Беседы с батюшкой. Христианин и литература. Священник Илья Макаров 1 декабря 2022

1 декабря 2022 г.

В студии священник Илия Макаров, председатель Совета по культуре Санкт-Петербургской епархии, исполнительный директор Епархиальных курсов религиозного образования и катехизации имени Иоанна Кронштадтского.

– Тема сегодняшней передачи: «Христианин и литература».  Поговорим о медиапространстве и о современном состоянии нашей информационной среды. При подготовке к передаче я узнавал мнения по этой теме у людей разных возрастов и профессий, не только у священников. И у каждого свое отношение и к литературе, и к современному информационному пространству. Причем настолько свое, что иногда просто возникает оторопь. С другой стороны, приходится видеть и слышать какие-то откровения. Вы сталкиваетесь с этой ситуацией постоянно, ведь общаетесь с абитуриентами и прихожанами. К вам приходят очень разные люди. И как председателю Совета по культуре вам приходится сталкиваться с теми, кто имеет отношение к культуре.

В школе мы проходили Маяковского, Толстого. И возникает ощущение, что мы действительно все это прошли, но прошли мимо. Зато мы очень четко включились в такие вещи, как Интернет, медиаресурсы. И сейчас нам трудно выйти за рамки этого, да и стоит ли пытаться?

– Литература – это прежде всего искусство слова. Но не просто в значении «красного словца», а именно искусство слова, выражающее смысл. И когда литература отвечает этому запросу, этой установке, тогда она действительно искусство. И, заметьте, именно в русской культуре литературе всегда выделялось особое место. Даже древнерусской. Уже потом идут иконопись, живопись и музыка. Музыка, театр выходит на первенствующие позиции достаточно поздно. Изначально на первом месте была литература. А то, что вначале всего было слово, уже каждому атеисту понятно. Тут необязательно цитировать Священное Писание. И если это слово является смыслообразующим, то оно всегда благотворно для человека.

Чем плох Интернет? Это не только инструмент, не только проводник какой-то там энергии, ведь Интернет, несмотря на то, что это ресурс, уже давно стал информационным полем. И сегодня это поле будоражит наши мозги именно в силу своей специфики. Там все сваливается в одну кучу, и очень сложно что-то отсортировать. У нас нет культуры восприятия информации. Информационной безопасности еще не существует. Нас ей не научили. И, впитывая это все в себя, человек приходит в какое-то неистовство. Я очень часто замечаю, что в результате просмотра каких-то соцсетей или интернет-ресурсов человек приходит в какое-то помрачение, в состояние, из которого его сложно вывести.

Что помогает выведению из этого состояния? Разговор глаза в глаза. Живой разговор – это единственная возможность сегодня человеку прийти в себя. Почему сейчас популярны психологи, православные в том числе? Общество переживает какой-то бум психологической зависимости. Люди, в том числе воцерковленные, свои депрессии, проблемы лечат, избавляются от них, пытаются превозмочь через психологов. Беседы со священником на исповеди действительно может быть для кого-то недостаточно. Но простая беседа с другом или с любимым человеком в семье способна сделать многое, в том числе и в психологическом плане.

Другой вопрос, есть ли сегодня у современного человека такие друзья, которые ему в разговоре помогут так, как помогает психологический сеанс? А наша любимая русская литература, да и не только русская, а классическая – это искусство слова, которое несет жизнеутверждающие и вечные смыслы, тоже такой собеседник. Это удивительно.

Бесконечные переписки в Интернете, хотя это вроде бы общение, хоть и дистанционное, не дают такого эффекта, которое дает прочитанная книга классического литературного наследия. Если говорить о конкретных примерах, я для себя только сейчас открываю Ф. М. Достоевского. Я всегда его недолюбливал, именно в силу его психологического метода. Он, по сути, не жалеет своего читателя, не пытается даже донести правду, он ее высказывает, а то, что происходит с душой читателя при этом, остается за скобками его авторского мышления. Хотя, конечно, это не так, но мне всегда так представлялось. Я его недолюбливал за то, что он не щадит своего читателя, режет по живому, препарирует и показывает все «кишки». И вы остаетесь изучать все внутренности человека. Такой образ у меня возникал. Не скажу, что я им зачитывался, но всегда признавал его авторитет и понимал, что его книги – кладезь литературной мудрости. И сейчас я его открываю для себя заново. Причем, к сожалению, в силу нашей современности, больше в аудиокнигах. Не всегда получается взять книгу и почитать, чаще ты едешь в машине или в поезде и включаешь аудиокнигу.

