Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

3 августа 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы отвечает настоятель храма святителя Николая Мирликийского в Покровском и Патриаршего подворья храма благоверного князя Александра Невского в бывшей Покровской богадельне г. Москвы протоиерей Кирилл Сладков. 

– Сегодня мы отвечаем на вопросы телезрителей, присланные через приложение WhatsApp.

Вопрос: «Как правильно объяснить людям, что исполняет желание не икона, а это происходит по вере, по молитве Церкви от Бога?»

– Мне кажется, крайне важно начать этот разговор с осознания и понимания, что вся наша духовная жизнь (и молитва в том числе как часть духовной жизни) является христоцентричной, то есть Христос всегда в центре. К Христу направлены все наши молитвы; ради Бога, ради Христа мы делаем добрые дела. Благодать и сила, что нам дается, – это сила Христова, сила Его великой победы над грехом и смертью. Всякая наша молитва, обращенная к Божией Матери или к святым, тем не менее направлена к Господу Богу. Мы просим их быть нашими ходатаями, предстателями, друзьями у Престола Господа, но благодать и силы нам посылает Господь Иисус Христос.

– Следующий вопрос: «Есть ли разница, когда ты обращаешься к Пресвятой Богородице или святым лежа на диване или на коленях со слезами перед иконой?»

– Мне кажется, разница вполне очевидна, даже по внешним признакам. Сомневаюсь, что человек, зайдя в кабинет к своему руководителю на работе, без приглашения сядет на стул или ляжет на диван отдохнуть. Что уж говорить о Божией Матери, Которую в молитвах мы называем в превосходной степени Пресвятой, Пречистой, Преблагословенной... Поэтому коленопреклоненное предстояние, смирение и сокрушение сердечное – это то, с чем стоит обращаться к Божией Матери.

– Святые отцы писали о разных позах при молитве: воздев руки или с распростертыми руками. По-моему, Григорий Палама проповедовал делать молитву, глядя в пупок. Какая поза предпочтительна во время молитвы?

– Вы вспомнили святителя Григория Паламу. Существовали определенные правила молитвы. Речь не о том, что нужно пупок разглядывать; это была особенная техника склоненной головы и особое произнесение молитвы: часть молитвы должна была произноситься на вдохе, часть – на выдохе. Это нужно было для того, чтобы дисциплинировать и тело, и ум в молитве.

И сейчас, стоя перед иконой, мы часто склоняем голову в смирении и покорности перед волей Господа Иисуса Христа. Иногда мы смотрим на икону Господа, но этот взгляд не должен быть дерзким и вызывающим, это, можно сказать, взгляд ребенка на любящего Отца. Если ты внутренне чувствуешь и хочешь протянуть руки к своему Отцу, как протягивает ребенок, думаю, можно и нужно протянуть руки. Тем не менее различные позы, которые мы можем принять во время молитвы, должны быть объединены в одно: в смирение и покорность перед нашим Богом Отцом.

– Какая аллегория предпочтительнее, когда мы говорим о молитве к Богу? Начальник и подчиненный  или ребенок, обращающийся к любящему Отцу с просьбой?

– Знаете, когда священник совершает таинство Крещения над человеком, он читает молитву, чтобы крещаемый стал наследником вечных благ. Человек усыновляется Богу. Известная молитва «Отче наш», которую Господь Иисус Христос преподал Своим ученикам, не начинается со слов «Вседержитель», «Владыка» и так далее. Многие молитвы подчеркивают достоинство Господа. Тем не менее наши взаимоотношения с Господом Богом строятся в первую очередь как с Отцом.

– Не перевернуло ли это тогда мировоззрение иудеев? Один из очень популярных вопросов заключается в том, что ветхозаветный Бог предстает как жестокий, почти тиран, как руководитель, покоритель. Но приходит Христос, Который называет Себя Сыном Божиим, и говорит о том, что Бог – это Отец для всех. Что должно было произойти в головах у иудеев?

