О земном и о небесном. День крещения Руси и день памяти святого равноапостольного князя Владимира

Сегодня у нас в гостях протоиерей Михаил Самохин, пресс-секретарь Пятигорской и Черкесской епархии.

– Тема сегодняшней передачи: «День Крещения Руси и день памяти святого равноапостольного князя Владимира: интересные и малоизвестные свидетельства тех событий и жития святого». Отец Михаил, для начала давайте вспомним: когда христианство впервые проникло на Русь, стало распространяться и когда наступил переломный этап в развитии нашего государства?

– Сразу могу сказать, что все было не совсем так: будто христианство примчалось на Русь и давай «огнем и мечом» Русь переламывать или перемалывать. Нет. Уже в договорах спутников вещего Олега наблюдаем, что часть его дружинников (а это IX век) были язычниками, как и он сам, а часть христианами. Более того: родная бабушка равноапостольного великого князя Владимира, равноапостольная великая княгиня Ольга, была христианкой, ее восприемником был сам император Византии.  Говорить о том, что христианство в какой-то конкретный момент прямо-таки ворвалось в жизнь молодого Киевского государства (кстати, этот термин был придуман в исторической науке гораздо позже; поэтому скажем так: молодой Руси) не совсем верно. На самом деле было не так.

Первые христиане проникли на Русь прежде всего в составе княжеских дружин. Это были профессиональные воины, торговцы, ремесленники, переехавшие с Юго-Запада Руси, где христианство широко проповедовалось.

Русское общество того времени было с христианством относительно знакомо, а ко времени правления равноапостольного князя Владимира уже хорошо знакомо. Родная бабушка Владимира, равноапостольная княгиня Ольга, создала налоговую систему погостов. Погостом тогда называлось не кладбище, а некая налоговая инспекция, место, куда свозили то, что должны были отдать князю: подати, пошлины, налоги, в том числе таможенные, в натуральной и денежной форме. На каждом погосте святая равноапостольная Ольга старалась по возможности возвести христианскую церковь или хотя бы небольшую часовенку. Распространяя христианство на Руси подобным образом, Ольга сделала очень многое для его развития. Ее родной сын был яростным язычником, но на своего внука,  равноапостольного князя Владимира, она оказала огромное влияние. Известна легенда о том, что к Владимиру приезжали представители основных мировых религий (которые сейчас таковыми и остаются) с предложениями о принятии веры. Он выбрал христианство, как я думаю, не без того, чтобы вспомнить, что ему рассказывала его бабушка.

– Мы часто слышим, что христианство она приняла не от великой веры и что это был скорее дипломатический, политический ход.

– Еще раз напомню одну простую истину, о которой мы не раз говорили. Для человека, жившего в то время, не было другой парадигмы сознания, кроме религиозной. Например, он думал: «Рядом существует держава сильнее моей; ее войска сильнее; она более развита, богата и культурна». И делал вывод, что бог соседней страны сильнее, важнее. Любой язычник мыслит именно в подобных территориальных категориях. Поэтому в язычестве очень часто присутствуют пантеоны: местные боги именно на данной территории считаются главными. Язычник смотрит на соседнее государство (в данном случае на Византию) и видит, насколько оно превосходит все окружающие государства в культурном, экономическом, военном и политическом отношении. Действительно, существовала громадная пропасть между Византией и многими княжествами, к которым принадлежали в том числе и славяне. 

Поэтому выбор Ольги был продиктован, конечно же, языческой формой ее сознания. Но оторвать религиозный фактор от фактора политического или экономического мы не можем. Вплоть до самой эпохи Просвещения (до XVIII века) люди жили в религиозном сознании, религиозной парадигме. Духовные вопросы веры и взаимоотношений человека с Богом являлись частью повседневности: политики, экономики и всего, что определяло жизнь людей. Разрыва тогда не было. Разрыв возникает, в значительной мере искусственно, только в восемнадцатом и девятнадцатом веках. А в некоторых слоях нашего общества, например в российском крестьянстве, этого разрыва не было вплоть до советской власти.

– Что известно о Фотиевом крещении, которое якобы произошло задолго до того, как князь Владимир крестил Русь? Или это все-таки исторический миф?

– Даже профессиональные историки затрудняются в определении того, кто, когда и как крестил Русь. Мы очень мало знаем о том, кто принес христианство на Русь, и о первых проповедниках христианства. Есть гипотеза (прочитал о ней в профессиональном журнале «Вопросы истории»), что первыми просветителями Руси были не византийцы, не греки, а болгары. Излагается такая мысль: первый митрополит Киевский, Михаил, почил в 1072 году, и это почти столетний период от 988 года. А кто же первые просветители, крестители? Кто те священники, которые вместе с Владимиром загоняли киевлян в Днепр, призывая их креститься? Некоторые историки предполагают, что, возможно, это болгары. Но взаимоотношения между Болгарией и Византией были настолько острыми и неоднозначными, что доходило до византийско-болгарских войн, а один из византийских императоров носил прозвище Болгаробойца.

Когда в очередной раз болгарско-византийские отношения перешли в стадию недружественных, византийские летописцы, как мне думается, аккуратно постарались вычеркнуть имена первых священников и епископов, пришедших с князем Владимиром совершить крещение.  

Но это только одна из гипотез. Документальных свидетельств того, как было на самом деле, у нас нет. Можно рассуждать и далее, с разной степенью вовлеченности в тему, более или менее обоснованно, но это будет интересным только для написания научных статей, диссертаций, выступлений на профессиональных научных диспутах, не более.

– Отец Михаил, а что известно об обстоятельствах крещения князя Владимира?

– Летописные источники рассказывают нам прекраснейшую легенду о том, как к Владимиру приходили представители разных религий (иудеи, мусульмане, христиане) и он выбирал, к кому же свой народ приклонить. И сделал осознанный выбор в пользу христианской веры.

Кто-то говорит, что этот сюжет целиком и полностью аллегорический, сказочный. Другие – что, возможно, было нечто подобное. На самом деле все это относится, скорее, к литературному жанру, представляя собой ретроспективу с целью объяснить, почему был сделан такой выбор.

Достоверных данных о той эпохе нет и быть не может. Самые ранние летописи (и то спустя века после крещения Руси) принадлежат Нестору Летописцу.

Представьте себе: через двести лет после какого-либо исторического события Вы пробуете писать о нем. Отсчитаем двести лет назад: сейчас 2025 год – значит, будет 1825 год. Восстание декабристов. Много ли можно предоставить деталей о нем без привлечения архивных документов, которых просто нет? Сколько в вашем рассказе будет достоверных фактов? А сколько будет в нем каких-либо важных деталей, поучительных и нравственно полезных, но не имеющих отношения к действительности?  

И это мы говорим о веках, которые прекрасно документированы. XIX век отлично документирован по сравнению с IX веком, например. Мы не знаем, опирались ли летописцы на какие-то более древние источники, письменные или устные. Ручаться за достоверность летописных сведений можно очень аккуратно и очень ограниченно. Использование летописных источников в источниковедении допускается, потому что нет других. Но все они сверяются с параллельными арабскими, западными, готскими, французскими и прочими хрониками. Когда имеются совпадения данных в двух-трех источниках из разных стран, можно с большей или меньшей достоверностью говорить, что это событие имело место. Также летописные данные могут подтверждаться археологическими раскопками. Таким образом, летопись воспринимается всегда как источник очень комплексный в исторической науке.

– Быстро ли христианство распространялось на Руси? Есть ли какие-то свидетельства? И охотно ли принимали православную веру?

– Точно известно, что в XIII веке в Ростове Великом язычники убили православного епископа Леонтия Ростовского (грубо говоря, перед самым монгольским нашествием). Это свидетельствует о том, что язычество долго сопротивлялось и было сильным. Причем сопротивлялось самыми подлыми методами.

Случай же применения силы против язычников известен только один. Им они любят козырять, говоря, что Русь крестили «огнем и мечом». Когда в Великий Новгород приехал проповедовать митрополит, с ним прибыла воинская дружина. Пока она его охраняла, язычники напали на семью главного дружинника и уничтожили ее. Разумеется, командир подразделения тут же дал распоряжение отомстить за злодеяние. Данный случай описан в летописях, и он единственный, когда при проповеди случилось боевое столкновение, потому что язычники использовали далеко не самые миролюбивые методы богословского диспута.

– Отец Михаил, правда ли, что точная дата крещения Руси историкам до сих пор неизвестна, а праздник всего лишь привязан к дню памяти князя Владимира?

– «Всего лишь привязан» – это уже кое-что. Вопрос календаря, эр и дат всегда очень сложен. Летописные указания трудно поддаются истолкованию, а время события – точному установлению.

Если даже дату Рождества Христова мы до сих пор точно не знаем и не можем определить, потому что для этого нет достаточных свидетельств, то что же говорить о таких, в историческом смысле гораздо более местных, региональных событиях, как дата крещения Руси?

Конечно, точной даты нет, потому что для любого тогдашнего христианина важнее был смысл события, а не точная привязка к дате. Это сейчас мы опираемся на даты: женщин поздравляем 8 марта, мужчин 23 февраля, тут куличи едим, а тут блинами угощаемся. Раньше было проще: к датам привязаны были в основном церковные праздники.

Говоря о таком важнейшем событии, как крещение целого народа, нужно отделить само историческое событие от событий духовной жизни.

Если как историческое событие оно до конца не задокументировано,  его роль и место  современниками не до конца оценены (княжеств на Руси было десятка полтора), то в духовном смысле стало ясно (ведь «большое видится на расстоянии»), что момент, когда наша страна выбрала для себя Христа, означал очень многое и для будущего нашей веры, и для будущего нашей культуры. 

Ведущая Маргарита Рекко