– Я слушаю в трамвае.

– Наверно, это хуже, чем обычная книга, но тем не менее... Открывая для себя Достоевского, ты понимаешь, что даже через своих героев он является твоим собеседником. Все его герои разговаривают с тобой. Кстати, у него нет четкого деления на положительных и отрицательных персонажей. Я даже готов поспорить насчет того, насколько князь Мышкин положительный герой.

– И насколько отвратителен Смердяков.

– Федор Михайлович через всех своих героев разговаривает с читателем. Он действительно уголочки души каждого человека помещает в своих героев. И в общую картину, которая вырисовывается в его произведении, в этот удивительный мир, читатель погружается, только беседуя с автором.

– Вопрос от телезрителя Дмитрия из Гатчины: «Как уберечь подрастающее поколение детей от негативной информации, жестоких сцен и тому подобного, от того, что неполезно? И что мы можем этому противопоставить, чтобы была польза для души, чтобы в детях зарождалось что-то доброе, светлое?»

– В том и дело, что сегодня что-то прививать и воспитывать можно и нужно только с пеленок. Потому что только в этом возрасте ребенок еще в поле зрения родителей. Когда он пошел в детский сад, уже многое в его голову входит не через родителей, много информации он получает извне. И это не только игры с детьми, но и все остальное. Уже трехлетним детям в детский сад некоторые родители дают с собой телефон. Якобы для скорой связи в случае какой-то опасности, но мы все понимаем, что дети там сидят не только для связи. У меня сыну два с половиной года, и иногда мы ему показываем что-то по гаджету, если нет другой возможности. Каюсь. И как он орудует в этом гаджете! Его никто не учил этому, но он может найти нужную запись, нужный мультик или песенку. Я просто удивлен. Я, конечно, в его возрасте тоже музыкальные пластинки умел ставить на нужные песни. Родители всегда удивлялись. Наверно, это свойство каждого поколения уметь пользоваться тем, чему взрослые должны учиться. А они это умеют от рождения. Но в младенческом возрасте родители могут фильтровать информацию. И надо пользоваться именно этим временем. Что показывать? Наши добрые старые мультики, которые экранизируют наши добрые сказки А. С. Пушкина, Э. Н. Успенского, С. Я. Маршака. Эти советские мультики очень хорошие, мудрые. И взрослым полезно их пересматривать. И конечно же, нужно читать книги. Вспомним сказки Пушкина. Мы помним только то, что у всех на слуху. «У лукоморья дуб зеленый». А у Александра Сергеевича целая серия детских сказок. А мы даже эти названия не знаем. Мы знаем только то, что есть в школьной программе, то, что популярно.

С этого нужно начинать, а дальше смотреть, что ребенок будет усваивать. Когда он подрастет, уже невозможно будет его контролировать, оградить от информации. В самом раннем возрасте родители могут заложить в ребенке иммунитет. Для этого важен и пример, который дают сами родители. А как мы даем пример? Не так, что папа при ребенке не курит, а без него запросто; и от него постоянно пахнет табаком. Это сомнительный пример. Особенно если ребенку говорят, что этого категорически нельзя, а родитель делает. Дети копируют родителей. И наше слово «нельзя» мало что значит.  Важен только личный пример.

А каков пример родителя в том, что смотреть, а что не смотреть? Но недостаточно лишь только того, что подросток любит танцевать, а родители смотрят балет П. И. Чайковского «Щелкунчик» под Новый год. Только такого примера недостаточно. Ребенок сочтет родителей странными, пусть им это нравится, но для него это будет ненужное старье. Надо постараться ребенку раскрывать красоту этой литературной истории про Щелкунчика. Более музыкально продвинутые люди могут попытаться на музыкальных интонациях уже в детстве начать ребенку раскрывать смыслы, заложенные Чайковским. Казалось бы, детская сказочка, но на самом деле она имеет очень глубинные мысли о добре, о зле, о справедливости, любви, о мечте, самопожертвовании. В этой сказке все эти идеи раскрываются автором. И если маленькому ребенку об этом говорить, то, когда вырастет, он будет эту историю воспринимать как что-то очень приятное, детское, родное и близкое и никогда не будет смеяться над теми, кто идет на этот балет.

– Вопрос от телезрителя Евгения из Белгорода: «Известно, что тот, кто владеет информацией, владеет миром». Сейчас для получения информации есть только два источника – Интернет или журналистика. Про Интернет только что сказали, а про журналистов говорят, что они все врут, «не обижайтесь на них, они продают все так, как умеют». Получается замкнутый круг. Откуда тогда получать информацию?»

В современном мире, когда читаешь материалы, которые публикуют мои коллеги, иногда становится страшно. Это совершенно другой взгляд. Общаться же с теми журналистами, которым не по 20 лет, кого называют «прошлое поколение», сплошное наслаждение.

– Я на самом деле всегда чту тележурналистов, настоящих профессионалов. При подготовке передачи они изучают огромное количество информации, а не только готовят вопросы. К интервью профессионал подходит готовым. И по сути, настоящий журналист, готовясь к еженедельной передаче и перерабатывая море информации, делает то же, что и ученый при написании статьи на заданную тему. Он много всего читает, делает выводы, производит синтез и так далее. Это профессия интеллектуала, который все время что-то познает и предлагает какой-то вывод для зрителей или слушателей. Это очень ответственная профессия. Твой вывод должен быть не просто: «Живите, как хотите», когда каждый остается при своем мнении, пошумели в прямом эфире, лбами друг друга столкнули – и до свидания. Категорически нельзя такой осадок оставлять на сердце слушателя и зрителя. Если ты ответственный человек, автор программы, и знаешь, для чего ты ее делаешь, к чему ведешь, то обязательно должен высказать свой вывод.

Другое дело, что с ним необязательно согласятся другие люди. Но если этот вывод выстрадан, проработан, то он побудит человека к самостоятельному изучению этого вопроса. Такой эффект наступает от прочтения научной статьи, какой-нибудь книги, от хорошего рассказа писателя. Это побуждает тебя к саморазвитию и поиску. И такой эффект должен быть и от передачи.

Откуда черпать информацию? Из глубин своего сердца. Просто стараться все время заниматься самообразованием. Уж точно не с сайтов, не из «Википедии». Она начальный этап, а дальше сразу листаем вниз и смотрим ссылочный аппарат, где указано, откуда закачали в статью то или иное предложение. И это самое интересное. Там может быть целая монография. Понятно, что вы не будете читать монографию на заданную тему, но можно найти авторитетного автора, который сделал выжимку или рецензию на нее. По крайней мере, он профессионал, занимался этим, и ему можно доверять.

Нам поможет самообразование, фильтрация современного информационного пространства и стремление к информационной безопасности. Конечно, сложно представить себе мир, в котором каждый человек зайдет в самый конец «Википедии» и все ссылочки просмотрит.

– Так делают профессионалы. Когда мы говорим о том потоке информации, который выливается в эфир, то так или иначе сталкиваемся с этой проблемой. Но у каждого внутри есть то, что мы определяем как внутреннего цензора. Мы каким-то образом все-таки отделяем зерна от плевел и фильтруем то, что нам нравится и полезно нашей душе, а что нет. Мы понимаем, что в каких-то ситуациях попадаем в капкан, а в других, наоборот, чувствуем какую-то благодать, счастье, о котором писал Пушкин, когда говорил о том, что душа должна стремиться к небу и любой человек должен каким-то образом соотносить свое «я» и Бога. Любой человек постоянно это делает, даже несмотря на то, кого он называет Богом. И здесь у нас может быть очень мощный либо прорыв, либо откат назад. Что нам делать с внутренним цензором?

