Читаем Добротолюбие. 16 ноября. Курс ведет священник Константин Корепанов

16 ноября 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
Мы продолжаем читать наставления святого преподобного Иоанна Кассиана Римлянина, и речь у нас пойдет о смирении. Мы говорили в прошлый раз о том, что гордыня ни в какой ее форме и мере не соотносится с добродетельной жизнью. Гордыня всегда приводит к тому, что человек не приносит никакого плода жизни и добродетели, ибо Бог гордым противится (Иак. 4, 6). Но даже те плоды и добродетели, которые были у человека, разрушаются. Все это рушит гордыня.  Смирение является как раз той деятельностью, тем действием, которое помогает человеку от гордыни избавиться.  Если смирения не будет, то никаким другим образом гордыню разрушить не удастся. Гордыня вытесняется только смирением.  И смирение приобретается только по мере разрушения гордыни.  Смирение является тем наиболее действенным элементом духовной жизни, духовного делания,  который помогает эту гордыню сокрушить. 

В 153-м абзаце мы читали уже ответ Иоанна Кассиана по поводу смирения:

…Ибо в душе нашей никак не может быть воздвигаемо здание добродетелей, если наперед в сердце нашем не будут положены основы истинного смирения, которое будучи наипрочнейше сложено, только одно и сильно сдерживать до верха возведенное здание совершенства и любви. Для сего надлежит нам, во-первых, пред братиями нашими с искренним расположением изъявлять истинное смирение, ничем не позволяя себе опечалить их или оскорбить…

Часто люди спрашивают: «Что такое смирение? Как мне смиряться? В чем конкретно для нас может быть явлена деятельность смирения?»  Преподобный Иоанн Кассиан отвечает на этот вопрос просто и емко.

Первое – это никогда не опечаливать и не оскорблять  рядом живущих людей.  Второе – являть окружающим нас людям послушание и покорность. И с первым, и со вторым родом духовной деятельности у нас очень большие проблемы. Мы не можем понять, насколько это важно.

Например, обиду или оскорбление людей мы считаем неизбежным злом. Мы в досаде, в плохом настроении, из каприза и своеволия говорим нечто плохое, обидное и унизительное  человеку. Не со зла, не потому, что мы плохие, а потому, что настроение плохое, просто нам не хочется сегодня стараться, не хочется сегодня что-то делать, и мы взяли и таким образом сегодня сорвали злость, нагрубили человеку, обозвали его как-то, просто посмотрели на него косо или еще что-то сделали... Это всё  признаки гордыни. Борьба со всем этим – это борьба за смирение. Когда мы стараемся это победить, преодолеть эту возможность, желание досадить другому человеку, сделать ему больно, то этим и боремся за смирение.

Это касается всех сфер человеческой жизни, будь то семья (супруга или родители), приход, соседская община, предприятие, трудовой коллектив. Мы должны в этом малом сообществе являть мирное сердце, не позволяя себе никого обидеть, унизить, опечалить никаким образом. И только это действие приводит сердце наше в смирение. И только  так мы вырастаем в меру отцов, доступную для нас, потому что разрушаем сам корень греха – человеческую гордыню.

Второе качество, которое необходимо для смирения, – это послушание и покорность. Но как обыкновенному современному человеку слушаться, как ему быть покорным, если он всегда видит, что он прав, а тот человек, которого ему надо слушаться, не прав? Как слушаться, если тот, кому я должен покоряться, подчиняться, не прав? Когда он делает очевидную ерунду, негодные вещи, я же должен возмущаться, говорить об этом.

Это въевшаяся в нас черта, ее не искоренить почти ничем: мы всегда совершенно и абсолютно уверены, что имеем правильное суждение. Может быть, с какой-то объективной стороны, с точки зрения юридического закона или догматического богословия наше суждение правильно. Но осуждение того человека, которого мы должны слушаться, – неправильно. Здесь важно не реальное соответствие истинности нашего недовольства, а важно то, что мы уверены в своем суждении, у нас нет никаких оснований сомневаться, что именно так и есть. Этой уверенностью в том, что мы знаем правильно, уверенностью в своем суждении, этим самомнением мы естественным образом питаем гордыню.

Поэтому не случайно 153-я глава заканчивается у Иоанна Кассиана следующим образом:

…во-вторых, надлежит в простоте сердца и без всякого притворства воспринять иго послушания и подчинения, так, чтоб кроме заповеди аввы, никакая другая воля отнюдь не жила в нас; что никем не может быть соблюдаемо, кроме того, кто не только возымел себя мертвым для мира сего, но и почитает неразумным и глупым, и без всякого размышления исполняет все, что ни прикажут старцы, по вере, что все то священно и от Самого Бога возвещается.

У нас так не получается. Мы уверены, что мы разумны,  умны,  поэтому дерзаем спорить, дерзаем настаивать на своем во всех случаях независимо от нашего церковного статуса. Мы проникнуты до мозга костей убежденностью, что знаем, как правильно. Другого варианта нам в голову просто не приходит. А это и есть самомнение, которое вместо того, чтобы помогать нам бороться с гордыней,  приводит к тому, что гордыня в нас только возрастает.

В этом смысле смирение – это почитание себя ограниченным, неразумным, глупым. Но кто сейчас на это способен? Никто не воспринимает всерьез суждение Бога об этом, мы не можем отречься от права собственного суждения. Мы никак не можем победить осуждение. Никто не слушает Бога и не собирается Его слушать. Поэтому смута у нас в умах. Все потому, что человек весь проникнут мыслью, что он правильно знает, он уверен в этом. И он даже никогда в этом не сомневается. А то, что у картинки, которую он видит, есть некая альтернатива, ему это и в голову не приходит. Он уверен, что он  прав, и за эту правду борется. А правда на самом деле в том, чтобы смириться перед волей Божией и исполнить ее. Но для этого у нас не хватает ни веры, ни сил, ни знания Писания.

Абзац 154:

Когда будем мы держаться в таком настроении, тогда за этим без всякого сомнения последует такое невозмутимое и неизменное состояние смирения, что, почитая себя низшими всех, самым терпеливым образом будем мы переносить все, нам причиняемое, сколь бы оно ни было напрасленно, оскорбительно, или даже вредно, – так как бы то налагаемо было на нас от наших начальственных отцов (как послушание или испытание). И не только легко все такое будет нами переносимо, но и почитаемо малым и ничтожным, если притом постоянно будем содержать в памяти и чувстве страдания Господа нашего и всех святых, потому что тогда напраслины, нами испытываемые, будут казаться нам настолько легче, насколь далеко отстоим мы от их великих дел и многоплодной жизни. Воодушевление к терпению, отсюда исходящее, еще будет сильнее, если при этом будем помышлять, что скоро переселимся и мы из сего мира и по скором конце нашей жизни тотчас станем соучастниками их блаженства и славы. Такое помышление губительно не только для гордости, но и для всех страстей. После этого следует нам крепко-накрепко держать такое смирение и пред Богом: что будет нами исполнено, если будем питать убеждение, что мы сами собою, без Его помощи и благодати, ничего не можем сделать, что относится к совершенству добродетели, и будем искренно верить, что и то самое, что успели мы уразуметь, есть Его дар.

По сути, в этом абзаце преподобный Иоанн Кассиан описывает переживания, чувства, можно сказать, качества смиренного человека, то, что именно должен чувствовать  человек, когда пребывает в смирении.

Первое, что он должен чувствовать, – это почитание себя низшим других. Или, может быть (и это мне кажется важнее) – почитание других выше себя. Когда мы думаем, что мы ниже всех, то зациклены на себе, мы думаем о себе. И это очень часто выходит некой скорбью, тяготою. Если мы считаем других выше себя, тогда сосредоточены на другом человеке и за него радуемся, что он может, что у него получается, что у него все хорошо, он все умеет. И мы радуемся, что в мире есть много людей, которые  умеют делать то, чего не умеем мы. Тогда взгляд не зациклен на мне, он адресован другим людям.

Это ощущение себя ниже других, а других выше себя не есть рациональный помысел, когда мы говорим: вот я низкий потому-то и потому-то, а он выше потому-то и потому-то. Это не работает. Многие люди, прочитав святых отцов, пытаются этим пользоваться, и это у них не получается. Это заканчивается в лучшем случае ничем. Человек  очень быстро впадает в уныние, раздражение, в напряженность какой-то досадой. Когда он  с помощью рациональных факторов пытается  поставить себя ниже других, все это очень быстро прекращается, он не может долго в этом устоять, не получается у него. В глубине души он знает, что он все равно выше других. А Бог смотрит не на то, что мы говорим мысленно, о чем рассуждаем, Бог смотрит на сердце.

Когда мы читаем в этом отрывке, что человек чувствует себя ниже других, – это не есть действие рассудка, разума, а есть то, что святые отцы называют умным чувством. Когда я не думаю об этом, я просто чувствую, что я маленький, никчемный, ничего не умеющий, а все остальные достойны, велики – я это чувствую. Если потребуется, то моя мысль сразу показывает сердцу, вырисовывает картину, чем именно замечателен этот человек. Но, строго говоря, это дополнительное размышление, почему этот человек выше, не нужно, оно не является обязательным. Этого умного чувства ощущения себя ниже других в обычном варианте, в обычном сюжете достаточно. Человек просто чувствует так.

Здесь не говорится о том, как к этому ощущению прийти. Об этом говорится в предыдущем абзаце. У человека есть разум. Этот разум может выполнять какие-то операции. И вот он начинает это делать, он пытается вспомнить свои грехи. Вот он вспомнил. Потом начинает думать: «У этого человека есть такие и такие достоинства. Но грехи-то тоже есть, я же их вижу. Чем он выше меня? Я же вижу, я же не дурак, у него есть такие недостатки, которых у меня нет. Конечно, у него есть и достоинства, которых у меня нет, но недостатки тоже есть: и такие, как у меня, и такие, которых у меня нет. Ну ладно, не буду замечать его плохие стороны, буду думать только о хороших». Это все от ума, это все работа разума, это некие интеллектуальные усилия, логические рассуждения.

Так всегда бывает, когда человек знает, что смирение есть ощущение себя ниже других, и пытается умом себя в это состояние поставить. Но умом здесь ничего не сделаешь. Мы можем, как мы читали в 153-м слове, служить братии, можем ее слушаться всегда и регулярно, мы можем всеми способами стараться не обижать, не злословить брата. Все это нам под силу. Но ощутить себя ниже других – это не в силах человека, никак человек этого сделать не может. Это всегда действие благодати. Это не некая способность нашего ума, не некая фабула нашего сознания. Это именно некое действие благодати Божией, которое и смиряет нас так, что мы видим, ощущаем, что другие лучше нас, но нас это не беспокоит, не тревожит, не унижает, не мучит. Мы рады тому, что люди хороши, мудры, талантливы, у них есть какие-то качества. Мы не завидуем, а просто радуемся, что Бог не оставил Свой народ.

И вот это умное чувство, которое бывает со смиряющимся человеком, то состояние, в которое нужно прийти. Мы не можем его воспроизвести, оно есть действие благодати. Но как эту благодать стяжать, об этом мы говорили в 153-м слове.

Записала Инна Корепанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Понедельник, 25 января: 08:05
  • Понедельник, 25 января: 21:30

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​