Беседы с батюшкой. Почему Бог допускает существование разных религий? Священник Олег Герасимов. 14 июня 2024

14 июня 2024 г.

– Тема сегодняшней передачи: почему Бог допускает существование разных религий? Для меня эта тема стала совсем очевидной по нескольким причинам. Сегодня мы вспоминаем святого праведного Иоанна Кронштадтского. Это святой человек, который, наверное, в своей жизни старался провести какую-то очевидную грань между верными чадами Церкви и неверными. Если мы почитаем его дневники, то там очень много посвящено этой проблеме.

В нашей сегодняшней ситуации этот вопрос стоит особенно остро. Насколько мы способны принять людей, которые исповедуют другую религию? Мы, православные люди, думаем, что мы верим правильно. Но были язычники и были гонители христианства. Были люди, которые уничтожали христиан, и были люди, которые ради христиан из язычников становились христианами. Я имею в виду 40 Севастийских мучеников. Но вместе с этим мы можем вспомнить и про апостола Павла, который был гонителем христиан и стал тринадцатым апостолом. Для меня этот вопрос после всех событий, которые произошли в нашей стране, стал очень больным.

– Действительно, очень непростой вопрос. Я поделюсь своим взглядом на эту непростую тему. Как священнику, мне очень часто приходится сталкиваться с одним расхожим тезисом. Он заключается в том, что Бог един и все равно, как в Него верить. Под этим тезисом подразумевается: в какую бы религию ты ни пришел, все равно придешь к тому же самому Богу. Отчасти, может, и так. Но только отчасти.

В самом названии нашей сегодняшней темы, почему Бог так попускает, уже как бы заложен и ответ. Потому что Бог не насилует человеческую волю. Он создал нас свободными, и Он дал нам свободу веровать так, как мы хотим. Но Он не хочет нас заставлять верить в Себя, тем более полюбить Себя. А основа Его отношений с человеком – именно любовь. Это нам показал Господь наш Иисус Христос, когда воплотился и явил Себя миру.

Огромное количество религий, которые мы сейчас видим, – это плод того, что человек сам пытается найти путь к Богу. Он ошибается, оступается, падает. Где-то он пытается самоутвердиться, где-то показывает свой страх перед явлениями природы и обожествляет их. Но так или иначе это подспудное, заложенное в каждого человека стремление к Богу. У каждого человека в душе есть некое предощущение того, что за пределами этого физического мира есть нечто неосязаемое, неописуемое. Оно очень отчетливое. Оно не менее реальное, чем та реальность, которую мы можем видеть.

Каждый человек стремится к этому по-своему. Но кто-то находит дорогу к истинному Богу, а кто-то не находит, в конце концов заблуждается и пропадает. Потому что невозможно каждую религию попробовать по чуть-чуть. Чтобы по-настоящему в религию углубиться, нужно всю жизнь на это положить. Здесь очень важно сделать правильный выбор: какая религия для меня станет основополагающей в жизни.

– Мы помним то время, когда огромное количество людей пришло к вере через какие-то индуистские практики и т.п. Это была серьезная тенденция. Хотелось бы подробнее об этом поговорить…

Вопрос телезрителя из Санкт-Петербурга: «Извините, что вопрос будет не по теме. Но я один раз священнику на радио задал вопрос по поводу назидательного смысла притчи о слепорожденном, и он мне ответил, что это не притча, а чудо, и тут же начал объяснять скрытый смысл этого сюжета. Но ведь чудо не имеет скрытого смысла. Оно просто есть. А скрытый смысл обычно в притче. Как бы Вы ответили на вопрос: какой назидательный смысл в этой притче?»

– Мне кажется, не очень правильно так разделять: что если в чем-то есть скрытый смысл, то это непременно притча, а если скрытого смысла нет, то это действие, которое было произведено реально. Исцеление слепорожденного – это факт, который просто описан евангелистом. А мы, как люди верующие, этот факт не подвергаем сомнению. Господь действительно исцелил этого человека. Какие мы можем извлечь для себя уроки из этого факта? Это не скрытый смысл притчи, а те уроки, которые мы извлекаем: когда какой-то человек делает что-то, а мы смотрим и учимся у него этому.