– Вы затронули очень интересный, при этом очень содержательный вопрос, касающийся Ветхого Завета и роли Господа Бога в Ветхом Завете. Вы упомянули, что в Ветхом Завете Бог предстает перед нами как жестокий, может быть, справедливый, но достаточно резко реагирующий на грехи людей. Думаю, нам  всем нужно более вдумчиво и осмысленно углубиться в чтение и изучение Ветхого Завета, чтобы сквозь внешнее проявление видимой жестокости увидеть того самого Бога Отца. Бог неизменяем. Он не был жестоким в Ветхом Завете, а потом стал добрым в Новом Завете. Совершенно нет! Бог вчера, сегодня и вовеки Тот же. В определенные моменты и сегодня Господь может реагировать и наказывать человека, но мы просим Его о милости, о прощении.

Вы правы в том, что Господь Иисус Христос, придя и принеся Свое учение, во многом поменял представления ветхозаветного человека о Боге. Но на то он и завет, союз, договор между Богом и человеком. Надо сказать, что Новый Завет – это последний, окончательный договор между Богом и человеком. А их было несколько: с Авраамом, с Моисеем. Люди заключали завет, нарушали его, каялись, и Бог говорил: «Я вновь заключу с вами завет».

И вот был заключен последний завет. Завет, как правило, скреплялся кровью животного. Последний завет был скреплен кровью Сына Божия. Была принесена такая высокая жертва, которой не может быть аналогов и которая не может быть оценена никакими человеческими атрибутами. Христос, придя, сказал: Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. И он исполняется и сегодня. «Ударившему тебя по правой щеке подставь левую» и многие другие нравственные устои Христос поднял на очень высокую высоту, к которой сегодня мы продолжаем стремиться.

– Вы сказали, что все заветы скреплялись кровью животного, а тут – кровью Сына Божьего, Богочеловека. Во-первых, это немножко похоже на какую-то жестокость. Давайте объясним телезрителям, почему это не жестокость. Почему человек приносится в жертву? Там – животное, здесь – человек. Почему так резко на уровень вверх поднимается жертва?

– Все началось со времен Адама и Евы в раю, с преступления ими заповеди, изгнания их из рая с тем греховным наследием, которое человечество несет после этого. Это то, что мы называем первородным грехом, духовной наследственностью. Для того чтобы исцелить человеческую природу, во-первых, Христос должен был ее воспринять целиком и полностью, Он должен был стать Человеком в полноте. Но для того чтобы все люди имели возможность вечной жизни (для православного христианина смерти не существует вовсе, наша земная жизнь, надеюсь, продолжится в Иерусалиме Небесном), была необходима именно жертва Богочеловека, воспринявшего на Себя всю полноту человечества и Божества. Как выражали мысль святые отцы: для того чтобы все человечество жило, должен был пострадать и умереть один – Богочеловек.

– Это еще Каиафа говорил: лучше одному человеку пострадать...

– Да. Не зная и не понимая, что он говорит, он сказал действительно пророческие и важные слова. Один Человек пострадал за весь человеческий род. Мы помним, что Христос сходит в ад и изводит всех ветхозаветных праведников из адских мучений в Царство Небесное. Вот этой Богочеловеческой жертвой Христос спасает, искупает все человечество.

– Вы сказали, что Бог не меняется и мы должны в Ветхом Завете за пеленой как бы жестокого Бога увидеть любящего Отца. Можно ли говорить, что со времен Адама до времен Христа человек менялся, поэтому менялось и отношение Бога к человеку?

– Вот именно так и стоит рассуждать. Изучая Священное Писание Ветхого Завета, мы видим, что одни постановления, правила Господь дал Адаму и Еве: Он научил их делать кожаные одежды, сказал, как возделывать землю, научил приносить жертву благодарения Господу Богу. Мы видим, как развивается история человечества в допотопный и послепотопный период, мы знаем заветы Ноя. Далее человечество приобретает в лице Моисея не просто пророка и вождя, но через него приходит особый завет, в котором Господь дает более 600 правил запретительных и разрешительных. Из них те самые десять заповедей, которые все должны знать. Да, человечество развивается, меняется, и Господь дает такие установления, такие правила, которые необходимы и исполнимы в той культуре, в той исторической реальности, которая свойственна тому или иному времени.

– В начале программы, когда мы говорили о молитве, Вы упомянули, что, по учению афонских старцев и Григория Паламы (это XIV век), помимо позы были предпочтительны на определенных словах вдохи и выдохи во время молитвы...

– Это была целая духовная практика, она есть, просто многие о ней не знают, многие не практикуют. Человечество не стоит на месте, мы приобретаем и другие практики, другой опыт обращения к Богу в молитве. Например, в западной традиции люди складывают руки перед собой, кто-то становится на колени, и это тоже определенный опыт. Таких опытов может быть много, и каждый человек, наверное, по своему внутреннему благоусмотрению должен подобрать то, что он чувствует сейчас. Но, подчеркну, важно, что поза должна быть достойна обращения к Богу.

– Мне это напомнило, может быть, некую медитацию: определенная поза, вдохи и выдохи в определенные моменты. Это медитация?

– Тогда мы должны определиться с понятиями; по крайней мере, задать вопрос: человек, занимающийся медитацией, ради чего это делает? Кто-то может сказать, что он делает это ради определенной физкультуры, приведения в порядок своих мыслей, успокоения от суеты, которой многие подвержены в нашем быстром жизненном ритме. Если в этом контексте рассматривать молитву, то можно в какой-то мере согласиться, что мотивация в данной ситуации такая.

Ведь становясь на молитву, мы должны отложить земное попечение. Что это значит? Мы перестаем думать о каких-то домашних или рабочих делах, которые нас беспокоят. Ты встал на молитву для того, чтобы поговорить с Господом Богом, тогда отложи все это и сосредоточься только на молитве, на внутреннем диалоге с Богом. В этом контексте мы, конечно, призваны к успокоению наших чувств в пользу развития духовной составляющей нашей души и выстраиванию взаимоотношений в форме духовного диалога с Господом Богом.

– А как же молитва во время каждого своего дела? В идеале умная молитва состоит в том, что чем бы ты ни занимался – находишься на работе, на учебе или отдыхаешь, – в голове постоянно должна быть молитва: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешного». Как сосредоточиться одновременно на делах и на молитве?

– Я сейчас вспомнил свою подростковую жизнь. Когда мне было 14 лет, летние каникулы я проводил в одном из храмов (деревня Никольское Угличского района). Именно тогда я серьезно задумался об Иисусовой молитве и о том, как сделать так, чтобы молитва была частью твоей жизни постоянно; чтобы не праздные или какие-то греховные мысли занимали твою голову, а именно Иисусова молитва.

Понимаете, есть большой соблазн захотеть услышать какой-то короткий рецепт, исполняя который ты вдруг сразу станешь Серафимом Саровским  или преподобным Сергием Радонежским. На самом деле это большой, серьезный и долгий путь, который начинается как минимум с регулярного чтения утренних и вечерних молитв. Важно приучить себя к определенной регулярности в молитве, то есть читать молитву перед едой и после еды, перед причастием и после причастия и так далее, то есть это тот минимум, к которому призван каждый христианин.

Следующий этап: постараться во время молитвы не думать о чем-то постороннем, а сосредоточиться на том, что ты совершаешь в конкретный момент. Хотя бы эти 15 минут постараться ни о чем не думать. Получится далеко не сразу и далеко не у всех. Многим проще еженедельно на исповеди говорить, что у них рассеянность на молитве. Спрашиваешь человека: «А что вы сделали для того, чтобы что-то изменилось? Может, Вы не понимаете смысл? Давайте вместе в храме изучим смысл этого, поймем». Может быть, кому-то не хватает самодисциплины, а может быть, нужно укрепить волю через добрые дела. Всё это части большой духовной работы над собой. Вот так постепенно, шаг за шагом, ты не просто приучишь себя к молитве, но она станет частью твоей жизни. В какой-то момент, идя по улице, ты вдруг заметишь, что поешь какое-то церковное песнопение, это стало потребностью твоей души. Вот когда это становится потребностью души, тогда и приходит сладость от молитвы, то самое святоотеческое понимание непрестанной Иисусовой молитвы.

– Действительно, бывает, в храме услышишь какое-то песнопение, потом идешь по улице – и оно у тебя в голове крутится. Это потребность души, получается?

– Может быть, просто понравилось песнопение или мелодия, и ты подсознательно ее прокручиваешь. Но сам факт того, что твое сознание выбирает из множества полученной информации именно такую, – это уже хорошо.

– Вы сказали, что люди на исповеди регулярно каются в рассеянности на молитве. Прощается ли такой грех, когда человек не прилагает особых усилий для его исправления? Грех из раза в раз повторяется, а человек снова и снова исповедуется в одном и том же грехе...

– В одном из святоотеческих патериков ученик задавал авве такой вопрос: «Авва, сколько я буду падать и вставать?» На что авва ответил: «До конца жизни своей мы будем  падать и вставать». Здесь, наверное, вопрос в другом: достаточно ли усилий ты прикладываешь к тому, чтобы что-то изменить в своей жизни? И задача священника в данной ситуации состоит в том, чтобы понять: не получилось ли так, что человек уже воспринимает свой грех как неотъемлемую часть своей жизни, а исповедь – как некое формальное допущение до причастия? Может быть, человек уже сам не желает или не замечает необходимости прикладывать усилия к исправлению этого греха. Если же у человека, как у того ученика из Древнего патерика, чувство греха и покаяния не притупилось, то, конечно, Господь будет принимать его до самого последнего вздоха.

– То есть каждый раз должно быть искреннее раскаяние и стремление к тому, чтобы искоренить это в себе.

– Совершенно верно. Можно добавить, что, каждый раз приходя на исповедь, ты должен дать самому себе и Богу обещание, что приложишь все усилия, чтобы исправиться. Собственно, исповедь и разрешительная молитва, при которой Господь прощает тебе грехи, дают человеку второй шанс начать жизнь заново, и этим шансом надо пользоваться. Потому что, к сожалению (или к счастью), никто из нас не знает, когда мы предстанем окончательно перед Господом.

– В первые века христианства была такая ересь: люди считали, что можно покреститься – и грехи прощались, а потом можно покаяться, но всего один раз. То есть покаяние действовало один раз; один раз можно было совершить это таинство. Если человек согрешил снова – он от Церкви отделен, в Церковь не принимается, он – падший грешник.

Сейчас, когда узнаешь, что человек вновь и вновь впадает в один и тот же грех, велик соблазн сказать, что он отлучен от Церкви, потому что как можно столько терпеть и как может столько совершаться таинство?

– Дело в том, что в первые века христианства для людей таинство Покаяния как таковое было в момент крещения. Считалось, что, принимая таинство Крещения, принимая Господа Иисуса Христа своим Божественным Учителем, ты призван вести совершенно другую жизнь. Но когда императоры-язычники принуждали христиан под страхом смерти или пыток отказаться от Христа, некоторые боялись и приносили жертвы идолам (причем это могло быть в совершенно безобидной форме: в виде щепотки ладана на курящийся уголь). Перед Церковью встал вопрос: что делать с отпавшими? По своей любви к людям, не желая, чтобы люди погибли, Церковь сказала, что есть возможность этим людям приносить покаяние. Поэтому нам всем важно не забывать, что эта возможность нам дана по любви, и исповедь, к которой мы прибегаем с той или иной периодичностью, – это реальная возможность начать новую жизнь.

– Слава Богу, что у нас есть возможность покаяния. Потому что иногда одолевают такие мысли, что ты погряз, опустился на самое дно. Но, получается, есть ниточка, за которую можно уцепиться, и она тебя вытянет, хотя кажется, что это практически невозможно.

– Я думаю и верю (надеюсь, и все наши телезрители в это верят), что Господь не только строгий или справедливый Судья, но и любящий Отец. Отец, Который, как в притче, найдя одну потерянную овцу, радуется о ней больше, чем о девяноста девяти оставшихся. О каждом кающемся грешнике Господь радуется гораздо больше.

– Эта притча часто вызывает даже негодование. Девяносто девять овец – получается, это праведники, христиане, которые всегда с Богом, а грешники – это люди, которые не верят в Бога и потом в Церковь приходят. И вот момент, когда Пастырь находит заблудшую овцу и радуется ей больше... Как же так? И в притче о блудном сыне – старший сын верно служит, никуда не уходит, не отрекается... Почему к этим людям такое отношение?

– Вы кстати вспомнили эту притчу. Остается только вспомнить диалог отца и старшего сына. Старший сын высказал отцу обиду, негодование, на что отец сказал: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся. Поэтому, думаю, не совсем правильно противопоставлять одних другим.

Бог не любит одних больше, других меньше, Он любит всех одинаково – и праведников, и грешников. Но данная притча (как иносказание) призвана подчеркнуть, как Бог радуется возвращению грешника, тем самым показывая нам, что не нужно бояться возвращения к Богу, не нужно бояться признавать свои ошибки, не нужно бояться осуждения, косых взглядов.

В Церкви Господь нас всех, в том числе и священников, призывает к любви ко всем, потому что Он всех любит одинаково. Но когда ты возвращаешься в Церковь, к своему Творцу, Богу, это особенная радость. 

– Я правильно истолковал, когда назвал праведников христианами, а грешников, заблудших – неверующими?

– Можно и так сказать. Просто эта потерявшаяся овца была из стада, то есть она была с Богом, была частью общины, Церкви. Но в результате какого-то согрешения, непослушания ушла в лес. И когда она нашлась, вернулась обратно в Церковь.

Но если мы говорим об атеистах, о людях другой веры или о православных, которые по каким-то причинам перестали ходить в храм, – это все равно дети Божьи. Не думаю, что Господь разделяет в данной ситуации людей на православных и принадлежащих к другим конфессиям.

– Кто внутри Церкви может отнести себя к праведникам, овцам стада, а кто – к  грешникам, заблудшим овцам?

– Как только кто-то из православных христиан скажет: «Ну всё, я теперь праведник», он в тот же миг уподобится тому самому фарисею, стоящему в храме и говорящему: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что́ приобретаю.

Мы помним, чем заканчивается эта притча, рассказанная Христом: из Иерусалимского храма мытарь вышел более оправданным, чем фарисей. Конечно, это хорошо, когда человек имеет возможность и благую волю совершать все предписанные Богом и Церковью законы, но надменность и гордость лишают нас богообщения, той самой благодати, праведности, к которой мы так долго стремились.

– Георгий задает следующий вопрос: «Не могу отделить грех от человека, ведь человек совершает грех по своей свободной воле».

– Человек действительно совершает грех по своей свободной воле. Но если человек совершает грех, значит, его воля больна, поражена грехом. Поэтому мы как минимум должны с покрывающей любовью относиться к этому человеку. Все-таки мы помним, что человек – это образ Господа Бога. Замысел о бессмертной и светлой, чистой душе, с которой человек приходит в этот мир, является добрым.

Но в течение жизни мы можем заболеть тем или иным грехом, поражением воли. Человек больной, как никто другой, нуждается в нашей любви, заботе, поддержке и, конечно, молитве, чтобы ему духовно исцелиться. Не случайно апостол Иаков говорит: молитесь друг за друга. А апостол Павел говорит: Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов.

Ведь мы все в той или иной степени больны – кто-то больше, кто-то меньше, у кого-то болит одно, у кого-то другое. Поэтому мы, христиане, должны носить бремена друг друга. Я еще вспоминаю Послание к Римлянам апостола Павла, где он нас призывает: духом пламенейте. И еще призывает нас к единству в Первом послании к Коринфянам, которое, кстати, читалось в это воскресенье в храме; призывает к тому, чтобы не было между нами раздоров. Мы все Христовы, все объединены жертвой – крестной смертью Господа Иисуса Христа, и это дает нам силы нести бремена и преодолевать болезни воли.

– То есть когда мы говорим про грех и человека, получается, мы должны искренне верить в то, что человек, совершающий грех, в том числе и по отношению к нам, на самом деле добр; верить в то, что он совершает преступление потому, что заблудился?

– Да.

– Но это сложно.

– Это очень сложно. Это в конце концов результат нашей духовной жизни. А все обиды происходят от неоправданных ожиданий, когда мы, глядя на человека, думаем: «Он же православный, он же должен быть святым, поэтому должен оправдывать все мои ожидания».

В этот момент, наверно, есть смысл взглянуть не на человека, стоящего рядом с собой, а на самого себя, задать самому себе вопрос: «А ты Божьи ожидания оправдываешь? Неужели ты никогда не обижал Господа Бога, своего любящего Отца, каким-то недостойным поведением?» Когда не забываешь о своем бревне в глазу, то, может, и сучок в глазу брата будет легче переносить. Это важный момент, о котором мы тоже не должны забывать.

– Но иногда очень хочешь, чтобы случилась какая-то ситуация, строишь планы и мечтаешь, чтобы они обязательно осуществились; например, хочешь поехать отдыхать и выстраиваешь  идиллию прекрасного курорта, где все будет прекрасно обустроено, а потом происходит что-то, ты по какой-то причине не можешь поехать, расстраиваешься и обижаешься… Обижаться вроде бы не на кого, приходится обижаться на ситуацию, но в любом случае появляется это состояние обиды. Почему?

– Человеку свойственно строить планы, надеяться на что-то, особенно когда он долго работал, не имел возможности отдохнуть и уже психологически перестроился, ожидает, например, теплого моря, витамина D и прочих радостей от отдыха на море, в горах или еще где-то…

В какой-то степени это момент проверки твоей веры; насколько будет глубока твоя обида и твое разочарование, настолько тебе нужно укреплять свое доверие по отношению к Богу; в этот момент ты готов и можешь сказать: «Господи, я Тебе доверяю».

– Выходит, если ты расстраиваешься из-за разрушенных планов, то это признак недоверия Богу?

– В том числе. С одной стороны, это естественный процесс: мы думаем, планируем, стараемся, у нас были продуманы дальнейшие шаги. А здесь надо менять планы, выстраивать новую стратегию. И, конечно, это по-человечески нас расстраивает. Но если при этом мы впадаем в уныние, депрессию и отчаяние, это как раз признак: «где же твоя вера?» Господь знает лучше, что полезно и важно будет для тебя сегодня.

Я бы, наверное, в этот момент встал и помолился. И сказал бы: «Во-первых, Господи, укрепи во мне веру. Во-вторых, научи меня следовать Твоим путям. И если сейчас Ты показываешь мне именно этот путь, я принимаю его с благодарностью и надеюсь, что возможность на отдых (если мы говорим об отдыхе) у меня еще появится».

– Мне кажется, это очень важно. Пути Господи неисповедимы, и ты никогда не знаешь, почему то или иное событие не случилось, тот или иной план не осуществился.

Я хотел бы обратить внимание, Господь говорит: «Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний день сам позаботится о себе». Может быть, Он пытается этими словами уберечь нас от этих неоправданных ожиданий?

– Думаю, здесь и это тоже имеет место. А также какие-то напрасные и ненужные переживания: что ждет нас завтра, что ждет нас в старости, как мы будем жить, если это изменится, если что-то произойдет... Таких страхов в жизни каждого человека очень и очень много. И это напоминание Господа Бога каждому из нас о том, что Он рядом с нами. Он никуда не исчезнет и никуда не пропадет. Его любовь и Его забота по отношению к нам никогда не изменятся. Даже независимо от того, что мы сделаем по отношению к Нему. Чуть раньше мы обсудили, что при любом чистосердечном, искреннем обращении к Богу Господь всегда будет рядом. Тем самым мы должны утешаться, напоминая себе о том, что Господь будет всегда с нами, всегда поможет, поддержит и защитит. Нужно доверять Богу.

– Вопрос от телезрителя: «Как ухаживать за родителями в старости, уже достаточно больными. Как ухаживать с терпением, переносить этот труд, тяжесть?»

 Сколько ни говори про соблюдение пятой заповеди про любовь к родителям, наверное, все-таки тяжело, когда у тебя на руках родители, которые не могут взять себе стакан воды. Это сложно, и телезритель спрашивает, как с этим справиться.

– Вы знаете, когда рассуждаешь на эту тему, мне невольно в голову приходит закон благодарности (я это так называю). У меня сейчас дома маленькая дочка. Она со своей мамой, с моей супругой; дочке одиннадцать месяцев. Это период, когда она требует максимальной заботы, защиты, внимания. И для нее нет градаций: ночь ли это, день; удобный или неудобный, подходящий или неподходящий момент. Для нас это не в тягость, потому что мы ее любим, потому что это наша радость.

Родители – это те, что когда-то не спали ночами, когда у нас заболел зуб или животик, еще что-то. И делаешь все возможное, не думая ни о работе, ни о карьере, ни о чем-то еще. Закон благодарности, закон любви очень важно не потерять в жизни, взрослея, приобретая опыт, уставая на работе от постоянной рутины; может быть, от работы, связанной с уходом за родителями. Это закон. И уже с детства мы должны быть благодарны родителям и готовить себя: если будет необходимость, нести этот крест и не терять этой благодарности, этой любви по отношению к своим близким, к самым родным людям.

– Что бы Вы порекомендовали практически, когда зритель попадает в такую ситуацию? Телезритель, очевидно, борется со своими переживаниями. Думаю, он тоже понимает, что в детстве родители дали ему очень много. И тем не менее ему нужен совет.

– Постараться найти возможность переключиться. Причем не только физически или пространственно – выйти из комнаты, но и переключиться эмоционально. Постараться какое-то время об этом не думать, и здесь могут быть разные советы: начиная с молитвы (просто поговорить с Богом, излить Богу то, что у тебя на душе и на сердце) и заканчивая слушанием музыки, чтением книг, пробежкой или занятиями в спортзале. Тем, что сможет на какое-то время перезапустить твое сознание.

Мы иногда впадаем в определенный ритм или режим, колесо повторений – дом, работа, магазин, забывая о том, что мир очень большой, разнообразный и предлагает много возможностей, даже не связанных с финансовыми затратами. Иногда полезно просто прогуляться по улице, подышать свежим воздухом или окунуться в утреннюю реку. Это помогает перезагрузить сознание и почувствовать себя более бодро.

– Я хотел бы попросить Вас кратко подвести итог и что-то пожелать нашим телезрителям.

– Хотел бы поблагодарить за содержательную и, на мой взгляд, интересную беседу, за вопросы.

– Будем надеяться, что беседа поможет.

– Дай Бог! А телезрителям хотел бы пожелать бодрости духа, никогда не унывать, всегда помнить о том, что Господь – любящий Отец, Он всегда рядом с нами. Как сказано в Священном Писании, непрестанно радуйтесь, за все благодарите и этим исполняйте волю Божью.

Ведущий Александр Черепенин

Записали Нина Кирсанова и Игорь Лунёв

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​