Уроки православия. Уроки жизни святителя Луки с В. Д. Ирзабековым. Урок 3

14 июня 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
Встреча с «духовными внуками» свт. Луки (Войно-Ясенецкого) круто изменила жизнь В. Д. Ирзабекова. А еще убедила в том, что пути разных людей из разных городов, в разное время создавших Православный центр свт. Луки и Благотворительный фонд свт. Луки, пересеклись благодаря духовному покровительству этого святого!

– Кто не любит беседовать с интересным человеком, таким, который умеет внимательно всматриваться в самые разные события и явления и обнаруживать их суть, который способен разгадывать загадки, раскрывать тайны? С таким человеком общаться не просто интересно, но и полезно, особенно если темы бесед касаются Евангелия, святых, духовной жизни. Наш сегодняшний собеседник именно таков. Василий Давыдович Ирзабеков обладает замечательной способностью задавать себе трудные вопросы и искать на них ответы. Это и позволяет ему рассматривать взаимосвязь событий, видеть их глубинный смысл и делать полезные и даже душеполезные открытия.

Об одном из таких открытий мы с ним и говорили на прошлом «Уроке православия», оно касалось святителя Луки (Войно-Ясенецкого). Другое открытие, связанное с этим же святым, Василий Давыдович сделал сравнительно недавно, когда познакомился с духовными чадами батюшки, который был духовным чадом святителя Луки. Эта встреча с «духовными внуками» святого многое изменила в жизни нашего собеседника. Состоялась она потому, что в разные годы и в разных городах ее участники отправились навстречу друг другу под духовным покровительством этого святого. В 2001 году в Москве Василий Давыдович по благословению Святейшего Патриарха Алексия II создал и возглавил Православный центр во имя святителя Луки. А двенадцатью годами позже в Кисловодске появился одноименный благотворительный фонд. И в 2016 году обе эти организации объединились, а значит, объединились и люди, любящие и почитающие святителя Луку. Наш гость убежден, что все эти открытия, встречи происходили неслучайно.

Василий Давидович Ирзабеков, писатель, публицист, руководитель Православного центра святителя Луки:

– Случилось так, что и сам святитель Лука, и его удивительное делание приоткрылись для меня с неожиданной стороны. Город Кисловодск я шутя называю своей второй малой родиной. Мой покойный дядя – врач, добрый человек, который, кстати, впервые рассказал мне, тогда ребенку, о Христе – и, будучи романтиком по натуре, он как-то взял жену, маленького ребенка и приехал сюда, в Кисловодск. Это было самое начало 60-х годов, потому что в 1963 году я сюда уже впервые приехал десятилетним мальчиком. Когда его спрашивали, почему он уехал из Баку, где и благополучие, и родственники – вы знаете, как восточные люди привязаны к своему роду, семье, а он был очень привязан к матери, – он говорил: «Но это же лермонтовские места!» Он так любил Лермонтова, что все время читал его вслух. У нас дома было принято, что мы все время читали вслух. И когда я пошел в школу, это был единственный поэт, которого мне не надо было учить (начиная с «Бородино»), потому что я с детства все знал наизусть, так как дядя просто упивался этой «музыкой» Лермонтова.

Последний раз я был в Кисловодске в 1969 году. Потом прошло много лет, и я приезжал сюда читать лекции, уже как бы в своей новой жизни, но даже не чаял, что переселюсь сюда. А все святитель Лука...

Мои друзья, с которыми я познакомился за эти годы, три с небольшим года тому назад создали здесь Благотворительный фонд святителя Луки. Самое интересное, что, не договариваясь и вообще не общаясь в ту пору, когда мы создавали свой центр святителя Луки, у нас оказалось одинаковое видение того, что надо делать во имя святителя Луки. Почему Святейший Патриарх Алексий II (почивший в Бозе) благословил наш центр, дал письменное благословение? Ему очень понравилась идея, что больница и храм будут как одно целое, тогда это было внове в нашей стране. У моих друзей здесь в Кисловодске устроено точно так же. Так случилось, что в Москве нам не удалось осуществить это в полной мере: Москва – сложный город. Но, чтобы руки не опустились (нельзя опускать руки, я это всегда понимал), я занимался духовно-просветительской деятельностью. Там было две стези, и я себе сказал: вот это пока не получается (я понимал, что почему-то придерживается, было такое чувство, что еще не пришло время), но кто мне мешает заниматься духовно-просветительской деятельностью? Разве слово не лечит? Разве это не терапия?

Так вот, я хочу договорить о дяде. В детстве он говорил мне о Христе так: понижал голос (он и вообще негромко говорил) и произносил: «Ты знаешь, как у христиан интересно, как у них здорово!» Он был кардиологом и объяснял: «Ведь часто мы совершаем некрасивые поступки, обижаем людей. Хорошо, если кто-то потом попросит прощения (а ведь это сложно – попросить прощения, и, чем ближе человек, тем сложнее),  а если не успел попросить прощения – все это накапливается в сердце. И очень часто причина сердечных заболеваний – от злости, от этих грехов, которые на сердце как камни».

Так мне говорил дядя, азербайджанец, советский человек, но душа у него была удивительная. Все его называли Пьер Безухов, и что он не от мира сего, говорили: он такой непрактичный. Дядя не очень понимал, что такое деньги, и очень любил своих больных. Знаете, без него меня просто не было бы. Я был таким маленьким, он для меня был всем, я его очень любил» И вот он говорил мне: «А ты знаешь, что у них есть? У них есть такая вещь – исповедь: они приходят, священнику все рассказывают, из сердца все эти камни достают – и опять сердце легкое. Понимаешь? Это есть в христианстве. Ты всегда думай о Христе». Вот что он мне говорил. Удивительно!

И вот я оказался в Кисловодске. Потому как моим друзьям то, что было задумано и нами, удалось. Особенно двоим из них: они успешно занимались бизнесом, а в какой-то момент почувствовали некий тупик и пришли к тому, что все свои активы сгруппировали и направили на строительство храма святителя Луки и больницы. Почему именно здесь, в Кисловодске? Сейчас я нашим зрителям приоткрою это чудо чудное и диво дивное.

В то время, когда наша недавняя держава, великая страна Советский Союз, не знала имени святителя Луки (Войно-Ясенецкого) – кроме тех немногих, кто знал его еще лично и остался в живых: его студенты, коллеги, вылеченные им люди, – в городе Кисловодске, этом небольшом городке, его хорошо знали, любили и почитали. Потому что когда-то сюда из Ленинграда приехал умирать тяжелобольной человек, священник отец Борис Кирьянов. Ему сказали: «Жить вам осталось совсем немного, но есть такой город, где хороший воздух, хороший климат, может быть, еще немножко и поживете». Он здесь пожил больше, чем немножко, и совершил удивительное дело. К нему потянулись люди. А судьба отца Бориса связана со святителем Лукой, ведь он единственный (других фактов нет, наука – вещь строгая) из духовных чад святителя Луки, кто стал священником.

Святитель Лука приезжает в Крым, становится местным владыкой, и у него просто ужасные, невыносимые жилищные условия, хотя он уже лауреат Сталинской премии  I степени и должен жить в каких-то более или менее сносных условиях. А те условия, что ему предоставили, были кошмарными. Власти Крыма вообще всячески хотели его изжить. Крым должен быть красным, советским, и  – потрясающий довод, всем предлагаю улыбнуться! – здесь недалеко граница. Словно святитель Лука должен был писать подметные письма туркам, чтобы они через Черное море сюда направили свои... Бред!

И вот святитель Лука приходит с заявлением в облисполком к партийному работнику, еще молодому, красивому человеку, но за плечами у которого уже война, тяжелейшее ранение, участие в Курской битве. И личность святителя Луки... А сколько людей с ним встречалось!

Сделаю небольшое отступление. Когда я впервые побывал на родине Есенина (потом уже меня туда приглашали несколько раз: я очень люблю Сергея Александровича Есенина), то помню, как мы стояли в таком месте на реке Оке, которое называется «Поясок Богородицы». Когда стоишь на обрыве, видна чистая линия горизонта. Сегодня так мало осталось этой природы, а человеку, и особенно ребенку, нужно иногда видеть эту чистую линию горизонта, когда ни дома, ни столбика. И вот ты стоишь на возвышенности – перед тобой красавица Россия, «Поясок Богородицы», Ока... Там проходил поэтический фестиваль, и кто-то вдруг говорит: «Конечно, здесь нельзя было не стать поэтом». Красивая фраза, правда? Я повернулся к этому человеку и сказал: «Вы знаете, здесь жили тысячи людей, а поэтом стал только Есенин». Понимаете, какое дело: отмеченный, поцелованный Богом человек.

Сколько людей встречалось со святителем Лукой в течение его жизни, ведь он жил широко. Его насильно спрятали в застенки, но и там он одним своим образом жизни всегда проповедовал Христа. И вот Борис Кирьянов попал под удивительное обаяние – в самом высоком смысле этого слова – личности святителя Луки. Представьте его биографию: и фронтовик, и ранен, и партийный. Молодой перспективный работник, а решает стать священником. Мы понимаем, в каком году это происходило. Посмотрим на это глазами мира: это то же самое безумие, которое некогда совершил святитель Лука (о чем мы рассказывали). Когда об этом узнают на работе: член партии, фронтовик, и вдруг! – понимают, что без влияния святителя Луки этого не могло произойти. Что его спасло? Все сохранилось в документах. Борис Кирьянов успевает вылететь в Ленинград с характеристикой-рекомендацией святителя Луки, и в тот момент это его спасает. Он поступает в Ленинградскую духовную академию, оканчивает ее, становится священником. Его приближает к себе владыка Григорий (Чуков), и он становится архивариусом, хранителем архива. Но после смерти владыки его привлекают, требуют, чтобы он отдал этот архив. Борис Кирьянов – крепкий человек, тоже адамант, за свои убеждения он попадает в тюрьму, лагерь...

Хочу задать вопрос: а могло ли быть по-иному, если его духовным отцом был святитель Лука? Мы же не просто так называем «духовный отец», ведь именно отец! И если сын не похож на отца, какой же он тогда сын? Уподобление было в самом главном – в любви ко Христу, уже невозможность жить без Христа, жить по-иному. Отец Борис Кирьянов, по сути, повторяет крестный путь святителя Луки: проходит лагеря, поселения. Потом приезжает в Кисловодск умирать, и вокруг него собираются удивительные люди, которым он рассказывает о святителе Луке. Ведь единственный, кто продолжал переписываться с отцом Борисом, был святитель Лука, сохранились его письма. Он его любил, помогал ему, посылал свои слова... Слово – это ведь так важно в нашей жизни! Молитва святителя Луки придавала ему сил, не давала рассыпаться, помогала сохранить себя.

И этот человек оказывается в Кисловодске, маленьком курортном городке, и люди узнают о святителе Луке, то есть он стал для них родным очень давно, и они называют себя его духовными внуками. Мы привыкли к словосочетанию «духовные дети», «духовные чада», а они говорят: мы – духовные внуки святителя Луки. Представляете: у родителей друзей (о которых я сегодня рассказал) святитель Лука жил в доме, ведь у него не было своего жилья. В этом тоже уподобление Христу: его всегда кто-то брал к себе пожить. Значит, они духовные правнуки святителя Луки. Сегодня у Михаила Аргамакова (у родителей которого жил святитель Лука) старший сын оканчивает православную гимназию и уже не первый год алтарничает в храме, в том числе в строящемся храме святителя Луки, где каждое воскресенье совершается ему молебен.

Знаете, в моем сердце разливается умиление: люди воздвигают храм духовного отца своего духовника! Как это здорово! Святитель Лука – это их духовный дедушка. А ведь есть свидетельства, что святитель Лука был «духовным внуком» известного оптинского старца (сейчас не буду раскрывать эту тему, вам об этом расскажет один из членов общины), и таким образом мы понимаем, куда это тянется...

Наследники – какое глубокое слово! Вы (обращается к О. В. Баталовой) когда-то очень глубоко размышляли о слове «наследник», я храню Ваше размышление, более того, дерзнул вставить в книгу «Русское солнце» Ваши размышления о том, к сколь многому обязывает слово «наследник». Когда ты получил наследство, то, вообще-то, сначала надо не радоваться, но подумать:  готов ты его принять? надо ли его тебе принимать? что с тобой будет и что тебя ожидает? Эту мысль Вы мне подарили. Самый драгоценный подарок, который я получал несколько раз в жизни, – это когда мне дарили слова. Когда-то мне подарили слово «невеста», а Вы подарили мне слово «наследник». Наследник – значит, идешь по следам этого человека. Как сказал Господь: «Чашу, которую Я пью, вы пить сможете?» Поэтому наследство – это очень красиво. А второй вопрос: готов ли я? Лучше, чем в Евангелии, не сказать: Можете ли пить чашу, которую Я пью? Смогу ли я ее выпить? Вот о чем идет речь...

Когда в мой предпоследний приезд в Кисловодск эти люди пригласили нас с женой в гости, я понял: что-то затевается. Мы с женой погостили, посидели, и вдруг мне задали вопрос: «Василий Давыдович, а Вы держитесь за Москву?» Я сказал, что с годами учусь, как Бог даст, вообще ни за что в этом мире не держаться, а  Москву люблю, ведь наша фамилия имеет в Москве пять поколений. И с тихой радостью говорю, что Господь так дивно выстраивает мою жизнь, что я окончил «московские университеты», и, кажется, с неплохими оценками: в Москву я приехал совсем другим человеком. Москва всегда остается, это святой город (но это тема для отдельного разговора), я всегда напитывался и до конца дней буду напитываться святостью этого Третьего Рима. Москву, может быть, пытаются превратить во второй Вавилон, а она все равно Третий Рим, там такие святые! Это же Москва-красавица! К чему я клоню: как в известном американском фильме, мне сделали предложение, от которого я не смог отказаться. Мне предложили, чтобы, образно говоря, две реки слились в одну: центр святителя Луки и благотворительный фонд. Чувствуете, как по-разному они называются? Центр правильно назван центром, потому что он просветительский, а фонд – благотворительным. Предложили, чтобы они слились в одну реку, и мне доверили возглавить духовно-нравственное направление и стать главным редактором портала.

Скажу два слова, почему такая юридическая форма – фонд. Скажу понятно, чтобы не умничать: фонд – это кошелек. Хочу внести ясность, потому что до какой-то поры у меня ее не было, и хочу поделиться этим прояснением в мозгах с нашими дорогими зрителями. Дело в том, что этот проект – больница и храм в одном подворье – проект некоммерческий. А у нас «некоммерческий» – синоним слова «бесплатный». Нет, это не синонимы. Некоммерческий, потому что он не ставит своей целью извлечение прибыли и готов оказывать помощь всем, но в первую очередь тем... Потому что представьте, сколько надо содержать: и земля, и здание, и врачи – все это предстоит, и за все это, конечно, надо платить. Но если есть человек, который сегодня не может заплатить, ему надо помогать. И вот это фонд, который как раз аккумулирует средства, как семья... Раньше мы донашивали вещи, не стыдно было их латать, а сегодня вы обращали внимание, что заплаток нет? Ведь это было искусство: женщины так заплаточку делали, что ее и не видно. Так вот фонд – как семья, которая садится и обсуждает: «Младшему надо ботиночки, не босиком же ребенку ходить. А ты в этом костюмчике еще походишь». Как-то так, по-семейному.

Поэтому в завершение нашей беседы я попросил бы молитв. Можете себе представить, сколько искушений! Ведь только задумаешь благое дело – и тут на тебя все посыпалось... Конечно, у нас есть наш Главный Врач, и есть зам. Главного Врача, я его даже не называю, ведь вы понимаете, о ком я говорю. Смиренно просим молитв, чтобы все получилось по-божески.

Автор и ведущая программы Ольга Валентиновна Баталова

Записала Нина Кирсанова

Показать еще

Время эфира программы

  • Четверг, 24 января: 08:05
  • Четверг, 24 января: 21:30
  • Четверг, 31 января: 08:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы