Беседы с батюшкой. Священник Димитрий Сафонов. 6 апреля 2025

В студии – клирик храма святого праведного Иоанна Кронштадтского в Жулебино, доцент кафедры теологии МГЛУ священник Димитрий Сафонов.

– Мы с Вами разговариваем в день, когда вся Русская Православная Церковь отмечает столетие со дня кончины Святейшего патриарха Тихона, святителя Тихона, патриарха Всероссийского. Торжества проходят на очень высоком уровне. Сегодня особый повод вспомнить об этой личности, понять, почему мы так его почитаем и особо вспоминаем. Хотелось бы поговорить об этом именно с Вами, потому что Вы много лет занимаетесь изучением биографии патриарха Тихона и его наследия. Среди прочего у Вас есть книга, посвященная этому святителю: «Патриарх Тихон и его время». Ваша кандидатская работа посвящена Святейшему Тихону, а также на протяжении многих лет Вы публикуете множество статей о нем, его соратниках, сподвижниках, его наследии и его трудах. Отец Димитрий, почему в Русской Церкви в этом году, в год столетия со дня его кончины, торжества по этому поводу проходят на таком высоком уровне?

– Для Русской Православной Церкви Московского Патриархата имя святого Тихона является ключевым. Нас долгое время, в 20-е, 30-е и даже в 40-е годы XX века, пока существовал обновленческий раскол, который официально признавался властью как легальная Церковь, называли «тихоновцами». Напомню, что в 1922 году обновленцы объявили себя Российской Православной Церковью, патриарх был объявлен низложенным, и в 1923 году обновленческий собор даже лишил его сана и монашества, согласно всем государственным документам. Даже патриарх Константинопольский Григорий в 1924 году признал обновленцев как законную каноническую Церковь России и потребовал от патриарха Тихона ухода на покой. Поэтому мы – тихоновцы. Московская Патриархия – это плод трудов патриарха Тихона. Он был избран на патриарший престол и сумел сохранить Церковь, несмотря на то что по всем планам она должна была быть полностью уничтожена.

В этом году Церковь действительно проводит много мероприятий. Еще в 2022 году была учреждена специальная комиссия, проходят ее постоянные заседания. Недавно была проведена пресс-конференция для участников этой комиссии, и было объявлено, что в этом году состоится более 3 000 мероприятий. Есть замечательный сайт, посвященный юбилейным торжествам в честь патриарха Тихона. На нем можно увидеть, что на каждый день запланировано до десяти мероприятий, даже в обычные, не юбилейные дни. И уроки в школах, и выставки, и конференции, и паломнические маршруты, и множество других самых разнообразных мероприятий. Весь год во всех без исключения епархиях, во всех благочиниях, во всех храмах наполнен ими. Везде празднуют юбилей блаженной кончины патриарха Тихона.

– Недавно на сайте Православной Церкви Америки опубликовали заявление Священного Синода о том, что в Америке тоже пройдут торжества, посвященные столетию преставления патриарха Тихона. Это связано с тем, что патриарх много лет прослужил в Америке, и мы еще поговорим о том, какой вклад он внес в православие Северной Америки. Для нынешних людей, мало знакомых с биографией патриарха Тихона, он представляется как фигура эпохи революции, гражданской войны, времени борьбы с большевиками, с обновленцами. Но ведь до этого огромный период его жизни был посвящен служению в самых разных местах, включая Северную Америку. Я предлагаю начать с самого начала и поговорить о его детстве.

– Святейший патриарх Тихон родился в семье, как тогда говорили, «проходившей по духовному ведомству». Сословная система предполагала, что по духовному ведомству проходили не только священники и члены их семей, но и дьяконы, а также дьячки, пономари, певцы и служители различных синодальных контор. Все предки патриарха Тихона, насколько мы можем их проследить до начала XVIII века, служили Церкви. Отец его, Иван Тимофеевич Беллавин, стал первым священником в этом роду. Его предки служили на более скромных должностях. Будущий патриарх воспитывался в семье священника, у него было три брата. С самого детства в его жизни происходили промыслительные события, которые говорили о том, что ему предстоит большое будущее именно в Церкви. Например, видение, которое видела его мама о том, что он будет великим, а другие братья рано умрут. Затем в училище и в Псковской семинарии, где он учился, он пользовался огромным авторитетом, даже получил у сокурсников прозвище «архиерей». В Академии его называли «патриархом», хотя о патриаршестве тогда никто не думал. Идея возрождения патриаршества витала в воздухе, но она категорически не принималась ни обер-прокурором, ни государем, поэтому не рассматривалась как реальная.

