Церковь и общество. Писатель, пилот первого класса, автор книг об авиации Валерий Хайрюзов. Часть 2

4 января 2026 г.

Главная » Передачи » «Церковь и общество» (Москва)

Продолжение разговора с лауреатом Патриаршей литературной премии, русским советским писателем, журналистом, летчиком, пилотом 1-го класса Валерием Николаевичем Хайрюзовым, который в беседе с Константином Ковалевым-Случевским рассказывает о своих поездках по стране, в частности, в Магадан и Мелитополь, где мероприятия проходили в рамках выставки-форума «Радость Слова», и встречах с читателями.

Сегодня у нас снова в гостях Валерий Николаевич Хайрюзов – русский и советский писатель, журналист, пилот 1-го класса, секретарь Союза писателей России, лауреат Патриаршей литературной премии, лауреат литературной премии имени Валентина Распутина.

– Мы говорили о малой авиации. За нашей спиной изображен Ан-2 – самолет, на котором Вы налетали огромное количество часов. Вы написали большое количество книг о малой авиации; многие из них выходили еще в 1970-е годы. Сегодня давайте поговорим о Ваших поездках.

– Поездок было много. Недавно были интересные поездки в Тюмень, Нижний Новгород, Арзамас. Особенно мне запомнились дальние поездки. Одна из них была в Магадан. Издательский совет Русской Православной Церкви проводит выездные встречи с читателями в библиотеках, школах, институтах. Есть еще достаточно много людей, кто читает книги.

Была поездка в Запорожскую область. Это новые регионы России. Мы встречались со студентами, преподавателями. Посетили Мариуполь, Бердянск, Мелитополь. Потом мы съездили к нашим бойцам, которые участвуют в специальной военной операции. Посмотрели, как проходит их служба, как проходит их жизнь. Мне было приятно узнать, что эти ребята – сибиряки (мои земляки). Тюменцы, красноярцы, иркутяне, забайкальцы, ребята с Дальнего Востока. Крепкие, собранные, подтянутые. Было приятно с ними общаться. Многие пишут стихи и даже сочиняют песни (как выяснилось в разговоре). Они несут военную службу, но еще они стараются жить той жизнью, которая была прежде. Это не только ребята 20–30 лет. Там были и 40-летние, 50-летние бойцы. Они знают, что такое жизнь, и делают свое дело профессионально. Им выпала доля защищать Родину, защищать страну, и они это делают.

– Для чего писателю встречаться с людьми? Ведь его литературное произведение – это уже готовый продукт. Зачем о нем рассказывать?

– Как человек поживший, я имею возможность говорить о том, как это было лет 50 назад (когда я начинал). В Советском Союзе писатели много ездили по стране. В том числе и такие известные, как Валентин Григорьевич Распутин, Виктор Петрович Астафьев, Василий Иванович Белов, Василий Макарович Шукшин. Они встречались с людьми, потому что так узнается тип и характер тех людей, которые появлялись в их рассказах. Во время этих встреч ты можешь оценить и почувствовать, есть ли внимание к твоим словам, к тому, что ты написал. Когда я сижу за письменным столом (или за компьютером), я своего читателя не вижу. Для того чтобы его увидеть, нужно приехать в тот же Магадан. На встречи приходят в основном учителя, библиотекари, студенты-филологи… Писательская профессия не такая уж распространенная. Хотя в Советском Союзе в школах писали сочинения и изложения, что подготавливало человека мыслить и писать самостоятельно.

– Говорили, что в Союзе писателей СССР было больше 10 000 писателей. Кажется, что это очень много, но на самом деле это не так. Если бы в стране было всего 10 000 врачей, медицина бы не существовала.

– Или всего 10 000 водителей… До войны это была профессия, которую уважали. Юрий Алексеевич Гагарин – самый известный человек на планете (у меня, кстати, есть книга о нем). Сейчас уже сотни людей побывали в космосе, и эта профессия стала обыденной.

Людям интересно сравнивать то, что они знают о себе, своем окружении, с тем, что сказал о них писатель. Для того чтобы снять фильм или поставить пьесу, нужно сначала это написать. Писатель ездит, чтобы почувствовать и определить для себя, правильным ли курсом он двигается.

– Ваша книга о Гагарине называется: «Юрий Гагарин. Колумб Вселенной». Это я говорю для телезрителей, если они будут искать ее в библиотеках. Купить эту книгу, наверное, уже невозможно…

– Сейчас тиражи небольшие. В Советском Союзе у издания «Роман-газета» тираж был три с половиной миллиона экземпляров! Тогда печатали лучшее, что было в советской литературе. Сейчас, к сожалению, тиражи по тысяче экземпляров… Книгу можно подарить своим друзьям, знакомым; остальное разойдется по библиотекам. Тысяча экземпляров – это капля в море.

– Личность писателя как таковая для читателя имеет значение? В 2000-е годы было мнение: если писателя не «покупают», значит, это плохой писатель. Чтобы нас покупали, мы должны были писать, например, детективы или эротические рассказы…

– Читатели бывают разные. Одному нравится фантастика, другому эротика. Этот рынок огромен, и мы даже не представляем, как наше слово отзовется... То, что ты вкладываешь в свое произведение, потом становится достоянием всех людей. Ты стараешься это сделать так, чтобы читатель наслаждался не только фабулой, которая заложена в рассказе или повести, но и словом, языком, которым писатель должен владеть.

(Демонстрируется фрагмент встречи В. Хайрюзова с читателями.)

– Мне бы хотелось сказать о замечательных русских писателях, с которыми я был знаком и дружил. Город Иркутск – один из литературных центров Сибири. Это Валентин Григорьевич Распутин, с которым мы 47 лет были в одной писательской организации. Он бывал в кабине моего самолета. В моей кабине был Василий Макарович Шукшин, Владимир Семенович Высоцкий (на Ил-14). Евгений Александрович Евтушенко был в кабине Ан-2, и я его возил по Присаянью (ему захотелось посмотреть и показать эти места своей супруге-англичанке). Мой второй пилот был большим поклонником творчества Евтушенко и сразу же прочитал ему «Балладу о выпивке». Евтушенко показалось удивительным, что далеко в Сибири летчики могут знать его творчество.

Как-то мы с Евгением Александровичем летели в Москву, и я из кабины показал ему полное солнечное затмение. Наступила темнота; солнца стало не видно... Он стоял, смотрел, а потом сказал: «Я только что видел апокалипсис».

– Расскажите о Вашей поездке в Магадан.

– Я видел, какой был Магадан раньше и каким он стал сейчас. Там огромный кафедральный собор – просто замечательный! Такого собора нет даже в Иркутске, а в Магадане его построили.

– Каков там читатель? Он отличается от читателя в других регионах?

– Люди, конечно, отличаются. Они понимают свою отдаленность от Большой земли (как они говорят). Они любят свой край. Это некое сообщество северян. Если они где-то встречаются (вне пределов своего региона), они воспринимают друг друга как родных братьев и сестер.

– Вы презентовали там свой фильм «Полет в черное безмолвие». Что это за фильм?

– У меня есть друзья, выпускники Бугурусланского летного училища Жорж Константинович Шишкин и Михаил Степанович Кузнецов (Царство ему Небесное!) В 1983 году на станции «Северный полюс-25», где работало 20 с лишним человек, разломилась льдина, и все продукты питания, бочки с топливом ушли на дно. Они подали сигнал бедствия. Подводники не могли помочь в условиях полярной ночи (это был декабрь). Военные летчики не могли помочь, потому что это происходило в канадском секторе Арктики, в 2 500 километрах от ближайшего аэродрома Певек.

В спасательной операции участвовало 60 человек. На Ил-76 (этот самолет тогда только появился) провели тренировки по сбросу груза с предельно малой высоты – 50 метров. Загрузили все необходимое – даже две елочки взяли, потому что впереди был Новый год. На станции зажгли костры. Льдина была расколота, и сесть на нее было невозможно. Летчики начали заходить над ней и сбрасывать груз. Сделали десять заходов. Всего три секунды для того, чтобы попасть в нужное место! Но они это сделали, попали точно: им помогли тренировка и мастерство. Когда они закончили работу и вернулись, Жоржу Константиновичу Шишкину дали 200 рублей и грамоту от министра (хотя за спасение «Челюскина» давали звание Героя Советского Союза). Я считаю, что наши летчики совершили подвиг. Вот об этом фильм.

Когда делали фильм, мы приехали к Шишкину в Санкт-Петербург и снимали у него дома. Я посчитал нужным сделать фильм о герое-летчике, чей старт в летной профессии произошел именно в Магадане.

– В итоге люди перезимовали?

– Прожили до весны. И там даже стояли новогодние елочки! Летчики летели, не предполагая, что их ждет. Но всё сделали грамотно и квалифицированно. Герои!

– Дай Бог здоровья таким замечательным летчикам и таким замечательным профессионалам!

– Это воспитанники Бугурусланского летного училища. Я делал фильм с огромным удовольствием. Кстати, многие эпизоды в фильме мы реконструировали и озвучивали сами, потому что документальных съемок было недостаточно. Надо было убедить зрителя в том, что все это происходило в реальности.