Понятно, что мы не можем у Христа научиться чудотворению, но мы можем понять, что Он имел в виду, когда выбрал именно этого несчастного больного, и почему именно в отношении его произвел это чудо. Там же наверняка было очень много нуждающихся в исцелении. Господь же не исцелял вообще всех болящих. Были только некоторые, которые этого удостоились. А мы можем по некоторым признакам сделать вывод, почему был выбран именно этот человек.

Во-первых, там ведь был вопрос апостолов о том, кто согрешил. Совершая это чудо, Господь как бы сразу поставил точки над i в вопросе о том, что болезнь – это непременно следствие чьего-то греха. Нет, это может быть не следствием греха. Это может быть просто Промысл Божий, чтобы этот человек в конце концов обрел Бога. Он для этого был рожден слепым. Он ходил сколько-то лет слепым для того, чтобы встретить Христа и через это чудо увидеть Бога, уверовать в Него и даже стать Его защитником. Вы помните, что он перед фарисеями начал оправдывать Христа.

Во-вторых, по некоторым толкованиям, Христос показал, что Он действительно Сын Божий. У несчастного не было даже глазных яблок, и Он слепил их из брения и показал, что Он точно так же творит из праха, как был сотворен Адам, то есть Он действительно Бог. Это те выводы, которые мы можем сделать из этого факта. Это не назидательный смысл притчи, мы смотрим на то, что сделал Господь, и пытаемся понять, почему Он так сделал, и в чем-то на основании этого факта постараться Ему подражать. В этом смысл того, почему евангелисты сочли необходимым описывать факты чудотворения, которые совершал Господь.

– Давайте вернемся к нашей теме. Мы говорили о том, что многие люди пришли к православной вере из очень разных верований. Помните, как в России было официально допущено множество таких верований? Но люди пришли к православной вере. Правда, немногие тогда остались в ней. В связи с этим у меня возникает следующий вопрос. Насколько легко и просто из этих заблуждений, причем серьезных, прийти к вере христианской, которую мы называем верой православной?

– Легко и просто – это, наверное, не совсем так. Мне кажется, главный критерий заключается в том, насколько человек искренне и добросовестно ищет Бога. Погружаясь в бездну каких-то религиозных, оккультных практик, что мы ищем? Что греха таить, я сам тоже с этого начинал; слава Богу, не втянулся сильно. В Советском Союзе у нас же не было религии, был атеизм. Например, я не знал, кто такой Христос, лет до восемнадцати, наверное, потому что не было об этом разговоров. Помню, когда я учился в военном училище, пасхальная ночь для нас была самая ненавистная, потому что рядом был Спасо-Преображенский собор, а чтобы курсанты не засветились в крестном ходе, в эту ночь нас не отпускали в увольнение. И мы не любили, мягко говоря, Пасху и все, что с ней связано. Но тогда я еще знать не знал, что это такое. А потом Господь нашел какую-то струнку в моей душе – и начались эти самые поиски.

Как мне кажется, правда заключается в том, что во всех религиях так или иначе, как в осколках разбитого зеркала, сверкает отблеск Божества. Он сверкает везде. Другое дело, есть ли у нас желание за этим отблеском увидеть Источник. Или, будучи завороженными красивым сверканием, мы начинаем уходить куда-то в сторону.

Каждая из религий предлагает что-то свое, и для того, чтобы это свое найти, надо углубиться и положить на это всю жизнь. Поэтому выбор бывает очень сложный. Тем не менее, если начинаешь искать и интересен именно Источник, мимо православного храма, мне кажется, пройти невозможно.

Есть замечательная книга иеромонаха Серафима (Роуза) «Душа после смерти», где он описывает очень много таких случаев, когда люди не просто поверхностно коснулись какой-то религии, а полноценно ее изучали, практиковали, но все равно пришли в православие. Про себя он написал, что когда первый раз причастился, он понял: это то, что он искал. Как он понял? У каждого свой опыт, каждый по-своему понимает.

– Вопрос телезрительницы из Гомеля: «Унаследуют ли Царство Небесное язычники или иноверцы? Каждой ли веры человек может спастись?»

– Замечательный ответ давным-давно уже дал один из наших святителей, по-моему, Игнатий (Брянчанинов). Когда его спросили, можно ли считать ересью католицизм и спасутся ли католики, он сказал: «Я не знаю, спасутся ли католики. Знаю, что я вне православной веры погибну».

Поэтому нет смысла сейчас оглядываться по сторонам, пытаться рассуждать, спасутся ли папуасы, например, в Новой Гвинее: мол, они же Христа не знают. Не нам это решать, не мы будем управлять их судьбой; Господь Сам решит. А если нас Господь привел в Православную Церковь, то надо оставаться ей верными, и тогда больше душевных сил сохранится для того, чтобы идти за Христом.

– Самая большая проблема в нашем обществе – мы живем не по совести. Мы не говорим людям, которые совершают мерзкие поступки, что они их совершают. Людям, которые живут по совести, мы не говорим слова любви. И так далее. Вспомните то время, когда Вы были военным человеком и еще не приняли решение стать священником. В жизни каждого человека бывают такие моменты, когда полная растерянность и ощущение того, что живешь не по совести, не по законам, которые были преподаны. Что же должно произойти с человеком, чтобы он вдруг понял, что ни индуистские практики, ни протестантские агапы не помогут обрести Бога?

– Дело в том, что последнее слово за Богом, для каждого человека Господь уготовляет свой случай, который должен произойти, некое стечение обстоятельств, которое вдруг откроет перед человеком необходимость жить по совести. Каждый к этому приходит по-своему.

Для себя, например, я в свое время сформулировал, почему из всех практик в конце концов выбрал православие. Когда занимаешься какими-то практиками, у тебя складываются в голове ответы на все вопросы; вроде как эта религия дает ответы. Но вдруг на какой-то глубине начинается такое: ты еще пока не достиг нужной глубины, тебе надо еще лет десять попрактиковаться – и тогда ты будешь что-то понимать, прозреешь, тебе что-то откроется. И создается впечатление, что здесь кроется тонкое лукавство. Такое напускание тумана, что ты еще не дорос и надо еще практиковать, – это, конечно, хорошо и правильно, но жизнь-то одна, и можно не успеть.

В православии сразу есть все ответы, вопрос только в том, готов ты их принять или не готов. Христос ничего не скрывал, Он не говорил Своим ученикам, что они – круг избранных, у них есть тайные знания, а все остальные этого недостойны. Он сразу все говорит.

Например, сегодня читалось Евангелие о том, как Господь на Тайной Вечере говорит, что Он должен уходить: Я и Отец – одно. Он говорит то, что есть на самом деле, а апостолы не понимают: «Покажи нам Отца». Получается, мы глубину ответов на свои вопросы получаем по мере того, как готовы открыться им навстречу, а не по мере того, что должны достичь какого-то уровня и тогда нам, как просвещенным, что-то откроется.

– Вопрос телезрителя из Гатчины: «Я каждое утро молюсь о воссоединении христиан в духе и истине. По поводу разных религий у меня такое соображение: путь к Богу тернист, есть разные религии, и Господь дает нам возможность потрудиться, отыскать истину».

– Наверное, отчасти так. Господь не препятствует людям самим пытаться найти истину. Понятно, что на этом пути можно где-нибудь застрять, увязнуть в своих заблуждениях, но если человек действительно по-настоящему хочет найти Бога, Господь всегда дает возможность Себя увидеть.

Другое дело, что человеку, который уже долго находится в той или иной конфессии, исповедует ту или иную религию, жалко потраченных трудов: он полжизни положил на это и не хочется от этого уходить. Тут нужна определенная смелость для того, чтобы, увидев истину, которая не соответствует твоим сложившимся представлениям, поменять вектор своего движения. Бывает, люди упорствуют в своем заблуждении просто из гордости или упрямства. Но если человек честен перед собой и не смотрит на лица, какие-то регалии, он не боится признаться, что заблуждался. Ведь в ходе этого пути могут появиться какие-то последователи, и человеку перед ними может быть стыдно, что он заблуждался все это время.

Например, в замечательном фильме «Форрест Гамп» есть эпизод, когда главный герой бежал, бежал, бежал, потом остановился и сказал: «Я очень устал, пойду домой». А из него уже сделали гуру. Но он нашел в себе силы сказать, что разочаровался в этом пути. К сожалению, не всякому это удается. Но Господь каждому из нас дает шанс, увидев, что мы пошли не в ту сторону, остановиться и вернуться на дорогу, которая ведет именно к Богу. Это требует и усилий, и определенной смелости, и главное – сердечного желания найти Бога, а не исполнить свои какие-то желания.