Его тяжелое и бедное детство прошло в трудах. Учеба давалась ему тяжело, но благодаря трудолюбию и колоссальному упорству, а главное – свойственной ему доброте, а также милости ко всем (он с детства ни с кем никогда не вступал в конфликты, не ссорился, всех любил, даже врагов) – он добился успеха. Особый его образ как любвеобильного пастыря вошел в традицию. Все современники, которые писали о нем (вышли два тома воспоминаний «Современники о патриархе Тихоне»), свидетельствуют об этом. Особая доброта, милосердие, любовь к людям характеризовали его с самого детства и во время обучения в Академии.

Затем святитель направляется в Псков, чтобы начать преподавательскую работу в Псковской духовной семинарии. Он преподавал там гомилетику и ряд других дисциплин. Только через три года он решает подать владыке Гермогену (Добронравину), своему архиерею, прошение о монашеском постриге. Василий Иванович Беллавин стал иеромонахом Тихоном в честь святителя Тихона Задонского, святого, канонизированного только в середине XIX века, жившего в XVIII веке (тогда редко проводилась канонизация). Это был затворник, подвижник, которому хотел подражать патриарх Тихон. Он говорил: «Тих он». Тих именно характером своим, имея в виду тишину в Боге, молитвенную тишину. Он никогда не говорил лишних слов, не делал лишних движений, жил в гармонии с Богом с детства и до конца своих дней.

– Но при этом его тишина хорошо сочеталась с административной деятельностью. Он стал архиереем довольно рано и через год после своей хиротонии был направлен в Северную Америку. В тех условиях конца XIX века какой была православная Северная Америка? С чем столкнулся епископ Тихон, когда туда приехал?

– Это сейчас мы воспринимаем поездку в Америку как какое-то великое счастье. По крайней мере, так было до недавнего времени. Тогда американский континент был глухим захолустьем. Незадолго до этого в Америку хотели назначить известного нашим зрителям создателя Русской Палестины архимандрита Антонина (Капустина). Архимандрит Антонин в своем дневнике пишет: «Меня хотят назначить в эту дикую! (именно с восклицательным знаком) Америку. Да никогда!» Он подключил все свои возможности, все свои связи в Петербурге, чтобы это назначение не состоялось. Оно означало отправку в глушь, в самые тяжелые условия.

Я напомню, что в Холмской епархии, где владыка Тихон служил викарием Варшавской митрополии, он стал объектом клеветы со стороны одной из игумений, которая жаловалась обер-прокурору в Синод, что якобы он ее притесняет. На самом деле она творила в своем монастыре совершенно невообразимые вещи. Будучи в прошлом графиней, сановитой дамой, она свои аристократические замашки не оставила и в монастыре и вела себя совершенно не по канонам. Будущий Святейший ей аккуратно на это указывал, но она, вместо того чтобы послушать архиерея, начала на него жаловаться. Его отправили подальше с глаз, в Америку, где он начал очень активно трудиться.

У нас в Москве работает замечательная выставка в храме святой Екатерины на Всполье, где больше 30 лет находится подворье Американской Православной Церкви. Когда патриарх Тихон служил в Москве, он неоднократно бывал в этом храме, служил в нем, знал настоятеля этого храма. Там развернута экспозиция и проводятся экскурсии по истории американского периода служения патриарха Тихона.

