«Родное слово» (Новосибирск). На вопросы отвечает протоиерей Андрей Фёдоров

17 июня 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
 – После праздника Святой Троицы, дня рождения Церкви, начинается новый круглогодичный отсчет, пойдут новые недели, и только первые две носят название. Завтра Церковь вспоминает всех святых. Наверное, это не случайно, что после дня сошествия Святого Духа на апостолов Церковь чтит всех угодников?

– Конечно, потому что это плоды действия Святого Духа в мире. И, как мы видим, проповедь охватила территории практически всего тогдашнего культурного мира. Например, на территории Индии, Малайского архипелага до сих пор живут племена, которых не отличишь по внешнему виду. Они туземцы местные, и только тогда, когда они начинают молиться и спрашиваешь их о вере, оказывается, они считают себя не только христианами, но помнят, что их почти 2000 лет тому назад просветил святой апостол Фома. Так что мы видим, что и в Азии, и в Африке, и в Европе (то есть практически во всех границах известного тогда европейцам мира) прозвучала апостольская проповедь. Самое главное, что результатом этой проповеди было изменение мира, но не столько внешнего, сколько внутреннего мира людей. Сейчас мы живем в так называемом постхристианском мире, когда Европа и Америка говорят о том, что мы уже изжили христианские ценности, но на самом деле, когда апеллируют к каким-то идеалам или преподносят нам какие-то идеалы, говоря о нашем несоответствии этим идеалам, то в первую очередь это идеалы именно христианской жизни. Христианские представления о том, как должно человеку жить. Поэтому мы празднуем память всех святых, от века Богу угодивших, так как это не только теоретическое представление о том, как нужно жить, это практическая реализация Христовых заповедей.

– От рождения святыми, наверное, мало кто становится, хотя и такие примеры тоже есть. Святость – это дар приобретенный или данный Богом? Как люди, жившие и живущие на земле, становятся святыми?

–  Мы можем вспомнить житие святого Николая, который еще в купели во время крещения, будучи младенцем, несколько дней (неделей или месяцев) от роду, простоял несколько часов. Но я думаю, что смысл здесь не столько в том, когда, в какое время обратился человек к Богу – с детства  или в последние годы своей жизни. Мы знаем, например, что время не только подвластно Богу, а распределяется самым интересным образом для нас, людей. Один русский человек в возрасте уже 60 лет поехал на Афон умирать (это было относительно недавно), но получилось так, что он не только стал игуменом Русского Пантелеимонова монастыря, а самое долгое время за всю историю этого монастыря (больше 40 лет) был игуменом. Поэтому когда, в какое время нас призывает Бог, это большого значения не имеет. Тем более мы знаем притчу о работниках, которых призывал Господь, и те, что с самого утра работали, и те, что пришли уже поздним вечером, – все получили равную плату. А принципиальное отличие святых от окружающих их людей, я думаю, можно понять, если ответить на вопрос, чем дураки отличаются от умных; соответственно, умные от дураков.

– Дураки думают, что они умные?

– Да, кто-то думает, что умом отличается или еще чем-то. Парадоксально отличаются только в одном пункте: дурак себя считает умным, а умный человек себя считает дураком – вот такое отличие между святыми и грешниками. Ошибаются все, нет человека, который бы не ошибался, без греха только один Господь наш Иисус Христос. А святой человек просто видит, замечает свои ошибки, поэтому может их исправить. Но, с другой стороны, у святого человека нет чувства превозношения над ближними, пренебрежения ближними, потому что он реально чувствует цену своей ошибки. И это не просто какая-то красивая поза, или (как можно сказать) своеобразное лицемерие, или еще что-то, когда святой человек говорит: «я грешник». Нет, это реальное чувство опасности, которое несет с собой грех. И понять это несложно.

