Православный взгляд. Беседа с митрополитом Томским и Асиновским Ростиславом

– Владыка, мы встречаемся в Светлую пасхальную седмицу, поэтому предлагаю поговорить о пасхальной радости.

– Праздник Пасхи, в отличие от многих других праздников, несет потенциал духовной радости, энергии и оптимизма. О чем еще поговорить в светлые дни, как не о пасхальных чувствах, в том числе и о чувстве радости, которое сопутствует этому празднику?

– Несколько лет назад, когда Пасха выпала на майские праздники и были выходные, мне очень хотелось посещать каждое пасхальное богослужение, чтобы испытать как можно больше пасхальной радости.

Четыре года назад мне довелось встретить Светлую пасхальную седмицу в Псково-Печерском монастыре. У меня было такое ощущение, что на каждую службу хотелось не то что идти, а ноги сами бежали на нее. Но сохранить это чувство на целый год не получается. Это вообще реально?

– Человеческое естество таково, что мы со временем привыкаем ко всему, а значит, все самое радостное, из ряда вон выходящее, становится повседневным.

Мне приходилось видеть людей, которые на постоянной основе живут возле великих святынь, древних монастырей, мест, освященных библейскими, евангельскими историями либо поразительными событиями нашей Церкви. Со временем люди, живущие возле этих мест, настолько к ним привыкают, что становятся к ним бесчувственными или равнодушными. В то время как люди, живущие далеко от них, иногда преодолевают тысячи километров, чтобы совершить туда паломничество. Таково человеческое естество. Оно нуждается в том, чтобы любые чувства, в том числе чувство пасхальной радости, переживали некое обновление.

Даже современная техника (компьютеры) после долговременной работы нуждается в перезагрузке. Также в перезагрузке нуждается и человеческое естество, человеческие чувства. Для того чтобы поддерживать огонек пасхальной радости, Церковь установила праздновать Светлое Христово Воскресение не раз в году, а раз в неделю.

Каждый седьмой день в течение года мы называем воскресным. В Древней Церкви этот день назывался днем Господним. В этот день мы вспоминаем Воскресение Христово.

В церковном контексте воспоминание не просто приведение на память того, что было, а некое вхождение в тайну священного события, соприкосновение с реальностью, которая осуществилась в день Светлого Христова Воскресения, в пасхальный светоносный день и ночь. Приобщившись к ней, человек приобщается к пасхальным чувствам, в том числе и к чувству пасхальной радости.

Раньше светильники были масляными. Они нуждались в том, чтобы в них постоянно подливали масло. Если его не подливать, после того как масло выгорит, светильник начинает угасать.

Так и наши чувства нуждаются в некоем обновлении. Поэтому Церковь установила раз в году совершать праздник Светлого Христова Воскресения. 

Некоторые праздники имеют предпразднства – подготовительные дни, когда человек настраивается на предстоящее событие. Например, это относится к празднику Рождества Христова или Крещения Господня.

Также есть дни попразднства – это когда день праздника прошел, но несколько дней мы продолжаем молитвенно чествовать события этого праздника, вспоминать его, совершать в храме особые богослужения, связанные с этим праздником. И только праздник Святой Пасхи имеет сорок дней попразднства – ради важности не столько этого дня для мировой истории, сколько ради важности его для каждого человека.

По учению Церкви, земная жизнь человека – это пролог перед вечным пребыванием его в ином мире, в ином бытии. Наше пребывание в загробном мире – это не что иное, как неперестающая Пасха. И поэтому здесь, на земле, Церковь готовит нас к Пасхе, которая никогда не перестает.

Для того чтобы пасхальные чувства всегда пребывали в нас, мы нуждаемся в их постоянном обновлении, почему праздник Пасхи и имеет дни попразднства в течение сорока дней, и каждый седьмой день мы снова и снова воспоминаем тайну Воскресения Христова.

Если бы мы ежедневно в течение целого года праздновали Пасху, будучи несовершенными, мы бы привыкли к этому празднику и тогда не смогли бы различать праздничное и будничное состояние. Говорят, что сытый голодному не товарищ. Понять ценность куска хлеба может человек, который знает, что такое голод.

