Родное слово. Священник Александр Сахненко отвечает на вопросы

– Совсем недавно в Новосибирске проходил семинар для социальных работников приходов о том, как вести себя и как работать с людьми с ограниченными возможностями. Объясняли, как встретить, проводить, что рассказать, чтобы человек мог участвовать в богослужении и церковных таинствах. Наверное, эти знания полезны и для тех, кто только начинает свой путь к храму, да и вообще, пожалуй, всем.

Как вести себя в храме?

– Как и в любом общественном месте, есть люди, которые почему-то считают, что храм – настолько особенное сакральное место, что на него не действуют общечеловеческие порядки. Человек прекрасно понимает, что в театре нельзя, чтобы телефон внезапно заиграл во время выступления артиста или чтобы человек громко начал разговаривать во время показа спектакля. Это считается дурным тоном. Но в храм мы заходим и забываем выключить телефон или начинаем громко спрашивать, где икона любимого святого. Допустим, на тот же спектакль опоздал или на какое-то мероприятие, спрашиваешь: «Могу ли я сейчас зайти?» Но у нас почему-то человек пришел на полчаса или час позже на богослужение и, как ледокол, движется к своему любимому подсвечнику, раздвигая в стороны молящихся.

Самые трогательные для меня моменты – когда идет служба Великого поста, люди стоят на коленях, зачастую преклоняют головы до земли, падая ниц перед самым важным событием этой службы: когда переносятся Дары, Тело и Кровь Христовы, в алтаре. И вот в этот момент аккуратненько их кто-нибудь перешагивает, потому что ему нужно поставить свечку на свой любимый подсвечник.

Сегодня мы поговорим о правилах. Есть замечательная книга Медведева В. В. «Баранкин, будь человеком!» Вот надо оставаться человеком всегда, даже когда мы идем в храм, быть внимательным к другим, вежливым и интеллигентным.

– Это от незнания: когда человек идет по головам и ставит свечки во время богослужения. Давайте начнем с самого начала. Что нужно сделать, пока еще не вошел в храм?

– Во-первых, нужно помнить, куда мы идем. Одно дело, если человек шел мимо храма, у него сердце запело, подсказало, что ему нужно зайти. И тогда не страшно, если он не так выглядит или у него много сумок. Возможно, действительно человек ходил по своим делам в магазин, закупался на месяц, а потом пришел в храм. И он стоит с этими сумками, шуршит, мешает, отвлекает внимание всех молящихся. То же касается и внешнего вида. Когда человек знает, что ему нужно идти на спектакль или на вечер классической музыки, наверняка внимательно отнесется к своему внешнему виду. Женщина будет долго выбирать платье, мужчина проверит, подходят ли его штаны со свадьбы к его замечательной фигуре. Если человек знает, куда идет, то логично и уместно подготовиться к этому.

Православные христиане стараются в храм приходить как на праздник. Если богослужение праздничное и если мы осознанно собираемся в храм, прежде всего нам нужно правильно одеться. Здесь нет какого-то специального требования, дресс-кода. Есть элементарные правила.

Летом мы часто так сильно страдаем от жары, что готовы совсем раздеться. Особенно это касается храмов. Нам это не так знакомо, поскольку мы находимся в Сибири. Но в храмы, расположенные рядом с популярными туристическими местами или водными источниками, люди приходят прямо в купальниках. Человек только что искупался и заходит в храм, не видя в этом ничего предосудительного. Однако вид обнаженного тела, наверное, не лучшее, что стоит демонстрировать в храме. Поэтому мы стараемся прикрыть все участки тела, даже те, что кажутся совершенно целомудренными: женщина прикрывает плечи, а мужчина не надевает шорты и майку с глубоким вырезом.

Если мы говорим о прохладном времени года, здесь действует правило, знакомое многим: мужчина снимает головной убор, а женщина, наоборот, старается голову покрыть. Это идет от древнего обычая, когда замужняя женщина покрывала голову в знак того, что находится под властью мужа. В волосах заключалась красота русской женщины. Недаром говорили: «Девица-краса, русая коса». И пока девушка была не замужем, она волосами показывала, что ждет своего любимого, суженого. Когда же она определяла свой статус, то, наоборот, покрывала голову.

Даже в советское время, несмотря на богоборческий период в жизни нашей Отчизны, женщины покрывали голову: если не шляпками, то косынками точно. Достаточно включить любой старый советский фильм и посмотреть, как выглядели женщины того времени. Это была определенная норма в церкви, сохраняющаяся по сей день.

Сейчас мы не требуем жесткого соблюдения этого. Понятно, если мы пришли в монастырь, где находятся одни монахи, нам необходимо соблюдать правила приличия. Если мы зашли в городской храм мимоходом, в середине дня, наверное, ничего страшного, если у женщины не будет платочка. Во многих храмах есть специально предлагаемые платочки и даже подобие юбок. Но, мне кажется, это не самое главное.

Главное, с какой душой и с каким сердцем пришел человек в храм. Можно одеваться очень правильно и очень красиво, но при этом испытывать внутреннее раздражение или иметь желание получить от Господа всего много, не делая самому ничего. А можно выглядеть абсолютно просто и естественно, но при этом понимать, куда и зачем ты пришел.

Поэтому христиане стараются идти в храм целенаправленно. Видя храм, они видят прежде всего крест на куполе, который являет торжество христианской веры всем вокруг. И даже если мы не идем в храм, а проезжаем мимо, есть замечательная добрая традиция перекреститься. Едем ли мы в общественном транспорте, проходим ли пешком, мы останавливаемся, крестимся на крест, кратко молимся Господу и идем дальше по своим делам.

Нам это сделать не так сложно, гораздо тяжелее жителям Москвы и Санкт-Петербурга, где им пришлось бы это делать чуть ли не каждые полминуты, потому что на одной улице бывает очень много храмов. У нас храмов не так много, поэтому ничего страшного, если человек чуть-чуть отвлечется. Если он, конечно, не водитель и не должен в это время держать руль, тогда крестное знамение можно совершить и про себя, внутренне обращаясь к Господу с молитвой.

Когда мы идем в храм, то перед воротами, ведущими в храм, совершаем крестное знамение. Перед входом расположена икона, перед которой мы также совершаем крестное знамение с поклоном.

В специальных книжках подробно прописано, сколько раз и с какой молитвой мы совершаем обряды. Это замечательно, но не стоит относиться к этому слишком строго. Если вдруг вы забыли, какую молитву нужно читать или сколько раз кланяться, делайте так, как подскажет вам душа. Никто не должен делать вам грубое замечание по этому поводу.

Когда мы вошли внутрь храма, мы также совершаем крестное знамение, взирая на иконы, на Святая святых – алтарь, на священные изображения и росписи в храме.

– Батюшка, как устроен храм? Существуют ли женская и мужская половины? Где можно стоять, а где нельзя?

– Ваш вопрос абсолютно закономерен. Многие люди считают, что самое главное действо происходит в середине храма. Им нужен доступ к подсвечникам, и все остальные места воспринимаются как различные дополнения… Человек, который часто посещает церковь, понимает, что главное в храме не просто наличие икон, а факт соборной молитвы.

Храм называют церковью, потому что Церковь – это собрание верующих, ответивших на Божественный призыв Христа. Это люди, которые собираются для того, чтобы вместе совершать богослужение. Помолиться перед иконами и поставить свечу можно и дома.

Для типичного современного человека, далекого от Церкви, главное священнодействие совершается у подсвечника. Он специально выбирает время, чтобы никто ему не мешал. Приходит в два часа дня в понедельник и очень удивлен, что тут какая-то генеральная уборка и ему мешают пройти к подсвечнику. Он считает, что все должны отойти, потому что он идет ставить самую большую свечу.

– Так ведь бывает.

– Бывает, но это не значит, что так должно быть. У нас есть люди, которые неправильно используют вещи, но мы же из-за этого их не переименовываем. У нас есть люди, которые пренебрегают элементарными правилами и нормами этикета. Мы не переписываем нормы этикета из-за них.

Наша задача – рассказывать людям о том, что их восприятие не является абсолютно окончательным и единственно верным. То, что ты поставил свечку Богу, – это замечательно. Но церковь не для этого нужна. Церковь – это место для собрания верующих, а следовательно, ценно должно быть не то время, когда все ушли, а то время, когда все пришли. И для чего же они все вместе собрались? Они собрались для того, чтобы вместе славить своего Бога, вместе обращаться с молитвой к своему Создателю, Творцу.

