Церковь и общество. Главный редактор журнала «Берега» Лидия Довыденко. Часть 1

10 августа 2025 г.

Главная » Передачи » «Церковь и общество» (Москва)

Прозаик, публицист, литературный критик, секретарь Союза писателей России, член Союза журналистов России, кандидат философских наук, главный редактор литературно-художественного журнала «Берега» Лидия Владимировна Довыденко в беседе с писателем Константином Ковалевым-Случевским рассказывает о своем творческом пути, своих литературных произведениях и работе по изучению трудов деятелей русского зарубежья.

Сегодня мы встречаемся с Лидией Владимировной Довыденко.

– Вы – прозаик, публицист, литературный критик, секретарь Союза писателей России. Вы также член Союза журналистов России, кандидат философских наук, главный редактор литературно-художественного журнала «Берега». Этот журнал выходит в Калининграде, и Вы тоже из этого города.

– Спасибо большое за фото в студии. Это площадь Победы в Калининграде.

– Замечательная красота и новый храм. Это храм Христа Спасителя, верно?

– Да, это уменьшенная копия московского Храма Христа Спасителя. В советское время в Калининградской области все были атеистами – не было ни одного храма. Только начиная с 1990-х годов стали строиться храмы православной традиции. Первоначально храмы располагались в бывших немецких кирхах. Но на площади Победы храм был с самого начала – небольшой, деревянный, но православной традиции.

– Лидия Владимировна, хотелось бы поговорить с Вами о вашем писательском ремесле. Я не случайно это называю ремеслом, потому что считаю писательский труд большой работой. И вдохновением, конечно. Вы родились в деревне Хомичи Быховского района Могилевской области. Тогда это была Белорусская Советская Социалистическая Республика. Как Вы стали писателем?

– Писательское творчество и желание быть писателем рождается из мечты – ранней или поздней, когда человеку хочется сказать что-то другим людям. И не просто сказать, а поделиться своим опытом, своими наблюдениями. У меня лично это связано с жаждой чтения и большим желанием познавать мир. У нас дома была библиотека. Мой отец любил читать и очень много знал наизусть. Больше всего он любил Льва Николаевича Толстого. С раннего возраста он часто пересказывал эпизоды из книг Пушкина; любил читать сказки наизусть. В разговоре он всегда использовал какие-то цитаты, иногда нравоучительные. Это было очень интересно и полезно.

Я читала очень много. У меня был брат на два года старше меня. В основном его воспитанием (как и младшего брата) занималась мама. Наша разница в возрасте никак не ощущалась. Ему задавали наизусть учить стихи – и я их выучила наизусть; его учили читать и считать – рядом с ним и я научилась. С пяти лет я уже ходила в деревенскую библиотеку. Нельзя сказать, что она была очень богата…

– Слава Богу, что она вообще была в деревне.

– Да… Была небольшая библиотека. Было очень много книг о войне, о партизанском движении в Беларуси. Детская литература, классика... Я постоянно туда ходила и дружила с библиотекарем еще с дошкольного возраста. А когда в школе я начала прислушиваться к тому, что говорит учительница, то многие вещи понимала уже гораздо быстрее, чем остальные. Говорят, что младшие дети идут за старшими – мне было значительно легче, потому что старший брат уже проложил дорогу.

С девятого класса меня потянуло на стихи. Редакция местной газеты «Маяк Приднепровья» опубликовала мои сочинения. Это было некое великодушие, аванс, но это повлияло на мое желание писать и творить.

– Потом был историко-филологический факультет Гомельского государственного университета.

– Это уже больше связано с научной работой. У меня был научный руководитель Людмила Григорьевна Яскевич. После университета мы с ней потерялись, а потом нашлись, когда появился Интернет. Она переехала на свою родину в Вологду, и так получилось, что я давала ей рекомендацию в Союз писателей. Она меня приучала к научной работе, к исследовательской тщательности, к ответственности за то, что тобой создано и написано. Я ей очень благодарна. Она даже не учительница – она мой настоящий учитель. В последние годы жизни она полюбила мой журнал, влилась в ряды Союза писателей России. За такой наш синтез я бесконечно ей благодарна. Я написала о ней, о ее книгах целый ряд статей...

– Но Вы еще успевали преподавать русский язык и литературу, работали директором школы. Была основательная учительская карьера?