Например, наши бабушки и дедушки, отцы и матери, люди старшего поколения, которые пережили Великую Отечественную войну и связанный с ней страшный голод, блокадный Ленинград, ценили каждую не то что корку хлеба, а каждую крошку хлеба. Когда они резали хлеб, то крошечки, которые оставались на хлебной доске, никогда не смахивали в ведро для мусора. Их всегда собирали в ладошку и съедали, понимая ценность каждой крошки этого хлеба.

Так мы понимаем всю глубину, важность и значимость тайны Воскресения Христова, если перед этим способны пережить Страстную седмицу. К Пасхе нужно прийти, нужно приготовиться. В течение года Церковь готовит нас к встрече с воскресшим Христом в светоносную ночь Воскресения Христова, проводя нас через Великий пост, когда мы заботимся об очищении души и совести, об обновлении естества, покаянии, молитве.

Потом наступает Страстная седмица. Невозможно пережить радость Воскресения Христова, не пройдя через Голгофу, не пройдя вместе с Христом через Гефсиманию. Поэтому Церковь установила особые периоды: с одной стороны, мы ликуем и торжествуем Святую Пасху, а с другой – переживаем дни Страстной седмицы, без которых Пасхи не может быть.

– Владыка, согласен, что человек привыкает ко всему самому светлому и доброму. Я читал житие Серафима Саровского, который приветствовал всех, кто к нему приходил, словами: «Радость моя, Христос воскресе!» Получается, этот человек сумел сохранить пасхальную радость в себе? Должны ли мы брать с него пример?

– Брать пример – что это значит? Просто копировать? Например, если человек обладает отменным здоровьем, а у нас его нет, что в этом случае значит брать с него пример? Это значит вести здоровый образ жизни: питаться здоровой пищей, заниматься спортом, избавиться от вредных привычек, не курить, не злоупотреблять алкоголем и так далее. За здоровьем стоит определенный труд.

Если мы прочитаем житие преподобного Серафима Саровского и, не заботясь о своей духовной жизни, начнем каждому говорить: «Христос воскресе, радость моя», – это будет фальшью, что не соответствует нашему внутреннему устроению.

Прежде чем Серафим Саровский стал носителем непрестанной пасхальной радости, этому предшествовал его долгий затвор, где он, удалившись от мира, приводил в порядок свою духовную жизнь. Этому предшествовало тысячедневное столпничество, когда он, взойдя на камень и склонив на нем колени, непрестанно взывал к Господу: «Боже, милостив буди мне, грешному! Боже, очисти мя, грешного, и помилуй мя!» Вот такой пасхальной радости предшествовал великий труд очищения и внутреннего духовного обновления.

Если же мы, не заботясь о приведении в порядок своей души, пораженные грехом и страстями, переполненные сквернами, наполненные ненавистью, завистью и злобой к окружающим, станем натягивать на себя напускную улыбку и говорить всем «Христос воскресе, радость моя», то в этих словах будет не столько содержаться пасхальная радость, сколько горечь страстей, которыми мы переполнены.

Для того чтобы подражать преподобному Серафиму Саровскому, нужно не языком произносить слова, которые произносил он, а внутренне стараться достигнуть такого состояния, чтобы пасхальная радость была нам свойственна, чтобы наши душа и сердце были этим переполнены.

Путь к пасхальной радости лежит через это, а не в каком-то внешнем подражании тем или другим словам.

– В одну из пасхальных седмиц я приветствовал всех словами: «Христос воскресе!» И даже нецерковные люди знали, что нужно отвечать: «Воистину воскресе!» И это было, как мне казалось, вполне естественно. Однажды, когда я одной женщине сказал «Христос воскресе!», она насупилась и сказала: «Не знаю, не видела». Должны ли мы всех приветствовать в Светлую пасхальную седмицу и на протяжении сорока дней пасхальным приветствием?

– Откуда пошло это пасхальное приветствие? Когда-то жены-мироносицы пришли к Гробу Христа Спасителя с той мыслью, чтобы довершить погребальные ритуалы, которые ради наступающей субботы, дня абсолютного покоя, они не смогли совершить над телом их усопшего Учителя Иисуса Христа, но обнаружили, что гроб пуст.

Сначала им явились ангелы. И когда они были в страхе и наклонили лица свои к земле, сказали им: что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес; вспомните, как Он говорил вам, когда был еще в Галилее, сказывая, что Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки человеков грешников, и быть распяту, и в третий день воскреснуть (Лк. 24, 5–6).

Затем Сам Христос Спаситель явился Марии Магдалине, а потом и другим. Мироносицы побежали, устремились к апостолам, чтобы поделиться этой радостью. Они прибежали и сказали: «Христос воскресе!» А затем возвещали эту радость на протяжении всей своей жизни.

Мы знаем известные истории, связанные с традицией красить яйца на Пасху. Одна из таких историй связана с Марией Магдалиной. Когда она пришла с проповедью о Воскресении Христовом в Рим и явилась к императору Тиберию, то возвестила ему о том, что Христос воскрес.

Тиберий был язычником. Вероятно, он не веровал в Воскресение Христово. Поэтому Мария Магдалина, желая уверить язычника Тиберия в истинности Воскресения Христова, преподнесла ему яйцо, которое изменило свой цвет с белого на красный.

Возвещать истину Воскресения Христова свойственно любому верующему православному человеку, если он действительно верующий. Если наше сердце преизливается пасхальной радостью, если мы сами переполнены пасхальными чувствами, то поделиться ими – это естественная потребность человека. Мы не задумываемся о том, готов кто-то принять эту радость или не готов. Мы просто делимся ею. Задача других людей – либо принять ее, либо нет.

В Евангелии есть такое указание Христа: Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас (Мф. 7, 6).

Если мы чувствуем, что высокие истины, которых мы придерживаемся и исповедуем, могут быть подвергнуты глумлению со стороны людей, которые пока еще не готовы их принять, то, возможно, стоит от этого воздержаться. Необходимо знать, где следует, а где не следует говорить о Боге.

В книгах Ветхого Завета и в Маккавейских книгах нигде не упоминается слово «Бог», потому что в то время иудеи благоговели перед именем Божиим и до крайности довели исполнение заповеди «не произноси имени Господа Бога твоего напрасно» (это третья заповедь из десяти заповедей Божиих), что старались никогда не произносить имя Божие, чтобы не подвергнуть его уничижению, не сделать его предметом поругания со стороны неверующих или язычников.

Когда они хотели сказать о Боге, они говорили описательно, например: «Сотворивший небо и землю»; «Тот, во власти Которого содержится мир».

Мы должны делиться этой радостью со всеми и возвещать эту благую, добрую, светлую, радостную весть о Воскресении Христовом. Но если мы знаем, что эта весть Христова не только не будет принята, но и будет подвергнута глумлению, то, мне кажется, лучше от этого воздержаться.

Я помню эпизод из своей юности, когда служил в армии. Была Пасха, и мы с сослуживцами, которые были расположены к вере, не могли себе позволить спать в казарме в пасхальную ночь. Мы собрались в комнате для политзанятий (в советские времена она называлась: Ленинская комната), чтобы встретить Пасху молитвой в полночь. Мы пели пасхальные песнопения. Примерно через час, когда мы собирались разойтись по своим спальным местам, мы услышали, что на первом этаже (а мы находились на втором этаже) ходит проверяющий. Дневальный, стоящий у входа в казарму, обычно подает команду: «Дежурному по роте на выход». Услышав команду дневального, мы поняли, что пришла проверка. Мои товарищи-сослуживцы быстро разошлись по своим спальным местам, а мне было необходимо, прежде чем туда идти, навести в Ленинской комнате порядок, убрать следы нашего богослужения, совершаемого мирянским чином. Когда я выходил из Ленинской комнаты, у меня в руках было пасхальное яйцо. Я лицом к лицу столкнулся с проверяющим, который в это время поднялся на второй этаж. Он с удивлением спросил, что я тут делаю среди ночи, еще и выхожу из Ленинской комнаты, а в руках у меня красное яйцо. Я не нашелся что сказать и поприветствовал его пасхальным приветствием: «Христос воскресе!» Это были советские времена – 1982 год. В части все знали о моих особенностях, что я верующий человек. Поэтому офицер отнесся ко мне снисходительно, лишь дал указание, чтобы я поспешил на свое спальное место.

– Владыка, можно ли с усопшими поделиться пасхальной радостью, например, в праздник Радоницы?

– Священное Писание говорит: Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы (Лк. 20, 38). Главная радостная, оптимистическая весть, которую возвестил нам Господь и которая присутствует на каждой странице Священного Писания, заключается в том, что смерти как таковой нет. Человек создан для вечной жизни…

Смерть – это не физическое уничтожение, не прекращение существования человека как такового, это некая духовная, метафизическая смерть, когда человек отделяет себя от источника жизни, от Бога, отделяет себя от света и погружается в вечную тьму, в вечное томление. Этому состоянию противостоит вечная жизнь. Поэтому у Бога живы все.

Общаясь друг с другом на земле и делясь пасхальной радостью с теми, кто нас окружает в земной жизни, мы не лишаем такой возможности ни себя, ни усопших, ушедших в иной мир. О том, что эта радость действительно доходит до них, мы имеем многочисленные свидетельства в истории Церкви, в текстах житий святых. Одним из таких показателей является хорошо известная среди верующих православных людей история, записанная в Киево-Печерском патерике. Это один из выдающихся памятников древнерусской литературы, где описывается, как один из монахов Киево-Печерской лавры в дни Светлой седмицы спустился в пещеры Киево-Печерской лавры, где находятся гробницы с мощами Киево-Печерских монахов, святых.

Там он совершил каждение. Поскольку это были пасхальные дни, он обратился к усопшим подвижникам Киево-Печерской лавры: «Всечестные отцы и братья, Христос воскресе!» И вдруг услышал, как от этих бездыханных тел ему был произнесен ответ: «Воистину воскресе!» Конечно же, это говорили не тела. Глас этих святых людей, кого поприветствовал этот иеромонах, доносился из иного мира, из иной реальности.

Мы, в силу своей плотяности и грубости, не всегда способны услышать этот отклик, но он есть. Поэтому каждый раз, когда наступают пасхальные дни, мы спешим поделиться этой радостью и с усопшими. Пасхальная радость наполняет их сердца, они радуются, веселятся благодаря нашей молитве в том числе.

Обычно вторник недели, следующей за Пасхальной, называется Радоницей (от слова «радость»), мы делимся пасхальной радостью с усопшими. Это день не просто заупокойного поминовения, а пасхального поминовения. В этот день мы молимся о том, чтобы Господь простил грехи всем нашим близким, ушедшим в вечность, открыл для них врата Своего Небесного Царства и наполнил их непреходящей пасхальной радостью.

В день Радоницы многие стараются посетить дорогие сердцу могилки, чтобы поделиться пасхальной радостью. Но куда более значимо с духовной точки зрения побывать в Божьем храме. Потому что сколько бы мы на могилках ни сидели и сколько бы ни совершали там заупокойные трапезы в память об усопших – это усопшим не нужно. Усопшим нужна молитва о них.

Когда мы участвуем в богослужении дня Радоницы, когда присутствуем при пасхальном чине совершаемой панихиды, когда подаем поминальную записочку на богослужение – это весточка, которая способна преодолеть барьер, отделяющий этот мир от загробного. Тогда наши близкие чувствуют нашу радость и сами приобщаются к ней. Пасхальная радость наполняет их.

Если мы приходим на кладбище, мы должны не просто привести в порядок могилки близких нам людей, не просто принести цветочек – это нужно нам для того, чтобы посильно выразить наше отношение к людям, которые дороги. Им самим это не нужно, этого они не видят и не чувствуют.

А вот если мы на их могилках пропоем пасхальный тропарь или обратимся к ним со словами: «Христос воскресе!» – то это приветствие способно перейти в иной мир.

– Владыка, после употребления освященных куличей на столе остаются крошки, а от пасхальных яиц – скорлупа. Что с ними делать? Знаю, что Вы советуете это сжигать, но если нет огорода или дачи, это проблематично сделать в благоустроенной квартире, а за разведение открытого огня на природе полагается штраф.

– С крошками от кулича, я думаю, проблем нет. Мы говорили о том, как относились к хлебу наши бабушки и дедушки. Если они считали несправедливым, даже греховным выбрасывать хлеб в мусорное ведро, то крошки от кулича всегда можно собрать в горсть и употребить.

Что делать со скорлупой от пасхальных яиц? В некоторых христианских странах, в том числе и православных, к этому относятся более спокойно. Считают, что освящение касается самого яйца, и когда яйцо съели, скорлупа (даже если на ней была святая вода) не является святыней.

Русский менталитет немного другой. У русских людей особое отношение к скорлупе, которая окроплялась святой водой. Наши предки старались закапывать скорлупу в землю. Отношение к этому разное. Мне ближе русская традиция: у меня не поднимается рука, чтобы выбросить это на помойку. Некоторые люди в этом не видят ничего зазорного, но я их за это не осуждаю.

Ведущий Виталий Стёпкин