Церковь и общество. Директор Фонда Сивохиных Алексей Сивохин и историк Денис Ивлев

Продолжение разговора о купце первой гильдии, известном православном жертвователе, почетном гражданине Санкт-Петербурга, который также был членом-учредителем Императорского православного палестинского общества, Ефреме Никифоровиче Сивохине. В беседе с писателем Константином Ковалевым-Случевским принимают участие директор Фонда Сивохиных Алексей Павлович Сивохин, а также историк, аспирант Санкт-Петербургского института истории РАН Денис Михайлович Ивлев, рассказавший о помощи Казанскому женскому монастырю в Вышнем Волочке со стороны благотворителя.

– Сегодня у нас в гостях Алексей Павлович Сивохин и Денис Михайлович Ивлев. Они расскажут нам об одном замечательном человеке, 200-летие которого мы отмечаем в январе 2025 года. Это предок Алексея Павловича, Ефрем Никифорович Сивохин. В прошлой программе мы уже говорили о нем, но напомните еще раз, кем был Ефрем Никифорович.

Алексей Павлович Сивохин, директор Фонда Сивохиных:

– Ефрем Никифорович Сивохин – потомственный почетный гражданин и кавалер Санкт-Петербурга, купец первой гильдии, член-учредитель Императорского православного палестинского общества, статский советник, известный благотворитель.

– Оказалось, что он не просто известный благотворитель, это человек, который был членом многочисленных общественных организаций, у которого в малолетстве умерли все дети. В результате чего, зарабатывая большие деньги, он тратил их на благотворительность. Это был уникальный купец XIX века. Верно?

Алексей Павлович Сивохин:

– Да, это так. Еще Ефрем Никифорович участвовал в становлении православных храмов и монастырей. Он был главным благотворителем Казанского женского монастыря в Вышнем Волочке. Принимал участие в обустройстве Леушинского Иоанно-Предтеченского монастыря. На средства Ефрема Никифоровича были восстановлены многие постройки Белогоститского Георгиевского мужского монастыря, в котором он построил храм в честь своего покровителя преподобного Ефрема Сирина. На острове Коневец он построил скит в честь Коневской иконы Божией Матери на Ладожском озере. Ефрем Никифорович одаривал и украшал многие храмы иконами, колоколами, иконостасами по всей Центральной России. Помогал церквям Болгарии, Иерусалима, Прибалтики, Афона, в том числе даже японской миссии.

– Совершенно уникальный человек. Он был отмечен орденами и медалями. С точки зрения купечества, редкий человек получал такие награды.

Алексей Павлович Сивохин:

– Да, это редкий случай, когда столько орденов и медалей получил за свою жизнь Ефрем Никифорович. У него две золотые медали за усердие на Владимирской ленте и медали на Александровской ленте, шесть орденов: святого Станислава III степени, святого Станислава II степени, князя Владимира IV степени, Льва и Солнца III степени, святой Анны II степени, святого равноапостольного князя Владимира III степени.

– Напомним, что речь идет о наградах Российской империи XIX века. Также известно, что он дослужился до чина статского советника. С точки зрения купечества, это был важный чин?

Алексей Павлович Сивохин:

– Чин статского советника давали людям, которые были на государевой службе. Ефрем Никифорович состоял на государевой службе, так как был попечителем многих училищ. Это считалось государственной службой.

– Он был еще и одним из учредителей Императорского православного палестинского общества.

Алексей Павлович Сивохин:

– Верно. За такую благотворительную деятельность ему предложили, как купцу, стать учредителем. Всего два купца были членами-учредителями этого общества ­– Дмитрий Дмитриевич Смышляев и Ефрем Никифорович Сивохин. Помимо представителей аристократии, научной общественности только они двое из купечества стали учредителями. Наверное, были купцы и более состоятельные, более известные. Но, видимо, по заслугам и беспредельной преданности Православной Церкви выбор остановился на этих двух достойных христианах.

– Дмитрий Михайлович, мы сидим рядом с панорамой Казанского монастыря. Как он связан с Ефремом Никифоровичем Сивохиным?

Денис Михайлович Ивлев, историк, аспирант Санкт-Петербургского института истории Российской академии наук:

– У меня заготовлена в подарок к 20-летнему юбилею канала «Союз» книжка, посвященная архитектуре Казанского женского монастыря. На обложке мы видим Казанский собор, который здесь же, на фотографии. Это один из красивейших храмов России, посвященных Казанской иконе Пресвятой Богородицы. На нем 19 куполов. Его построил известный московский архитектор Александр Степанович Каминский. Начали строить этот собор, когда в монастыре было всего лишь несколько десятков сестер. И сама настоятельница-основательница монастыря, будущая игуменья Досифея (Салтыкова), переживала, что, скорее всего, эту стройку не получится завершить. Прошли много испытаний. И вот на последнем этапе, в 1880 году, к постройке этого собора привлекается Ефрем Никифорович Сивохин.

Изначально монастырь был основан в 1872 году как община, а в 1881 году он становится уже полноценным заштатным монастырем. И монахиня Досифея получает сан игуменьи. Она была родом с тех самых мест, откуда был и Ефрем Никифорович, они были практически земляками. И может быть, на основе этого, может быть, на основе почитания Ефремом Никифоровичем Казанской иконы Пресвятой Богородицы и любви к благотворительности монастырям все это переплелось вместе, и он решает помочь в завершении постройки этого собора. Отделка здания осуществлялась на его средства, внутренние интерьеры, покрытие куполов металлом, установка крестов – все это было возложено на Ефрема Никифоровича.

В Москве, в Российской государственной библиотеке, находится Фонд архиепископа Саввы (Тихомирова). Там собраны интересные документы, в том числе и воспоминания самой монахини Досифеи, написанные крупным почерком, и документы, которые свидетельствуют в том числе и о вкладах Ефрема Никифоровича Сивохина. Несколько листов занимает только перечисление тех денежных сумм, которые он вложил в завершение строительства этого собора.

Но постройка собора – это не единственная его заслуга. На фотографии мы с вами можем увидеть розовую колокольню. Это полностью постройка Ефрема Никифоровича. В 1882 году к освящению собора он жертвует колокол в 360 пудов. И благодаря воспоминаниям, которые есть в Фонде Саввы (Тихомирова), в свое время (еще в 1890 году) была издана книжка, посвященная истории Казанского женского монастыря. Она основана на воспоминаниях и записках игуменьи Досифеи. Среди этих записок есть очень интересная история. Когда Ефрем Никифорович в очередной раз приезжает в монастырь, он видит висящий на столбах колокол и говорит, что звона не слышно в городе и надо строить колокольню. Привлекает подрядчика и говорит: «На тебе, братец, 30 тысяч, сооруди-ка мне колоколенку». Тот приносит проект, а Сивохин отвечает: «Маленькая колоколенка. На тебе еще денег, сделай мне колокольню повыше, побольше». Этот проект сохранился, он подписан Петром Федоровичем Федоровым, знаменитым архитектором Тверской области. Он же занимался строительством самого Казанского собора, хотя архитектором выступал Каминский, но Каминский в монастырь, скорее всего, даже и не приезжал. Проект был составлен для действительно гигантского храма высотой в 50 метров, который строился практически на болоте. Из-за этого было трудно: сваи надо было забивать, искать соответствующий кирпич и учитывать все нюансы, связанные с почвой. Поэтому и был приглашен архитектор из Твери Петр Федорович Федоров, который полностью занимался постройкой этого собора. И Федоров же создает проект колокольни и занимается ее сооружением.

Если взглянуть и на фотографии современного монастыря, и на старинные фотографии, то можно увидеть, что они построены в едином ансамбле с Казанским собором. Из-за этого возникает иногда мнение, что Каминский сделал проект и колокольни, но на самом деле это не так. Федоров решил вписать это в единый ансамбль. Колокольня была достаточно уникальной. Это так называемые «церкви под колоколы». То есть это храм-колокольня: это и Святые ворота – главный въезд в Казанский монастырь, это и надвратная церковь в честь святых Ефрема Сирина и мученицы Неониллы – в честь небесных покровителей четы Сивохиных, далее ярус звона и ярус с часовым боем. Это одна из самых высоких колоколен Тверской земли, высотой свыше 70 метров. Если к Вышнему Волочку подплывать по водохранилищу, то города не видно, потому что водохранилище находится выше города, а колокольня из воды поднимается.

– Это ведь благовестный колокол, я так понимаю, главный, который дает самый низкий удар, созывает на службу?

Денис Михайлович Ивлев:

– Да, это так.

– Есть история Андрониковской иконы Божией Матери, связанная с этим монастырем?

Денис Михайлович Ивлев:

– Да, наверное, это самая главная история для Казанского монастыря, да и для православной России тоже. Потому что Андрониковская икона Божией Матери – это уникальный образ Пресвятой Богородицы, который, по преданию, написан святым апостолом и евангелистом Лукой. И вот представьте себе, эта святыня хранилась в Казанском монастыре благодаря Ефрему Никифоровичу Сивохину. Здесь, наверное, надо сказать пару слов об истории этой иконы. Она была святыней Византийского императорского дома, хранилась в личных покоях византийских императоров. Название ее происходит от имени Андроника Палеолога, который являлся последним владельцем этой иконы. После его смерти она была передана в Монемвасийский монастырь. Еще когда она была в императорских покоях, в один из моментов, когда турки пытались взять Константинополь, один из воинов ворвался в покои императора, выхватил нож и вонзил в икону в области шеи Богоматери. И из иконы потекла настоящая человеческая кровь. С этой раной она и изображается. Икону называют «Андроникова», «Андрониковская», «Монемвасийская» – у нее много названий, но речь идет об одном и том же образе. Это погрудное изображение Богоматери; Она без Богомладенца. Небольшой образ, который хранился вплоть до XIX века в Монемвасийском монастыре. Затем он попадает в Россию, в церковь Зимнего дворца Санкт-Петербурга. Эту святыню прекрасно знала императорская семья. Далее он переносится в Троицкий собор Санкт-Петербурга – главный храм Петербурга, первый кафедральный храм. Благодаря этой иконе храм был полностью отреставрирован.

И вот оттуда в 1885 году стараниями Ефрема Никифоровича Сивохина икона попадает в Казанский женский монастырь в Вышнем Волочке. Ее торжественно и со слезами провожали в Петербурге и со слезами торжественно встречали. Есть описание всех этих событий. 1 мая по старому стилю икону встречали на железнодорожной станции в Вышнем Волочке и крестным ходом перенесли в Казанский женский монастырь. В честь этого позднее был учрежден ежегодный крестный ход, который совершался по всему городу с Андрониковской иконой Божией Матери. И именно этот вклад Ефрема Никифоровича Сивохина повлиял на дальнейшую судьбу всего Казанского женского монастыря.

Здесь находится еще одно изображение собора. Это зимний собор Казанского монастыря, Андрониковский. Он строился уже после того, как Ефрем Никифорович скончался. Но мы его связываем именно с Сивохиным, потому что здесь такая неразрывная цепочка связей: Сивохина – с Иоанном Кронштадтским, Иоанна Кронштадтского – с Казанским женским монастырем, Казанского женского монастыря – с Андрониковской иконой. Иоанн Кронштадтский несколько раз посещал Казанский монастырь, духовно окормлял его сестер. В начале XX века это был один из самых крупных женских монастырей России – 800 монахинь вместе с послушницами. Это целый город. Его так и называли путешественники – Град Божий, потому что посреди поля эти строения грандиозные, огромное количество зданий и огромное количество сестер. Иоанн Кронштадтский, приехав сюда, молится перед Андрониковской иконой и призывает всю православную Россию собрать средства на создание собора в ее честь. И до недавнего времени это был единственный храм в России, посвященный Андрониковской иконе Божией Матери. Сейчас есть престол в честь Андрониковской иконы.

– Сам храм сохранился?

Денис Михайлович Ивлев:

– Он сохранился. Вот он на фотографии, под золотыми куполами. В монастыре в советское время была военная часть. Родники, святые источники, загородная Казанская церковь были разрушены, но здания использовались под военную часть.

– Может быть, даже это и к лучшему? Благодаря этому они сохранились?

Денис Михайлович Ивлев:

– Скорее всего. Иначе бы снесли. В Вышнем Волочке снесли практически все храмы. Это очень печально, потому что историческая застройка сохранилась, а доминант нет. Нет этих вертикалей, вокруг которого город строился. Не хватает храмов у нас в Вышнем Волочке. И Казанский монастырь, конечно, является жемчужиной архитектуры Вышнего Волочка и Тверской земли.

Иоанн Кронштадтский и закладывает этот храм, на собранные средства его строит, и он же участвует в освящении в 1901 году нашего Андрониковского собора. И сейчас единственный в Тверской области памятник Иоанну Кронштадтскому стоит как раз напротив собора. Там он с Андрониковской иконой обращен к Казанскому собору и благословляет правой рукой всю территорию монастыря.

– Денис Михайлович, пока непонятно только одно: как Андрониковская икона попала в Россию из того места, где она хранилась?

Денис Михайлович Ивлев:

– Монемвасийский монастырь был разрушен во время Турецкой войны, и настоятель этого монастыря вынес икону и передал ее через русского посланника в Россию. И в итоге икона оказалась у самого императора. Были претензии на владение этой иконой, но Сивохин, благодаря своей предпринимательской жилке, умело разрешил эту ситуацию, заплатил нужные деньги тем, кто претендовал на эту икону, и вывез ее в Вышний Волочек в свой любимый Казанский монастырь.

– Она сохранилась?

Денис Михайлович Ивлев:

– Нет, икона, к сожалению, исчезла. Ее украли в 1984 году из Богоявленского собора Вышнего Волочка. Но есть зацепки, связанные с ее дальнейшей историей. Она в России, но это целая детективная история, связанная с иконой и тем, где она может находиться. Пока не нашли.

– А почитаемые ее списки какие-то есть?

Денис Михайлович Ивлев:

– В Москве есть список, в Санкт-Петербурге в Николо-Богоявленском соборе есть список, в Киево-Печерской лавре есть список. В моей книжке есть целый ряд чтимых списков, которые известны, по крайней мере, благодаря Интернету. Например, Переславль-Залесский, там же и придел в честь Андрониковской иконы освящен. И самое главное, что эти списки писались сестрами Казанского монастыря. Была своя иконописная мастерская. Они старались ее писать полностью размер в размер и в той ризе, которая была сооружена в России для этой иконы. Обязательно изображался ковчежец с тем самым ножиком, которым был нанесен удар.

– Алексей Павлович, здесь же был похоронен герой нашей программы, а также его семья. Где и как это произошло?

Алексей Павлович Сивохин:

– Ефрем Никифорович еще при жизни, строя эту колокольню с храмом Ефрема Сирина, предусмотрел вместе с проектировщиками склеп. Он сам определил свое место.

– Сохранились останки?

Алексей Павлович Сивохин:

– Ефрем Никифорович умер в Санкт-Петербурге, у себя дома, на Гороховой улице, 54. Через два дня его по Николаевской железной дороге привезли в Вышний Волочек, и уже здесь его предали земле. Неонилла Афанасьевна, закончив все свои дела, дела Ефрема Никифоровича, переехала жить в Вышний Волочек, стала монахиней. После его смерти она еще семь лет жила в этом монастыре, и после ее кончины ее похоронили рядом с супругом. Мраморное надгробие Неониллы Афанасьевны сохранилось, у Ефрема Никифоровича оно было утеряно. Мы сейчас его восстановили, сделали новое. Так что усыпальница существует. Приезжаем, кладем цветочки на эти могилки.

– Удивительная судьба, удивительная жизнь, удивительное напряжение жизни, удивительное окончание жизни и удивительное место, где они похоронены. Денис Михайлович, если вспоминать нашего героя Ефрема Никифоровича Сивохина, какие слова как историк Вы могли бы сказать об этом человеке?

Денис Михайлович Ивлев:

– Могу сказать и как историк, и как экскурсовод, потому что я вожу экскурсии по территории Казанского монастыря; и когда удается посещать усыпальницу Ефрема Никифоровича, сердце наполняется благодарностью за то, что было сделано для монастыря и вместе с тем для всей России. Не переоценить его роль в сохранении этой иконы, ее прославлении – она неоценима. И сама его судьба мне напоминает еще об одном человеке из Вышнего Волочка, это Михаил Иванович Сердюков, создатель водной системы, который прошел путь от раба до дворянина. Сивохин прошел путь от крестьянина, от мальчика (так называлась должность) до статского советника. Несмотря на его происхождение (в архиве Питера я видел это дело), хотели дать степень действительного статского советника. Но не могли перепрыгнуть законодательство того времени, потому что человек должен был иметь дворянский титул. Однако этот вопрос серьезно обсуждался: перечислялись все его заслуги, все постройки, все финансовые вложения, его участие в организации учебных заведений, различных обществ. Все это было в поле зрения государя. Так что фамилия малоизвестная (но я думаю, что мы это исправляем этой передачей), а с другой стороны – жизнь, достойная подражания. Несмотря на то что он перенес смерть детей, это его не сломило, а, наоборот, заставило всего себя отдать служению Отечеству и Богу.

– Побольше бы нам таких людей сегодня. Алексей Павлович, какие планы? Что и как будете отмечать в юбилейном году, когда исполняется 200 лет со дня рождения Ефрема Сивохина?

Алексей Павлович Сивохин:

– Могу сказать, что 17 февраля по благословению митрополита Тверского и Кашинского Амвросия будет отслужена панихида по Ефрему Никифоровичу. Большое спасибо администрации города. Она предоставила нам площадку, куда мы пригласили представителей тех храмов и монастырей, в становлении которых Ефрем Никифорович принимал участие. Приедут делегации; может быть, настоятели. Каждый выступит с небольшой речью, вспомнит про Ефрема Никифоровича и о том, какую помощь он оказал тому или иному приходу.

– Телеканал «Союз» отмечает в этом году 20-летие, это большой срок, мы многое сделали. И надеюсь, что вы вспомните нас еще раз.

Денис Михайлович Ивлев:

– Мы поздравляем всех сотрудников, всех, кто причастен к деятельности канала «Союз». Мы рады вас смотреть, благодарны за тот труд, который вы делаете, и мне бы хотелось пожелать процветания вашему делу и долгих лет – чтобы и полвека, и век вы вещали, и нас просвещали, и нам помогали, наставляя нас на путь истины. Дарю вам свою книжку; надеюсь, что она станет напоминанием о нашей встрече и подарком для канала.

Записал Иван Игнатов