Это совершается по определенному чинопоследованию. Мы знаем, что богослужения совершают священнослужители; следовательно, наши глаза направлены в их сторону. Они находятся в главной части храма, которая называется алтарем (от лат. alta и ara – возвышенный жертвенник), это восточная, главная часть храма. Известно, что это место возвышено на одну, две, три, а порой даже десять ступенек. Мы, как на сцене, видим все, что происходит.

Это место отделено от нас специальным иконостасом (от греч. eikōn – образ, изображение; и stasis – место стояния) – перегородкой с рядами икон, отделяющей алтарь от основной части православного храма. Он далеко не всегда присутствовал в наших храмах.

Если мы посмотрим на католические храмы, то увидим, что точно такой же алтарь находится у них без всякой преграды. В Древней Церкви действительно было так, но со временем, и мы это видим по греческим церквям, стали появляться алтарные преграды. Сначала просто как преграждение, а затем оно стало возвышаться с иконами в один ряд, в два ряда. На Руси всегда было стремление довести все до совершенства, такой природный максимализм.

В храмах на Севере встречается до пяти, шести, семи рядов иконостасов, которые наглухо закрывают алтарь, отчего возникает ощущение, что священники там чем-то своим занимаются, а мы стоим и слушаем пение хора. На самом деле такого разрыва быть не должно.

Всем тем, кто плохо разбирается в богослужении, мой искренний совет – не ждать, пока это знание обухом ударит по голове, а стремиться самим узнать о том, как устроена служба, разобраться с трудными церковнославянскими словами. Сейчас много информации есть в Интернете: в виде просто выложенной информации на сайтах, в виде определенных курсов, которые проходят в любой епархии или на многих приходах.

Необходимо, чтобы у человека было желание заниматься тем, чем он вынужден заниматься. У нас очень много людей приходят в храм вынужденно, они знают, что в субботу и воскресенье надо стоять на службе, но при этом не понимают, что происходит.

«Паки, паки, иже херувимы» – это высмеивали еще в советском кино, потому что эти слова обывателю непонятны. Да и не каждого церковного человека, прижав к стене, можно пытать вопросом, что значит «Премудрость, прости». Он скажет: «Прощение просим у премудрости, мы перед ней согрешили, теперь просим прощения». «Очи мои выну ко Господу» – это не значит «вытащить глаза и Богу отдать».

Если открыть церковнославянский словарь, выясняется, что «выну» означает «всегда». Речь идет о том, что «очи мои всегда направлены к Богу», «моя память всегда к Нему стремится».

Никто не просит прощения у премудрости. «Прости» – это греческое слово, которое можно сопоставить, например, с армейской командой «равняйсь». «Прости» означает «ровно», «прямо». У нас тоже в русском языке есть такое, мы говорим: «говори мне прямо», «скажи прямо». Это подразумевает «правду», «правильно», «ровно», то есть «без кривотолков».

Подмечая такие элементарные вещи, можно стать очень активным и осознанным участником богослужения. А если ждать, что все случится само по себе, то и 20 лет ходя в храм, можно ничего не разобрать.

Ведь не всякий хор поет четко, не всякий чтец читает доступно, многие слова нам непонятны, кто-то торопится. И человек приходит, слушает всю эту кашу, абсолютно не понимает, зачем это ему нужно, и думает: «Сейчас они все уйдут, и я наконец-то совершу главное свое действие, ради которого пришел. Я поставлю большую свечу». Но Бог свечами не питается. Ему дорого и ценно не то, что мы свечу поставили, а то, что мы пришли и помолились Ему.

Наша молитва скудна. Мы зачастую не знаем, что сказать. Что же сказать? Пожаловаться? Бог и так видит все наши трудности. Порадоваться и поблагодарить? Это мы вообще не умеем. Попросить? Наверное, попросить. И вот это превращается в какое-то магическое действие: я воткнул свечку, помахал – то ли комаров отогнал, то ли крестное знамение на себя наложил – и сказал: «Хочу жену, машину, квартиру». И ушел счастливый, как будто что-то в жизни поменялось. Это так не работает.

В любви всегда важна жертва. И мы, приходя в церковь, тоже выражаем свою жертву Богу: стоим на ногах, стараемся потратить время на это богослужение, стараемся свое сознание посвятить тому, что сейчас думаем о Боге. И это, конечно, очень тяжело.

– Батюшка, Вы начали говорить про алтарь, но не сказали, что там происходит на самом деле, что происходит за закрытыми вратами?

– Человек, который недавно пришел в храм, очень смущается, когда видит, что двери в алтарь то открываются, то закрываются, иногда еще и шторка двигается в разные стороны. Как мне недавно сказал один человек: «Наверное, проветривают». Нет, это специальное чинопоследование, но для глубокого понимания нам пока с вами это не нужно.

В алтаре есть свои определенные предметы, которые ценны и значимы для православных христиан, и главный из них – престол. Это особый четырехугольный стол, который освящается определенным образом и служит местом для совершения таинства Евхаристии.

Когда-то в древности в катакомбах людям нужно было где-то расположить чашу с тарелкой для хлеба, и этим местом становилась могильная плита. Сначала это была любая плита, а затем – плита христианских мучеников.

После того как христиане вышли из катакомб и начали строить полноценные храмы, эта традиция сохранилась. Так возникла традиция, которая до сих пор существует в Церкви, – совершать Евхаристию на мощах мучеников.

Поэтому в каждом храме есть престол, в который вложена частица мощей. Если частица мощей не вложена в престол, то она вложена в антиминс – специальный плат, на котором изображено положение Христа во гробе и в который вшита частица мощей мученика. На антиминсе совершается таинство Евхаристии.

Престол почему так называется? Мы же престолом обычно называем трон, на котором символически восседает Спаситель. Да, для нас символически на нем и восседает Спаситель. Для Русской Православной Церкви святость этого места особенна. К престолу не просто почтительно относятся, его благоговейно кадят, его целуют священнослужители.

– Что такое каждение? Для чего оно совершается? В разные моменты священнослужители выходят к людям и к иконам. Что это символизирует?

– Каждение – это одно из священнодействий, которое направлено одновременно и на наши внешние чувства, и на наше внутреннее состояние. Вы наверняка знаете, и мы уже говорили об этом, что в церкви осуществляется такое специальное воздействие на все органы чувств человека. То есть человек полностью погружается в новую атмосферу: он слышит чудесные песнопения и благоговейное чтение, он вкушает вкус просфоры или, например, церковного вина, осязает прохладу, например, пола или деревянную икону.

Обоняние – это один из важнейших органов чувств. Наверняка люди замечали: когда заходишь в храм, там пахнет по-другому. Там пахнет ладаном – это специально приготовленная смола деревьев с добавлением определенных благовоний, которая очень просто используется. Это уголь, который кладется в кадильную чашу. На этот уголь кладут кусочек ладана (смолы), он под действием температуры начинает растекаться, плавиться и источать определенный запах вместе с дымом. Этот дым и запах вместе образуют фимиам. Он и является главной целью. Дым будет устремляться кверху, напоминая верующим о том, что наша молитва тоже должна возноситься к небу.

Несмотря на практическое значение каждения, а именно создание определенного запаха, мы настраиваем свое обоняние на правильную волну. У Бога должно быть все красиво и замечательно.

Особенно это было актуально, наверное, в период гонений в катакомбах, где не пахло тростниками и лилиями. Прежде чем начать моление, людям нужно было избавиться от внешнего раздражающего запаха, который присутствовал там практически всегда.

Наша задача не просто избежать какого-либо запаха, наша задача – специально его добыть для того, чтобы заставить человека переключиться со своей бытовой и сиюминутной проблемы на нечто высокое… 

– В отдельных храмах поет мужской хор, где-то – женский, а где-то поет смешанный хор. Имеет ли это какое-то значение?

– Нет, это не имеет абсолютно никакого значения. В Древней Церкви были определенные правила, например, антифонное пение, когда пели два хора попеременно. Или в нашей Церкви сохранилась традиция именовать правый и левый клиросы, которые тоже отличаются друг от друга – первый был правый, а левый – чуть попроще, послабее. Но редкий храм сейчас, возможно, кроме значимых кафедральных соборов, может располагать многочисленными людьми, которые будут готовы осуществлять свое служение Церкви в виде песенного исполнения молитвословий.