В Америке он объехал не только храмы, но и общины, которые никогда не посещались даже священником, а не только епископом. Это были прежде всего общины, расположенные на Аляске. Напомню, что Аляска была продана Америке Александром II, и буквально за год разработки там золотых рудников американцы окупили ту стоимость, которую они заплатили за этот регион. Там было множество храмов, жили алеуты и многие другие народы, которые только начали входить в православную традицию. Было множество мучеников, пострадавших во время миссионерской деятельности среди этих народов. Патриарх Тихон лично объезжал их на каноэ, на лошадях. Это были действительно очень сложные условия: нужно было спать в палатках, выдерживать атаки комаров и другие неприятности, которые сопровождают человека, идущего в дикую лесную глушь, чтобы пообщаться со своей паствой. Он не боялся ни физических препятствий, ни угроз и очень много сделал для американской паствы. Поэтому сегодня и проводятся такие масштабные торжества в США.

Блаженнейший митрополит Тихон, глава Американской Православной Церкви, носит имя святителя Тихона и много делает для того, чтобы память святителя была известна всей Америке. Торжества пройдут в Нью-Йоркском соборе, который построил патриарх Тихон. В 1901 году он заложил собор святителя Николая в Нью-Йорке. Я был в этом храме, это замечательный памятник служению святителя Тихона. Он объединил американский континент, и не только географически, сумев разрушить межнациональные перегородки. В его пастве были и арабы, и сербы, и представители других православных народов, эмигрировавших в США. Для всех он был отцом, любящим пастырем. Никаких конфликтов при нем не возникало. Накануне его отъезда из США в начале 1907 года он провел объединительный собор, который, собственно, и создал феномен Православной Церкви в Америке, в 1971 году получившей законную автокефалию от Московской Патриархии. Это было продолжением служения патриарха Тихона. Он хотел видеть Американскую Церковь автокефальной, независимой, полноценной сестрой всех Поместных Церквей.

– Удивительно, получается, что он, когда приехал в Америку, уже предвидел становление этой будущей независимой автокефальной Церкви? Вы сказали про объединительный собор – он там рукополагал архиереев из разных народностей: сирийцев, арабов, сербов. Многие из его сподвижников теперь прославлены в лике святых. Это святитель Рафаил, преподобный Севастиан, священномученик Александр Хотовицкий, настоятель собора. Удивительно, но за несколько лет его служения в Америке святитель Тихон не только заложил основы Поместной автокефальной Церкви, но и создал основы святости для ее будущего роста.

– Я еще раз хочу обратить внимание на храм святой Екатерины на Всполье. Там у алтаря расположена большая икона всех святых Американской Православной Церкви. Вы упомянули некоторых из них, а там их несколько десятков человек. Это отец Иоанн Кочуров, который служил с патриархом и первым пострадал в 1917 году сразу после событий Октября (его убили в Царском Селе), и многие другие сподвижники святителя Тихона, которых можно видеть на этой иконе. Экскурсии для паломников в этом храме проводит замечательный специалист, профессор Московского университета Наталья Александровна Ганина, пресс-секретарь общины. Она очень хорошо знает американский период служения святителя Тихона.

– Если на североамериканском направлении были такие успехи, почему же владыка вернулся в Россию?

– Нужно учитывать, что Синодальная эпоха в истории Русской Церкви – это эпоха чиновничьей бюрократии, которая решала церковные вопросы, зачастую не спрашивая иерархов, даже членов Святейшего Синода. Переводы архиереев всегда определялись указом государя. Значит, так решил обер-прокурор, так было доложено государю, и в 1907 году вышел указ о переводе святителя в Россию, в Ярославскую епархию. Святейший патриарх с трудом прощался со своей паствой, его даже не хотели отпускать. Известны воспоминания, что люди плакали и даже перекрыли железнодорожные пути. Владыка сказал прочувствованную речь, но нужно было подчиняться решению главы Церкви. А по закону Российской империи главой Церкви считался государь. Так и было написано в законе о престолонаследии, еще павловском. Синодальная эпоха именно этим характеризуется.

Святитель вернулся в Россию, в Ярославль, незадолго до того, как в 1908 году умер Иоанн Кронштадтский (через год после возвращения святителя в Россию). Он встречался с отцом Иоанном, это была знаменитая встреча. Подробности ее многократно описывались, и пророческими выглядят слова батюшки, которые он сказал после долгой беседы: «Теперь Вы, владыка, садитесь на мое место, а я пойду отдохну». Он как бы передавал эстафету духовного руководства народом, роль возглавителя русской духовной традиции. Для русского человека авторитетом является не власть, не богатство, даже не сила, а именно святость. Святость, которую видит наш русский народ в святых старцах, святых подвижниках. Это даже не определяется саном: Иоанн Кронштадтский был простым протоиереем, а святитель Тихон потом – патриархом, но оба они явились духовными лидерами, авторитетами для русских людей, один до революции, а второй – уже больше в послереволюционный период.

– Если перейти к событиям предреволюционным, почему святитель Тихон стал одним из кандидатов на патриарший престол? Ведь два других кандидата выглядят более влиятельными и сильными администраторами. Или я ошибаюсь?

– Святителя Тихона не считали административным лидером. Он отличался своей добротой, умением увидеть Промысл Божий. В сложной ситуации он молился и просил Бога открыть ему Свой Промысл, и Господь открывал. Он действовал иногда совершенно неожиданно, нелогично для окружающих, непоследовательно с внешней точки зрения. После Ярославля он успел послужить в Литве в 1914 году, но недолго, потому что в 1915 году территория Прибалтики была оккупирована немецкими войсками. Он временно приезжает в Москву, и его трудами мощи Виленских мучеников помещаются в Донском монастыре. За эти годы он становится уже известен в Москве. Архиепископ Литовский жил в Москве, посещал иногда фронт, воинские части, где совершал благословения и молитвы. В последнем номере журнала «Монастырский вестник», который вышел на днях, на обложке помещена фотография, где святитель Тихон в окопах: «Архиепископ Литовский благословляет воинов». Кстати, в этом номере помещен большой мой материал, посвященный помощнику святителя Тихона, его келейнику Якову Анисимовичу Полозову, о котором мы тоже сегодня упомянем.

Святитель уже хорошо известен в Москве своим служением, своими проповедями. В 1917 году, после того как отрекся государь, новый обер-прокурор синода Львов потребовал отставки митрополита Московского Макария (Невского), и на его место в июне 1917 года, как тогда было принято, демократическим путем, на собрании духовенства и мирян Московской епархии, был избран святитель Тихон, поскольку он был свободен от кафедры и стал хорошо известен москвичам. 

В Лиховом переулке, дом 6, где сейчас находится Свято-Тихоновский университет, в холле Соборной палаты работает удивительно содержательная, богато иллюстрированная материалами архивов и фотографиями выставка, посвященная столетию кончины святителя Тихона. Там его избрали на Московский митрополичий престол, а затем он поселяется в Троицком подворье (ныне это подворье Троице-Сергиевой лавры, а тогда митрополичье подворье).

Результат выборов патриарха действительно не был очевиден. Собор начался в августе 1917 года, и для многих соборян вообще не было очевидным, что нужен патриарх. Они говорили, что только-только избавились от монархии, от деспотизма и не хотят деспотизма в Церкви и никакого единоначалия. И только когда раскаты пушечных выстрелов огласили Москву (Кремль был атакован большевиками), стало очевидно, что в условиях катаклизма Церковь должна иметь единого главу. Народ так и говорил: «Нет у нас царя, нам нужен единый отец». Только тогда собор принял решение проводить выборы. Как известно, выборы были трехэтапные: сначала из всех членов собора выбрали кандидатов, включая и мирян. Среди них были и архимандрит Иларион (Троицкий), и Александр Дмитриевич Самарин, мирянин, который тогда был обер-прокурором. Наибольшее количество голосов собрали: митрополиты Антоний (Храповицкий), Арсений (Стадницкий) и тогда митрополит Тихон. Он набрал меньше всех голосов из этой тройки. Если бы выборы были демократическими, как сейчас говорят, он бы не был избран. Но выборы решили проводить с помощью жребия – так было традиционно в допетровской Руси. Три кандидата в патриархи предлагались для выбора государю, и даже один раз в XVII веке использовался жребий. То есть трех кандидатов выбирал собор, и Промысл Божий избирал одного из них. Таким избранным, как известно, стал митрополит Московский Тихон. Святой старец Алексей Зосимовский (Соловьев) после молитвы перед Владимирской иконой Божией Матери вынул из ковчежца записку с надписью: «Митрополит Московский Тихон». И с этой радостной вестью на подворье, где находился святитель Тихон, приехала делегация во главе с Владимиром (Богоявленским), священномучеником, и объявила ему о выборе соборян.