Если мы, например, на полу нарисуем линию, то любой человек по этой линии пройдет, и даже если с нее свернет, практически не почувствует никакой разницы. Но попробуйте эту линию поднять хотя бы на несколько сантиметров, на полметра, на метр – далеко не каждый человек по ней пройдет, а если мы такую струну протянем где-нибудь на высоте – то просто единицы. И святые, находясь на этой линии соблюдения заповедей, хранения закона Божия, находясь на такой высоте, чувствуют реальную цену ошибки: чуть-чуть потеряешь равновесие – можешь лишиться жизни. И мы, к сожалению, утрачиваем это чувство совести, боли, только, может быть, если вспоминаем какие-то моменты нашей детской жизни, еще искренней, непосредственной, когда мы совершали первые ошибки, нам было ужасно стыдно, когда мы в первый раз сказали неправду или когда взяли что-то чужое без спросу… Если нас на этом ловили, указывали нам на это, нам было так стыдно, что не хотелось даже жить.

Это как раз и значит, что грех и жизнь несовместимы, даже сам человек не хочет жить в греховном состоянии. А святые совершенно реально чувствуют, что грех – это смерть, а праведность – исправление ошибок. Быть с Богом – это жизнь. Они не хотят умирать, они хотят жить, поэтому и видят свои ошибки. А мы, к сожалению, живем так, что, даже совершая тяжелые грехи, легко себя извиняем, прощаем, смотрим вокруг и говорим: «А я что? А я не хуже других. Какие у меня грехи? Все так живут, и я так живу – ничего особенного нет». Поэтому можно сказать, что это такая первая дьявольская уловка, с которой сталкивается человек, когда задумывается о смысле, цели своей жизни, Боге, хочет обрести веру. Первая дьявольская уловка заключается в этом: «Для чего мне? Что изменится в моей жизни? Ведь ничего не нужно менять, я, в принципе, неплохой человек – чужого не беру, никого не обманываю, стараюсь жить более-менее по совести. В чем мне каяться?» А ведь в чем апостольская проповедь? И Иоанн Креститель, и Сам Спаситель, и апостол Петр вышли на проповедь со словами: Покайтесь, приблизилось Царство НебесноеА мы недоумеваем: в чем нам каяться? Это дьявольская уловка, которая заключается в том, чтобы человек не видел своих грехов, ошибок и не думал, что ему нужно исправиться.

Если мы об этом заговорили, можно сказать и о второй дьявольской уловке нашим дорогим телезрителям. Когда мы все-таки делаем шаг по направлению к Богу и признаем свое несовершенство, начинаем интересоваться, как же тогда правильно жить, дьявол нас толкает в другую крайность – в противоположность: мы тогда вдруг обнаруживаем, что все грешно. Чем бы мы ни занимались – все грешно. Вздохнул – грешно, не вздохнул – грешно, промолчал – плохо, сказал – еще хуже… Что бы ни делал, оказывается, все делаем не так. И от этого человека тогда, с одной стороны, охватывает отчаяние: как же можно измениться, если все не так, куда ни сунешься – все никуда не годится. А цель этих уловок одна и та же: чтобы человек махнул рукой и сказал –  «пусть все будет по-прежнему». И каяться не нужно, потому что вроде бы я неплохой человек, а если мне все-таки есть в чем каяться, так этого так много, что все равно уже невозможно, – буду жить, как жил прежде.

Поэтому очень важно находить что-то среднее. Как говорят умные люди, царский путь для того, чтобы видеть свои ошибки и не отчаиваться, и в этом как раз и помощь Божия, и осознание своего места в мире, и (самое главное) осознание смысла подвига Господа Иисуса Христа, Который взошел на Крест и искупил наши грехи. Мы знаем, что какие бы мы ни совершали ошибки, они уже искуплены Богом, и нам поэтому нужно раскаяние (то есть  признание этих ошибок и помощь Божия – исправление ошибок). Господь для того, чтобы мы могли это сделать, уже все совершил – и пострадал, и воскрес, и вознесся.

– Все святые, наверное, в равной степени (может, кто-то больше, кто-то меньше) угодили Богу, но мы знаем различия между святыми. Есть святые великомученики, мученики, преподобные, равноапостольные… Чем отличается их жизненный подвиг?

– С одной стороны, это отражает эпохи церковной жизни, церковной истории, когда, можно сказать, был востребован тот или другой подвиг. Потому что мы говорим, что христианство разрушило Римскую империю, но мы не знаем ни одной войны, ни одного сражения, когда христиане бы боролись и побеждали язычников. Языческий мир рухнул изнутри, то есть христианство для людей иной жизни явилось примером стойкости, верности и любви такой, что даже смерть не могла разлучить христиан с Богом. Поэтому мученический подвиг – это тот подвиг, то христианское призвание, которое было в первые века, чтобы христиане подвигом своей жизни, своей смерти могли явить язычникам свою любовь к Богу. И настолько это было явно, что когда христиан мучили публично в церквах, на площадях, многие люди, наблюдая эти мучения, становились христианами. Даже сами палачи, которые казнили христиан, в какой-то момент откладывали орудия пыток и говорили: «Мы не можем мучить этих людей, смотреть на их мучения. Лучше к ним примкнем. Мы тоже хотим быть христианами».

Через мученический подвиг происходила апостольская проповедь, распространение христианства. Один из древних богословов Тертуллиан говорил: «Кровь мучеников – семя христианства».

Когда закончились гонения, христиане понимали, что жить без креста невозможно. Некоторые принимали на себя подвиги, соразмерные мученическим, но не от людей, а от страстей, которые мешали им стать наследниками Царствия Небесного. Наступила эпоха преподобных, пустынников, людей, которые принимали монашество, основывали монастыри. Таким преподобническим подвигом они прославляли Бога.

Священническое служение всегда было очень сложным, ответственным: человек отвечал не только за свою душу, но и за души вверенных ему прихожан. Святительский подвиг – это подвиг тех людей, которые возглавляли церкви, приходы. Они сами были примером, как святой Николай, и благоустраивали христианскую жизнь вокруг себя.

Равноапостольное служение особое. Не всякий человек имеет таланты и предрасположенность к такому подвигу. Изучая жития равноапостольных, мы видим, что если человек готов откликнуться на голос Божий, то Бог из любого может сделать избранный сосуд Своей проповеди. Равноапостольными были цари, которые в своих царствах (империях) проповедовали христианство, сами принимали крещение, подавая пример подданным. Это царь Константин и царица Елена, князь Владимир и княгиня Ольга, множество европейских государей.

Равноапостольными были и простые монахи. Мы чтим святых Кирилла и Мефодия, которые начинали с желания монашеского подвига спасения своей души, а потом оказались способны просвещать множество стран.

Святая равноапостольная Нина, которой в детстве явились Господь и Божия Матерь, просветила Грузию. Крест, оставшийся у нее после видения, до сих пор хранится в Сионском храме в Тбилиси. Он немного погнулся со временем, потому что сделан из виноградной лозы.

Когда мы исповедуем свою веру в Церковь, понимаем, что веруем не в стены, не в купола (пусть даже и с крестами). Церковь – это Тело Христово. Символ веры нам говорит, что Церковь Единая Святая Соборная и Апостольская. Апостольская не только в том смысле, что ее основали апостолы, но и в том, что апостольская проповедь продолжается в Церкви до сих пор.

Если у нас нет дара слова, убеждения ближнего, у нас всегда может быть дар доброй христианской жизни, глядя на которую и другие люди захотят жить по-христиански.

– В эти дни мы вспоминаем всех святых, живших на земле. Кого из святых у нас в России почитают больше? Кто из них наиболее любим? Кого, хотя они не жили у нас, мы считаем своими родными, русскими, святыми?

– Через неделю после дня памяти всех святых совершается празднование собора Русских святых, в который входит множество святых, никогда не живших, не проповедовавших на Руси. Они находились в других странах и решали другие проблемы, у них были другие задачи.

