Благая часть. 4 июля 2025

– Вчера коснулись темы духовничества. Когда возникло послушание организовывать социальное дело и православную службу «Милосердие» (как могли, как получалось), в первую очередь мы старались реализовать принцип Антуана де Сент-Экзюпери: любовь может быть там, где смотрят не друг на друга, а в одну сторону.

Я понимаю, что для меня это важно как для капитана корабля, как для настоятеля или руководителя, чтобы моя команда смотрела со мной в одну сторону, чтобы принимала те ценности, которые для меня важны (и духовные, и человеческие), чтобы разделяла веру, чтобы Христос был сокровищем, а не просто формально воспринятым как Тот, в честь Кого мы крестились – и дальше никуда не пошли. Поэтому в самом начале отношений с сотрудниками всегда это ставится условием: мне важно, чтобы вы жили церковной жизнью по-настоящему, не формально, не для отчета или галочки, как это было когда-то в царское время, в предреволюционный период, когда причащаться нужно было по протоколу, и это все фиксировалось и являлось условием работы чиновника в государственном учреждении. Нет, конечно, это никому не нужно.

И тогда получается транслировать то, что важно, ценно, через таких помощников, которые сонастроены с тобой. И тогда получается доверять. Говорят: «Батюшка, Вы придете на встречу (или семинар)?». Я говорю: «Мне достаточно, что вы там присутствуете, я вам доверяю, нет необходимости делать дополнительный контроль».

Но не всегда бывает так. Бывает, реализуем какой-то проект, а человек является в нем фрилансером, когда он вроде как талантливый, грамотный, но не находится внутри организации, не пропитан нашими ценностями, смыслами, хотя, по-видимому, достаточно хороший специалист мог бы быть.

Недавно одного пригласили на интервью в проекте. Человек подготовил вопросы, снял их с участниками этого проекта. После того как интервью завершилось, я для себя понял, что больше никогда не буду с этим человеком разговаривать и вести дело в таком плане.  Когда приглашаешь человека, у которого что-то хочешь спросить, ведь важно спросить это у него. А тут получается, что задается вопрос (причем вопрос вообще не отфильтрован и даже не отредактирован, снят с сайта, как был написан, так и прочитан, хотя должна же быть какая-то логика, какой-то смысл, какой-то порядок), я как-то пытаюсь на него духовно ответить, со смыслами, которые упираются в Евангелие, а собеседник начинает потом свою версию излагать. Причем его монолог даже больше слов священника и часто бывает в каком-то даже противоречии со сказанным. И получается, что это противоречие дальше уходит в эфир, и это уже не интервью, а самопрезентация умного, рассуждающего, но достаточно поверхностного, неглубокого человека. Потому что важно же зерно посеять, а не просто что-то проговорить.

Важно, чтобы с человеком, с которым происходит какое-то сообщение, была, может, не духовническая, но все равно какая-то ценностная настройка, если этот человек себя заявляет православным. Поэтому каждый раз, когда появляются новые направления, это является фундаментальным принципом: чтобы была духовная связь.

Даже, может быть, не так обязательно, чтобы человек был твоим чадом, потому что есть направления, в которых у нас много сотрудников, и они окормляются в других храмах, нет такого принципа, чтобы все тут были под контролем. Но важны доверие, согласованность и сонастроенность, тогда получается качать кровь в каждую клеточку организма, и он живет, приносит плоды.

Поделился тем, что беспокоит. Вдруг кто-то в этом услышит пользу для себя. Помогай нам всем Господь!