Церковь и общество. Беседа с директором Музея предпринимателей, меценатов и благотворителей Н.С. Смирновой. Часть 2

22 апреля 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
О единственном в России музее, хранящем в своих стенах уникальное наследие последователей Саввы Мамонтова, Павла Третьякова, Алексея Бахрушина, – Музее предпринимателей, меценатов и благотворителей, о его коллекции в беседе с писателем Константином Ковалевым-Случевским рассказывает эксперт конкурса «Православная инициатива» и Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению Русской Православной Церкви Надежда Сергеевна Смирнова.

– Добрый день. Сегодня мы вновь в гостях у директора Музея предпринимателей, меценатов и благотворителей Надежды Сергеевны Смирновой.

Здравствуйте, Надежда Сергеевна.

– Здравствуйте.

– В прошлый раз мы говорили немножко о музее, о том, что такое благотворительность и что этому слову в истории России уже многие сотни лет. Мы говорили о XIX веке и начале ХХ века как о периоде расцвета благотворительности, особенно среди купцов, предпринимателей, которые в большинстве своем были православными или старообрядцами и занимались благотворительностью из побуждений не просто идеологических, а внутренних, духовных, потому что это было частью их жизни, я бы даже сказал, церковной жизни. Хотелось бы продолжить эту тему. Вот мы находимся в здании, про которое Вы сказали, что оно принадлежало купцу, нам ранее неизвестному, а теперь известному, и что архитектура этого здания типично московская купеческая. Вы говорили о том, что здесь собрана какая-то коллекция. Из чего она состоит? Какова ее основная тематика? Кто может сюда прийти, чтобы познакомиться с ней? Хочется, чтобы это было максимальное количество людей.

– Наш музей на самом деле интересен для очень разных категорий людей. К нам приходят и школьники, и студенты, например, из Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова, из Российского государственного университета нефти и газа имени И.М. Губкина и так далее. К нам часто приходят предприниматели.

– То есть хотят потратить немножечко средств, но не знают, как и куда?

– Те, кто заинтересовался все-таки историей предпринимательства. Потому что у дореволюционных предпринимателей есть чему поучиться даже не только с точки зрения благотворительности, но и с точки зрения их успехов в бизнесе, определенных приемов, технологий, которые они применяли и в маркетинге, и в производстве. Ведь они в этом смысле были передовыми, как сказали бы сейчас, продвинутыми людьми. Также к нам приходят все люди, интересующиеся историей, в том числе и пенсионеры, которые приходят целыми группами. Что все эти разные люди могут найти у нас в музее? Во-первых, если мы говорим о коллекции, то в музее четыре основных зала. В одном зале представлены предметы быта того времени: патефоны, граммофоны, посуда, мебель, одежда, парфюмерия, швейные принадлежности – все что угодно.

– «Того времени» – какое время Вы имеете в виду?

– Как раз конец XIX – начало XX века. Другие залы посвящены непосредственно предпринимателям, непосредственно отдельным фамилиям. В основном зале музея фактически представлена история развития предпринимательства. Начинается она с «хозяйственных мужиков», как их тогда называли, то есть крепостных крестьян, начинавших предпринимательство с одного ткацкого стана, с того, что они сами носили на продажу свой товар чуть ли не за сто километров и так далее. Потом десятилетия развития их предприятий привели к тому, что эти люди были уже владельцами банков, очень больших компаний, фабрик и так далее. Поэтому в большом зале выставлены портреты этих людей, документы, очень много внимания посвящено тому, какое большое внимание эти предприниматели уделяли развитию своих рабочих, созданию для них социальной инфраструктуры.

Ведь не секрет, что при строительстве своих фабрик, заводов и тому подобного их хозяева на свои деньги создавали всю социальную инфраструктуру для рабочих. Это и больницы, и школы, и даже театры, которые создавались потому, что при каждой новой строящейся фабрике, как правило, сразу же открывалось питейное заведение. И конечно, пьющий рабочий – не рабочий, поэтому в некоторых случаях предприниматели строили даже театры или организовывали свободное время рабочих еще как-то, чтобы они могли заниматься чем-то полезным вместо того, чтобы заседать в питейных заведениях.

