Беседы с батюшкой. Один ли Бог во всех религиях? Протоиерей Максим Плетнев. 12 февраля 2026

В гостях в студии – руководитель Координационного центра по противодействию наркомании и алкоголизму при Социальном отделе Санкт-Петербургской епархии,

клирик храма Спаса Нерукотворного Образа на Конюшенной площади (г. Санкт-Петербург) протоиерей Максим Плетнев.

– Тема сегодняшней беседы звучит так: «Един ли Бог для всех народов?» Когда мы сейчас сталкиваемся с различными проявлениями того или иного религиозного фанатизма, у нас возникают вопросы именно по вероисповеданию. Почему такое происходит? Было бы счастье, если бы мы поклонялись единому Богу, и тогда не возникало бы никаких нестроений.

Мы сейчас словно строители нового Вавилона, Вавилонской башни. Языки наши смешаны, поэтому мы не можем построить здание, которое могло бы нас объединить.  Почему мы по-разному верим? Какой в этом смысл? Какая в этом польза и есть ли она? 

– Хорошо, что мы не можем объединиться и построить здание, потому что это Вавилонская башня. Один раз уже построили, и все окончилось плохо. Что касается сегодняшней темы, то она звучит немного по-другому: один ли Бог во всех религиях? Отталкиваясь от этого, можно сказать, что Бог вне религий. Религии говорят о Боге, а Он – везде. Вездесущий, Творец Вселенной. В беседах с прихожанами и участниками программы помощи зависимым мы время от времени эту тему обсуждаем.

В религиоведении есть принцип презумпции невиновности религии. Если убрать однозначный негатив (эта религия зло, они не правы, здесь все плохо) и посмотреть на происходящее со стороны, то понятно одно: люди создавали религии не для того, чтобы досадить Богу или что-то сделать неправильно. Это было искреннее желание познать мир, познать себя и Бога, если Он есть в этих религиях.

Следующий вопрос – о происхождении религий. В начале XX века и в XIX веке было мнение (даже в религиозных кругах), что религии развивались от простого к сложному. Сначала были совсем простые культы. Мы можем увидеть это в наших учебниках по истории про древних людей. Молния попала в камень, люди увидели это и начали боготворить молнию, камень, какую-то высшую силу. Дальше религия все совершенствовалась и совершенствовалась, и вот уже есть такой развитый культ, как сегодняшнее православие.

Этот взгляд не выдерживает исторической правды и критики, потому что понимание бытия у древних людей было не менее глубокое, чем у нас. Этому свидетельство те народы, которые есть сегодня и живут на планете вместе с нами: они во многом отображают религиозное знание, религиозный мир древних людей, они не создали письменности, не знают цивилизации. Конечно, таких народов все меньше и меньше. Религиоведы и этнографы, наблюдая за ними, увидели, что там глубочайшее понимание бытия.

Есть известная история о том, как один язычник приносил жертву особому дереву. В разговоре с нашим миссионером (православным христианином) он говорил, что его жертва не дереву, а духу дерева. Дух жертвы – такой образ. Наш миссионер подумал, что это близко к понятию Причастия. Это такой же уровень понимания духовного бытия. Такой эволюционный взгляд на мир тоже не выдерживает критики. Есть моменты, которые не сходятся.

Если четко идти за библейским рассказом, то у нас есть единая религия до Вавилонской башни. Есть единый народ: сначала Адам и Ева, потом Ной, от которого и происходит все человечество. Это был один народ с одной религией и одним языком. Какая была религия Ноя? Монотеизм, единобожие, поклонение Богу, заключение завета с Богом и знак его – радуга. Был дан определенный закон, в том числе – закон мести. Правила кровной мести, которые сейчас есть у некоторых народов, восходят к закону Ноя. Мы это видим в Библии.

Потом это единое библейское знание, из которого выходит и христианство, искажается в разных народах. Так мы можем это предположить, подробных объяснений нет. После Вавилонской башни мы встречаем Авраама, и там уже другая картина. Истинных поклонников Бога очень мало, буквально единицы. Господь выбирает Авраама и из него производит народ истинных богопочитателей. Но при этом Авраам и Лот встречают Мелхиседека. Не просто человека, который тоже поклоняется единому Богу, как и Адам, а священника. Мелхиседек – царь Салима (будущего Иерусалима). Нам дается такой образ, что есть и другие народы, почитающие Бога, а не только народ, произошедший от Авраама.

Тем не менее основные народы уже находятся в заблуждении. Если брать теорию, что все религии выходят из одного корня, то дальше это единое знание искажается. Вопрос-то сложный: как произошли религии? Почему там одно религиозное знание, а здесь другое? Как это все было взаимосвязано?

Обсуждая эту тему, важно выстроить наш христианский взгляд и некоторую лестницу из религий. В самом высоком положении православие, затем другие христианские конфессии (католицизм и протестантизм), монотеистические религии (иудаизм, ислам), потом другие религии. Есть предположение, что и египетское язычество было монотеистическое. Индуизм, где-то там буддизм, а потом шаманизм (менее развитый языческий культ), сатанизм (поклонение демонам); и в самом низу – атеизм.

Когда мы видим какое-то религиозное течение, надо смотреть на него с двух сторон. Если смотреть от атеизма, то шаманизм – это, конечно, шаг вперед. Это признание души, духовного бытия, мира, существ (духов) и даже, возможно, добра и зла. Есть добрые духи и злые. Высшие силы, бессмертие души или, по крайней мере, жизнь после смерти. В некоторых культах даже есть понимание загробной жизни.

Если идти выше по этой лестнице, то в каждой новой религии будет все больше и больше света. Кастанеда описывал религию индейцев. Современные ему американцы говорили: «О, Кастанеда! Какой духовный мир, как это все интересно!»  Интерес к религиозному взгляду на бытие с точки зрения индейских шаманов был вызван тем, что люди не знали Христа, не знали Истину. Но они тоже видели какие-то глубины. Для них это был шаг вперед по сравнению с советским атеистическим прошлым.

Если смотреть с полноты истины, от православия – вниз, то каждая ступенечка – это больше и больше тьмы. В религиозном течении есть что-то от истины, но есть и тьма, если это не православие, не та самая высота духовного знания и истины, что дают нам Церковь и Сам Господь.

– Вспоминаю себя совсем юным человеком. Наверное, и мне приходилось задумываться (как только я начал себя осознавать) о том, что же вообще происходит. Мне казалось, что это какая-то дикая несправедливость: человек рождается, учится, работает, развивается, а потом – смерть. Зачем тогда учиться и что-либо делать? Я начал задумываться над этим, и у меня не было возможности узнать что-либо о Христе и христианстве. Вернее так: я слышал это, но не понимал.

Когда мы задумываемся о том, один ли Бог во всех религиях, то один ли Бог для всех желающих узнать истину?

– Наша вера учит нас, что Бог – один, Он – единственный; и только Он – Бог. У меня была похожая история. Я мучился бессмысленностью бытия. Известный литературный герой Базаров говорил, что все оканчивается лопухом на могиле. Какой тогда смысл в жизни, усилиях, страданиях? Зачем все это претерпевать? Я искал ответ несколько лет, в результате пришел ко Христу и увидел, что жизнь не оканчивается лопухом на могиле.

К сожалению, советской власти удалось создать такой мир, в котором не было Бога. Мои родители никогда не говорили о Нем, в школе, газетах и на телевидении тоже этого не было. Я вообще не знал Бога. Только потом я нашел иконы, придя в разум истины. Они где-то в шкафу хранились и никогда не были на виду. Я не знал теории. Не было Библии, молитвословов, никаких текстов, свидетельствующих о Боге.

Первая религиозная книга, которую я прочитал, это многотомное издание «Памятники средневековой иностранной литературы». Там был томик, в нем «Тысяча и одна ночь» и произведения суфийских (исламских) мистиков. Какое там было произведение? В кораблекрушении погибают все, кроме маленького ребенка. Он не помнит ничего о корабле и о каких-то других людях. Живет один на острове, там масса зверья, растения... Он познает мир, возрастает, постепенно понимая, что он не такой, как другие животные, и приходит к идее Творца, Бога. Начинает исповедовать Бога, молиться и служить Ему.