В первую очередь это святой Николай. Его иногда называют «русским богом». Святителя Николая знают во всех странах, в которых побывали русские люди.

Один из старейших священнослужителей нашей епархии митрофорный протоиерей Павел Патрин рассказывал о Китае. В северных китайских провинциях, где пролегала КВЖД (Китайско-Восточная железная дорога), на станциях были или часовни, или, по крайней мере, иконы святителя Николая. Множество китайцев молились так: «Бога на вокзала, помоги нам!»

Были разные случаи. Например, человек заблудился или тонул в озере (или еще какие-то были напасти). Вдруг появлялся старичок, который вытаскивал человека из воды или выводил из леса или оказывал еще какую-то помощь. Когда потом китайца спрашивали, кто его спас,  он показывал на икону святителя Николая на вокзале и говорил: «Вот этот человек мне помог».

Святой Николай никогда не был на Руси. Он жил за много столетий до славян. Я думаю, что здесь вопрос не принадлежности по плоти, крови, географии или времени. Замечательный малороссийский (славянский) философ Григорий Сковорода говорил, что ничего нового быть не может, потому что все мысли, все идеи давным-давно уже высказаны. Ну а что же тогда мое? А мое – это то, что я люблю.

Независимо от того, кто, где, когда на эту тему говорил, если я это люблю, это мое: мой взгляд, моя жизнь, моя душа. Эти святые не жили на нашей земле, но мы знакомились с их подвигами, близко принимали к сердцу события их жизни. Поэтому, наверное, установилась такая связь между славянами, принявшими крещение, и мучениками, святителями, которые жили за много столетий до них.

Самые почитаемые в нашей стране святые – это Георгий Победоносец, изображение которого мы видим на гербе Москвы; великомученик и целитель Пантелеимон, которого многие русские воины считали своим покровителем (его изображение было на шлемах, оружии); Варвара, равноапостольная Елена, мученица Екатерина, Параскева (сколько на Руси храмов в честь Параскевы Пятницы!). Это древние святые, которых мы любим, жития которых нас вдохновляют, поэтому они входят в собор Русских святых.

Чтение житий святых всегда было любимо на Руси. Богослужебные книги (Евангелие, Библию) читали в храмах, а дома читали жития святых. Пусть это нас не удивляет: уровень грамотности в домонгольской Руси был очень высоким. В это время в средневековой Европе не каждый монарх владел грамотой: многие диктовали свои указы, у них были специальные писцы, чтецы. Монархи оставляли свои автографы в виде отпечатка пальца, закопченного на свечке и приложенного к грамоте.

Феномен новгородских берестяных грамот, которые мы находим (это еще домонгольское время), говорит о том, что на Руси были грамотными не только князья, воины, купцы, но и простые люди. Например, в одной грамоте крестьянка пишет своему мужу, который находится в поле: «Посылаю тебе крынку молока (или кваса), потому что жарко. Надеюсь, что это подкрепит твои силы». А на обратной стороне этой бересты крестьянин пишет слова благодарности: «Спасибо тебе за заботу. Меня это молочко весьма и весьма укрепило».

Благодаря высокому уровню грамотности русские люди были связаны с традицией святой жизни, знали жития древних святых и стремились им подражать. Их опыт и пример могут нам очень помочь: главное, пропитаться Святым Духом, Который двигал нашими любимыми героями – святыми – во все времена в сторону самопожертвования, самоограничения, а не реализации свободы, вседозволенности: «Попробовать, по крайней мере, можно все». Далеко не так! Иногда даже одна маленькая «проба» может разрушить жизнь не одного человека, а многих окружающих его людей.

– Спасибо Вам, отец Андрей, за интересный рассказ.

Ведущая Инесса Титова

Записала Светлана Волкова

Показать еще

Время эфира программы

  • Среда, 30 сентября: 05:30
  • Суббота, 03 октября: 09:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​