очень хитрые ловушки: комфорт, земное благополучие. Он говорил о том, что изысканная пища для дьявола – это христианские дети. И поэтому на детей надо обращать особое внимание. Их надо беречь от страшной идеологии, которую продвигает новый мировой порядок.

И еще говорил о том, что мы живем на Святой Земле. И ответ на вопрос «Кто ты такой?» – это вероисповедание человека. И если ты не христианин, не мусульманин или не иудей, то ты вообще как будто не отсюда. То есть вера определяет человека. Конечно, Бог есть в приоритетах, но мы Его даже не написали. Он не на первом месте. Это позиция людей, которые живут в эпицентре мировых религиозных событий. Что Вам в этом откликается?

– Чтобы проиллюстрировать мое обращение к Богу, есть замечательная иллюстрация, о которой я не могу не рассказать. Это был 1985 год – моя служба в армии. Тогда служили два года. Я уже говорил, что меня воспитывала верующая бабушка. Родители тоже были верующими, но храм не посещали. В советское время его и не было. На Пасху и на Рождество Христово мы накрывали столы, крестились, мама читала «Отче наш».

Но пока ты с Богом не познакомишься, ты не будешь к Нему стремиться. Бабушка заложила в меня какие-то знания, но я никак не практиковал свою веру. Я просто знал, что Боженька есть.

Во время службы в армии к нам пришло пополнение. Мы зашли в столовую и увидели, что пятьсот человек стоят вдоль столов. Дежурный по полку говорит: «Садитесь». Мы все садимся. Если все нормально, звучит команда: «Приступить к раздаче пищи». Тот вечер перевернул все мое мировоззрение. Из новых солдатиков пришел мальчишка, метр пятьдесят пять ростом. У него были закатанные рукава, потому что гимнастерка висела. Он был маленький, щупленький, минимального возраста, при котором можно было попасть в армию.

Я сидел у входа справа, а он стоял в дальнем левом углу. Все сели, а он стоит. А это значит, что сейчас начнется: встать, сесть, встать, сесть. И все начинают на него шипеть.

Потом выяснилась причина, по которой он не смог сесть. Ему надо было перекреститься. Он был верующим мальчишкой, а это был 1985 год. Все замерли от того, что сейчас будет команда, офицер будет всех муштровать. Он выровнялся и медленно, показательно перекрестился и сел. Это было как мертвая сцена из «Мертвых душ». Даже дежурный, как и все остальные, был ошарашен: «Это что за чудо-юдо?»

Прозвучала команда: «Приступить к раздаче пищи». Я ел кашу и думал: «Видел, Витя? Ты вырос в верующей семье, но никогда так не сделаешь. Тебе слабо вот так же сделать, перед всеми?»

Наутро мы ждали продолжения истории. Мы пришли в столовую и смотрели в тот угол, где он сидел, но он уже был за другим столом, где дембеля – здоровые парни. Они ему говорят: «Давай крестись, а то сейчас команда будет». Он крестится, звучит команда: «Садись». Дембель встает, накладывает ему кашу и говорит: «Ешь, тебе надо поправляться». Его зауважали сразу.

Этот момент перевернул мое сознание. Я думаю, что это для меня Бог показал. Еще в армии я сказал: «Я тоже так хочу». И потом, куда бы я ни заходил, даже в автобус, я крестился, а когда заходил на заднюю площадку, говорил: «Здравствуйте».

Отец Константин поначалу меня стеснялся, а потом как-то приехал в Староуткинск и говорит: «Ты не поверишь. С кем поведешься, от того и наберешься. Я сегодня зашел в автобус и всем сказал: «Здравствуйте!»

Когда увидишь пример, который будет тебе по сердцу, – это потрясающая вещь. В каждой семье примером должны быть отец и мама, чтобы это было искренне, а не наигранно. Не нужно сильно муштровать детей. Это должно быть свободно, в меру их сил. Не должно каких-то подлых вещей быть: вроде как судить нельзя, но мы с мамой дома всем кости перемываем. Дети это видят. Они очень внимательно смотрят, что делают родители. Пример – это главное для детей.

– Вы являетесь координатором епархиального проекта «Будем жить!». Это замечательные слова.

– Военный психолог, всю жизнь занимавшаяся психологической травмой воинов, сказала, что ребята, возвращаясь оттуда, на вопрос, чем будут заниматься, отвечают: «Мы ничем не будем заниматься, мы жить не хотим. Мы хотим пить, пока не сдохнем».

Конечно, не все так говорят. Есть стержневые ребята, которые знают, что нужно жить для семьи. Но травма именно так себя проявляет: они такое увидели, такое давление на душу, что у них сил нет жить.

Отсюда и название проекта. Мы вопреки всему будем жить, потому что Бог дал жизнь, Он попустил нам быть на войне. Это для чего-то. Мы попробуем вместе с врачами,  психологами, священниками, со святыми, которых мы любим, преодолеть этот посттравматический синдром. И будем учиться заново жить.

– И для этого есть курсы, которые совсем скоро начнут работу?

– Да. В прошлом году у нас был успешный проект, куда была приглашена военный психолог Пирогова Людмила Владимировна из Санкт-Петербурга. Она очень хороший преподаватель. Меня это зацепило. Мало что-то знать, надо это красиво преподать. Мы собрали волонтеров по храмам из нашего города. Мы прошли четыре двухдневных семинара за лето.

Этот проект оказался успешным. Две недели назад мы сделали проверку. Все эти волонтеры снова собрались. Они что-то делают по приходам: готовят посты с информацией, куда можно прийти и поговорить с ними вдовам или мамам, потерявшим детей, получить какую-то информацию. Между священником и этими людьми они являются подготовительными волонтерами.

Мы решили повторить этот проект. Если я не ошибаюсь, 23–24 марта у нас должна набраться новая группа. Все, кто видит эту телепередачу в городе Екатеринбурге и у кого есть желание послужить, быть волонтером в этом деле, звоните мне на телефон или на горячую линию проекта «Будем жить!».

Ведущая Светлана Ладина