Вот такой трактат, который я прочитал в советском издании. Это повлияло на меня, и часть моего сознания и души прониклась знанием о Боге и мыслями о Творце.

Бог один, но Он истинный. Есть знаменитая индуистская притча про слона и слепцов, которым дали потрогать слона и попросили описать, какой он. Кто-то потрогал ногу, кто-то хобот, кто-то ухо. Для одного это была колонна, для другого – пергамент, для третьего – что-то еще. Говорят, что так люди разных религий познают Бога, а на самом деле Он один.

Это неправильное сравнение, потому что Бог – это не колонна. Мы вначале проговорили: эта лестница есть. Мы можем говорить, что те или иные представления о Боге неверны и в них есть тьма.

Почему важно знать веру? Теоретические знания о Боге несут реальную практику. Неправильная теория о Боге несет неправильную религиозную практику. Один из ярких примеров – это ислам: шахиды – люди, которые входили в израильские кафе, взрывали себя и десятки людей вокруг себя (сейчас это не так часто бывает). Они считались святыми среди палестинцев. У них нет культа святых, но их боготворили. Затем проходили демонстрации с портретами этих «героев» – шахидов, как будто они святые.

В исламе нет богословского центра, богословской комиссии или Собора. У них нет внутренней возможности сказать, что это неправильно. Там просто нет такого формата. Такое возможно, но это дает неправильную религиозную практику, которая ужасает.

Мы не можем представить, что православный человек может сделать что-то подобное. Мы тогда скажем: «Он не православный, он заблудился, он не понял Христа и истину о Боге».

Так можно разбирать разные религиозные практики. Ведь есть теория, а есть реальная практика – во что эта теория потом выливается. Мы можем увидеть страшные проявления этого, магические вещи, полуоккультные (современный буддизм). Ведь это же магические истории, там колдуют, занимаются камланием.

Люди, которые туда ходят, пребывают в заблуждении. Хотя смотря в какой среде. Русский буддист или католик – это протест. Традиционно в России, особенно в царской, человек, выросший в православии и принявший потом католицизм, – в протесте. То же самое и сейчас: если русский протестант – у него есть какой-то протест. «Я знаю истину».

Но все равно это люди, хотящие узнать Бога. Я еще мог бы разделить людей на тех, что пытаются познать духовное, и на тех, что не пытаются познать духовное. Кто-то, возможно, делает это неправильно, попадая в секты. Все равно это стремление светлое, хорошее и доброе.

К сожалению, враг человека уловляет. Мы живем не в безвоздушном пространстве, а в мире, о котором Иоанн Богослов сказал: Мир во зле лежит (1 Ин. 5, 19). К сожалению, это так, и не все так просто и легко, как хотелось бы: здесь белое, здесь черное. Все немного сложнее.

– Мир лежит во зле. С этим спорить невозможно. Есть люди, которые находят некое утешение в этой тяжелой истории про мир, лежащий во зле. В этом случае у меня свой выбор, когда я стал понимать, что общение с определенными людьми доставляет мне серьезный внутренний дискомфорт, а общение с другими людьми вызывает только радость и даже тоску при невозможности общения. Чем дальше я так живу, тем больше понимаю, что мне тяжело общаться с неверующими людьми. Хотя мне, как журналисту, приходится очень много общаться с неверующими людьми. Но мне тяжело с ними общаться. Почему так происходит? Ведь если я истинно верующий христианин, то, наоборот, мне нужно как можно больше общаться с этими людьми, чтобы рассказывать им о Христе. Или я ошибаюсь?

– Мне хочется общаться с теми людьми, которые могут обогатить меня духовно. Де Грааф – православная христианка, духовное чадо митрополита Антония, она долгие годы работает в московских хосписах, провожая людей. В ноябре 2025 года я познакомился с ней на одной из конференций. Она много вспоминала Антония Сурожского, часто его цитировала. Она пропитана его богословием. Я чувствовал благодать.

В своей пастырской практике я часто общаюсь с зависимыми людьми, которые не все верующие. Мы просто работаем с горем. Поскольку мы стараемся быть со Христом, в нашей работе мы это делаем сознательно и говорим об этом, пытаемся это воплотить в жизнь, чтобы в нашей работе царствовала любовь.

Мы глубоко уверены, что зависимость от психоактивных веществ происходит в результате неполноты бытия и пережитого человеком мощного опыта нелюбви.

– Желание быстро обрести эту любовь.

– Там именно мощный опыт. Детско-родительские отношения – это девяносто процентов. Что-то было в детстве, это плохие семьи. В современном обществе кризис семейной жизни…

Мы входим в это горе. Слава Богу, Господь нас защищает. Мы осознаем, что там масса тьмы. Период жизни таких, когда они у нас на реабилитации, – это самый светлый и хороший период для них. Они приходят в себя в трезвости. Мы видим, как они (не все) преображаются. Это мне напоминает цветок, который никогда не цвел, а потом вдруг зацвел. Это люди, которые обретают веру, они погибали и начинают преображаться. Мы видим эту тьму, а потом свет. Это радостно.

Мы осознаем, что тьма существует. К сожалению, некоторые возвращаются обратно во тьму. У некоторых из них есть дети. Если мама и папа пьют, что с детьми происходит?

Я не могу представить, мне это больно представлять. У меня пятеро детей. Я люблю детей. Я пытаюсь их понимать и представляю, как они страдают. Это только один пример. А сколько там всего? Господь все это покрывает благодатью и любовью.

У нас еще и клуб «Ортодокс», время от времени мы там собираемся. Приезжал батюшка из Воронежа, исполнял песни на слова Василия (Рослякова) под свою музыку. Была беседа о священническом служении. Он говорил: «Господь меня избрал». Он говорил про себя. Не в смысле, что он хороший и великий, а что Господь его призвал: «Я хотел быть священником, Господь меня призвал».

Я думаю, что все христиане не потому верующие, что они такие хорошие, нашли веру, а Господь их призвал из тьмы неведения, безбожия и тьмы греха, в котором они находились. Он призвал нас, и мы откликнулись. Это удивительно и индивидуально. Это дар Божий. Почему это не происходит с другим человеком? Мы не знаем…

Недавно у нас была очередная встреча в клубе «Ортодокс», посвященная итогам 2025 года. Там была Наталья Щепкова, которая сказала хорошую фразу: «Чем хороша старость? Тем, что есть возможность посмотреть, как некоторые истории оканчиваются». Когда человек в возрасте, он может увидеть, как жизнь людей разворачивалась, а не как она начиналась, не яркий всплеск молодости. Когда ты в возрасте, ты видишь, как это оканчивается.

В некоторых историях, которые я наблюдал, у людей был выбор. Я видел, как Господь избирал и призывал их к Себе. Некоторые люди откликались на это избранничество, другие – нет. Иногда эти истории заканчивались печально.

Господь Милостив. Мы, христиане, веруем в то, что Господь делает все для того, чтобы всех спасти: человека, пребывающего в атеистическом сознании, и людей, пребывающих в сектах, в неправильном богопочитании. Господь все делает, чтобы всех спасти.

Господь говорит: Ибо всякий, кто призовет имя Господне, спасется (Рим. 10, 13). К сожалению, не всякий призывает имя Господне. Но Господь говорил, что Он будет распят для того, чтобы всех спасти. Это идея Бога. Но у человека есть возможность не спасаться, не ответить на эту любовь.

– В начале двухтысячных годов была популярна идея о том, един ли Бог для всей Вселенной. У каждого свой Бог, свое личное представление…

– Не Бог, а представление. Даже не представление, а некоторое познание своего Бога, свой путь. Мы познаем одного Бога. Конечно, у каждого свой опыт, каждый проходит свои испытания.

Мы говорили об избранности. Некоторые воспринимают это как радостную, беззаботную историю, как подарок. Но это не так. Это огромная ответственность, призыв к служению, к несению креста и к ответственности.

Мы порой говорим, что у нас есть богоизбранный народ – еврейский. Весь Ветхий Завет говорит об истории божьего народа. Это печально. Люди постоянно разочаровывают Бога. На примере еврейского народа мы это можем увидеть.

Далее Господь создает новый народ Божий – Церковь. Исторически мы видим, что и в Церкви не все благополучно: ереси, расколы – непростые периоды.

– Вопрос телезрительницы Елены из Ростова-на-Дону: «Если уже приходишь к тому, когда по Евангелию провидишь, чем может закончиться жизнь твоя и детей, не могли бы Вы объяснить наказание до третьего и четвертого рода? То есть милость к боящимся Его – до тысячи родов, а дальше? У меня страх, что у нас будет выбор: либо погибнуть, либо как-то спасаться».

– В Ветхом Завете есть слова Бога о том, почему существует поговорка, что дети отвечают за грехи родителей. Это не так. Когда мы в духовных школах изучаем Библию, нас всегда учат изучать не отдельную фразу, вырванную из текста, а учитывать весь контекст. И не только данной главы или книги Священного Писания, но и всего Священного Писания в целом.

Там мы видим мысль о том, что дети не отвечают за грехи родителей. У нас нет такого, что ты отвечаешь за чьи-то грехи. Я за свои грехи буду отвечать. В следующий воскресный день мы будем вспоминать притчу о Страшном суде, где представлен образ суда и того, как Господь судит людей. Там нет слов о том, что твой отец и мама были плохими, а за это ты несешь наказание.

Это определяется так: оказал ты любовь в этом мире или нет? Праведники – это те, кто оказал любовь, это добрые овцы стада Христова. Он им сказал: накормили, напоили, позаботились, проявили любовь к другому человеку – это вы Мне ее проявили. А козлища – это те, что любовь не оказали, и Господь им сказал: вы не оказали любовь человеку, значит, не оказали ее и Мне.

Вот суд. А не то, что у тебя в роду кто-то был плохой, а ты несешь за них наказание. Однако жизнь родителей активным образом влияет на жизнь детей. Это не означает, что дети понесут наказание. Но каждый человек – продолжение родителей. Если ребенок рождается в семье, где живут греховной жизнью, это заражает его. Но это не приговор.

Мы знаем примеры, когда люди, приходя в этот мир, оказываются в сложной духовной ситуации, но впоследствии обретают святость. Есть не один такой пример.

А есть Иуда – один из самых страшных грешников, обозначенный в Священном Писании, он был со Христом и апостолами, но предал Христа.

Мы встречаемся в преддверии Великого поста. Любовь – это вызов. Идея любви и пример Христа для нас – это вызов. Конечно, мы на него плохо отвечаем.

– Я с нетерпением жду Великого поста. У меня даже сейчас возникает ощущение радости, потому что это возможность еще раз проявить свою любовь. Не по той причине, что я по привычке должен это делать, а по причине, что во время поста, ограничивая себя во многом, мы проявляем больше милосердия. Даже через понуждение мы можем прийти к пониманию Бога. Вера – от слышания. Если мы научаемся слышать о вере, то во время поста можем внутренне настроиться на это слышание.

– Осталось меньше недели. Во вторник вечером читаются первые молитвы Ефрема Сирина.

Первая и последняя недели Великого поста, Пасхальная неделя – это пиршество духа. Это настолько возвышенно! Духовный восторг и радость. Хочется к этому приникнуть и пить живительной влаги, живой воды в буквальном смысле. Это только раз в году.

Читаешь Великий покаянный канон Андрея Критского, а время уходит, и хочется его задержать... С трепетом сердца ожидаю дни Великого поста.

Бог да благословит всех, друзья. Сегодня день трех святителей. Поздравляю с этим замечательным праздником. Храни всех Господь.

– Спасибо, отец Максим, что пришли к нам на передачу.

Дорогие друзья, я благодарен вам за вашу жертвенную любовь, за то, что вы с нами и не бросаете нас. С вами нам легко, без вас нам сложно. Оставайтесь на первом православном.

Ведущий Глеб Ильинский