Есть зал, посвященный уже ХХ веку: это биржи, банки – все это тогда уже было развито, о чем мы рассказываем, показываем акции и облигации того времени. Например, рассказываем, откуда пошло выражение «стричь купоны». Мы с Вами снимаем передачу как раз в этом зале, и я сижу на фоне банковского стола. Это реальный банковский стол того времени, кстати, пожертвованный одним из попечителей музея. Еще один зал мы называем детским: там расположены предметы быта детей того времени, есть очень интересная коллекция похвальных листов, грамот, которые выдавались по окончании образовательных учреждений или за какие-то успехи в образовании. Особенно интересны размеры этих похвальных листов – они огромные, как сейчас бы сказали, формата А3.

– Надо же! Газетного формата, большого…

– Вот такого формата выдавались раньше похвальные листы. Конечно, это было очень приятно.

– То есть чтобы можно было повесить на стену.

– Да. И ты понимаешь, что тебя действительно похвалили. Там есть предметы детского быта того времени. В прошлой передаче мы говорили о приюте братьев Рукавишниковых для малолетних преступников. И как раз в этой детской комнате расположены предметы мебели: комод, шкаф, стулья, изготовленные воспитанниками этого приюта. Причем качество этих предметов таково, что Вам бы захотелось иметь такой шкаф у себя дома даже сейчас. Это тоже говорит об определенном подходе к созданию такого рода благотворительных учреждений

– Хочу задать Вам вопрос, который может показаться философским. Считается – раньше считалось некоторыми, а сейчас многие пришли к такому выводу, – что на самом деле купцы-старообрядцы построили капитализм в России. То есть капитализм в России не связан с такой механической эксплуатацией наемного труда, как это было на Западе, в той же Англии, но с какими-то духовными основами; а промышленность и благотворительность развивались параллельно. Так ли это? Или это какая-то иллюзия?

– Нет, это не иллюзия. Все-таки, как мы с вами говорили, отношение к богатству было совершенно другое. И мы можем сказать: в России, что самое интересное, было важно происхождение капитала. Например, не любили ростовщиков…

– …которые получают капитал ниоткуда, не зарабатывая его.

– Да-да. Конечно, с этой точки зрения не к каждому предпринимателю относились хорошо.

– То есть старуха-процентщица – это был все-таки не очень положительный персонаж?

– Не очень положительный. А когда люди занимались своим делом, развивали что-то, к этому было уже другое отношение – уважительное. И конечно, такие предприниматели вкладывались в развитие своих рабочих.

– Поучение XIX века «О богатении». Очень богатый купец-старообрядец написал: «…не с целью наживы, богатства для богатства, а ради упрочения нажитого и ради ближнего и отцов». И вторая цитата: «Наградою делающему добро человеку должно служить нравственное удовлетворение от сознания, что он живет в Боге». То есть деньги в первую очередь зарабатывались для помощи, а не для богатства. Но кто из нынешних предпринимателей живет с такой философией?

– На самом деле сейчас есть такие люди.

– Не сомневаюсь.

– К сожалению, их пока мало. Но то, что они появляются, это уже хорошо. Если мы говорим о цитатах, то, безусловно, есть и еще очень интересные цитаты, мы в музее их собираем, у нас очень много этих высказываний. И я тоже приведу парочку таких цитат.

– С интересом послушаю.

– Если говорить о Тимофее Васильевиче Прохорове, который как раз и написал «О богатении», вот что еще он говорил о благотворительности: «Благотворительность совершенно необходима человеку, но она должна быть непременно целесообразна, серьезна. Нужно знать, кому дать, сколько нужно дать. Ввиду этого необходимо посещать жилища бедных, помогать каждому, в чем он нуждается: работой, советом, деньгами, лекарствами, больницей и пр. и пр. Наградою делающему добро человеку должно служить нравственное удовлетворение от сознания, что он живет в Боге».

– Да-да, это полная цитата, из которой я вырвал кусок. То есть не всегда помогать деньгами и совсем не обязательно деньгами, хотя люди желают именно денег.