Патриарх уже понимал, что это – крест и что на этом свитке написано: «и плач, и стон, и горе» (он процитировал слова пророка Иезекииля). В таких условиях возглавлять Церковь означало мученичество, это было очевидно. Он взял на себя этот крест и нес его до конца.

– Как отреагировал епископат на избрание именно митрополита Тихона?

– У патриарха Тихона среди епископата были личные сторонники и друзья. Многих из них он потом возвел на высокие административные должности, опирался на них. Это и владыка Евсевий (Никольский), и ряд других. Из старого епископата большинство все же склонялись к личности Антония (Храповицкого). Но Антоний сам говорил: «Я бы Церковь погубил». Уже из эмиграции он писал, что если бы его избрали, он бы занял однозначно антибольшевистскую политическую позицию, поддержал бы Белое движение и вынужден был бы уйти с белыми, потому что там, где духовенство благословляло Белое движение, оно уходило вместе с белыми, а паства оставалась без архиереев. А святитель Тихон говорил, что Церковь не должна быть ни красной, ни белой, она должна быть Христовой. Он никогда не занимал политически мотивированную позицию. Мы можем сослаться на его послание, где он упоминает анафему тем, кто творит беззаконие, если они еще носят имя Христово. Но речь шла о крещеных православных людях, которые творили беззакония по призыву власти, участвовали в красном терроре против коренного российского населения. Речь не шла о власти, потому что все понимали, что большевики у власти не являются даже по имени православными и не к ним относилась анафема.

– Одним из самых сложных вопросов в биографии патриарха Тихона и его патриаршего служения является вопрос о его отношении к советской власти. Самая популярная точка зрения состоит в том, что после своего избрания, в годы начала революции, гражданской войны, патриарх Тихон относился к большевикам нейтрально или более негативно. Но когда началась кампания по изъятию церковных ценностей, патриарх громко и публично осуждал советскую власть и большевиков, за что впоследствии был арестован. В дни ареста и после его освобождения риторика изменилась, и он стал о власти говорить по-другому. Насколько эта точка зрения справедлива?

– Эта тема – отношение к советской власти – стала предметом наибольшего числа фальсификаций в историографии в советское время. Газеты публиковали от имени патриарха различные заявления, интервью, которые он не имел возможности не только давать, но даже и редактировать. И опровергать их публично он не мог. Он делал это в своем кругу, среди духовенства, а те уже передавали людям, что публикации от имени патриарха в газете «Известия» и других советских газетах недостоверны. В своей книге я раскрываю каждый случай таких публикаций, включая завещательное послание, опубликованное после его смерти, также недостоверное. Власть как бы говорила патриарху: «Дай печать легитимности».

Все понимали, что народ тысячелетия воспитывался в православной традиции, что если власть хочет остаться всерьез и надолго, она должна получить некую легитимность от Церкви. Ей нужно было, чтобы за нее молились. Как сотни лет в каждом храме каждый день батюшка провозглашал многолетие царской фамилии и у людей это стало частью их идентичности, так же нужно было, чтобы Церковь благословляла и пела многолетие власти, поминала ее. И тогда народ, христианское население России, как считали большевики, было бы лояльно этой власти. От патриарха требовали публичного выражения лояльности. Первые его заявления, 1918–1919 годов, носили как раз жесткий характер и были связаны сначала с красным террором, а потом – с кампанией по изъятию церковных ценностей. Но патриарх Тихон помнил слова апостола Павла: несть бо власть, аще не от Бога. Если в 1917–1919 годах не было ясно, насколько долго продержится эта власть, то после победы в гражданской войне стало понятно, что это действительно власть, что это всерьез и надолго, что она пользуется поддержкой значительной части населения.

Патриарх шел на диалог с властью, предлагал ей различные варианты. Когда в 1921 году начался голод, он создал церковный Помгол и начал собирать средства для голодающих. Он обращался к власти, общался с Горьким, Калининым, со Смидовичем и с теми, с кем мог общаться, искал диалога. Но по замыслу власти «работать», как тогда выражались, с Церковью должно было только ГПУ в лице Евгения Тучкова, молодого и совершенно необразованного чекиста, который в грубой форме, с угрозами требовал от патриарха подписывать различные документы, противные его совести. Нельзя сказать, что патриарх Тихон пошел на эти компромиссы. Самым известным опубликованным подлинным документом было заявление, сделанное еще в заключении в июне 1923 года, которое сводилось к одной-единственной фразе: «Я советской власти не враг». В своем кругу он подчеркивал, что он никогда не говорил, что он и друг советской власти. Эта фраза есть, его рукой написанная. Это было условие его выхода из заключения. 

Он почти год находился под арестом, с мая 1922-го по апрель 1923 года, и затем – самый тяжелый период, самый малоизвестный и трагический: сорок дней с перерывами в лубянском заключении. 19 апреля он был помещен в одиночную камеру Лубянской тюрьмы, в холодное, сырое помещение, совершенно не предназначенное для человеческого выживания, где он провел несколько дней до 8 мая. Потом его вернули в Донской монастырь, чтобы к нему явились обновленцы, потребовали снятия сана и объявили, что они его низложили. Затем патриарх был возвращен на Лубянку, и когда в мае уже стало очевидно, что надо его выпускать (суд невозможно будет провести по причинам, о которых мы отдельно поговорим), его, как ни странно, поместили в Кремль, где тогда находилась главная больница власти. Она располагалась в Потешном дворце, и там работали лучшие тогдашние врачи, в том числе известный терапевт Дмитрий Дмитриевич Плетнев, который потом лечил патриарха до конца жизни. Его там подняли на ноги, потому что он был в таком тяжелом состоянии, что выпускать его было невозможно: у него было тяжелая сердечная недостаточность, обострился пиелонефрит в связи с условиями содержания, и ряд других заболеваний. Две недели понадобилось, чтобы его просто поднять на ноги. Потом он еще какое-то время посидел, и 8 июня его вынужденно выпустили на свободу. Но еще почти год он находился под следствием.

– Есть такая легенда: когда умер Владимир Ильич Ленин и строили мавзолей, прорвало канализацию, мавзолей частично затопило. Когда об этом рассказали патриарху Тихону, он произнес фразу: «По мощам и елей». Каким было отношение патриарха Тихона к Ленину и правдив ли этот случай?

– Документально я не видел, чтобы это подтверждалось, но это было в стиле патриарха. Он любил юмор, говорил немножко прибаутками и какие-то серьезные, казалось бы, темы сводил на мудрый юмор. Когда архиепископ Феодор (Поздеевский) приходил к нему и требовал занять жесткую позицию по отношению к советской власти, заявить протест, он ему так отвечал, что потом владыка Феодор говорил: «Ну, что ответил? Ничего не ответил! Хи-хи, ха-ха и гладит кота». И его это раздражало. А это была мудрая патриаршая политика, потому что он понимал, что идти лоб в лоб с властью смертельно для Церкви.

Патриарх не шел на компромиссы, его тактика была – следование воле Божией. Он эту волю не всегда сразу, но прозревал; иногда даже с помощью других архиереев. Например, бывший митрополит Московский, владыка Трифон (Туркестанов), известный подвижник того времени, предсказал в январе 1924 года, что к марту с патриарха снимут арест и он уже будет свободен. И действительно, совершенно неожиданно, в марте, Политбюро по указанию Сталина приняло такое решение. Нужно было ослаблять давление на идеологическом фронте. Были разные причины, но предсказание сбылось.

В чем святость патриарха Тихона? Он видел волю Божию, шел за ней, ни в чем не пытаясь прогнуться под власть, чтобы не сделать себя заложником политики власти. Это ему удалось до конца. Он ни в чем не взял на себя ответственность за то, что власть будет делать с Церковью. Затем он говорил (повторю): «Не враг я власти, но я и не говорил, что друг власти».

Мы, может быть, еще поговорим о послании, которое он не подписал, там была целая большая история. Я сейчас выступаю на различных конференциях, мероприятиях и стараюсь сосредоточить внимание на последних месяцах, днях жизни святителя Тихона, потому что именно эту дату мы отмечаем – 100-летие со дня кончины.

– Да, святитель Тихон преставился на Благовещение Пресвятой Богородицы. Этот праздник теперь в нашей истории неразрывно связан с его кончиной настолько, что в этот день всегда проходят молебны у мощей патриарха после торжественной литургии в Благовещенском соборе Кремля. Какими были последние дни жизни святителя Тихона? И вот эта проблема завещания: кажется, есть несколько его текстов и смутная история о том, насколько это завещание действительно отражало позицию патриарха Тихона. Или же оно было написано тем самым Тучковым? Даже если так, согласился ли с ним патриарх Тихон, подписал его или нет?

– Прежде чем говорить о завещании, нужно сказать о событиях, связанных с последними месяцами жизни патриарха Тихона. Мы остановились на том, что он был выпущен из заключения в 1923 году, и за короткий период до ноября 1923 года обновленчество было практически полностью повержено; по крайней мере, в Москве и Московской губернии. Эта ставка на обновленцев, которые возьмут власть и привлекут к себе белое духовенство и даже отчасти монашество, провалилась. Поначалу удалось – больше половины архиереев даже признали обновленцев, а потом все рухнуло. Нужно было опять переходить к репрессиям. Был арестован владыка Иларион (Троицкий).

Весь 1924 год патриарх пытается договариваться с властью, найти какой-то компромисс, чтобы легализовать органы церковного управления, создать законные органы – Священный Синод, Высший церковный совет. Согласно решению Поместного собора, только в таком состоянии Церковь могла управляться. Единоначалие не предполагалось; только высший орган церковного управления, в составе которого – патриарх, ВЦС и Священный Синод. Поэтому патриарх пытался легализовать эти органы, но власти навязывали туда своих людей – либо откровенных обновленцев типа Красницкого, либо архиереев, связанных различными узами с ГПУ. Патриарх пытался договариваться, с Красницким начались какие-то беседы, но он тут же объявил, что его патриарх признал, обманул всех, отказался от этих переговоров, Красницкого не приняли… В прессе постоянно провокации – одна за другой публикации, ложная информация с целью скомпрометировать патриарха, дискредитировать в глазах верующих, что он и обновленцев принимает, и новый стиль пытается ввести, хотя он не пытался этого делать. Эта кампания дискредитации, фальсификаций, к сожалению, вошла в историографию – в советский и постсоветский период. Сейчас мы постепенно освобождаемся от фальсификаций, которые советская власть пыталась связать с именем святителя Тихона.

Был убит его келейник – Яков Анисимович Полозов, именно с целью сломать его здоровье. Его волю они сломать не могли, но здоровье подорвать хотели. Для этого патриарха изолировали в больнице, где на него могли воздействовать врачи, связанные с органами власти, а не любящие, преданные ему специалисты. В условиях изоляции в больнице на Остоженке на него могло оказываться более усиленное давление. Оставалась надежда сломать его волю – велись переговоры.

Еще в 2004 году в журнале «Богословский вестник», который издавала Московская духовная академия (и нынешний наместник Андреевского монастыря – той обители, где мы находимся, отец игумен Дионисий (Шленов), вышла моя аналитическая, источниковедческая статья, где сравниваются все варианты и делается вывод, что, безусловно, завещательное послание не подписано, хотя переговоры шли. Это доказано и уже вошло в историографию. Коллеги, прежде всего из ПСТГУ, которые этим занимаются, просто ссылаются на эту статью, и вопрос уже считается закрытым. Конечно, есть авторы, которые этого не знают и продолжают воспроизводить штампы, но сейчас речь не об этом.

Патриарх Тихон не шел на тот компромисс, который от него требовался, в условиях, когда ничего не оставалось, как выполнить приказ Антирелигиозной комиссии Политбюро… Для них было важно во что бы то ни стало обнародовать документ от имени патриарха. Единственным выходом из этого уже в марте стала физическая ликвидация патриарха Тихона, но не буквальное отравление или убийство. Тот же Ягода, который фактически руководил ГПУ, признавался впоследствии в своих в том числе допросах, которые он проводил в 1936 году: что он организовал целый конвейер по уничтожению людей. И Фрунзе, и другие люди уничтожались с этого времени. Возможно, и патриарх Тихон стал жертвой такого рода деятельности, потому что для его слабого сердца достаточно было просто превысить дозу лекарства. По крайней мере, есть свидетельства и отца Александра Толгского о том, что его медсестра признавала, что ввела двойную дозу препарата. Есть и другие свидетельства в источниках, что смерть патриарха не была естественной. Хотя он и был тяжело болен, ее все же ускорили.

Прямо в момент смерти появился Тучков и тут же объявил, что врач, который с ним пришел, проверил, нет ли признаков явного отравления, явной неестественности смерти, и таковых он не нашел, поэтому кончина патриарха была обнародована. Он был похоронен 12 апреля в Донском монастыре... Власти не оставалось ничего другого, кроме как устранить патриарха, опубликовать от его имени заявление, которое вышло 12 апреля за его факсимильной подписью. Митрополит Петр надеялся, что таким компромиссом с властью он сможет чего-то добиться, но вскоре понял, что это невозможно, и сам занял по отношению к ней еще более жесткую позицию, чем патриарх Тихон.

О святителе Тихоне мы вспоминаем сегодня как о человеке, который не только возглавил Церковь в самые сложные годы и Собор новомучеников и исповедников Российских, но который и сегодня является для нас тем мерилом церковной совести, что должна быть образцом не только для архиереев, но и для всех верующих – пастырей, мирян. О святителе все говорили – «моя мерность», имея в виду его меру доброты, любви к пастве, к Церкви. А также жертвенность. Он говорил: «Пусть погибнет мое имя в истории, лишь бы Церкви была польза». Ему только-только исполнилось шестьдесят, когда он умер, – он был совсем не старый человек. Всю жизнь вел здоровый образ жизни, его надорванность была связана со сверхнагрузками – эмоциональными, психическими, духовными, потому что он молился ночами, вымаливал Церковь, умирал за свою Церковь и паству. Для нас это действительно образец служения. Мы молимся святителю Тихону, чтобы он и сегодня, в сложное время, нашу Церковь своими молитвами сохранил, оградил и уберег от расколов, нестроений, катаклизмов.

– У святителя Тихона была очень насыщенная и непростая жизнь. Вы говорили о том, как в Северной Америке он передвигался и жил в очень тяжелых физических условиях. Мы обсудили и его жизнь во время патриаршего служения в дни революции, гражданской войны и как он был и в тюрьме, и в больнице. Обсудили и его вероятную насильственную смерть. Каждый день он жил с переживаниями, с болью, каждый день боялся, наверное, каких-то непоправимых последствий, которые могли бы нанести урон в первую очередь его пастве, ему, другим архиереям. На его глазах сажали архиереев, убивали священников и мирян. Что в этих условиях давало ему сил не сломаться, но продолжать свою борьбу?

– Отчасти я уже отвечал. Это обращение к Господу, молитва. Мария Вишнева, которая за ним наблюдала иногда буквально через замочную скважину, когда он находился у себя в комнате в Донском монастыре, пишет: «Всем хорош старик. Молится долго, не заснешь с ним. Может молиться всю ночь». Пока он не спит, и они не могли заснуть. Это можно сравнить с молитвой Господа в Гефсиманском саду: не Моя воля будет, а Твоя, Господи. Он доверялся полностью Богу, нес до конца чашу скорби, но в душе понимал и верил, что Господь не даст Свою Церковь на поругание и врата адовы ее не одолеют. Эта вера, мудрость, любовь и спасли нашу Церковь в те годы, потому что те новомученики, которые потом страдали, умирали, – умирали как «тихоновцы», для них патриарх Тихон был тем духовным знаменем, которое их поднимало, удерживало в этом противостоянии с безбожной властью. Патриарх Тихон стал примером для всех.

– Отец Дмитрий, благодарим Вас за эту беседу. Очень важно было вспомнить сегодня патриарха Тихона. И я думаю, будет правильным вспоминать его, конечно, на протяжении всего года, поскольку для нашей истории и для нас всех он, безусловно, является очень важной личностью.

Ведущий Александр Черепенин, диакон

Записали Валерия Макарова и Анна Топорова