В ПРЕДДВЕРИИ И НА ПУТИ ВЕЛИКОГО ПОСТА: СВЯТОЙ СВЕТ И СВЯТИТЕЛЬ ГРИГОРИЙ ПАЛАМА

Неделя 2-я Великого поста посвящается святителю Григорию Паламе. Что мы можем выделить для себя в его учении? Об этом беседуют руководитель Миссионерского отдела Казанской епархии священник Александр Ермолин и Светлана Ладина.

В гостях священник Александр Ермолин, руководитель Миссионерского отдела Казанской епархии.

– Поговорим о второй неделе Великого поста, посвященной святителю Григорию Паламе. Есть такая линия святоотеческой мысли, которая подтверждается некоторыми современными греческими богословами. Глава 21 Евангелия от Иоанна, Воскресение Христово: подчеркивается, что Мария Магдалина, апостолы Петр и Иоанн передвигаются очень быстро.

Передвижение от места, где они находились, к гробу Спасителя и обратно проходило затемно. Гроб – это же не так, как у нас сейчас, это была пещера. Мы видели такие пещеры (которые удалось раскопать) в Хевроне. Это место, где просто темень. Если на улице темно и в пещере темно, а ты просто заглянул в эту пещеру, то не рассмотришь, что пелены лежат отдельно, в стороне платок, который был на главе Его…

Есть линия мысли, что Божественная энергия, которая там появляется в момент Воскресения Христова, пребывает в Гробе Господнем. А в Великую Субботу она становится видимой и ощутимой. Этот свет становится огнем.

Григорий Палама говорил о нетварном свете, который человек может узреть.

– Это очень интересная мысль… В прошлый раз мы говорили о том, что у нас немного другое понимание слов «неделя» и «седмица». Наш прошлый выпуск посвящен этому великому святителю. Его богословское наследие – это идея нетварного света, Божественного света.

Откуда эта проблематика появляется, о чем идет речь и почему мы об этом говорим? Нужно вспомнить события Преображения Господня, когда Господь идет сначала на Фавор, а потом уже в Иерусалим. Скорее всего, это событие происходило в период Великого поста. Интересно получается по нашему календарю.

Господь, когда поднимается на гору Фавор, берет с собой Петра, Иакова и Иоанна. Отсюда возникает интересное слово «фаворит». То есть тот, кто был на Фаворе, кто был приближен к Нему, узкий круг учеников. Такие интересные отсылки! И Он перед ними преображается, то есть лицо Его сияет как свет, и апостолы ощущают особое состояние. Апостол Петр, который был самый дерзновенный из всех, сказал: Господи, хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии (Мф. 17, 4). 

Какие церковные смыслы имеет Преображение Господне? Их очень много. Господь приходит в мир ради людей, идет на добровольное страдание. Он берет с Собой узкую группу учеников. И нетварный свет – это состояние особого бытия, когда душа находится рядом с Богом. Господи, хорошо нам здесь быть…

Я бы обратил внимание на то, что это серьезный богословский спор. С именем святителя Григория Паламы связаны паламитские споры. Он говорил, что это нетварная Божественная энергия, он так это понимал. Долгое время он спорил с философом Варлаамом Калабрийским. Также это вопрос о монашеском делании, потому что во всем этом участвовали афонские монахи. Это вопрос умной молитвы, сердечной. Все касается этого серьезного богословского спора.

Я всегда призываю православных людей осмысленно относиться к тому, во что они веруют.

Что такое вторая неделя Великого поста? Люди часто думают: «Попощусь первую и последнюю неделю». Замечательно. Пришел в армию, дал присягу, нарисовал дембельский альбом, а между этим – справьтесь без меня. Или говорят: «Я попостился, молодец, дальше буду поститься попроще».

Это напоминание о великом богословском споре о нетварных Божественных энергиях. Это вопрос познаваемости Бога, вопрос молитвы, вопрос о том, что такое нетварный свет. Вы вспомнили о греческих мыслителях, это связано с Благодатным огнем…

В Церкви никогда не бывает ничего случайного. Отцы Церкви, когда создавали церковный календарь, делали это очень осмысленно. Сначала – Торжество православия, то есть мы утвердили нашу православную веру, отделили ереси от истинной веры, заблуждение от правды. Когда мы отталкиваемся от истинного понимания православия, тогда подходим к следующему этапу и уже можем говорить о великом понятии: Божественный свет. Не будет Божественного света, если нет правой веры.

Варлаам Калабрийский не понял идею Паламы. Он был православным, затем перешел в католичество. Он – представитель эпохи Возрождения, совершенно с другим мировоззрением, основанным на античной философии. Это совершенно иной человек по своему мышлению.

Если не будет Торжества православия, не будет Божественного света. Читайте святителя Григория.

– Для меня в неделях Великого поста наиболее сложна для понимания и восприятия именно Неделя святителя Григория Паламы. Может быть, потому, что у меня нет с ним как со святым личной связи. Когда образуется личная связь? Когда мы молимся этому святому. Мария Египетская – все понятно. Крестопоклонная неделя – тоже понятно. Святой Иоанн Лествичник: в свое время мы снимали репортаж в обители, где он был игуменом, на Синае. А тут пробуксовка именно этой недели в личном восприятии.

– Одним из выдающихся исследователей Григория Паламы был Иоанн Мейендорф. Это уже русское зарубежье – то, что заслуживает множества бесед и отдельной истории. Русская эмиграция стала отвечать на вопросы о православии, которые перед ней стояли, то, что по той или иной причине не решалось в Синодальный период. Причины были разными.

Главная идея русского зарубежья – это возрождение евхаристической жизни. Того же Шмемана однозначно нужно вспомнить с его книгой «Евхаристия. Таинство Царства». Чтобы написать эту книгу, он прошел химиотерапию. Он год оттягивал свою смерть, чтобы написать самую главную книгу своей жизни.

Отец Иоанн Мейендорф говорил о Григории Паламе, это было темой его исследования, это было очень интересно.

Русское зарубежье поставило перед собой интересные вопросы о Евхаристии и Божественном свете. Эти вопросы считались актуальными. У них не было лишнего времени или возможности заниматься схоластикой ради схоластики. Они занимались тем, что было нужно делать сейчас. В каком-то смысле они занимались миссионерской деятельностью. Это нужно было рассказывать инославным.

Удивительно, но одно из самых фундаментальных исследований по поводу этого великого святого – это исследование Иоанна Мейендорфа.

– Батюшка, бывает ли у Вас так, что Вы понимаете установления Церкви, но не чувствуете их сердцем? Что Вы делаете в таких случаях?

– Я воспринимаю это как то, что Церковь нам предлагает для осмысления. Понятно, что всегда есть какие-то связи со своими святыми, которых ты любишь и почитаешь. Многие святые – это наши старшие друзья, с кем у нас есть какая-то духовная связь. Бывает, что с какими-то святыми нет духовной связи. Но, по крайней мере, очень важно понимать, что это те святые, которых наша Церковь почитает, она их прославила. Наша Церковь считает, что это полезно для нашего назидания.

Личная связь устанавливается, если мы видим, что пример нам близок и важен. Допустим, перед крещением взрослых я говорю: «У вас прекрасная возможность выбрать того святого, который вам близок, который нравится». Особенно если креститься приходят люди с явно неправославными именами.

У меня был опыт беседы с молодыми ребятами, у которых нет православных корней. Я спрашивал: «Как будем креститься?» – «Не знаю». Это были ребята, любящие военную тематику. Я сказал почитать биографию князя Владимира. Человек почитал жизнеописание князя Владимира и сказал: «Хочу креститься Владимиром».

Святой равноапостольный князь Владимир – это и политик, и воин, и очень мужественный человек. Человеку может быть это очень приятно и близко.

– После крещения. Это два разных человека.

– Да, после крещения. Или, например, рассуждаешь про жизнь и подвиг Александра Невского. Это потрясающе просто. Это человек, который провел страну между Востоком и Западом. Он определился, что нам ближе в данной ситуации. По сути, человек спас страну. Когда я рассуждаю о его подвиге, я понимаю, что, наверное, его критиковали со всех сторон. А он смог очень тонко пройти между всеми. Он выбрал исторический путь России.

Когда проходил исторический конкурс «Имя России», Александр Невский занял первое место. Святейший Патриарх (тогда еще митрополит) представлял имя Александра Невского, которое было выбрано как имя России.

Бывает, что со святым есть связь, а бывает, что связи нет. Но нужно принимать то, что этот подвиг Церковь считает правильным путем, которым человек тоже может пойти.

– Я поняла, где можно найти связь со святителем Григорием Паламой, каким бы высоким и недосягаемым он ни был. Можно ли сказать, что он наставник Иисусовой молитвы?

Иисусова молитва не только дело монахов. Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите (1 Фес. 5, 16). Всегда радоваться и за все благодарить можно, если ты непрестанно молишься. Средство для достижения этого – Иисусова молитва. Он в данной ситуации может быть человеком, который поможет обрести эту молитву.

– Я бы еще предположил, что он может быть покровителем богословов, потому что богослов – это тот, кто молится. Тот, кто правильно молится, правильно и богословствует. Соответственно, можно сказать, что он покровитель серьезных православных мыслителей.

– Здесь проявляется моя утилитарность: нужно, чтобы святой был связан с тем, чем он может тебе помочь. В данной ситуации запрос не столько утилитарный, сколько духовный, поэтому, может быть, это простительно.

– Может быть, не у всего должен быть покровитель. Например, у католиков есть покровитель Интернета. Мне кажется, нам такое не нужно. Можно долго фантазировать и рассуждать, нужен ли нам православный покровитель Интернета, но у католиков он есть.

– Нам нужен, потому что это поле, где тебе обязательно нужен защитник и наставник-вразумитель, как, например, Александр Невский, князь Владимир, Димитрий Донской или Георгий Победоносец. Интернет – это поле борьбы, войны, где мы очень часто проигрываем. Поэтому он нам нужен. Батюшка, какая Ваша версия?

– Святитель Феофан Затворник.

– Почему?

– Он был в затворе, всем писал и отвечал целому миру. Мне кажется, это очень интересно.

Ведущая Светлана Ладина