– Я поехала по распределению, не предпринимая никаких усилий, чтобы как-то изменить свой путь. Я понимала, что у меня в дипломе будет написано: «Филолог, преподаватель русского языка и литературы». Куда направили, туда я и поехала работать. Я приехала в деревню Ковчицы Гомельской области. К сожалению, школы там уже нет, потому что деревня почти умерла. Я работала с энтузиазмом, мне так нравилось! Дети мне очень нравились, нравились и мои коллеги, у которых я тоже училась. Через полгода меня назначили завучем по воспитательной работе, а еще через полгода – директором. Меня проверял заведующий районным отделом народного образования… Хотя мне поначалу казалось, что миссия невыполнима, как-то Господь меня вел, и все задачи, которые ставились в то время, решались.

В это время я вышла замуж за курсанта Высшего военно-морского училища радиоэлектроники имени Попова. После окончания училища он служил на флоте в радиоэлектронной разведке. Мы всей семьей поехали в маленький гарнизон Вустров, располагавшийся недалеко от западной границы; там была небольшая военно-морская часть. Нужно было отслеживать действия бундесвера – армии Западной Германии. Для меня тогда было открытие немецкого языка. Я его и так знала, но там мои знания очень сильно усовершенствовались. Там была переводчица («секретчица») – она занималась конкретными делами. Но кроме нее был нужен человек, который может разговаривать по-немецки (когда это требовалось), но не имеет отношения к секретам. И поэтому я там чувствовала себя полезной.

– Давайте перенесемся в тот период времени, когда Вы работали в средствах массовой информации. Кабельное телевидение, радиовещание, работа главным редактором газеты «Вестник Балтийска»…

– Да, все так… Не то чтобы я об этом мечтала – меня как-то приводила судьба. Людям нравилось, и они меня звали то на радио, то в газету.

– Вы участвовали в проекте Евгения Ильина «Концепция преподавания литературы на основе педагогического общения». Почему вдруг Вас это зацепило?

– По распределению я только-только приехала работать в школу Светлогорского района Гомельской области. Из «Литературной газеты», которую я выписывала, я узнала о педагоге-новаторе Викторе Федоровиче Шаталове, который жил в Донецке. Я поехала в Светлогорск к заведующему РОНО и сказала, что хочу изучить методику Шаталова. Меня отпустили, и на весенних каникулах я уехала. Это была необыкновенная школа. Мы недолго общались; он показал мне некоторые свои брошюры…

Потом мы с мужем вернулись из группы Советских войск в Германии, и его отправили учиться в Военно-морскую академию (это был еще Ленинград). Поскольку я была словесником, я очень интересовалась методикой преподавания, и в книжных магазинах мне попался целый ряд брошюр Евгения Николаевича Ильина – также учителя-новатора. В середине 1980-х годов я с ним встретилась. Я об этом мечтала! Я поехала в 319-ю школу на Малодетскосельском проспекте… Захожу, и мне навстречу как раз идет Евгений Николаевич Ильин – человек необыкновенного благородства, необыкновенной любви к людям.

Я называла его преподавание человековедением, человекознанием. Когда у меня была возможность, я приходила к нему на уроки и духовно наслаждалась его любовью к литературе, его толкованиями. Он обращался к каким-то характерам, литературным судьбам и предлагал ученикам рассуждать: почему герой поступил так, а не иначе, что он сделал такого, что привело его к определенным рассуждениям. Он рассуждал о мировоззрении героя, о пути, который тот проходил. Это были очень интересные уроки. В школу приезжали люди со всего Советского Союза: просто толпы сидели на его уроках! К этому времени Евгений Николаевич уже выступил в Останкино (на телевидении), и его знали не только в Советском Союзе. Его приглашали в Болгарию, в Польшу…

Когда он уезжал, никто не хотел его заменять, и только я набралась смелости: больше никто не соглашался. Мне хотелось сопоставить моих учеников и его, и это было очень интересно. Директор школы близко общался с учениками и всегда спрашивал, как они относятся к учителям. А я только взялась за это дело… Прихожу как-то в школу, а мне навстречу идет директор и говорит: «Молодец! Ученики очень Вас хвалят». И я очень рада, что то, что я делала, было востребовано, что мои слова воспринимались всерьез. И я видела свое влияние.

– Вы были главным редактором газеты «Вестник Балтийска». Вы – почетный гражданин Балтийского городского округа…

– Да… Я решила, что я пойду работать в школу. В это время я мечтала о том, что буду преподавать мировую художественную культуру. Это были времена уже более-менее свободные, и мне хотелось, чтобы дети были больше приобщены к искусству. Ведь на уроках литературы часто можно (и нужно) говорить и о музыке, и о театре, и о живописи. Я написала программу преподавания мировой художественной культуры. Школа давала только один час в неделю, но и это было хорошо. В начале 1990-х годов даже многие технические вузы вводили предмет «Мировая художественная культура», и те дети, которые у меня учились (они мне потом рассказывали), были на голову выше, когда речь шла о произведениях искусства, литературе, музыке и так далее. Но сейчас в вузах этого предмета нет…

Школу я безумно любила. Я считала, что лучше меня вообще никто не преподает. Те, кому я ставила пятерку, бесспорно подтверждали ее при поступлении в вузы.

В городе появилось кабельное телевидение, и меня туда пригласили работать. Я уже достаточно изучила историю города; я написала много книг и статей по его истории и о жизни людей. В 1996 году я была избрана в городской Совет депутатов. И для меня еще больше открылся мир города… Довольно часто я показывала разные судьбы в передачах кабельного телевидения. Но сюжет по телевизору показали, а потом и забыли – всем хотелось, чтобы это было написано. И я написала книгу «Балтийские судьбы». Это большая, объемная, как энциклопедия, книга. До сих пор жители Балтийска ею пользуются. И библиотекари говорят: что бы мы без нее делали! Я счастлива, что мне было дано это сделать.

– Вы прозаик и публицист. Когда вышла Ваша первая книга? Когда Вы показали себя как писатель?

– Это произошло в 1990-е годы. Калининградская область была закрытым регионом. А с 1991 года туда поехали бывшие жители Восточной Пруссии. В основном это те, кого родители вывозили в возрасте 10–15 лет. Конечно, на тот момент это были уже взрослые люди. Они хотели найти свой дом. Они хотели найти людей, знающих немецкий язык, кто мог бы им помочь. Таких было немного, но я оказалась в их числе. А немцы ехали... Мне говорили: переведи, мы же ничего не понимаем. Я приходила, переводила, помогала найти улицы. Я сделала сборник о том, как раньше по-немецки называлась улица и как она называется сейчас. Я расспрашивала, что было раньше на том или ином месте. И мне рассказывали…

Некоторые приезжали по многу раз и, зная мой интерес, привозили то открытки, то брошюры, то выдержки из немецких книг. Я была им благодарна. О том, что Петр I был в Пиллау в 1699-м, а потом в 1700-х годах (он несколько раз приезжал в Восточную Пруссию), я узнала из немецких книг. В наших источниках эти сведения мне не попадались. Или как вели себя русские, когда Восточная Пруссия стала провинцией России… Я была очарована немецкими источниками, в которых говорилось: русские повели себя удивительно – они называли жителей Восточной Пруссии братьями. Русский флот был достаточно большим. У немцев были только маленькие суда. Они стояли вокруг крепости в неглубоком и маленьком канале, а русский флот стоял на рейде в Балтийском море. Но в период с 1758 по 1762 год русские построили современную набережную, где уже стояли наши большие военные корабли. И до сих пор ничего не поменялось.

На тему маринистики я написала семь книг: об истории Калининградского морского канала и торгового порта; я написала книгу к юбилею «Гидростроя» – организации, которая занималась укреплением набережных; книгу о Лоцманском движении… Эти книги издаются, конечно, небольшими тиражами.

Всего я написала 38 книг. Моя серьезная художественная книга – «Праздник мудрецов». В ней повести, рассказы, миниатюры, связанные с нашим краем. Обычно это облеченные в художественную форму подлинные истории, которые мне рассказывали люди. Но больше всего книг я написала в биографическом и критически публицистическом жанре. Одиннадцать лет назад я начала издавать журнал «Литературные берега»; там я писала статьи об интересных авторах, которые производили на меня сильное впечатление и, на мой взгляд, были художественным открытием. Так получился и отдельный сборник о них.

Я написала о книге «Бессрочный полет» Сэды Вермишевой. Это большой русский поэт (хотя у нее армянское происхождение); она писала стихи и публицистику. Она ушла 18 февраля 2020 года. Последние пять лет ее жизни были связаны с журналом «Берега». Очень познавательная книга. Особенно ее часть, рассказывающая о причинах крушения Советского Союза. Ее размышления очень сильные, мощные. У нее были большие знания о том, что происходило за Кремлевской стеной: она работала помощницей Николая Ивановича Рыжкова.