Беседы с батюшкой. Иеромонах Аркадий (Логинов)

18 мая 2022 г.

В гостях – руководитель административного секретариата Екатеринбургской епархии, настоятель Архиерейского подворья святителя Саввы Сербского в Екатеринбурге иеромонах Аркадий (Логинов).

– Сейчас время попразднства Святой Пасхи. Как сохранить пасхальную радость не только в день Пасхи и в Светлую седмицу, но и на протяжении всего года? И возможно ли это?

– О том, что это возможно, нам свидетельствует сонм святых угодников Божиих, среди которых в числе первых я назвал бы преподобного Серафима Саровского – он самый близкий и яркий в этом смысле пример. Пройдя путь аскезы, который вполне может быть уподоблен аскетическим подвигам древних отцов в пустыне, преподобный Серафим действительно обрел состояние радости, в котором пребывал. Когда он принимал страждущих, жаждущих услышать в утешение слово Божие, всякого приходящего приветствовал словами: «Христос воскресе, радость моя!» Это свидетельствует о внутреннем состоянии радости, в котором он пребывал, несмотря на горе и боль, с которыми приходили к нему люди. Он был способен растворять все это любовью и радостью, которую сохранял всю свою жизнь.

Значит, всякий человек может сохранить эту радость, если к этому стремится. Другое дело, что в реальности не всегда это получается. Проходит недолгое время, мы оказываемся в окружении житейской суеты, каких-то проблем и трудностей, которые встречаются на нашем жизненном пути, и в нас угасает эта радость, становится отдаленной. Но сохранить радость возможно. Как? Ответ на этот вопрос невозможно сформулировать в двух словах. Могу сказать евангельскими словами, с которых начиналась проповедь Христа и проповедь пророка Иоанна Предтечи: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное».

Теперь мы знаем слова Христа: Царствие Божие внутрь вас есть. То есть оно уже среди нас, мы уже можем быть причастны к нему. Причастность к Царствию Божьему  и есть состояние пасхальной радости в жизни человека. Все зависит от того, насколько мы способны ощущать себя уже пребывающими в Царствии Божием. И покаяние – это тот самый путь. Потому что покаяние не просто исповедь. Покаяние – это изменение своей жизни. Изменение жизни и перерождает нашего внутреннего человека. Хотя мы все равно будем оставаться в одежде ветхого человека, ветхого Адама, но внутри нас уже может родиться Новый Адам – Христос. То семя веры, которое в нас сеется, дает ростки и приносит плоды. Как мы это и видим на примере жизни Серафима Саровского.

– Почему мы говорим, что Пасха – праздников праздник и торжество из торжеств?

– Во-первых, эти слова являются прямой цитатой «Слова 45. На Святую Пасху» святителя Григория Богослова. Там он буквально так и говорит, что Пасха – это праздников праздник и торжество торжеств. Похожие слова звучат в слове святителя Епифания Кипрского, младшего современника святителя Григория Богослова; он тоже именно так рассуждает о Пасхе.

Смысл этих слов очевиден. Пасха, как празднование воскресения Христа из мертвых, является средоточием, центром нашей веры, о которой апостол Павел прямо говорит: если Христос не воскрес... тщетна и вера ваша. То есть все христианское учение зиждется на этом событии, этом факте – что Христос, за нас распятый, воскрес. Важны оба момента: что Он предал Себя за нас распятию и что это не просто смерть и исчезновение в никуда, а воскресение. Именно в этом наша надежда, как учат святые отцы. Потому и сам праздник становится выше всякого праздника.

Святые отцы говорят, что праздник Пасхи превышает всякое иное празднование, в том числе праздники, называемые Господскими (в честь событий Евангельской истории о жизни Христа Спасителя на земле).

Есть и вторая сторона, я имею в виду литургическую жизнь Церкви. В годовом круге богослужений Пасха является центром этого цикла, и от времени празднования Пасхи зависят очень многие последующие периоды и особенности богослужений. Например, порядок чтения Евангелия на литургии в течение всего года. Именно с литургии Пасхи начинается очередной годовой круг этих чтений. Слова Евангелия от Иоанна: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог – это первое зачало, с которого начинается круг евангельских чтений. Так и многие другие литургические циклы и даже счет Неделям в годовом круге богослужений зависят от Пасхи. Годовой круг богослужений потому и называется подвижным, что зависит от праздника Пасхи, а Пасха празднуется с точки зрения календарного года в разные даты (в определенных границах). Мы сейчас так и называем: Неделя 3-я по Пасхе, Неделя 4-я по Пасхе и так далее. Сейчас идет седмица 4-я по Пасхе, и грядущее воскресенье называется Неделей 5-й по Пасхе. До Пятидесятницы счет Неделям ведется именно от этого праздника.

Но, помимо всех этих литургических свойств, самым главным является то, что Воскресение Христово – это основание нашей веры. Торжество торжеств потому, что во Христе и Его воскресении жизнь торжествует над смертью, жизнью умерщвляется смерть. Вот почему для нас праздник Пасхи является самым главным праздником годового цикла. Но важно, чтобы это было не только праздником. Важно, чтобы это событие преображало нашу жизнь. Чтобы и каждый следующий воскресный день в течение всего года был для нас осознанием, ощущением этой самой Пасхи, которую мы празднуем один раз в год, но потом воспоминаем в течение всего года, в каждый воскресный день, торжествуя, воспевая и прославляя Христа, воскресшего из мертвых.

– Вы упомянули о крестной жертве Спасителя. Надо сказать, что это вопрос очень сложный, богословский. Как можно понятным языком объяснить человеку, почему потребовалось Богу Отцу отдать Своего Сына для спасения каждого из нас?

– Действительно, вопрос глубокий, и ответить на него просто не сразу сможешь . Почему? Если мы говорим, что Бог Всемогущий, то почему Бог, по Своему всемогуществу, не совершил нашего спасения иным способом? Мог Он это сделать или не мог? Если мы говорим о всемогуществе Божием, то, конечно, мог. Но есть ряд очень важных аспектов в богословии, почему именно таким, а не иным путем все произошло.

У святых отцов на этот счет есть немало рассуждений. Например, святитель Феофилакт Болгарский говорит: если бы и ангела послал Господь в жертву, этого было бы достаточно для того, чтобы спасти человека. Но у апостола Иоанна Богослова сказано: «Ибо так возлюбил Бог мир...» И это ключевые слова. Бог возлюбил мир. Бог есть любовь. Явление любви совершается в жертве, то есть настоящая любовь проявляет себя в жертвенности, готовности жертвовать. Наивысшая степень любви – самопожертвование.

В чем здесь сложный момент? «Так возлюбил Бог мир...» О каком мире здесь идет речь? Ведь апостол Иоанн говорит, что мир лежит во зле, и Господь говорит Своим ученикам, что мир их не примет. Здесь мы сталкиваемся со сложностью языка, потому что одно и то же слово «мир» по-разному понимается.

Если попытаться изложить наиболее кратко и простым языком, то можно сказать так. Бог сотворил человека как равного Себе. Конечно, настолько, насколько это возможно, потому что ничто не может быть равным Богу из того, что не является Богом. Не может быть равным хотя бы потому, что сотворено. Но в той мере и степени, в какой это возможно, человек призван к тому, чтобы стать равным Богу. Потому что только равные могут являть свою любовь свободно.

Бог являет Свою любовь в полноте в Своей свободе. Степень этой свободы и полноты для человеческого разума и сознания, наверное, до конца непостижима именно по беспредельности этой любви. Но человек тоже обладает этим свойством, этой способностью изначально. Хотя грехопадение можно рассматривать как отвержение любви Божией, то есть это вопреки Богу. В этом проявляется недоверие Богу и в конечном счете предательство той самой любви, свободы и доверия, которые Бог, сотворив человека, открывает ему. Для уврачевания этого предательства Бог действует не силою, не властью, но любовью, чтобы человек принял ту жертву, которую Бог совершает ради его спасения, послав Сына Своего Единородного. Поэтому и смерть Сын Божий принимает самую ужасную и самую позорную во все времена, чтобы та мера любви, которую Бог этим свидетельствует, подвигла человека к тому, чтобы этот дар принять.

То есть Он нам не навязывается, человек остается свободным. И есть немало людей, которые проходят мимо этого, даже отрицательно к этому относятся. В этом есть и ужас, и величие. Ужас потому, настолько глубоко человек может быть поражен грехом, что остается глухим даже к такому свидетельству любви. И это говорит о том, что человек сам не способен любить. Кто-то скажет: «Ну как же? Мы же любим...» Но мы забываем об одной вещи. Любовь, которая понятна для человека, – это любовь к тому, что он видит, и к тому, что имеет. Иной раз мы готовы быть благодарными и даже отплатить чем-то тому, кто ради нас идет на какую-то жертву или что-то делает для нас. Но почему-то оказываемся глухи и слепы к тому, что Бог ради спасения всего человечества и каждого из людей идет на крайнюю степень жертвенности. Это говорит о том, что любовь к прелестям мира сего в человеке довлеет над пониманием подлинной, истинной любви. И только осознание такой любви открывает для человека способность оценить (насколько это возможно) то, что заключается в этой жертве Христа, совершенной ради нашего спасения.

Поэтому и важно то, чему учат святые отцы, говоря о пути очищения, пути веры. Потому что настоящая любовь Божия и настоящий смысл жертвы Христовой открывается только путем веры, когда ты уверовал и стремишься к тому, чтобы познать весь смысл этого деяния любви Божией, проявления беспредельности этой любви. Тогда человек оказывается способным и в отношении окружающих являть такую любовь. И примеры тому мы видим. Это не просто слова, это свидетельствуется жизнью людей, которые прошли этот путь и в какой-то степени познали это. Это и сонмы мучеников, которые презрели саму жизнь. Кто из нас сегодня готов так сделать?

Хотя сегодня в нашей жизни мы можем найти такие примеры, когда человек готов жертвовать и жертвует своей жизнью ради высшего. Не ради того, что ему за это что-то будет (как очень часто бывает в нашей жизни), но жертвует именно без всякой корысти, выгоды. Если ты готов лишиться собственной жизни ради жизни другого, какая тебе от этого выгода? Никакой. Но если ты на это идешь, значит, действительно познал, что такое жертва Христова, в чем заключается любовь Божия и почему именно таким был путь нашего спасения, что Бог Отец Сына Своего Единородного отдает за то, чтобы мы жили.

– Мы поговорили о том, как сохранить пасхальную радость в последующие дни года. А как сохранить плоды Великого поста, предваряющего Пасху?

– Смотря о каких плодах мы говорим. Настоящий подлинный плод покаяния – изменение жизни, перемена, которая происходит в сердце человека, а не какие-то внешние проявления. Иногда за внешними проявлениями мы забываем о главном. Пост, молитва, поклоны – это лишь средства, которыми мы достигаем пасхальной радости и которые научают, воспитывают, тренируют, можно сказать, наше сердце. Если мы во время Великого поста старались, что-то делали, а потом, когда прошла Пасха, стали снова ненавидеть своих ближних, значит, никаких плодов мы не достигли. Может быть, мы и сделали какие-то шаги, но не научились.

Например, когда воин тренируется в своем воинском искусстве, он не сразу научается правильно держать оружие и правильно его применять – должно пройти время. Так и всякое дело требует некоего навыка. Когда человек приобретает эти навыки, мы говорим, что он – профессионал. В жизни духовной тоже требуются эти навыки. Вряд ли возможно такое, чтобы человек, один раз пройдя пост, стал святым. Хотя нельзя отрицать и этой возможности, ибо невозможное человекам возможно Богу.

Однозначно можно сказать, что если человек, потрудившись Великим постом, приходит потом в духовное расслабление, небрежение, невнимание, то те навыки и плоды, которые, может быть, были им приобретены в течение времени поста, утрачиваются. Так же и с профессиональными навыками: если человек продолжает работать, он не утрачивает навыки, но совершенствует их. Если же он это дело оставит и займется чем-то иным, то не сразу, но с течением времени навык забудется, пропадет – и человек уже не сможет столь искусно владеть тем, чем владел.

Так и в духовной жизни: если мы по окончании поста оставляем молитву, памятование о смерти (которому учат святые отцы), памятование о Боге, благодарность Богу и предаемся радостям мира сего, то, конечно, мы утрачиваем то, что приобрели.

– За пасхальным богослужением читается огласительное слово святителя Иоанна Златоуста. В нем есть такие строки: «Ибо щедрый Владыка принимает и последнего, как первого; успокаивает пришедшего в одиннадцатый час так же, как и работавшего с первого часа; и последнего милует, и о первом печется...» У православного человека, который прошел весь пост, может родиться такой помысел: мол, я постился во все дни поста, а тот, кто вообще не постился, так же, как и я, достоин встретить Пасху. Может ли это послужить причиной тому, что человек решит, что не будет поститься в следующем году? И как бороться с такими помыслами?

– В основу огласительного слова святителя Иоанна Златоуста, читающегося на Пасху, положена евангельская притча. Хозяин виноградника утром выходит на торжище, то есть на место, где совершается наем работников. Так он делает несколько раз с самого утра до окончания дня (одиннадцатый час – имеется в виду за час до заката). Притча заканчивается тем, что хозяин дает указание своему слуге расплатиться с работниками, начав с последних, то есть с тех, которые пришли в одиннадцатый час, за час до окончания работ. Понятно, что те, кто работал с самого утра, полагали, что они получат больше. Но когда подошла их очередь и они получили ту же самую сумму, это их возмутило. А господин говорит: «Неужели я не могу распоряжаться своим так, как хочу? Почему ты завидуешь?»

Смысл этой евангельской притчи в том, чтобы утешить тех, кто обрел веру не с младенческих лет, не был воспитан в этой вере, но благовестие Христово коснулось его на закате жизни. Будучи уже стариком или при смерти, человек обретает веру, и воздаяние его будет таким же, как и тем, кто всю свою жизнь положил на это.

Поэтому нельзя эту притчу буквально приложить к такой ситуации: я постился – кто-то не постился, а радоваться могут все. Во-первых, радость бывает разная. Есть радость глубокая, идущая от сердца, потому что человек прошел путь Великого поста как путь сострадания Христу в Его последних днях земной жизни. На это нацелено в том числе и богослужение заключительных дней перед Пасхой.

Надеюсь, мы это делаем не потому, чтобы получить какое-то воздаяние, а потому, что в этом есть зов нашего собственного сердца – зов нашей веры. Это и есть путь того, как научиться любить. Ведь по-настоящему любить можно, только научившись сострадать. В этом и заключается смысл жертвы Христовой, совершенной из сострадания к человеку: Он разделяет страдания и жизнь человека во всем, всецело.

И второй момент, на который хочется обратить внимание: радость может быть поверхностной, с такой чаще всего мы и встречаемся в жизни. На праздник Пасхи мы встречаем людей, которые тоже радуются, их радуют какие-то внешние атрибуты. Но проходит этот праздник – и ощущение, что это праздников праздник и торжество из торжеств, у такого человека вряд ли будет. А у человека, который постился и делал это не по принуждению, а потому, что чувствует в этом потребность, понимает, что для него это важно, и ощущения, и восприятие праздника иные.

А кто может гарантировать, что мы доживем до следующей Пасхи? Мы видим, сколь скоротечна бывает жизнь человека, несмотря на то, что сегодня средняя продолжительность жизни значительно увеличилась. Никто не может на сто процентов гарантировать, что доживет до следующего дня. А если он так делает, то, наверное, просто не понимает и не осознает очень многого. Поэтому то, что мы могли бы сделать сегодня, но не сделали, мы уже не сделаем никогда. Завтрашний день будет завтрашним, а сегодняшний уйдет и пропадет безвозвратно. Человек, который считает, что не будет поститься в этом году, не будет трудиться духовно, никогда эту возможность не вернет. Это будет время, потерянное навсегда. Мне кажется, это очень важно понимать.

– А Вы помните свою первую Пасху в храме? Можете об этом рассказать?

– Да, я помню свою первую Пасху довольно хорошо. Моя первая Пасха была в храме во имя всех святых на Михайловском кладбище города Екатеринбурга. Я имею в виду первую осознанную Пасху, хотя еще и не в такой глубине, о которой сегодня свидетельствую и говорю. Но это стало в значительной степени поворотным моментом. Потому что это была не только сама Пасха, но и дни, ей предшествующие, – дни Страстной седмицы.

И пусть мой путь был коротким, но он получился очень ярким для меня самого, для моего восприятия и постижения глубины переживания атмосферы богослужений Страстной седмицы и той радости, которую я видел в окружающих меня людях по окончании этих дней. В пасхальную ночь, когда раздалось сначала тихое пение: «Воскресение Твое, Христе Спасе, ангели поют на небесех», когда двинулся крестный ход, завершившийся ликующим «Христос воскресе! Воистину воскресе!» – это незабываемые ощущения. Я надеюсь, они останутся со мной до конца жизни.

– У православных людей сложилось такое поверье: если в Великую Субботу не сойдет Благодатный огонь, значит, это преддверие конца света. Так ли это? И почему сложилось такое мнение?

– Конечно, это не так. Много разных высказываний появлялось за последние несколько десятилетий. Вообще явления такого рода апокалиптических настроений характерны в большей степени для разного рода сект, которых немало появилось уже в XIX веке. Они начинали свое существование с предрекания конца света. Но всякий разумный человек, внимающий слову Божию, знает о том, что об этом сказано в Писании устами Самого Христа: о времени этом не знает никто, только Отец, Который на небесах. То есть никакому человеку в принципе не дано это знать.

Но есть другая сторона. Когда Христос беседовал с учениками в последние дни Своей земной жизни, ученики сказали про Иерусалим: «Посмотри, какой великолепный город, какие строения!» И Он им говорит, что недолго этому быть, все это обратится в прах, как бы пророчествует о судьбе Иерусалима. Они вопрошают Его, когда это будет. И Христос называет целый ряд признаков, говоря о бедствиях, болезнях, войнах, что всему этому надлежит быть, но это еще не конец. В конечном итоге Он заканчивает тем, что о времени, когда это произойдет, никто не знает. Но будут очевидные признаки приближения этого.

В течение двух тысяч лет многие пытались разглядеть эти признаки. Мы даже говорим о том, что первая христианская община имела очень сильные эсхатологические настроения, ощущение близости Второго Пришествия Христа, о котором Он говорил. Даже в Евангелии от Иоанна, в заключительных строках, присутствует некий намек на это. Петр вопрошает Иисуса по Его воскресении об Иоанне, который следует за ними. Аще хощу тому пребывати, дондеже прииду, что к тебе? ты по Мне гряди (Ин. 21, 22), – ответил Христос.

Мне кажется, эти слова важны. Потому что христианин не должен зацикливать себя, свое сознание на этих вопросах. Важно понимание того, что мир конечен. Эсхатологическое учение о конце мира основано на очевидности этого факта. Тому миру, который мы знаем, в определенный момент придет конец. А думать, что будет дальше, – это лишено всякого смысла, потому что жизнь человека слишком коротка. И важно, чтобы человек ценил каждый день, каждый миг своей жизни, дорожил им как возможностью что-то постигнуть, чему-то научиться. То есть научиться любить и эту любовь нести другим. Это действительно важно. Все остальное – праздный интерес.

Но в этом вопросе есть еще одна сторона, которая касается самого явления Благодатного огня. Есть научное отношение к этому вопросу с точки зрения того, что это такое. Во-первых, это происходит в рамках чинопоследования благословения огня (лучше сказать: света). Самые ранние свидетельства об этом чине мы можем косвенно обнаружить уже в конце IV века. Это особенность богослужения, совершаемого в Иерусалимской Церкви, в главном храме Иерусалима – Храме Воскресения.

В конце IV века весь этот храмовый комплекс в значительной степени отличался от того, что мы видим сегодня, когда под одной крышей Храма Гроба Господня в Иерусалиме собрано множество храмов. Тот храм был разрушен в XI веке и спустя несколько десятилетий восстановлен.

Такое наименование, как Благодатный огонь, мы впервые встречаем в письменном памятнике «Сказание о путешествии игумена Даниила» (русского паломника). Сегодняшнее восприятие этого огня как чуда важно, но до определенной меры. Иной раз человеку свойственно какие-то явления и предметы жизни возводить на не совсем должный уровень. Не случайно среди десяти заповедей вторая гласит: «Не сотвори себе кумира». Это очень важно, так как человек с его пораженным грехом сознанием неосознанно стремится к этому. Здесь важно поставить предел этому явлению. Мы не можем и не должны обожествлять то, что совершается, потому что имеем ясное свидетельство слова Божия, которое непоколебимо и истинно: о времени том не знает никто, кроме Отца, Который на небесах.

– У мусульман есть такая традиция: каждый из них в жизни должен посетить Мекку. А каждый православный христианин должен посетить Святую Землю?

– Я, наверное, не возьмусь сравнивать это с традицией в исламе, возводить в один порядок. Но приведу свидетельство святителя Григория Нисского или Григория Богослова (могу ошибаться). Впрочем, они оба жили в IV веке, когда после Первого Вселенского Собора, который возвышает Иерусалимскую Церковь, начинается возрождение Иерусалима. Он был практически стерт с лица земли как святой город, в котором был храм, свидетельствующий о едином Боге, и превращен в сборище языческих капищ.

В начале IV века начинается возрождение, строительство храмов на тех местах, которые описываются в Евангелиях. При непосредственном участии Константина Великого начинается возрождение и массовое строительство храмов в Иерусалиме. В империи в этот момент очень резко начинает возрастать число обращающихся в христианскую веру. И их желание увидеть своими глазами эти места порождает волну паломничества. Хотя само явление паломничества к некой святыне присуще человеку. Масса примеров тому, как в язычестве было распространено посещение тех или иных знаменитых языческих храмов (Артемиды Эфесской и прочих). Это, по сути, то же самое.

Поэтому стремление людей посетить Святую Землю святитель Григорий, мягко выражаясь, не одобряет и прямо говорит: Тот же воскресший Христос всякий раз является нам во Святых Дарах Евхаристии, а мы пренебрегаем этим, устремляясь к каким-то материальным вещам. Пренебрегая одним, стремимся получить нечто материальное, прикоснуться к этому. В этом смысле он считает так: зачем ехать для того, чтобы причаститься, за тридевять земель, когда то же самое можно сделать, находясь у себя дома, если вера твоя действительно настоящая. В этом нет никакой разницы. Поэтому, на мой взгляд, очень важен этот баланс.

Я не скажу, что совершить паломничество в Святую Землю – это смысл жизни христианина. Конечно, нет. А при возможности – почему бы и нет? Я слышал, что люди, посетив Святую Землю, меняли свое отношение к Церкви, вере, Христу. Это дало человеку какой-то толчок, возрождение. В этом смысле, наверное, это хорошо. Но мы все-таки должны разграничивать обязанность или некое желание.

Ведущий Сергей Новиков

Записали Нина Кирсанова и Елена Кузоро

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы отвечает председатель Отдела социального служения Московской (городской) епархии г. Москвы протоиерей Михаил Потокин.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы

X
​​