Учимся растить любовью. Тосненский храм в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость»

10 ноября 2022 г.

Предлагаем отправиться вместе с нами в небольшой город Тосно под Петербургом. Вы сможете убедиться, что насыщенная приходская жизнь возможна даже там, где меньше всего ожидаешь. Кладбищенский храм на окраине, несколько крохотных домиков на территории - это и трапезная, и мастерская, и помещение для любительского хора. Места мало, но хватает всем. Особое внимание - детям и подросткам. Большая жизнь небольшого прихода началась с нового настоятеля. А во что выросла - расскажем в нашем выпуске. 

Сегодня мы отправились достаточно далеко от Санкт-Петербурга – в город Тосно, в храм «Всех скорбящих Радость». Храм небольшой, находится на кладбище, но, несмотря ни на что, здесь протекает очень насыщенная приходская жизнь. На храмовой территории есть несколько небольших помещений, и каждое из них занято группой (детской или взрослой), здесь протекают разнообразные занятия. Такая богатая приходская жизнь создает атмосферу семейственности. Подробнее расскажем об этом в нашем выпуске.

Тосно – город небольшой, но 34 тысячи жителей – тоже немало. Местным детям, подросткам, взрослым нужно место для общения, реализации своих талантов. Для многих таким местом стал маленький храм при кладбище, где кроме богослужебной жизни есть та, которая протекает за церковными стенами, но все еще внутри церковной ограды. Места объективно мало, но хватает всем. Большая жизнь небольшого прихода началась с нового настоятеля.

Священник Сергий Рысев, настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Тосно):

– Оказался я здесь десять лет назад при разделе митрополии, когда Тосненский район стал входить в состав Гатчинской епархии и протоиерея Николая Аксенова назначили благочинным нашего района. Я батюшку много лет знаю, и он мне предложил перейти из города сюда. В Санкт-Петербурге я служил в храме в честь иконы Божией Матери «Неопалимая Купина» на Лесном проспекте, 17, при пожарной части; помогал отцу Георгию Сычеву в тюремной деятельности. Но, знаете, есть такие предложения, от которых не надо отказываться. Я не отказался. Из митрополии меня отпустили в Гатчинскую епархию.

Когда я сюда пришел, приход уже был. Часть прихода молилась в городе, в храме Казанской иконы Божией Матери. Отец Михаил Ромадов начал строить храм Петра и Февронии. И этот храм оказался как бы в стороне. Храм находится на кладбище, в нем была только требная жизнь: панихиды, отпевания, службы. Чтобы как-то немножко оживить приходскую жизнь, мною было принято решение создать при храме что-то народное.

Сначала мы создали народный хор со знаменным распевом; с одной задачей справились. Дальше решили создать школу труда и творчества. Вдруг оказалось, что в городе кроме спортивных секций и детской музыкальной школы нет кружков, где учат работать руками. На призыв откликнулся Александр Валерьевич Железнов, капитан 3-го ранга. Он показал свои работы, и я предложил ему взяться за это дело. Он сказал: «Кто сюда пойдет? Ехать далеко, город в сторонке». Но мы решили попробовать.

На первый клич пришли два человека, а через два месяца желающих было уже тридцать. Мы просили выделить место в городе, но для такой школы места не нашлось – сами понимаете, сейчас везде коммерческие интересы. Поэтому мы стали заниматься в три смены и решили, что будем строить школу на территории нашего прихода. Уже сделаны необходимые замеры, нашелся человек, который сделает сваи и фундамент. Пока не отказали в помощи благодетели, несмотря на то, что происходит сейчас в нашей стране. В общем, процесс начался.

Ждать, когда появится новое здание для школы, не стали. Дети и педагоги ютятся в маленьком домике и ни на что не жалуются, всему рады, главное – друг другу.

Михаил Глядченков, учащийся школы труда и творчества:

– Я здесь занимаюсь уже второй год и считаю, что это очень полезное занятие. Мало ли что понадобится дома по хозяйству выпилить, построить. Это полезный навык – уметь что-то пилить из дерева.

Артем Масляков, учащийся школы труда и творчества:

– Я тут не так давно, полтора года. Мне здесь понравилось. Я люблю заниматься резьбой по дереву. Например, папе на день рождения я подарил кораблик из дерева с алыми парусами.

Варвара Кухно, учащаяся школы труда и творчества:

– Я хожу сюда уже год. Почему я сюда пришла? Меня привел друг, и мне здесь понравилось. Я сделала слоников. Вот эту бабочку делала моя младшая сестра Тася.

Сначала при Скорбященском храме хотели в работе с детьми идти традиционным путем – открыть воскресную школу. Но среди местных детей, многие из которых невоцерковленные, идея не прижилась. А полезный досуг подрастающему поколению все еще был нужен. Тогда решили пилить и строгать, остальному учить ненавязчиво.

Александр Валерьевич Железнов, ведущий школы труда и творчества:

 – Идея была такова: первая часть занятия – «Закон Божий», затем вырезание, следующая часть (ее проводит Олег Вениаминович Зимин, с которым мы вместе занимаемся, потому что одному очень сложно) – патриотическая, затем подведение итогов. Первая часть не пошла. Почему? Дети постоянно спрашивали: «Когда вырезать будем?» Они пришли вырезать, у них был такой настрой. Им что-то рассказываешь из Библии, а у них вопрос: «А вырезать будем?» Чтобы преподнести такой сложный материал детям (они ведь все разные), надо еще набраться опыта, как это делать. Поэтому мы остановились на том, что начинаем с молитвы в храме перед началом учения (это воспринимают все, это по силам), а затем занимаемся нашей работой. В конце Олег Вениаминович подключается: рассказывает какой-нибудь эпизод из военной жизни, приносит какие-то интересные экспонаты. И потом чаепитие – та часть, которая всегда на ура. За чаепитием мы подводим итоги, разговариваем, рассказываем интересные истории. Дети с удовольствием пьют чай, трапезная с нами щедро делится, и дети сами что-то приносят. Таким образом, происходит вот такое всестороннее общение.

Что интересно? Когда ребенок берет в руки то, что он сделал, он смотрит и думает: «Это я сделал?» Фанерка – это только часть, ее надо обработать, придать ей вид. У нас батюшка не скупится на материалы, и все, что необходимо, у нас имеется. У нас удивительные материалы. Однажды мы сделали снеговика, покрыли его акриловым лаком, посыпали глиттером, и он засиял. Дети были в восторге. Блеклых работ нет, они все имеют какой-то оттенок. Детям интересно возиться с красками, интересно придумывать что-то свое. Они подходят, советуются, и идет общение. Ведь мы же не мастера. Дети лучше меня могут что-то сделать. Девочка Варя, например, вырезает как лазерный станок, я так не смогу. Я учусь от них, они учатся от меня, мы друг другу передаем какой-то опыт, вместе находим какое-то решение. Некоторые ходят просто побыть со старшими: смотрят, как делают, им интересно что-то вместе поделать. Может быть, какая-то часть их жизни наполняется здесь.

Плюс ко всему мотив таков, что за детей надо повоевать, побороться, оторвать их от этой ситуации. Может быть, они закончат заниматься через год, но какой-то положительный момент останется. Как показывает опыт, даже слово скажешь – и оно где-то откладывается, потом себя проявит, покажет. Они всё впитывают как губка. Ты говоришь, делаешь что-то, они смотрят и учатся. У нас занимаются дети разного возраста, младшие учатся у старших, старшие им помогают. Происходит взаимное общение, дружная возня, и мы тоже в этом участвуем. Какого-то наставнического, менторского тона нет; все происходит очень непринужденно, легко. Детям интересно, и нам  интересно. Здесь получаешь радость.

Так, отойдя от первоначальной идеи, пришли к иному формату, который будто сам собой стал добротным катехизаторским проектом.

Священник Сергий Рысев:

– Мне кажется, катехизация начинается с таких моментов, когда человек видит в православных людях доброту. Это те защитники православной веры, которые уже никогда не бросят камень в сторону Церкви. Может быть, их не учат священническому служению или петь в хоре, но с ними делятся самым главным: лаской, добротой, чему-то учат. Никто не заставляет их молиться. С детьми занимается офицер запаса, умный, грамотный педагог. Там нет сантиментов, все жестко, по-военному: дети убирают рабочие материалы, инструменты, у каждого есть свое отделение, они всё делают сами, он их к этому приучает. Тем не менее он вместе с ними молится, вместе с ними пьет чай после занятий, они общаются по каким-то религиозным вопросам. Плюс все это происходит при храме, который находится при кладбище. Для них мир живых и мертвых соединяется здесь, в храме; они так или иначе становятся религиозными внутри. Ведь важно, чтобы человек был не внешне религиозным, а внутренне.

Трудом и творчеством на приходе Скорбященского храма занимаются не только дети, но и взрослые. Рукодельная мастерская разместилась в соседнем домике, в трапезной.

Ирина Александровна Труфанова, руководитель кружка по рукоделию при храме в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Тосно):

– Мастерица Юлия стегает деталь есенинского одеяла. Есенинское одеяло на семьдесят процентов шьется руками. Она сейчас делает стежки. Я ей показала, она продолжает.

Мастерицы приходят сюда за новыми навыками, за творческим вдохновением, за общением и красотой.

Ирина Александровна Труфанова:

– Мы занимаемся уже третий год. Мы сшили одеяло, наволочки для подушек, прихваточки, красивые фартуки. Но мы же хотим и выглядеть на занятиях красиво, и своим подругам показать, что ходим на занятия и шьем для себя. Вот я, например, сшила себе из джинсов такой костюм. Он двусторонний, его можно вывернуть и носить то одной, то другой стороной. Посмотрите, какую красивую безрукавку сшила Светлана, она тоже стегается руками. Надюша сшила себе вот такую жилетку морского типа в технике «пицца»: собрали остатки ткани, укрыли тюлем, простегали, и вот что получилось.

В Скорбященском храме во всем идут от потребностей людей. Любительский хор вырос так же: людям надо, люди хотят, почему бы это и не дать? Небольшая комнатка и внимание к ближним – вот все, что требуется. Много это или мало – вопрос.

Любовь Борисовна Котлярова, регент любительского хора при храме иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Тосно):

– Это была батюшкина инициатива. Мол, люди хотят петь – учи их петь. Начинали мы с пения духовных древнерусских стихов. Так сложилось, что люди были непоющие, но очень желающие петь. Мы начали петь, а потом батюшка сказал: «Давай хор тоже организуем». Пришла идея: почему бы не набрать хор из тех людей, которые уже поют духовные стихи? Я предложила людям, они согласились. Сейчас хор наш состоит из семи человек. Поем мы знаменный распев, это было и батюшкино пожелание, и я люблю этот древнерусский распев.

Никто у нас не обладает музыкальным образованием, и я подумала: «Зачем учить ноты? Начнем сразу с крюков». Мы выучили крюки, хотя бы какой-то минимум, который помогает проходить материал. Мы поем литургию, выступаем на концертах. Принимали участие в фестивале «Истоки» в Александро-Невской лавре, выступали в Гатчине при Покровском соборе. Уже лет семь, наверное, мы поем. Конечно, для людей непоющих это был тяжелый и длинный путь. Сейчас, считаю, у нас вполне приличный уровень хора.

Светлана Ермилова и Стелла Грачева, участники любительского хора:

– У меня вообще не было ни слуха, ни голоса. Мне было очень страшно начинать петь, потому что никаких данных не было. Но Любовь Борисовна настолько филигранно со всеми работает, чувствует нюансы! Я как тренер вижу ее методику, стараюсь выполнять все ее задания и потихонечку начинаю петь. Порой стоишь и думаешь: «Неужели я пою на клиросе?» Я мечтала об этом, но даже подумать не могла, что вдруг окажусь на клиросе.

– В отличие от моих коллег и нашего руководителя я местный житель. К сожалению, я не родилась в Тосно, но в достаточно раннем возрасте приехала сюда с родителями. С пяти лет я здесь росла, училась, вышла замуж. Здесь, в этом храме, я получала благословение на брак, здесь крестила ребенка, здесь отпевали моих родителей. Здесь я, кстати, крестилась сама в сознательном возрасте, когда мне было 18 лет. Раньше я периодически заходила в храм в праздники, на Пасху, чтобы куличи освятить, на Крещение, но как-то все время проходила мимо литургии. Ставила свечи и всё. Но в определенный период жизни я оказалась в достаточно сложной ситуации. Вопросов было слишком много, и я не могла получить на них ответы. Но во всем Промысл Божий. Мне сказал мой знакомый о том, что у нас на приходе появился замечательный батюшка отец Сергий. Он предложил с ним познакомиться, чтобы найти ответы на свои вопросы и получить какие-то перемены в жизни.

Я пришла в храм. Начала с исповеди, прошла свой путь, который занял определенное время. Однажды, проходя по храмовой территории, батюшка меня спросил: «Что ты такая грустная идешь? У нас хор есть, иди послушай». Я пришла и попала в заботливые руки нашего регента. Сегодня это то, чем мы живем. И мы радуемся тому, что мы здесь. Хотелось бы, чтобы такая возможность у нас сохранялась и впредь.

Александр Ермилов, участник любительского хора:

– У любительского хора есть одно большое преимущество: мы – не профессионалы, гордиться нам, в общем-то, нечем. Поэтому можно спокойно учиться и знать, что ты всегда где-то внизу. Результат немножко растет, но нам всегда есть к чему стремиться.

Мы прекрасно понимаем, в каком положении находится сейчас наша страна. Вся история России связана с православием, наш народ на этом воспитан с самых древних времен. И знаменное пение – это наши истоки. Поэтому полезно к этому приобщиться. Мы надеемся, что вносим через знаменное пение какой-то небольшой вклад в то, чтобы наш народ вспомнил и православие, и наши исторические корни.

Трудно поверить, что у небольшого храма, помещения которого совсем невелики, нашлось место даже для музея.

Олег Вениаминович Зимин, военный историк:

– Я представляю здесь интересы военно-исторического клуба «Тигода-47», в котором местные ребята, в основном участники боевых действий в Афганистане, Чечне. Сейчас это военные пенсионеры МВД. В свободное от работы время они занимаются поиском солдат, которые здесь погибли во время Великой Отечественной войны. До сих пор наши леса таят в себе много тайн.

Наш музей – это, конечно, не выставочный зал, но здесь все пропитано той войной, которая была 80 лет назад. На стендах можно увидеть не только военную полевую форму, но и форму МВД. Это форма ребят из спецназа, ОМОНа, которые защищали порядок в кавказских республиках.

Музей – это не склад старых вещей, как думают некоторые. Это место, где история живет в предметах и служит в том числе воспитательным моментом для подрастающего поколения. Дети бывают в этом музее регулярно. Знакомясь с историями героев Великой Отечественной войны из родного Тосно, они учатся любить свою малую родину.

Олег Вениаминович Зимин:

– Я как военный историк рассказываю им исторические моменты. Я плотно работаю с архивом. По вторникам выезжаю в архив Военно-морского флота, который находится в Гатчине. Там много интересного материала можно найти именно про наши места, про здешних героев. Если «Поисковое движение России» занимается увековечиванием памяти погибших, то я занимаюсь немножко другим – увековечиванием памяти героев. Почему про них забыли? Почему люди, которые совершили подвиги, никак не обозначены? Это очень важно.

Все материалы, которые я нахожу, выходят на страницах местных газет, я хожу в школы, беседую с детьми. Дети слушают про реальные подвиги, видят реальные предметы. Сейчас это все в открытом доступе. Министерство обороны провело очень большую работу, оцифровав все документы. На сайтах «Подвиг народа», «Память народа» вся информация выставлена, можно увидеть наградные листы, журналы боевых действий. Реальные подвиги, которые совершились на нашей земле, надо знать. Как освободили Тосно, как защищали Ленинград под Колпино? Ведь если кого спросить, никто ничего не знает. Конечно, сначала все было засекречено. Но сейчас все есть. Министерство обороны действительно проделало огромную работу, они молодцы. Я два раза был в Центральном архиве Министерства обороны в Подольске, и то, что я видел там и вижу сейчас в Интернете, – это практически одно и то же.

Сейчас я изучаю информацию об Усть-Тосненском десанте, событиях августа 1942 года. Я специально посещал Военно-морской музей, но там поверхностно обо всем, а об этом ничего нет. А это конкретное место. Здесь была жесткая ситуация и в 1941 году, я тоже сейчас изучаю материалы, и не все так однозначно. Немцы здесь не шли как по свободной территории, здесь стояли заслоны. На этом месте 27 августа 1941 года майор Подлуцкий семь часов сдерживал наступление немецких танков. Он был представлен к званию Героя Советского Союза. Я думал, как же он мог держать немецкие танки? Где же была немецкая авиация? Нашел наградные листы: Николай Федорович Кузнецов, Герой Советского Союза, летчик, получил за Тосно в это время орден Красной Звезды. Он был начальником Центра подготовки космонавтов; у него Гагарин был в заместителях. Кто об этом здесь знает? Вот я об этом как раз и рассказываю. И дети относятся к этому положительно, им это интересно. Когда есть конкретная фамилия и конкретный подвиг, это всегда интересно, это завораживает.

Есть история про девушку, ей было 20 лет, она три дня провоевала, но вошла в историю. Про нее Николай Тихонов написал целый рассказ. Недавно ее именем увековечили улицу в Колпино. Об этом тоже нужно рассказывать; она совершила подвиг.

Когда я обо всем этом рассказываю, приношу из музея вещи и показываю их, я не вижу, чтобы кто-то скучал. Для наших детей это интересно и важно.

Вместе учиться и трудиться, расти рядом с думающими и внимательными взрослыми, не только слышать о вере, но и видеть ее добрые плоды... Нашу съемочную группу приняли как дома: накормили, обогрели, одарили.

Дети из школы труда и творчества дарят самолет:

– Мы хотим подарить Вам этот самолет.

– Спасибо большое! Кто его делал?

– Я.

– Долго?

– Два-три занятия.

– Это сложно?

– Если научиться, то нет.

– Интересно?

– Да.

– Спасибо большое! Благодарю вас, ребята!

Воспитание примером не только лучше, но единственно эффективно. Мы, родители, об этом слышим и ищем место, где у наших детей, помимо семьи, будет здоровое окружение. Храм в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в Тосно – именно такое место.

Священник Сергий Рысев:

– Ребята здесь не только учатся работать, но и видят нормальных людей. У нас в хоре поет олимпийский чемпион, в алтаре алтарничает действующий подполковник спецназа, один из преподавателей – врач. То есть для детей создана среда здорового, взрослого коллектива. Они в этой атмосфере находятся, учатся и видят к себе совсем другое отношение.

Одна из главных задач – показать красоту православия. Все возрасты прекрасны: детство, отрочество, юность, зрелый возраст, старческий. И все находят свое место в храме. Храм – это семья; мы друг друга называем братьями и сестрами и относимся друг к другу как родственники. Маленький ребенок попадает в среду родственников, он растет среди здорового, хорошего климата, где есть не только священник и старушки, но и офицер спецназа, и олимпийский чемпион, и юрист, и врач, и простой рабочий, и домохозяйка, и многодетная мать. И все неравнодушны.

Преодолеть равнодушие – это, мне кажется, сейчас самое главное, даже в православной среде. Мы все как-то зациклены на самих себе. Помочь ребенку увидеть мир неравнодушных взрослых – это очень важно. Надеемся, дети вырастут и тоже будут неравнодушными членами общества, защитниками Отечества в том числе...

Учить неравнодушию можно только тогда, когда сердцем горяч. Тогда вопрос, как взрастить в ребенке веру, находит простой ответ: поделиться своей, от сердца к сердцу.

Автор и ведущая программы Марина Ланская

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Четверг, 09 февраля: 00:30
  • Пятница, 10 февраля: 05:30
  • Суббота, 11 февраля: 08:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать