Хранители памяти. Музей императора Николая II. Часть 6

Мы продолжаем серию выпусков передачи из Музея императора Николая II, который расположен в центре Москвы, в Токмаковом переулке. Об уникальных экспонатах музея рассказывает его создатель и директор Александр Васильевич Ренжин.

– Мы продолжаем рассказ из Музея императора Николая II, который находится в Москве в Токмаковом переулке.

Рассказывает создатель и директор Музея императора Николая II Александр Васильевич Ренжин:

– Меня часто спрашивают, какое хобби было у Николая II. Он очень любил фотографировать. Всем своим детям он подарил фотоаппарат (мы можем видеть его на некоторых снимках). Снимали все; и государыня-императрица в том числе. У нас есть снимки. Вот, например, Оля и Таня, две старшие дочери, сфотографированы. Еще есть наследник-цесаревич с собачкой. Точно известно, что эти снимки сделаны императрицей Александрой Федоровной. Конечно, эти фотографии царской семьи становились прототипами для хромолитографий, которые украшали календари, обложки журналов и так далее. Фото, превращенные в цветные изображения, были тогда очень популярны. Фактически весь XIX век фотосъемка велась на стеклянные фотопластинки.

В начале XX века стали изготавливать в больших промышленных масштабах фотопленку. Сначала она применялась главным образом для кинематографа, а впоследствии – для фотоаппаратов. Перед вами фотокамера, сконструированная под такую пленку. Уже можно было сделать кадр не на одну фотопластиночку, а сразу 12–15 и более кадров. Схему этой камеры изобрел наш русский фотограф Сергей Левицкий. Такой фотоаппарат в 1910 году получили все члены царской семьи. Снимали им охотно, много. До 1960 года эта камера, претерпев немало всевозможных конструктивных изменений, дополнений, выпускалась в Москве, поэтому она называлась «Москва».

Две старшие дочери, Ольга и Татьяна, были шефами полков. Это было не формальное шефство. В этих полках они, кроме всего прочего, проходили еще начальную военную подготовку. Это умение владеть лошадью, обращаться с холодным и огнестрельным оружием. Здесь мы видим фотоснимок, на котором Ольга Николаевна, старшая дочь, на фоне своего подшефного Елизаветградского конного полка. Она подарила портсигар заместителю командира этого полка с дарственной надписью в знак глубокой благодарности за поднесенный роскошный букет. Ее чашечка севрского фарфора, замечательной сохранности, с гербом государства Российского, а также ложки и вилки. Надо сказать, у нас довольно много ложек и вилок с вензелями Николая II. Это не значит, что всеми ими пользовалась царская семья. Могли пользоваться и слуги, и челядь. Но на этих серебряных предметах накладные вензеля. Один даже украшен рубином. Скорее всего, такими предметами пользовались в царской семье.

Большой удачей в собрании нашего музея является мундир. Золотое шитье. Позолоченная серебряная нитка украшает мундир личного камергера императора Николая II. Потрясающей красоты. Настолько тонкое шитье, что нынешние золотошвеи, которые работают с таким материалом, отказываются сделать что-либо подобное, потому что здесь огромное количество тонких секретов, которые были заложены в такую сложнейшую работу. Мы нашли владельца этого мундира. Это Николай Алексеевич Маклаков, который на этой фотографии сопровождает императора и императрицу во время крестного хода в 1913 году в Московском Кремле.

Перед вами подарки, которыми награждала государыня Александра Федоровна главным образом игумений монастырей и монахинь. Вот такие иконы Богоматери «Знамение» со своим благословением вручала Александра Федоровна. Чашка императрицы с ее личным вензелем, Императорского фарфорового завода. Медали памятные. Одна отчеканена в память коронации, другая – в память посещения Парижа.

Наиболее интересен вот этот предмет. Это бальный несессер. «Несессер» – «необходимое». Барышни брали его с собой на бал. Внутри находился карандашик в золотой оправе, костяные пластиночки, золотая ниточка с шариком на конце для подтягивания кружев и ножницы на всякий случай. Карандашиком на костяных пластиночках барышни записывали очередность обещанных танцев. Еще при Николае I был негласный указ о том, что барышни несут личную ответственность за очередность обещанных танцев, чтобы это не было предметом для выяснения отношений между господами офицерами. Несессер изготовлен из золота и перламутра. Он принадлежал Татьяне Николаевне, второй дочери императора Николая II.

С рождением четвертой дочери императрица впала в депрессию. Нет наследника – цесаревича, некому наследовать престол. Царь тоже в тяжелом чувстве. Ему дают совет. В русской глубинке есть местночтимый неизвестный святой – некто Серафим Саровский, который помогает в таких тонких семейных делах. «Если бы ты, государь, его прославил, может быть, и тебе повезло бы». Государь в 1903 году принимает решение о прославлении преподобного Серафима Саровского. У нас есть изображение этих торжеств. Ровно через год рождается в царской семье цесаревич Алексей. Здесь вы видите предметы, принадлежавшие наследнику: в первую очередь письменный прибор с его личной печатью для сургуча, изготовленной из камня сердолик. Такие камни в изобилии находились в Крыму, где был Ливадийский дворец. Графин, стаканчик с личным вензелем цесаревича, его чашка и блюдце и, наконец, вот эта великолепная белоснежная салфетка – тоже из личных вещей наследника. А также икона, освященная на мощах преподобного Серафима в 1903 году, и жетон работы Карла Фаберже, который раздавался всем присутствовавшим на прославлении преподобного Серафима.

Здесь вы видите прекрасные хромолитографии и, конечно, скульптурный портрет императрицы, недавнее наше приобретение. Это каслинское литье из чугуна. Потрясающий по красоте скульптурный портрет. И модель была, конечно, великолепна. Тут же вы видите профильный портрет Николая II.

– Дорогие телезрители, мы еще вернемся сюда, в центр Москвы, в Токмаков переулок, в залы Музея императора Николая II.

Автор и ведущая программа Елена Чач, кандидат исторических наук