Поэтому, как правило, это один, максимум два коллектива. И это замечательно и здорово, когда у кого-то мужской хор поет, а у других поет смешанный хор, очень красивый, а там знаменное пение, а там поют детки на службе, а там прихожане поют на службе, а там клирос, но только из верующих людей. Это замечательная особенность, которая позволяет человеку в том числе выбирать храм по душе.

– Подпевать хору – это нормально или недопустимо?

– Все зависит от местной практики. В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Если мы знаем, что в этом храме принято народное пение и профессиональные певчие порой не составляют особого костяка, а расположены по всему храму и просто задают темп и ритм, то любой человек может подпеть. А если это отдельный коллектив, который специально готовился, несколько месяцев разучивал сложное произведение, а мы начнем подпевать, то рискуем расстроить регента тем, что сбиваем его певчих и рядом стоящих людей, которые, возможно, не готовы слышать наше «прекрасное» пение.

Поэтому в некоторых храмах можно встретить даже такие объявления, что подпевать хору не благословляется. Нужно все узнавать в том месте, которое вы посещаете для своей регулярной молитвы.

– Тем не менее есть некоторые моменты, когда все поют.

– Традиционно это исполнение песнопения «Отче наш», Господней молитвы и Символа веры. Во многих храмах по-разному. Традиционным также считается на всенощном бдении воскресная песнь, когда священник или диакон стоит с Евангелием, а мы поем «Воскресение Христово видевше» и различные песнопения, такие как «Взбранной Воеводе» или «Сподоби, Господи». Практика отличается в разных храмах.

– Что делать, когда не знаешь, на кого ориентироваться?

– Точно не на соседа. У нас есть такая поговорка: «Одна бабушка сказала…» И мы почему-то этой случайной бабушке верим с таким авторитетом, как порой даже верующий человек не верит авторитету святых отцов или Священному Писанию. Мы с придыханием говорим: «Нам бабушка в церкви сказала». Но эта бабушка ничем не может отличаться от вас. Возможно, она тоже сама первый или второй день пришла в церковь и решила искренне поделиться с вами тем, чего и сама не имеет.

Но и священника каждый раз для этого отвлекать не нужно. В разных храмах существуют различные способы донесения информации. Например, информационные стенды с листовками или газетами, где все подробно рассказывается. Во многих храмах есть дежурный или приходской консультант, который с радостью расскажет вам о том, где какая икона расположена в храме, как правильно подготовиться к исповеди или к причастию.

В храмах проводятся занятия воскресной школы для взрослых или встречи со священниками. В конце концов, сейчас в мире современных технологий практически у каждой церкви, у каждого храма есть свой интернет-портал и свои страницы в социальных сетях.

В крайнем случае можно подойти к любому сотруднику храма и спросить о чем-то. И я уверен, вам с радостью подскажут.

– Если во время богослужения ты смотришь, что кто-то встал на колени, кто-то крестится, а ты не знаешь, что делать, в такой момент на кого ориентироваться?

– Традиционно лучше поступать так, как делает большинство людей. Наверняка это какая-то местная традиция или практика, которой придерживается вся община, а возможно, меньшинство просто об этом не знает.

Сделав так один раз, желательно потом, после богослужения или дома, не забыть уяснить для себя, что же именно ты сделал, почему в этот момент встал на колени, зачем отошел от своей любимой иконы и для чего тебе сказали срочно перейти на другую сторону...

Можно обратиться даже к тому же самому человеку, кто об этом попросил, но обязательно нужно это делать с любовью, лаской, добротой. Мы часто забываем о том, что находимся в церкви, и люди ведут себя так, как обычно ведут себя в миру, не проявляя особой любвеобильности, быстро, грубо отвечают на вопросы. Они очень раздражаются, что их отвлекают от молитвы.

Поэтому в самом храме во время богослужения такие вопросы задавать не стоит. Лучше давайте обсуждать их на наших с вами передачах и в свободное время.

Ведущая Инесса Титова