– И многие говорили о том, что помогать нужно с умом, то есть именно адресно. Если говорить об адресной помощи, хочу рассказать одну тоже не очень известную историю. Вот сейчас у нас есть службы социальной защиты, и мы сейчас тоже говорим об адресной помощи социально незащищенным слоям населения и так далее. В Москве при градоначальнике Алексееве, в то время тоже известном предпринимателе, двоюродном брате купца Алексеева, который взял себе псевдоним Станиславский, началось создание так называемых попечительств о бедных. Вся Москва была разделена на районы, и в каждом создавалось попечительство о бедных, возглавляемое, как правило, неким богатым человеком из этого района, например в этом районе было его предприятие. В состав попечительского совета входили также богатые люди района, но самое интересное было в том, что они выясняли, кто в этом районе нуждается и в чем. Осуществлялся сбор денег, причем деньги сдавались не только богатыми людьми, но и другими жителями района – теми, кто мог пожертвовать какую-то сумму. И осуществлялась адресная помощь именно тем, что нужно конкретному человеку или конкретной семье. То есть система адресной социальной помощи была организована тогда в Москве и фактически возглавлялась купцами, предпринимателями.

Если говорить о массовом положительном отношении к благотворительности, можно привести в пример акцию «Белый цветок».

– Да, знаменитая акция, иногда ее называли «Белой ромашкой».

– Кстати, у нас есть реальные сохранившиеся белые ромашки того времени, которым уже более ста лет.

– Наверно, надо рассказать телезрителям, потому что многие могут не знать, о чем идет речь.

– Собирались пожертвования для больных чахоткой, потому что в то время это было очень распространенное заболевание.

– Когда человек вносил деньги, он получал белый цветок, сделанный из бумаги, на проволочке или на палочке. Эти цветы делали дети специальных учреждений, жители богаделен, а потом ходили с ними по улицам. И если кто-то давал даже копейку, он получал белый цветок.

– Совершенно верно, это была массовая благотворительность, когда всем миром собирали средства на борьбу с какими-то болезнями.

– В Москве, в Серебряном Бору еще недавно существовала (не знаю, существует ли сейчас) лесная детская противотуберкулезная школа – пансионат, который был построен на деньги, собранные во время акции «Белый цветок» еще до 1917 года.

– К счастью, сейчас, как вы знаете, эта акция продолжается в Москве, в Марфо-Мариинской обители, а также в других регионах Российской Федерации. Насколько я знаю, ближайшая акция будет проходить 13 мая в Марфо-Мариинской обители, поэтому все вы можете к ней присоединиться. Мы, как музей предпринимательства, тоже поддерживаем эту акцию и проводим экскурсии вокруг обители, потому что там тоже очень много мест, связанных с благотворительностью.

Если говорить о технологиях благотворительности того времени, то они были очень разнообразными. Например, давались семейные концерты или семейные спектакли, на которые приглашались друзья, родственники и так далее. То есть дети разыгрывали какие-то сценки, и во время таких представлений собирались деньги, которые тоже отдавались на благотворительные цели. Нужно сказать, что многие деятели искусства того времени, например Шаляпин или Рахманинов, участвовали в благотворительных мероприятиях, соответственно, тоже давали благотворительные концерты. У нас в музее есть программки с таких концертов.

Были и другие интересные формы благотворительности. Если вспомнить братьев Рукавишниковых, был такой случай: один из братьев, Константин Рукавишников, не нашел подходящей школы для своих детей. Что он тогда делает? Он набирает профессоров и организует обучение своим детям на дому. А теперь внимание: проявление благотворительности – он не учит только своих детей, но предлагает присоединиться еще нескольким детям из небогатых семей. Так появляется домашняя школа очень высокого уровня, потому что в ней преподают лучшие учителя, но абсолютно бесплатно обучаются и дети из небогатых семей.

– То есть если дети слушают какую-то лекцию, то почему бы ее не послушать сразу пяти или десяти детям?

– Конечно. Но ведь в голове у человека должна быть идея, что, когда делаешь такие вещи, можешь осуществить и благотворительный проект.

– Это замечательно.

– Мы упоминали в прошлой передаче Варвару Алексеевну Морозову. Тоже потрясающая женщина. Мы говорили о рабочих. Варвара Алексеевна после смерти мужа руководила Тверской мануфактурой, где у нее были паи. После ее смерти, согласно завещанию, эти паи были отданы рабочим мануфактуры.