– Что такое творческий процесс в литературе, в живописи, в музыке? Это не только автор, который сочинил что-то, выпустил в эфир и забыл об этом. Нет. Творческий процесс продолжается и тогда, когда кто-то это прочитал, пересказал и когда музыкант берет ноты, написанные композитором, и начинает их интерпретировать. Также идет творческий процесс, когда кто-то это все воспринимает, как-то перерабатывает внутри себя, и это отражается в его сердце, меняет настроение. И это взаимный процесс. Любой автор пишет для кого-то. Я не верю в сочинение в стол. Просто не верю. Всегда любой автор предполагает, что его творение будет услышано, посмотрено и прочитано.

– Хотя бы когда-нибудь.

– Да. Может, в силу каких-то причин писатель не может это опубликовать сейчас, но он точно пишет не для себя. Даже дневники люди пишут не для себя. Иначе зачем их хранить, предполагая, что они могут попасться в чьи-то руки? То есть даже когда мы пишем дневники, то все-таки цензурируем сами себя. Да даже на исповеди, когда мы проговариваем глубины своей души, все равно ставим какой-то фильтр, по крайней мере, словесный, смысловой. Священник понимает, о чем мы говорим, а в мыслях мы до конца откровенны только с Богом. Но даже здесь есть цензор.

– Обязательно.

– А что говорить о том, когда мы что-то воспринимаем? Хоть Христос и сказал, что портит не то, что входит в нас, а то, что из нас выходит, но сегодня мы вынуждены признать, что губит и портит нас то, что в нас входит. И не стоит надеяться на то, что мы христиане и знаем как нужно, мол, у нас уже есть 20 лет стажа в исповеди и причастии. Но по себе и по другим я вижу, что информация имеет страшную силу воздействия на нас. И критерием того, какие мы, является наша реакция на информацию и наша способность ее оценивать, различать духов и отделять зерна от плевел. И вынужден признать, что мы очень слабенькие христиане, потому что эти потоки информации очень сильно на нас влияют, эмоционально и интеллектуально нас отупляют. Эта информация даже способна подавить или направить на разрушение нашу волю. Внутренний цензор проявляется как раз в том, как мы на это реагируем. Какие мы христиане, видно в том, как эта информация на нас влияет, повергает ли она нас в уныние, заставляет взбунтоваться или как-то иначе. Полностью от нее отказаться невозможно, но сегодняшние потоки информации более губительные, чем литература или музыка.

– Вопрос от телезрительницы Юлии из Москвы: «Нужно ли молиться с маленьким ребенком своими словами? Нужно ли читать Евангелие маленьким детям? Мне кажется, что нужно.  Я так чувствую по своему опыту как мать. Например, я говорю дочке: давай помолимся, чтобы папа выздоровел. Ей три года, казалось бы, такая маленькая, но она молится, повторяет то, что я говорю. И я понимаю, что Господь ее услышит. А по поводу Евангелия у нас был интересный эпизод. Я как-то очень сильно разозлилась, и дочка мне говорит: мама, иди почитай Евангелие. Дети чувствуют благодать в этом».

– Чтобы понимать Достоевского, нужно читать Евангелие, тогда все его образы раскрываются. Если мы хотим правильно воспитывать, взращивать детей, то должны молиться и разговаривать с ребенком, даже когда он еще в утробе.

Мама молится, и вместе с ней молится ее чадо. А когда младенец лежит в кроватке, мама читает молитвы над ним, и это в том числе и его собственная молитва. Он молится устами матери. Мы же видим, как дети повторяют всякие слова? Как в принципе дети чему-то учатся? Они повторяют за родителями слова и действия. Это очевидно. Если они копируют слова молитвы, это очень здорово. Если они повторяют за нами крестное знамение, это здорово. Конечно, они хотят это повторять не потому, что просто любят все повторять, как обезьянки. Нет. Так они познают этот мир, так они учатся.

Один владыка как-то мне сказал, что маленькие дети видят мир намного прозрачнее, чем мы. Я про это даже не думал никогда. А ведь действительно можно утверждать, что дети видят и слышат ангелов. Но когда они вырастают, то уже не могут это передать или забывают. Но в детстве мир для них более открытый, более проницательный для их слуха, зрения, сознания.

Не надо думать, что ребенку будет неудобно от того, что рядом кто-то молится или он не понимает слова молитвы. Это неправильно. Он лучше нас понимает эти слова.

У некоторых из нас есть убеждения, что надо молиться только своими словами. Люди не хотят молиться чужими словами. Спрашивают: «Зачем читать 33 канона, когда можно от своего сердца возопить?» Ну, если мы от сердца со слезами и кровью возопим, как Христос в Гефсимании, то это будет наш собственный молитвенный канон. И если потом мы будем такую молитву помнить, это будет очень хорошо, это будет воспитывать нашу душу. Но мы не всегда можем так молиться, не у всех это получается. Совсем неплохо молиться словами, когда-то произнесенными святыми отцами.

Я уж не говорю о молитве «Отче наш». Это первостепенная молитва. И это первая молитва, которую родители должны проговаривать со своими детьми, выучивать ее слова. Почему? Потому, что Христос молился этой молитвой. Он дал нам ее не в качестве домашнего задания, чтобы этот текст выучить к завтрашнему уроку. Он говорил о том, как нужно молиться апостолам. Он им открыл то, как Он Сам молится.

А первосвященническая молитва, которую открыл нам Иоанн Богослов? Это те слова, которыми Иисус молился о мире и Своих учениках. Я о них молю: не о всем мире молю, но о тех, которых Ты дал Мне. Эти знаменитые слова мы произносим и на богослужении в том числе. Это те слова, которыми молился Христос. Это счастье попытаться молиться словами Христа, которыми Он молился Своему Небесному Отцу.

Маленькие дети стараются повторять за нами слова молитвы, стараются делать крестное знамение. Конечно, сначала неумело. А знаете, что у детей маленьких получается лучше всего? Поклоны. Они их делают безошибочно. Я удивился, когда увидел, как мой сын кланяется. Идеальные поклоны. Его никто не заставлял. Он просто повторял за другими. Детям это очень нравится. Они любят и богослужение, и причастие. Они все это чувствуют, к этому тянутся. И если не делать этого во младенчестве, то чего потом требовать от подростков? Конечно, они не будут соглашаться с родителями идти в храм по воскресеньям, ведь это не было заложено в детстве и теперь в сердце не отзывается.

– Когда мы говорим о медиамире и об агрессии, с которой сами часто не можем справиться, нам может помочь Евангелие, Священное Писание и наша молитва. Этот способ узнавания мира помогает человеку преодолеть все искушения. Конечно, будет сложно, и искушений, может, будет даже больше, чем обычно, но только так мы можем попытаться их преодолеть. Если мы не видим врага, то допускаем его в самое сердце.

– Все правильно. Молитва – это наше обращение к Богу. А Евангелие – это то, что Бог говорит нам. Так получается диалог. А это лучший способ образования. Вся система образования начиналась с Академии Платона. И что она из себя представляла? Диалоги. Как Христос научал апостолов? В диалогах. Никто из них не сидел за партой. И поэтому-то мы ратуем за классическую образовательную систему, которую долгое время сохраняла русская и советская школа, ведь она построена на диалоге. И никуда от этого мы не денемся. Даже через гаджеты, через сообщения мы все равно в общении, хоть и виртуальном, и онлайн. Человек, тем более современный, нуждается в общении. Он не может уйти в леса, как Сергий Радонежский, не может просидеть в своей комнате хотя бы сутки, не общаясь ни с кем через гаджеты, не выходя на улицу увидеться с друзьями.

Человек неспособен даже короткое время находиться в этом своем собственном мирке, поэтому диалог – это то, что сегодня ему жизненно необходимо, и очень важно, чем этот диалог наполняется. Если словами Евангелия, то что может быть лучше?

– Насколько возможно быть образованным человеком в нашей жизни? К сожалению, сейчас образование все больше и больше отрывается от знаний, полученных в школе, и уже после ЕГЭ на уровне, скажем, первого или иногда второго курса университета взрослые дети начинают понимать, что они – люди необразованные, и это очень непростая ситуация. Можно ли сказать о себе, что я образованный человек, если у меня есть диплом? Или образование – это способ получения знаний, может быть, даже таких, которые в жизни никогда не пригодятся? И вообще что такое образование?

– Пожалуй, нормальный человек не может сказать о себе: «Я образованный». Потому что процесс образования длится всю жизнь. «Я получил образование, окончил университет», – это человек заявить о себе может…

– Можно сказать: «У меня есть диплом о высшем образовании».

– Да. Но, как подсказывает жизнь, это еще ничего не значит. Можно говорить о культивировании некоего образа в человеке с позиций христианской педагогики, имеющей святоотеческие корни от Иоанна Златоуста до отца Василия Зеньковского. Но если рассуждать не возвышенно, а приземленно, что такое образование? Это постоянное сталкивание человека с какими-то проблемами в течение всей его жизни.

Даже у младенца есть проблемы: он хочет есть и начинает плакать, или у него наполняется памперс, и ему становится некомфортно, или он сделал первые шаги, не удержал равновесие и упал. Всю жизнь, от младенчества до гробовой доски, человек сталкивается с проблемами. Взрослый, прикованный к постели, тоже как младенец, у него те же проблемы – кто поможет ему сходить в туалет, кто даст ему еду, только он уже по-другому выражает свой бунт против проблемы, которую все равно нужно решать.

Так вот, постоянное столкновение человека с проблемами и необходимость решать эти проблемы, проявляя в себе образ Божий, реализуя себя добрым христианином, помогая ближнему и самому себе, со временем осознавая, что такое хорошо и что такое плохо, – это и есть образовательный процесс. Но как человек осуществляет его сегодня?..

Иногда я задумываюсь над тем, как раньше, когда не было Интернета, люди находили информацию. Человек шел в библиотеку, брал энциклопедию Брокгауза и Ефрона, Большую советскую энциклопедию; если ему посчастливилось и он знал английский язык, то энциклопедию Britannica, искал информацию и потом ее выдавал. Сегодня человек может зайти в Интернет, найти более-менее нужную информацию и выдать ее. И здесь вопрос не в способе нахождения информации, а в том, для чего она ему нужна. Просто чтобы щегольнуть своими знаниями? Нет. Нам это нужно для полноты картины. У нас должна сложиться полная картина о той информации, которую мы читаем. Мы создаем некий образ в своей голове или в своем сердце, если слушаем или читаем произведение искусства, и опять это самообразование. То есть для чего мы это делаем? Чтобы в голове у нас сложилась картина, которая поставит нас на новую ступень нашего внутреннего развития.

Это значит, что мы продолжаем себя самообразовывать. И это происходит не потому, что нам нужно подготовиться к экзамену, иди сдать какой-то тест, или провести очередную передачу. Это наша внутренняя необходимость, и это и есть образование. Современные молодые люди из «поколения снежинок», которое мы сами породили и воспитали, способны к такому анализу, к рефлексии на любую информацию, но есть ли у них этот внутренний потенциал бесконечного самопознания и самообразования – вот вопрос.

Мне бы очень хотелось, чтобы эта необходимость у молодых людей возникала, чтобы они жаждали самообразования, потому что самообразование делает людей настоящими личностями. Не слепое копирование информации из гаджета, а настоящая личная рефлексия, которая делает их другими людьми, ставит их на новый уровень.

Образование – это в том числе и духовное развитие, ведь оно заключается не только в том, что мы повторяем молитвы и еженедельно причащаемся. Духовное развитие – это постоянное осмысление с духовной точки зрения того, что с нами происходит, что мы потом приносим на исповедальный аналой. Но мы приносим уже свой вывод, а не просто перечисление всего сотворенного нами за неделю.

– Была ли в Вашем детстве какая-то книга, которая оказала на Вас такое влияние, что Вам захотелось стать священником?

– Да, такая книга была. Это случилось со мной еще в подростковом возрасте, и я понял, что это будет сопровождать меня всю жизнь. Тогда мир заиграл для меня как-то по-другому. Наверное, после того я и стал задумываться о том, кем хочу быть в этой жизни. Это книга «Ревизор» Николая Васильевича Гоголя.

 «Ревизор» Гоголя – бездонная книга. В ней есть много о Боге, молитве, о Церкви, истине, о правде, покаянии. Гоголь написал обо всем. Я не знаю в русской литературе более духовного произведения. Советую внимательно перечитать эту книгу всем, кто давно ее читал.

Ведущий Глеб Ильинский

Записали Анна Вострокнутова и Людмила Белицкая

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
Пожертвовать