Что греха таить, очень много людей приходит в храм для того, чтобы что-то у Бога выпросить: хочу, чтобы у меня в жизни было вот это, вот это и вот это. В свое время мне понравилось такое сравнение. Если представить, что наша жизнь здесь – это командировка, в ходе которой мы должны выполнить некую миссию, потом вернуться домой и отчитаться за то, что сделали, то крайне неразумно все свои силы потратить на то, чтобы обустроить свой гостиничный номер, который рано или поздно все равно придется покинуть. А мы, собственно, этим и занимаемся: делаем так, чтобы в командировке нам было комфортно, чтобы гостиница была самой лучшей, чтобы питание было по высшему классу. А о том, что нам придется возвращаться и давать отчет за то, что сделали, мы не думаем. Мы усиленно цепляемся за то, чтобы нас из этого номера не выселяли, – мы же его так красиво коврами украсили... Это же обидно.

Найти в себе силы выйти из этого гостиничного номера, вспомнить о том, что придется возвращаться и давать отчет перед Тем, Кто тебе это задание дал, – это и есть добросовестное отношение к своей совести. Потому что совесть напоминает нам о том, что мы все-таки здесь пришельцы.

– Вопрос телезрительницы Юлии из Москвы: «Есть ли в Церкви четкое понимание, с какими людьми лучше не общаться православному христианину? Раньше, например, еретиков анафематствовали, а теперь мы с ними бок о бок живем, общаемся. Общаемся и с блудниками, с теми, кто прелюбодействует, в надежде, что они покаются, исправятся. Стоит ли с ними общаться? Или есть люди, которым надо говорить: мол, прости, не могу с тобой общаться, потому что ты грешишь?»

– На самом деле ответ лежит на поверхности. Если мы все-таки берем за основу то, что для нас главным образцом для подражания является Христос, то в этом вопросе Христос был прямо-таки революционером. В чем Его упрекали фарисеи прежде всего? Что Он общается с мытарями, блудницами и так далее и не хранит субботу. То есть Он пришел и взломал их понимание о том, что такое правильное окружение и правильное поведение религиозного человека. Он показал им, что все это надуманное.

Именно у фарисеев было такое понимание, что с этими можно общаться, а с этими нельзя. Мол, вот этот человек мытарь и грешник, к нему прикасаться нельзя, потому что осквернишься, а вот это хорошие, религиозные иудеи. Вспомните, как фарисей говорил: «Благодарю Тебя, Господи, что я не таков, как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю».

Господь показал, что общаться надо со всеми. У нас не должно быть разделения на своих и не своих. Но есть здесь и опасность: вместо того чтобы дать что-то такому человеку для достижения Бога, мы можем, наоборот, от него набраться того, чего не хотелось бы. Поэтому важно не отделять себя от людей, тем самым обеспечивая себе чистоту, а создавать внутреннюю, душевную чистоту стремлением к Богу. Чем ближе человек к Богу, тем менее опасно для него соприкосновение с этим миром; наоборот, он приносит свет в мир. Не мир его гасит, а он приносит свет. Но для этого нужно как минимум светиться самому.

Если мы говорим человеку: «Я с тобой общаться не хочу, потому что ты меня испачкаешь», – какие же мы тогда христиане? Для чего мы пришли в мир? Для того, чтобы создать диаспору и загородиться всякими правилами? Тогда чем мы от фарисеев отличаемся? Христос так не поступал.

Но определенные правила безопасности соблюдать надо, потому что мы еще пока не уверены в том, что имеем достаточно сил и света, чтобы просветить тьму своим светом. Господь нас Сам иногда останавливает. Иногда, бывает, и хочешь пообщаться, но какой-то барьер появляется – туда не надо. Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых. Это первые слова Псалтири.

Если Господь тебя с конкретным человеком сталкивает и это от тебя не зависит, значит, Он хочет, чтобы ты каким-то образом на этого человека повлиял. Он делает это осознанно, зная, что ты можешь что-то дать этому человеку. Если же ты сам самонадеянно начинаешь думать: дескать, я христианин, сейчас пойду и буду всех просвещать, – такая самонадеянность наказуема, потому что ты можешь не рассчитать свои силы.

То есть не надо специально искать общения с людьми, которые могут навредить твоей душе. Но если Господь, что называется, сталкивает лоб в лоб с человеком, значит, Он тебе назначил такое испытание – покажи, какой ты христианин. А это означает не увещевать человека, не тащить его за руку в церковь, а проявить любовь. Как Господь проявил любовь к блуднице, которая помазала Ему ноги; к прокаженному, к которому нельзя было прикасаться, а Господь пришел и исцелил его; к мытарю, который впоследствии стал замечательным евангелистом. Ведь кто такой мытарь? Мытарь – это человек, который любит деньги...

– Тот самый полицай, который собирал деньги для оккупационной власти.

– Да. Но Господь вошел в дом мытаря Закхея – и тот так преобразился, что отдал часть имения нищим, а все, что украл, воздал вчетверо. Закхей прикоснулся к такому свету, которого раньше не знал, – и в его душе произошел переворот.

– Закхей, будучи маленького роста, залез на дерево для того, чтобы увидеть Христа. А Юлия, наверное, имела в виду людей, про которых нам в притче сказано: не давайте святыни псам, не мечите бисер перед свиньями.

– Могу своим опытом поделиться. А опыт у меня такой. Бывает, начинаешь с человеком разговаривать – и тебя, что называется, несет: ты готов ему выложить все свои знания о христианстве, включая какие-нибудь тонкости исполнения обряда, богослужения и так далее. Но в какой-то момент начинаешь чувствовать, что человек немножко перегрузился. В этот момент срабатывает стопор: стоп, дальше говорить не надо, потому что человек уже не готов это воспринять.

Бывает другая ситуация: подходит к тебе человек, спрашивает что-то о православии, а ты чувствуешь, что он спрашивает просто из праздного любопытства, чтобы время разговором занять. Мол, расскажите мне про Божественное. Если ты в этот момент начнешь ему раскрывать душу и рассказывать, как ты веруешь, а он будет при этом позевывать и говорить: «Слушайте, как интересно-то у вас», – это и будет тот самый бисер перед свиньями.

Когда человек действительно хочет что-то узнать, ты видишь его пытливые глаза, это ощущается на кончиках пальцев. И тут важно не перегрузить человека, а потихонечку что-то ему открывать, по мере того, сколько он может в себя вобрать.

Христос для нас – яркий пример. Он открывал Своим ученикам такие истины, которые они явно еще не готовы были воспринять. Например, про крестную смерть, про то, что Он идет приготовить место. Они недоумевали: куда Ты идешь? какое место?.. Они потом поняли, что если бы Он не вознесся на крест, Он бы не открыл всем путь в Царство Небесное. Он говорил им наперед, чтобы потом, вспоминая, что Он сказал, у них потихоньку складывался пазл.

Мы, конечно, на такие высоты не претендуем. И когда человек к нам подходит и что-то спрашивает, важно не заговориться, а ответить на то, что он спросил. Потому что мы можем очень многое рассказать и про Церковь, и про то, и про другое, но очень важно, чтобы это было ровно то, что человек способен воспринять. Наша задача – бросить семечко, а как оно взойдет – это уже не наше дело; Господь потихонечку это семечко в душе человека будет проращивать.

– Хочется спросить еще вот о чем. Вспомним разговор о том, сколько праведников нужно для того, чтобы спасти Содом и Гоморру...

– До десяти человек дошло.

– Иногда я думаю: если бы в Церкви было столько православных христиан, сколько номинально себя таковыми считают, у нас не хватило бы храмов. В этом случае в каждом храме было бы по 700 человек. Возникает вопрос: если мы такие православные христиане, почему нас так мало?

– Нас немало. Просто по-настоящему глубоко верующих, тех самых праведников, которые спасают Содом и Гоморру, не видно. Антонию Великому голос Божий однажды сказал, что некий сапожник лучше его. А сапожник, в общем-то, делал свое дело и при этом благодарил Бога. И Господь поставил его в пример.

Поэтому нельзя судить ни по количеству наполнения храмов, ни по тому, как яро человек себя позиционирует в качестве православного. Мы не видим той глубины, которая видна Господу. Я думаю, если мы на небе встретимся, то удивимся тому, какие люди будут вокруг нас. Мы как-то подспудно берем на себя право судить: мол, этот в рай, а этот точно грешник. Господь судит по-другому.

– Получается, что большинство наших верований, если это не путь к Богу, ведет к погибели. А если мы ищем Бога и находим Его – это счастье.

Ведущий Глеб Ильинский

Записали Таисия Зыкова и Нина Кирсанова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать