Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

30 ноября 2020 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает архимандрит Алексий (Вылажанин), благочинный Петропавловского округа Московской (городской) епархии, настоятель храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Лефортове, член Канонической комиссии при Епархиальном совете города Москвы. 

(В расшифровке сохранены некоторые особенности устной речи)

– Батюшка, здравствуйте! С началом Рождественского поста Вас!

– Добрый вечер, взаимно всех поздравляю с началом Рождественского поста, желаю всем достойно провести эти дни в посте, молитве, духовном совершенствовании, как это должен делать каждый христианин не только в дни поста, но и вообще во все дни нашей жизни.

– Такой интересный вопрос нам пришел от телезрителя: «Можно ли, выходя со службы, говорить, что стал святым, побывав на службе?»

– Наверное, все-таки было бы правильно сказать: соприкоснулся со святостью, со святыми. Стал ли я святым от этого? Может быть, стал немного лучше, чище, потому что прошел через покаяние, соединился с Телом и Кровью Христовыми. А стал ли святым – не нам давать себе такие оценки. Мы знаем примеры святых, которые, достигая духовного совершенства, наоборот, считали себя грешными и недостойными людьми. А те, которые считали, что они достигли уже какого-то определенного уровня духовного совершенствования, были посрамлены Богом. Поэтому я считаю, что с духовной точки зрения неправильно так говорить.

– А когда мы причащаемся, мы принимаем в себя Бога?

– Конечно.

– Можно ли сказать, что мы стали в этот момент святыми, полубогами?

– Нет. От полубога до Бога далеко, это искушение, прелесть. Есть святыня, которую мы принимаем с трепетом и любовью. Мы соединяемся со Христом, пытаясь стать чуть-чуть лучше и чище. Живя в этом бушующем мире, который нас всячески пытается утянуть куда-то на дно, мы ищем тропочки духовного спасения и через покаяние, исповедь, причащение Святых Христовых Таин пытаемся стать чуть-чуть лучше.

– Да. Скажите, как этим постом причащаться лучше всего? Каждое воскресенье?

– Каждый для себя должен сделать свой выбор. Кто имеет своего духовного наставника, должен с ним согласовать этот вопрос или со священником, к которому приходит на исповедь и у которого духовно окормляется. Кто как может вместить.

У нас будут праздники Введения во храм Пресвятой Богородицы и святителя Николая. В эти дни обязательно надо бы нам причаститься, потому что всегда на Святой Руси эти дни особо чтились православным народом. Если у кого-то есть такое желание и стремление причащаться каждую неделю в дни поста, духовно укреплять себя – это замечательно. Есть же некоторые люди, допустим, пожилые, которым сейчас, к сожалению, ограничен приход в храм. Но некоторые из них, преодолевая препятствия, все равно идут в храм, потому что не могут без него жить, храм для них есть жизнь. Некоторые причащаются и несколько раз в неделю – все зависит от вашего духовного внутреннего состояния, готовитесь ли вы к Святому Причастию и как вы к нему относитесь.

Это таинство, и к нему надо относиться как к таинству. Это не должно быть что-то обыденное, как утренний завтрак или еще что-то. Нет, мы должны себя духовно готовить к этому. Если человек себя раз в неделю приготовит к Святому Причащению, то это будет замечательно. Тем более что в первые христианские времена люди, посещавшие литургию, все причащались в этот день. Поэтому ничего страшного нет, если человек пришел в храм Божий на службу, исповедовался и принял Святые Христовы Таины; как бы духовного укрепления у Господа попросил в эти особые дни.

А там уж кто какой для себя подвиг возьмет, это дело каждого человека. По крайней мере, реже одного раза в две недели, я думаю, причащаться нельзя ни в коей мере. Очень многие сейчас причащаются в новогоднюю ночь. Вместо сидения у телевизора приходят в храм, стоят на службе, причащаются (сейчас во многих храмах совершается ночная служба на Новый год), потом уже общаются дома со своей семьей. А там уже Рождество не за горами. Как раз минимум четыре раза у нас получается причаститься.

– Вот и разложили по полочкам, как можно продумать себе график причащения.

– Каждый пусть для себя посмотрит сам.

– Очень удобная схема. Следующий вопрос: «Нормально ли постоянно сомневаться в правильности своих слов, поступков и мыслей?»

– Поступки, прежде чем совершить, нужно взвесить, а уж если что-то сделал, что же сомневаться в том, сделал правильно или неправильно? Есть хорошая прибаутка православная: если сделал доброе дело и не получил за это по шапке, то задумайся, а было ли это дело добрым. Если ты сделал доброе дело и за это получил какую-то неприятность, значит, действительно сделал доброе дело. Потому что враг рода человеческого озлобляется, видя наши добрые дела, и пытается подставить нам подножку на нашем духовном пути, чтобы у нас появилось расстройство, обида на кого-нибудь, еще что-то.

Самое главное, чтобы это все не переросло в самоедство. Оно заставит человека комплексовать и застопорит его духовный рост. Да, надо дать оценку тому, что мы сделали, правильно это было или неправильно. Чаще всего это бывает уже после того, как мы сделали что-то. Если вдруг сделали что-то неправильно, конечно, надо попросить у Бога за это прощения, осознать это и принять как опыт в дальнейшей своей жизни, стараясь больше такого не совершать. Но жить постоянно, контролируя себя и упрекая, не надо. Да, мы должны за собой следить, надо стараться жить по Святому Писанию, стяжать дух мирен. Это очень сложно бывает, но надо к этому стремиться.

– А может ли такая неуверенность в себе являться какой-то духовной проблемой, когда ты в чем-то все время сомневаешься, самоедством занимаешься?

– Вообще надо уповать на волю Божию. Это не значит, что надо сидеть и ничего не делать. Надо делать какие-то дела, но всегда говорить: «Господи, не моя, но Твоя воля пусть будет в этом». (По крайней мере, я всегда стараюсь так делать.) Если есть воля, чтобы это дело совершилось, оно пройдет через испытания, трудности, порой даже выйдет таким образом, о чем ты и не думал, в твои планы это даже не входило. «А если нет на то Твоей воли, то как бы мне ни хотелось, Ты найдешь тысячу способов для того, чтобы меня от этого оградить». Поверьте, если это будет искренняя просьба к Богу, Господь управит: и убережет от неправильных шагов, и направит на правильный путь.

Мы же не всегда Его слушаем, как ребенок не всегда слушает родителей. Не тащи грязную игрушку в рот не потому, что это нельзя, а потому, что на ней микробов полно. Так и мы порой как дети. Нам говорят: «Будьте как дети», но тоже не во всем надо детям подражать, надо быть немного разумными. В искренности – да, ребенок искренен.

– Тут вопрос о доверии к Богу. Как это: все время доверяться? Допустим, меня увольняют с работы. Я понимаю, что здесь, видимо, есть какой-то важный момент в жизни, когда нужно довериться Богу и дальше все будет хорошо. Так можно рассуждать?

– Когда увольняют с работы, что теперь делать? Упираться и не уходить?

– Понятно, смиряешься с этим.

– Но это не значит, что надо останавливаться, просто надо двигаться дальше. Значит, Господь где-то укажет другой путь. С Богом не бывает безвыходных ситуаций. Могут быть временные трудности, Господь дает возможность потерпеть. Читайте Иова Многострадального. Веры не хватает. Ведь все это возникает от нашего маловерия, от неверия, от сомнений в вере. Потому что мы начинаем раскладывать человеческим разумом все по полочкам, нам хочется, чтобы было ясно, где, что и как, а у Бога Своя мерка, Свой путь, который Он для нас готовит. Только мы не всегда готовы его принять. Он нам дал свободную волю, и наш выбор – принять то, что Он нам дает, или не принять.

– А у Вас были случаи, когда Вы все делали по воле Божией? То есть были какие-то решения, сомнения, но Вы во всем полагались на волю Божию?

– Я стараюсь в своей жизни поступать так. Может быть, не всегда это у меня получается, потому что я тоже человек не идеальный, и у меня бывают сомнения в правильности тех или иных поступков. Но когда что-то глобальное в моей жизни должно совершиться, я никогда не напираю. Надо сделать какое-то дело (может быть, оно даже очень важное), я стараюсь делать все, что от меня зависит. Но если оно не идет, значит, на то нет воли Божией, значит, это не нужно.

Мне всегда вспоминается ныне покойный отец Виктор Шиповальников. Его рукополагал во священники в оккупированной Одессе в 1943 году русский митрополит, который жил там на покое, и он ему сказал: «Отец Виктор, никуда не просись, а куда пошлют, на то и будет воля Божия». Я старался в своей жизни этого придерживаться. Может быть, один раз  немного ушел от этого, а так куда пошлют, на то и воля Божия.

– Вопрос телезрительницы: «Я начала читать псалмы по новопреставленному племяннику, прочитала уже четыре кафизмы, но мне самой как-то не очень хорошо. Может, я сама недостойна читать? Как быть? Подскажите, пожалуйста».

– Читайте кафизмы по силам, по состоянию здоровья. Есть силы, почитайте. Может, не всю кафизму сразу, хотя бы одну «славу» прочитайте. Есть силы, читайте дальше. Господь все примет. Поэтому укрепи Вас Господь в этом делании, молитесь за племянника, это самое главное, что ему сейчас нужно.

– Скажите, зачем наша вера в Бога требует от нас того, что мы должны идти постоянно на жертвы и противостоять естеству?

– Она не требует, она нам предлагает. Готовы вы или нет, цена очень высокая – Царство Божие. Не временная жизнь здесь, в которой мы готовы всем пожертвовать и все отдать за материальное благополучие, финансовую стабильность, внешний вид. Временное когда-то рано или поздно закончится, а там – жизнь вечная. Поэтому тут уже каждый для себя делает выбор, к чему больше стремиться.

Церковь не запрещает ничего, она ограничивает нас в каких-то стремлениях, в нашей разнузданности, чрезмерных потребностях. Так что я не думаю, что здесь что-то от нас Господь требует. Господь ничего не требует, Он предлагает, переживает за нас, когда мы уклоняемся от того пути, по которому должны идти. Он-то пришел не здоровых спасти, но больных излечить. Поэтому на небе радуются больше об одном кающемся грешнике, нежели о десяти праведниках. Поэтому каждый для себя должен выбрать. Много званых, мало избранных. Никуда от этого не денешься. Кто хочет идти за Христом, тот идет и налагает на себя какие-то ограничения. Они не неудобоносимые; если  Господь дает крест, дает и силу его понести.

– А если вся твоя церковная, духовная жизнь сводится к тому, что постоянно чем-то жертвуешь? Что ни день, то какие-то проблемы, и ты вместо того, чтобы спокойно жить, постоянно в чем-то себя ограничиваешь.

– Надо посмотреть. Просто, наверное, твоя церковная жизнь немного неправильно устроена.

– Сейчас почти у всех так, кто недавно пришел в церковь.

– А для чего шли, спрашивается? Кто что искал? Чаще всего священник, который служит Богу, всегда всем доволен. Священник, который постоянно чем-то недоволен, неизвестно, чего ищет в этой жизни. Да, конечно, мы люди, иногда ропщем, что-то в этой жизни, может быть, не устраивает. Я всегда себе говорю: остановись, оглянись назад и поблагодари Бога за все, что в твоей жизни есть.

Господь каждому дает столько, сколько ему нужно, порой даже больше, чем нужно. Другое дело, что мы, люди, такие, что нам надо всегда больше, чем у нас есть. Мы всегда смотрим на тех, кто живет лучше, богаче. Может быть, это неплохо, но это не должно быть самоцелью, потому что если у тебя есть какой-то достаток, есть кусок хлеба, остановись, оглянись назад, ведь сзади есть люди, у которых даже этого нет. Все познается в сравнении.

Одна матушка в свое время в Рязанской губернии говорила моей тетушке, когда мы их навещали: «Не привыкай к вкусной пище, потому что кто знает, какие времена будут. Простенько, картошечка и хлебушек. А как тяжело будет тем, которые привыкли вкусно кушать». Как у нас переживают, что французских сыров нет, еще чего-то… Жили без ананасов русские люди и проживут еще.

– Есть такой вопрос: «Являются ли постной пищей морепродукты, кальмары?»

Эти продукты не дешевые, не будет ли это каким-то излишеством этим постом?

– Если вы можете себе это позволить, ешьте... И лучше съесть бутерброд с икрой, встать на молитву и помолиться Богу, чем при молитве думать об этой икре. Это будет и честно, и справедливо.

Конечно, мы балуем себя. Почему раньше, в советское время, говорили, что поститься в России – это подвиг, а поститься на Западе – в этом подвига нет? Потому, что там все было, там пост – не проблема, заменить можно было все и всем. А у нас что особенного? Картошка, капуста, которую на зиму квасили бочками. Картошку можно было в магазине купить. То есть было самое необходимое, но особо не разнообразишь. А сейчас подвиг на себя надо еще наложить. Попробуй заставь себя есть картошку, когда на рынок приходишь, а там такое разнообразие фруктов, овощей, той же рыбы.

– Времена поменялись.

Вопрос телезрителя: «В Книге Бытия есть такие слова: И сказал Господь Бог в сердце своем: не буду больше проклинать землю за человека… и не буду больше поражать всего живущего. Зачем нужно было устраивать потоп, чтобы потом говорить эти слова сожаления? Бог-то наперед знал, что после Ноя будет Содом и Гоморра, потом придется Сына Своего посылать. Какой смысл тогда был в потопе?»

– Это же не для Бога было нужно, а прежде всего в назидание человечеству, чтобы оно понимало, что происходит. Этими словами Господь как-то подготавливал человечество к тому, что придет в мир Спаситель, чтобы люди знали, какая жертва должна быть принесена за спасение человека. Что бы здесь ни говорилось, это правильно сказано. Видно, настолько окружающий мир погряз в грехах, что праведными остались только Ной и его семейство; наверное, этот мир должен был умереть.

А сегодня мы все-таки имеем и Церковь Православную благодаря тому, что Господь больше не попустил такого наказания. И мы, памятуя о том, что происходило с тем же Ноем, как было уничтожено человечество, хотя и не полностью, сегодня стараемся (по крайней мере, православные христиане) свою жизнь как-то держать в определенных рамках. А мир сегодня, к сожалению, идет совсем другим путем.

– Вопрос: «Можно ли мирянину спастись без Причастия, читая православные книги, пытаясь следовать заповедям и живя честной жизнью?»

– Все-таки святые отцы учили: вне Церкви нет спасения. Господь заповедал на Тайной Вечере таинство Евхаристии для всех верующих в Него. Поэтому тот, кто считает, что он верующий, не может не причащаться, не принимать Святых Христовых Таин. Поэтому чтение литературы, духовное совершенствование, духовные искания – это прежде всего ступенька на пути человека к Богу, которая должна привести его все-таки в храм Божий, к Святому Причастию. Так что, считаю, вне Церкви нет спасения.

– А если человек ходит в церковь, но не причащается?

– Значит, пока не созрел, значит, не уделили ему в церкви достаточно внимания, чтобы объяснить, для чего нужно это таинство. Человек до конца не осознал для себя, зачем он ходит в церковь. Все-таки церковь – это не клуб по интересам, куда можно просто прийти ради развлечения.

– У Вас были такие случаи? Человек ходит, ходит, а в таинствах не участвует.

– Наверное, в жизни каждого священника такое бывает. Рано или поздно такой человек или уходит из Церкви, или становится православным христианином и начинает причащаться с осознанием того, что без этого нет дальнейшего пути, нет духовного роста.

− Если Вы видите такого захожанина в храме, который время от времени приходит, но никак себя не проявляет, что Вы в этом случае делаете? Может, есть какие-то способы вовлечь его в приходскую жизнь?

− Для начала с человеком, которого вы первый раз видите, можно заговорить (конечно, не в праздник, когда большое скопление народа, а в будний день, когда в храме стоит несколько человек): узнать, кто он, откуда, что его привело в этот день в храм, пригласить прийти еще раз. Если человек появляется в храме время от времени, то опять же можно спросить, почему он так редко бывает, в какой храм ходит, причащается или нет. Какую-то общую стратегию поведения в этом случае выработать нельзя: к каждому человеку нужен особый подход.

− Есть ли на приходе актив прихожан?

− На каждом приходе есть активные люди, готовые всем все объяснить, − порой даже приходится сдерживать такую активность. Слава Богу, сейчас стала появляться православная молодежь, которая помогает в деле катехизации.

− Каким образом это происходит?

− По-разному: в каждом храме существует своя стратегия. У меня, допустим, есть активная помощница, которая убирается в храме и следит за порядком. Она, увидев нового человека, ничтоже сумняшеся, может подойти и спросить: «Вы не хотели бы помочь убрать в храме?» И люди соглашаются, приходят, помогают. И это не пожилые женщины, а молодые люди: у нас вокруг храма  много высших учебных заведений, и студенты с удовольствием приходят и помогают. Кто-то остается в храме надолго, и моя помощница ведет их в трапезную, рассказывает им о храме. Любой, кто хочет, может остаться после службы, и ему проведут экскурсию: расскажут об иконах, об истории храма.

− Да, ваш храм − это удивительное место. Он никогда не закрывался?

− Как и многие московские храмы, он был закрыт в период французской оккупации Москвы в 1812 году − это единственное время, когда в нашем храме с момента его основания не совершались богослужения. Даже в лихие советские годы он не закрывался.

− Насколько важно сейчас современному человеку быть в общении? Обязательно ли относиться к какому-либо закрытому обществу, приходу? Я, например, могу прийти в любой храм, и мне там будет все понятно и по-своему хорошо.

− Нет, приход – это не закрытое общество. К большому сожалению, сейчас очень редко встречаются понятия «община» и «приход». Люди, которые ходят в один храм, объединены лишь молитвой. Каждый живет своей собственной жизнью, не вникая в жизнь стоящего рядом с ним человека.

− А это вообще нужно? Это важно?

− Когда люди, работающие в одном коллективе, друг друга знают, то работа идет по-другому и отношения внутри коллектива совершенно другие. А если каждый занимается только своей работой, имея лишь профессиональные, а не душевные отношения друг с другом, то и атмосфера в коллективе совсем иная. И когда люди на приходе друг друга знают,  они начинают общаться: узнают и радости, и печали друг друга; если кто-то умирает, собираются и провожают его в последний путь; если кто-то заболел, оказывают ему помощь; если кого-то долго не было видно, начинают выяснять, что с этим человеком случилось. Вот это община, это приход.

Каждый корабль должен найти свою пристань. Он может плавать по морям, бывать в разных портах, но у него все равно должен быть свой порт приписки. Человек так же: где бы он ни был, какие бы храмы ни посещал, всегда есть такой храм, который ему ближе и роднее, потому что там, как ему кажется, и атмосфера, и люди другие. Человек, ходящий в храм, все равно к чему-то прилепляется.

− Как ответить на вопрос человека, который только идет к вере, чтобы не смутить его: «Почему в Православной Церкви все называют друг друга рабами Божьими?» Это в наше-то свободное демократическое время?

− А что же в этом плохого? Это не то рабство, о котором принято говорить. Мы же добровольно отдаем себя в рабы: возлагаем на себя иго Христово, никто нас не заставляет.

− Все-таки «рабство» звучит грубовато.

− У нас очень много слов, которые стали грубыми,  искаженными благодаря истории и человеку. Есть рабство, в котором раб не любит своего господина и пытается вырваться из подобных отношений. Но есть рабство, когда раб добровольно вручает себя в руки Того, Кто за него пострадал и дал ему путь к спасению, − это достойное рабство. Дай Бог каждому быть достойным рабом Господним.

− Батюшка, может ли человек в общине жить, молиться, посещать храм, участвовать в мероприятиях, помогать, убираться и при этом не иметь духовника?

− Может.

− Это нормально?

− Думаю, это всегда было нормально: и в современном мире тоже. Очень сложно найти близкого человека, которому ты смог бы довериться и полностью вручить себя. Это зависит от духовного совершенства самого человека и священников, которые окормляют паству. Но кто хочет найти, тот находит.

− Но мы не осуждаем тех, кто не ищет?

− Не то что не ищет, а может, время еще не пришло или это вовсе не нужно. В жизни по-разному бывает. Если человек живет по Евангелию, причащается, искренне исповедуется, то ему этого достаточно, чтобы быть внутри Церкви. Он руководствуется Священным Писанием и наследием святых отцов. Когда же у него возникают какие-то вопросы, он подходит к священнику и с доверием  спрашивает совета. Это нормально.

− Вопрос телезрителя: «Я очень сильно ленюсь: все, что хочу сделать, мне в тягость. Никак не могу победить это состояние. Как лучше поступить в моей ситуации? С чего начать?»

− Как я Вас понимаю: так иногда бывает лень, так не хочется ничего делать! Но ведь вся жизнь наша – это борьба, и надо уметь себя преодолевать. Конечно, в чем-то можно и полениться, но беда в том, что у нас почему-то никогда нет лености к греху: к нему мы всегда готовы. Но как только нужно сделать что-то хорошее, полезное для мира и окружающих людей, для нашего внутреннего духовного роста, тут же у нас появляется леность. Мы может абсолютно не чувствовать лени, когда сидим часами у экрана телевизора и смотрим политические передачи, всевозможные ток-шоу, пустые фильмы. Но нам будет очень лень (и мы найдем тысячу причин и оправданий для себя), когда придет время встать на утреннюю или вечернюю молитву.

Поэтому, конечно, нужно себя понуждать, заставлять. И если это сделать, то на душе и в сердце появляется чувство легкости. Начинать надо с молитвы: научите себя молиться, сделайте это необходимостью, повседневной потребностью, тогда и все остальное будет преодолеваться. Самый тяжелый путь, – путь молитвы. Начните с него, и все остальное покажется легким.

− Следующий вопрос: «Стыдно исповедоваться в одном и том же грехе, но не могу бросить курить. Стараюсь ходить в разные храмы на исповедь, так как в нашем храме батюшки меня знают. Можно ли так делать?»

Видимо, в своем храме ругают, и телезритель идет в другой.

− Это неправильно: от Бога не убежишь. Исповедуешься-то не священнику, а Богу. Священник – это кто? Свидетель покаяния, которое Вы приносите. «Свидетельствую… властию, мне данною, прощаю и разрешаю», то есть не своей властью, а данной от Бога.

Грех не в курении, а в страсти. Надо каяться в том, что нет желания, стремления это бросить, а не в том, что Вы курите. Когда есть желание, человек этого добивается. Сергей Нилус в одном из своих произведений рассказывает о посещении им Оптиной пустыни. Там он беседовал с оптинским старцем и задал вопрос по поводу курения. Старец спросил: «Чего ты просишь у Бога?» Сергей Александрович ответил: «Прошу бросить курить». На что старец заметил: «Проси лучше, чтобы Господь дал тебе желание бросить курить». Поэтому кайтесь в том, что Вы не просите у Бога желания больше не курить, в том, что имеете страсть, которую пока не можете преодолеть в силу каких-то обстоятельств.

− Вопрос: «Как относиться к людям, которые осуждают священников за дорогие машины и говорят, что батюшки нынче жируют, а в Церкви уже нет ничего святого?»

− Говорит-то кто? Чаще всего те, кто в церковь не ходит и святого не ищет. Пусть каждый священник отвечает сам перед Богом. Не только священника, но вообще никого не надо осуждать: Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы. Посмотрите каждый на свою жизнь, внутрь себя. Не ищите святости в священнике, ищите ее в таинствах. Царь Давид в псалме сказал: всяк человек ложь. Священник тоже человек и может ошибаться: он не идеален. Ну что ж, друг друга тяготы носите: все в этой жизни бывает. Должна быть любовь. Нужно уметь внутрь себя заглядывать. Недостатки чужих всегда лучше видно, чем собственные. Ну и нам, священникам, тоже иногда надо задуматься над тем, как мы живем и что делаем в своей жизни.

− Вопрос телезрителя: «Понимаю, что веду не совсем правильную жизнь, но я стараюсь ходить в храм, часто исповедуюсь, но не могу победить свою страсть. Как же мне подходить на причастие?»

Человек, видимо, сомневается в том, что он достаточно чист для того, чтобы принять причастие.

− Хуже, когда человек считает себя чистым и достойным причащаться. Если он в таком состоянии духовной прелести подойдет к причастию, это будет ужасно. Ни один святой не считал себя достойным причащения Святых Христовых Таин и уповал лишь на милость и милосердие Божье. Кто из нас достоин? Кто из нас достиг такого совершенства? Никто. Это милость Божья, что нас ничто не попаляет,  не поражает у Чаши.

Важна искренность покаяния. Нужно искренне каяться и просить у Бога, чтобы Он нас простил. Даже если наши грехи повторяются, мы все равно должны просить у Бога сил побороть тот или иной грех. Рано или поздно Господь услышит наши молитвы, поможет и укрепит нас. А если мы пытаемся бороться сами, не прося помощи Божьей, укрепления, молитвенной поддержки у святых угодников, ничего хорошего из этого не получится. В истории известно много случаев, когда люди сами пытались это сделать и не всегда у них получалось.

− Каковы признаки того, что ты начинаешь впадать в прелесть?

− Гордыня.

− Не так легко свою гордыню увидеть.

− Гордыня – это когда видишь в себе достоинств больше, чем недостатков (но это не значит, что достоинства не надо замечать). Каждый из нас, если он критически к себе относится, понимает, что лучше его никто не знает все его недостатки.

Когда начинаешь получать чувство удовлетворения от своей духовной жизни, то это, наверное, тоже определенная прелесть. Поэтому надо стараться бегать гордыни. Удовлетворенность может быть от сделанного дела: сколотил табуретку, хорошо получилось: «Слава Тебе, Господи! С Твоей помощью я смог это сделать».

Бога надо благодарить за все, что происходит. Даже если в своей духовной жизни мы поднялись на одну ступеньку, следует сказать: «Господи, благодарю Тебя!» Ведь не я это сделал. Как только появляется «я» и ставит себя выше Бога, тогда наш духовный путь становится неправильным.

− Следующий вопрос: «Иисус Христос говорил, что в Царствие Божие попадут те, кто будет исповедоваться и причащаться…» Это, правда, не совсем так. «…А если на человека после исповеди наложили епитимью на несколько лет, а он в это время умер, то он не попадет в Царствие Божие потому, что не успел причаститься?»

 − Мы вообще не знаем, кто попадет в Царствие Божие, а кто нет: это тайна Божия, о которой мы можем только догадываться. Думал ли разбойник, что войдет в Царствие Божие? Он сказал лишь несколько слов: Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! Он не говорил: «возьми меня в Царствие», но «помяни меня». Господь же ему ответил: Ныне же будешь со Мною в раю.

Если Господь призовет человека тогда, когда на него наложена епитимья, то Он спросит: «А как ты выполнял епитимью?» А если же епитимья была наложена неправильно, то Бог священника в свое время спросит: «Почему ты неправильно налагал епитимью на людей: человек ушел без покаяния?»

− Думаю, в тех ситуациях, когда человек при смерти или тяжело болеет, есть отступления.

− Если мы можем успеть: никто не знает ни дня, ни часа, когда Господь нас призовет. Святым людям заранее Господь открывает день, когда они преставятся. Но бывает и внезапная смерть, и мы просим, чтобы Господь нас избавил от такой.

− А если болезнь смертельная и видно, что человек умирает?

− На смертном одре, я думаю, никого не оставят без причастия. Если у человека будет искреннее внутреннее покаяние в соделанном грехе, то не думаю, что священник, который налагал епитимью, откажет в Святом Причащении.

− Действительно, в нашей современной практике нет, наверное, таких жестких правил (в связи с икономией), чтобы человека отлучали от причастия на длительный срок.

− Не знаю, может, кто-то и практикует. У нас вообще в Церкви много разных практик: у каждого священника своя. Но, конечно, сейчас мы не соблюдаем всей строгости Апостольских правил, которая ими предусмотрена.

− Почему надо так строго?

− Видимо, такие были времена, когда составлялись правила: надо было стоять в вере, за нее надо было страдать. Сегодня же есть икономия, которую мы проявляем по отношению к людям.

− Наверное, полезно знать некоторые правила, понимать их суровость?

− Как почитаешь Апостольские правила, то понимаешь: сами себя считаем совершенными, а на самом деле надо всех гнать взашей, в том числе и нас, в рясах. Вот беда-то в чем.

− Батюшка, спасибо за сегодняшнюю беседу. Не так много времени остается до конца. Я прошу Вас сказать несколько добрых, хороших слов нашим телезрителям.

− Дорогие мои телезрители, братья и сестры! Все мы переживаем очень непростое время. К сожалению, эта болезнь, которая на нас сейчас напала, многих уводит из жизни, многих заставляет впадать в панику от всего происходящего. Но бояться надо не болезни, а греха. Ведь болезнь в худшем случае приводит к смерти тела, а наши грехи и неправедная жизнь к смерти души. Бегайте в первую очередь духовных болезней в этом духовно больном мире.

Старайтесь бояться грешить пред Богом. В дни Рождественского поста больше задумывайтесь не о физических своих немощах и напастях, нападающих на нас сегодня, а о своем внутреннем духовном состоянии.

Спасибо за сегодняшний вечер! Укрепи вас Господь, дорогие мои.       

Ведущий Сергей Платонов

Записали Елена Кузоро и Наталья Богданова

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​