– У меня есть такая статистика: только в Москве с конца XIX века до начала ХХ века существовало 628 богоугодных заведений: приюты, школы, богадельни, ночлежные дома, столовые и тому подобное, значительная часть которых была построена на средства предпринимателей. По тем временам – ведь это не нынешняя Москва – это гигантское количество; чтобы их обойти и осмотреть, потребовалась бы, наверное, целая неделя. Все это было разрушено после 1917 года, началась Гражданская война, из-за которой бездомными остались миллионы детей, которые превратились в беспризорников. Для них создавали колонии на территориях бывших монастырей. Само слово «богадельня» стало старорежимным, его перестали употреблять, потому что упоминался Бог, а значит, что-то здесь не то. Мы эту тему немного обсуждали в прошлой передаче, говорили, что ХХ век уронил всю эту идею. Сейчас, в частности благодаря тому, что возник ваш замечательный музей, что-то изменилось. Что изменилось? Много ли таких людей? Можем ли мы прийти к тому, что было, или это требует еще какого-то времени?

– Безусловно, очень быстро это не произойдет. Мы можем говорить о том, что сейчас уже появились такие люди – причем опять как среди богатых, так и среди совершенно обычных, – которые жертвуют деньги в благотворительные фонды, участвуют в благотворительных акциях и так далее. То есть это становится некой нормой, не нечто из ряда вон выходящее – поучаствовать в благотворительном проекте, например стать добровольцем. Даже нынешний год у нас в России объявлен годом добровольчества.

– Вы не употребляете слово «волонтерство»? Мне это нравится.

– Да. Есть и грантовые конкурсы добровольческих проектов. Эта идея сейчас все-таки активно развивается. Думаю, что очень быстро этого не произойдет, потому что в основе этой истории должно быть стремление души. Простой модой на благотворительность этот вопрос не решить. Так что развитие благотворительности связано с духовно-нравственным возрождением общества. Что отличало людей того времени? Очень живая, быстрая реакция на чью-то боль, на чье-то несчастье.

Опять же вспомню о Рукавишниковых. Когда у них в семье серьезно заболел туберкулезом мальчик, то, во-первых, к нему вызвали батюшку Иоанна Кронштадтского, и он молился о его выздоровлении. Но семья принимает еще решение срочно отвезти ребенка в Крым, потому что тамошний климат подходит для лечения туберкулеза. Молитва батюшки Иоанна Кронштадтского, солнце, морской воздух делают свое дело – мальчик выздоравливает.

В то время в Феодосию, где располагалось их имение, был перенесен коммерческий порт из Севастополя. Но он не был приспособлен для приема кораблей, там не было маяка, и на море происходили катастрофы – разбивались корабли. Очередное кораблекрушение произошло, как раз когда в Феодосии находилась семья Рукавишниковых. А средств на маяк не было. Рукавишниковы сразу же включаются в эту историю, выделяют деньги, и на эти средства строится маяк. Когда потом возникла необходимость в установке колокола на маяке, то остаток денег собирался так: жена Константина Рукавишникова вязала кошелечки и продавала их. Но весь город знал, что эти кошелечки нужны для того, чтобы собрать средства на колокол на маяке. И поэтому кошелечки очень быстро раскупались. Так собрали деньги и на колокол.

– Это один из важных примеров. В завершение нашей беседы я хочу сказать: мне кажется, сегодня много предпринимателей, которые с удовольствием делали бы то же самое. Но у нас это пока еще не то что немодно… я знаю людей, которые помогают, но не афишируют этого, не потому, что считают себя такими духовными, что скрывают, что делают добро, а еще и потому, что это не то что не престижно, но считается, что если ты много кому-то помогаешь, значит, слишком хорошо живешь, значит, у тебя есть лишние деньги. То есть помощь и благотворительность не являются поводом говорить: «Да, молодец! Помогаешь – и мы тебе поможем! Благотворишь – мы тоже тебе будем благотворить! Мы тебя поддержим». Наверное, это одна из главных проблем, которые мы должны решить сегодня.

– В том числе это понимание того, что когда мы говорим о благотворительности, то неизвестно, кто больше получает: тот, кому оказали помощь, или тот, кто ее оказал, в духовном плане.

– Хорошая мысль!

– Такого понимания, наверное, пока действительно нет.

– Даст Бог, оно будет. И спасибо за хорошие слова, которые Вы сказали про то, что неизвестно, кто кому больше помогает. Это очень важные слова в завершение нашей программы.

Ведущий Константин Ковалев-Случевский, писатель

Записал Игорь Лунев

Показать еще

Время эфира программы

  • Четверг, 27 сентября: 09:05
  • Пятница, 28 сентября: 03:30
  • Воскресенье, 30 сентября: 14:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы