Воскресные беседы. Священномученик Онуфрий (Гагалюк)

В студии епископ Каскеленский Геннадий:

− Первого июня в Русской Православной Церкви отмечают память священномученика Онуфрия, архиепископа Курского. Антон Максимович Гагалюк родился в апреле 1889 года на территории современной Польши, недалеко от города Люблин. А через полвека, в июне 1938 года, он встретит свою мученическую кончину, будет расстрелян по сфабрикованному приговору в городской тюрьме Благовещенска. Так Господь провел по жизни Своего верного служителя через всю огромную страну, от Крайнего Запада до самого-самого Дальнего Востока.

Детство отрока нельзя назвать счастливым, оно было омрачено трагедией. Родитель его служил лесничим. Семья проживала в небольшом доме на опушке леса, в семи верстах от ближайшей деревни. Когда Антону было пять лет, произошел следующий случай. Зимой, совершая обход участка, отец застал четырех мужиков, без разрешения рубивших казенный лес. Будучи человеком честным, он попытался призвать воров к ответу. Те накинулись на лесника с топором, нанесли ему ранение, подожгли его жилище. От ран и ожогов лесничий скончался. На руках у супруги Екатерины осталось шестеро детей. Жить было негде. 

Убитая горем вдова отдала детишек в сиротский приют Люблина и сама поступила туда на работу в качестве повара. Обучаясь в приютской церковноприходской школе, Антоний обнаружил прекрасные способности и стремление к церковному служению. За церковные средства его приняли в Холмское духовное училище, потом в семинарию.

Русская православная семинария в Холме (сегодня это польский городок Хелм Люблинского воеводства) в те годы процветала. В девяностых годах ее ректором был будущий Святейший патриарх Тихон. Он передал управление семинарией архимандриту Евлогию (Георгиевскому), будущему видному деятелю русской эмиграции, талантливому писателю, автору очень ценных мемуаров.

Антоний учился прекрасно. За месяц до окончания семинарии в его жизни произошло явное чудо. Юноша тяжело заболел воспалением легких. Во время болезни ему было видение. Некий старец-пустынник сказал, что он должен избрать путь церковного служения и принять монашество. Антоний дал обет принять монашество и вскоре выздоровел. Гораздо позже на иконе он узнал в явившемся к нему старце древнего египетского святого, преподобного Онуфрия Великого.

Семинария дала юноше основательную подготовку. В 1911 году Антоний поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию, а через два года история с чудесным видением повторилась. Снова болезнь, и опять юноше предстает святой Онуфрий, на этот раз укоряя его за неисполнение данного два года назад обета.

Только после этого Антоний пишет прошение на постриг, и 5 октября 1913 года в храме Петербургской академии владыка-ректор постригает Антония в монашество. Нужно ли удивляться, что в выборе святого покровителя, в честь которого следовало наречь постригаемого, выбор ректора пал именно на преподобного Онуфрия Великого? Антоний получил имя Онуфрий.

Еще обучаясь в духовной академии, иеромонах Онуфрий (Гагалюк) активно включается в миссионерскую и духовно-просветительскую деятельность. А по окончании академии он был направлен на Украину для преподавательской деятельности в семинарии, созданной в Григорьевом Бизюковом монастыре Херсонской епархии. Сегодня этот монастырь возрожден.

Здесь отца Онуфрия застала гражданская война, не раз он был на волосок от смерти.  Однажды монастырь захватила банда батьки Махно, обитель разграбили, многих монахов порубили шашками. Отца Онуфрия жестоко избили, но он остался в живых. Потом отряд вооруженных крестьян отбил у махновцев уцелевших иноков. По просьбе жителей города Берислава отец Онуфрий был назначен настоятелем городского собора, возведен в сан архимандрита.

В августе 1922 года состоявшийся в Киеве собор православных епископов избрал архимандрита Онуфрия епископом-викарием Херсонской и Одесской епархии. Сохранилась первая речь владыки Онуфрия, сказанная в соборе города Елизаветграда (сегодня это город Кропивницкий).

Уже через шесть месяцев владыку арестовали. Его ожидала судьба, общая для всех священнослужителей в те годы, когда велась беспощадная борьба с Церковью. В период с 1923 по 1926 год он пользуется относительной свободой, проживает в Харькове. Затем снова арест, тюрьмы, ссылки. Постепенно его перемещали все далее и далее на восток. Он томится в тюрьмах Одессы, Харькова, Курска, Воронежа, Орла, Кудымкара, Тобольска, Сургута, Благовещенска.

Епископ Онуфрий нигде не сидит сложа руки. Он использует всякую возможность для переписки, проповедует имя Христово, церковный образ жизни, обращаясь и к тем, кто ждет его слова, и к прочим, и к равнодушным, и к озлобленным людям. Он пишет: «Служитель Христов должен нести свет Христов и в темнице, как это делали апостолы, сказать слово веры своему случайному собеседнику, приголубить ребенка, открыто исповедовать и защитить свою веру, несмотря на насмешки и гонения неверующих».

В 1929 году ему разрешают поселиться в Старом Осколе. Специально для него местоблюститель Русской Православной Церкви митрополит Сергий создал Старооскольскую епархию. Три с половиной года, проведенные здесь, стали для владыки Онуфрия самыми плодотворными в его служении.

Несмотря на то что власти запретили ему покидать этот небольшой город, ограничили его богослужение только стенами местного Богоявленского храма, он достиг поразительных успехов в борьбе с расколами и пропагандой безбожия во всей округе. В декабре 1929 года епархия насчитывала всего два десятка православных приходов. А к Пасхе 1930 года в Русскую Православную Церковь из обновленческого раскола благодаря владыке вернулся 141 храм, и все эти храмы были наполнены верующими.

Появление убежденного, преданного делу церковной проповеди епископа дало мощный импульс к духовному пробуждению края. После десятилетия церковной смуты, агрессивной антирелигиозной пропаганды люди приходили на архиерейские богослужения из дальних сел за десятки километров. Онуфрий смог организовать обширную и успешную просветительскую работу, не имея ни помощников, ни епархиальной канцелярии.

Он принимал всех посетителей в маленькой комнатке небольшого домика, который снимал у хозяйки на улице Пролетарской. Огромное значение имели его исторические очерки, статьи в защиту православной веры, письма, послания, написанию которых он посвящал все свободное от богослужений время. Он прекрасно понимал, что дни его пребывания на свободе сочтены, и признавался: «Я проповедую не без смущения, волнения и страхов, но Господь Милосердный хранил меня и, верю, сохранит и впредь. А если угодно будет Господу, приму и скорби за слово истины. Если мы умолкнем, то кто будет говорить?»

В марте 1933 года Онуфрия арестовали, в июне выпустили, но в Старом Осколе жить больше не разрешили. Он был переведен в Курск, где последовал новый и уже последний арест. Святителю инкриминировали частые обращения к верующим со словом проповеди, совершение монашеских постригов, оказание материальной помощи нуждающимся церковнослужителям. Весну 1936 года святитель встретил на Дальнем Востоке в совхозе НКВД.

Первое время родным и духовным чадам удавалось вести с ним переписку. «Пока я отдыхаю, не работаю, как и другие старички-инвалиды», − рассказывает он в одном из писем о своих буднях. Старичку-инвалиду тогда было 47 лет.

В 1937 году переписка оборвалась, и лишь в начале 1990-х годов удалось выяснить дальнейшую судьбу святителя Онуфрия. Заключенный Антон Максимович Гагалюк вместе с епископом Белгородским Антонием (Панкеевым) и 15 священно- и церковнослужителями был расстрелян 1 июня 1938 года.

В одном из очерков владыка так размышлял о смысле гонений на служителей Христовых: «Все это совершается не без воли Божией. Значит, в любое время они могут и окончиться, если сие будет угодно Богу. Посылаются эти гонения для испытания нашей верности Богу. И за твердость ожидает нас венец жизни. Не нужно и думать о каком-либо самовольном изменении нашей участи в гонениях путем каких-либо компромиссов, сделок со своей совестью. Гонения − крест, возложенный на нас Самим Богом, и нужно нести его, быть верным долгу своему даже до смерти».