Благая часть. 15 сентября 2026

– Мы вчера стали делиться впечатлениями о поездке в Свято-Введенский мужской монастырь (Оптину пустынь). Оказывается, мы давно с ним знакомы – уже больше 30 лет. Позвольте в авторской передаче поделиться впечатлениями.

В Оптину пустынь была еще поездка с ключевыми сотрудниками службы милосердия. Тогда, 18 лет назад, был опыт формирования коллектива, команды (общины, правильнее сказать). Мы несколько раз в год по благословению владыки совершали паломнические десятидневные поездки. Садились в автобус и ехали в какое-то конкретное место (причем не посещая другие места), чтобы пожить там, потрудиться, напитаться этим духом. В какой-то год мы спланировали поездку в Киево-Печерский монастырь. И ждали этого, потому что это было далеко, и человек сам по себе навряд ли сможет туда добраться.

Мы приехали на границу с Украиной. На таможне у трех человек возникли какие-то заминки с документами. Мы, конечно, могли бы их оставить в России, а сами поехать, но мы своих не бросаем. Приняли решение поехать туда в другой раз. Развернулись. На два дня заехали в Оптину пустынь, и затем поехали в Псково-Печерский монастырь. Была такая возможность напитываться. Каждый монастырь, каждая монашеская община – это целый мир, который созидается и формируется наместником, духовником. А мы приезжаем со стороны (как некий инородный элемент) со своим шумом, своими привычками, хаосом. Нам на несколько дней нужно как-то встроиться. Всегда хочется, чтобы тебя приняли, чтобы ты стал своим. И те монастыри, с которыми удалось подружиться, навсегда остаются в памяти. При любой возможности привозишь туда новых прихожан, сотрудников, чтобы приоткрыть им эту красоту. Такие монастыри – Псково-Печерский или Валаамский монастырь, Оптина пустынь.

Случилось так, что наш связной, то есть близкий по духу человек, схимонах Ефимий, который десять лет назад открывал нам монастырские уголочки, почил в Боге. И больше таких близких отношений уже не настроилось. Мы очень аккуратно ехали; часть нашего Успенского братства, 16–17 мужчин, отправились в это путешествие. И когда приехали в Оптину пустынь, мы, конечно, их удивили. Монахи говорили: «Обычно мы обращаемся: “братья и сестры”, но посмотришь – а братьев-то нет, одни сестры вокруг. А тут батюшка выходит и говорит: “братья и сестры”. А сестер-то нет, одни братья!» Это сильно, когда видишь русских, православных, адекватных, вменяемых, состоявшихся красивых мужчин, которые на несколько дней приехали помолиться в монастырь.

На первой службе робко входишь в алтарь, никого тут не знаешь… Выходит священник, иеромонах Давид, и говорит: «Отец Евгений! Я за Вас молюсь с того самого времени», – и сгребает в свои объятия. «Как там Ваня с Катей, которые в Крымск ездили? Я за них молюсь». Представляете, это было лет 15 назад! Так Оптина раскрыла свои объятия. А потом началась эта жизнь: служба утром и вечером; в течение дня обязательно заходили помолиться у могилок иеромонаха Василия, инока Трофима, инока Ферапонта и приснопоминаемого схиархимандрита Илия (он похоронен рядышком с этой часовней). Смотрели, слушали. Хотели как-то войти в молитвенный и жизненный уклад монастыря, чтобы унести с собой какую-то часть благодати.

На первой же службе я подхожу к благочинному. Очень важно формулировать свои просьбы. Я говорю: «Можно нам организовать духовную беседу?» Он задумался. «Пойдемте к монастырскому духовнику». Подходим к отцу Лаврентию. Он говорит: «У вас завтра встреча с владыкой. (Владыка – это наместник монастыря, епископ Иосиф.) Если захотите, потом мы с вами побеседуем». Мы идем к владыке. Он нас принимает, расспрашивает, делится своим опытом, рассказывает свою жизненную историю. Это наполняет какой-то теплотой, любовью. Важные слова нужно услышать.

Потом снова службы, общение с братьями и обязательно подведение итогов вечером. На следующий день нам уезжать. Отец Давид подходит и говорит: «Вы на ночную службу придете?» Я говорю: «С радостью!» Когда есть возможность сделать шаг вперед, его надо делать. «Только я не один, со мной еще 16 братьев». Мы пришли на ночную службу, которая совершается только монастырской братией. Это как некая тайна в ночи… Я понимаю, что братия Оптиной приоткрывает нам какие-то стороны своей жизни и делится опытом, теплом, которые она хранит.

Была еще одна встреча с духовником, с братией. Но об этом в следующих программах. Помогай нам всем Господь!