Плод веры. Беседа с директором реабилитационного центра "Зебра" Екатериной Савиной. Часть 2

11 ноября 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
Директор реабилитационного центра "Зебра" Екатерина Савина рассказывает о методе "12 шагов", который помогает людям, зависимым от алкоголя и наркотиков. Как убедить человека, страдающего от зависимости, обратиться в реабилитационный центр? Что делать, чтобы помочь близкому человеку преодолеть зависимость?

– В прошлой программе мы очень подробно поговорили о том, что такое зависимость. В этой передаче мы хотели поговорить о том, как двигаться к преодолению этой зависимости. Реабилитационный центр – вообще понятие пугающее в общественном мнении. Мы наслышались и начитались разных страшных историй о том, что происходит в реабилитационных центрах, как иногда работают с наркоманами и алкоголиками. Как вы убеждаете родственников ваших потенциальных подопечных, что вам можно доверять?

– Да никак. Мы просто работаем, а они это видят. Начинается все с того, что нам, как правило, звонят родственники. Они говорят, что у них есть сын или муж – наркоман или алкоголик (или дочь, женщин мы тоже принимаем), и мы просим рассказать подробную историю. Как правило, этот рассказ происходит уже при личной встрече, на первой консультации. Если невозможно приехать, если человек откуда-то издалека, мы можем сделать это по телефону или даже в письме. Дать какие-то первичные рекомендации можно даже таким образом.

Рассмотрев подробно ситуацию, мы выстраиваем определенный маршрут помощи. Это касается, в первую очередь, самого алкоголика или наркомана. Вероятно, ему нужна медицинская помощь, хотя и не всегда. Если человек привык сам преодолевать болезненные состояния, если он давно употребляет, то часто бывает так, что можно обойтись и без нее.

Если в истории зависимости этого человека есть какие-то опасные обстоятельства (я уж не говорю о попытках суицида, но, может, там была «белая горячка», были какие-то тяжелые депрессии), тогда медицинская помощь абсолютно необходима. Вообще мы за то, чтобы человек не мучился попусту, ведь то, что ему предстоит сделать в реабилитации, – это серьезная работа, и то, что возможно, нужно облегчить. Итак, вероятно, пациенту нужна медицинская помощь, и мы советуем, каким образом ее можно получить и где.

После этого мы предлагаем один из реабилитационных центров. Если пациент приходит к нам, то это два варианта: либо стационарный центр в Подмосковье, либо амбулаторный центр, то есть с ежедневным посещением, у нас в московском офисе. Там проходит трехмесячный курс, во время которого пациент выздоравливает по программе «Двенадцать шагов». Мы пользуемся этой методологией.

При этом наш центр слывет православным, потому что большинство людей, которые там работают, – православные, а лечим мы своей душой. У нас еще есть в центре некоторые занятия, которые связаны с нашей верой. В стационарном центре, например, есть часовня, и по воскресеньям пациенты ходят в храм. Есть специальная группа, в которой мы разбираем Евангелие, которое будет читаться в храме в ближайшее воскресенье. У людей, которые этим занимаются, есть специальная квалификация.

Но мы все это делаем исключительно по желанию самого человека; если он не хочет, то он в этом не участвует. Есть параллельные занятия, которые годятся для людей, не желающих воцерковляться. На заре нашей деятельности мы верили в то, что должны воцерковить сразу всех и таким молодым энтузиазмом мы старались увлечь за собой в Церковь тех, кто приходил к нам, потому что мы понимаем, что именно в Церкви Господь действует в полноте в жизни человека.

Но дело в том, что этот энтузиазм заканчивался после окончания основного курса нашего центра, когда контакт с нами становился реже. И мы поняли, что мы предлагаем людям путь, к которому они еще часто не готовы, и Господь способен привести человека к Себе тогда, когда Он Сам благоволит это сделать, а не тогда, когда мы этого хотим. Поэтому мы предлагаем, но никогда не настаиваем.

Например, два месяца назад к нам в стационар пришел пациент, который сказал, что он атеист, в Бога не верит, но выздоравливать от своей алкогольной и наркотической зависимости он хочет. И вот мы стали выздоравливать по программе «Двенадцать шагов». Неделю назад он крестился.

Причем был такой эпизод. Когда пациент сказал, что хочет креститься, мы позвали нашего духовника (он приезжает в стационар раз в месяц исповедовать, но еще он проводит духовные беседы с каждым индивидуально). И вот духовник ему сказал: «Знаешь, тебе надо хорошо подумать, потому что ты можешь купить билет на поезд и в нем не поехать. Тебе нужно хорошенько понять, хочешь ли ты ехать в этом поезде ”Православная Церковь”».

Пациент ходил, думал две недели, потом пошел в местный храм, договорился с батюшкой, сказал: «Я хочу креститься, я буду креститься», и вот крестился. И сейчас, надо сказать, у него несколько другое лицо и несколько другой процесс выздоровления, что нас, несомненно, очень радует. Но отнюдь не всегда так происходит. Бывает, что человек не следует церковным путем. Но такая возможность в нашем центре есть.

Есть трехмесячный интенсивный курс по программе «Двенадцать шагов», в течение которого человек совершает три основных действия. Во-первых, он обнаруживает, что он не управляет своей жизнью, что его жизнью управляет зависимость, и это разрушает его и его близких, ведет его к гибели – не только физической, но и духовной. Во многих заданиях это разбирается очень подробно. Человек убеждается в этом. Это не мы ему внушаем, это то, что он обнаруживает в своей жизни благодаря нашим заданиям. У нас есть авторский курс по этим заданиям. Хотя сама программа «Двенадцать шагов» широко известна и работает по всему миру, но то, каким образом эти «шаги» преподносятся, – наш авторский курс.

Потом человек обнаруживает, что все-таки есть выход, что есть люди, которые благополучно выздоравливают, у которых можно получить опыт такого выздоровления, несмотря на то, что контроль потерян, потому что им нечто помогает. Вот это «нечто» пока еще не формулируется как Бог, но все-таки есть более могущественная сила, которая возвращает здравомыслие в жизнь зависимого человека, и он обнаруживает, что в его жизни это тоже так.

Потому что к этому времени какой-то путь человек уже прошел, он трезвый, его в центре никто не удерживает, двери открыты. И тем не менее он не уходит, он справляется с тягой благодаря команде, в которой он это делает не один. У него получается быть благополучным, пока он в парниковых условиях реабилитационного центра.

И наконец, третья вещь, которая должна случиться с нашим пациентом во время этого первого интенсивного курса, – он должен обнаружить, что есть Бог. Может быть, он не обнаружит Его как Бога в Православной Церкви, но он обнаружит, что Бог действует в его жизни, по крайней мере призывающая благодать. Он обнаружит, что есть некое действие Божие, которое есть добро, и ему хочется следовать и с ним хочется жить.

И вот этот третий шаг таков: я принимаю решение поручить свою волю, то, что я хочу делать в жизни, и поэтому всю жизнь – Богу, Такому, Каким Он мне встретился в этом процессе, Каким я его сегодня могу понимать. И здесь очень важно не уйти в богословие, в великие труды отцов Церкви, в то, что можно прочитать у других, но не сделать еще своим. Очень важно обнаружить этот личный опыт.

Параллельно мы работаем с семьей, и семья, в общем, идет тем же путем. Мы помогаем ей избавляться от кривого состояния созависимости (это так называется). И в результате, когда пациент возвращается домой через три месяца, он встречает отношения не те, которые были, когда он уезжал, – отношения манипуляции, страдания и боли, а отношения надежды, как бы отдельного стояния. То есть нет такого, что наркоман «падает» на родственников или родственники «падают» на наркомана, а они могут стоять отдельно, потому что они живут по Богу. Конечно, они грешат, мы все грешим, но они хотят не грешить. Вот это желание не грешить – это как раз путь метанойи.

И после этого процесс продолжается уже в поддерживающей программе, которая занимает в нашем центре год. В это время человек уже может работать, жить в семье, учиться, заниматься всякими своими делами – и при этом он приходит к нам в поддерживающие группы и, что очень важно, он продолжает свое выздоровление в группах самопомощи. Это группы, которые тоже работают по программе «Двенадцать шагов», но они собираются уже без профессиональной рамочки, там нет психологов. Это группы «Анонимные наркоманы» и «Анонимные алкоголики».

Таким образом, человек прорастает в возможность помощи не только нашего узкого круга специалистов и той команды пациентов, в которой он выздоравливал, но гораздо большего числа людей с гораздо большим опытом. И человек очень сильно взрослеет в это время, он продолжает дальше поддерживать свое выздоровление благодаря этим группам. А мы отходим в сторону, потому что мы должны выпустить нашего пациента в большую жизнь, не привязав его к себе, коль скоро мы хотим ему действительно помочь.

– В предыдущей программе Вы очень подробно рассказали еще о критериях отбора тех реабилитационных центров, в которые наши зрители, в том числе в регионах, могут обратиться. Один из этих критериев – профессионализм. Применительно к вашему центру: я знаю, что он работает двадцать пять лет, но все-таки давайте расскажем нашим зрителям, кто работает в центре «Зебра», почему их можно назвать профессионалами и, самое главное, как к вашей работе относится профессиональное медицинское сообщество?

– У нас работают три психолога. Это очень разные психологи, с разным психологическим образованием (у нас ведь тоже есть разные школы) и с разным опытом. И мы в этом смысле дополняем друг друга. У нас работают семь консультантов – это люди, которые прошли собственный путь выздоровления, получили специальное образование, они все сертифицированы.

Кроме того, у нас есть такая практика: мы берем на работу людей, которые прошли этот дополнительный курс, и плюс к этому мы стажируем их в нашем центре в течение определенного времени, минимум три месяца. И стажируем специалистов из других центров таким же образом, то есть мы занимаемся еще и обучением специалистов, мы передаем этот опыт. Кроме того, я езжу с семинарами по стране: в Сибирь, на Дальний Восток, везде. И книжки мы пишем, то есть мы стараемся это все отдавать дальше.

Вот эти консультанты работают у нас в команде. Опять-таки, у всех свои функции, и есть единая структура: не просто каждый специалист что-то делает свое, а существует некий комплекс, в котором мы трудимся.

Вне штата (но мы считаем его, несомненно, «своим») есть духовник, православный священник, который приезжает к нам в стационар и, что, может быть, более важно, окормляет деятельность всего нашего центра. Мы приходим к нему с нашими проблемами, он ведет духовные беседы с нашими пациентами и вообще с теми людьми, которые приходят в наш центр и хотят найти священника, который их понимает.

Потому что не все священники понимают эту проблему. Это как любая болезнь, священник не обязан ее знать, он мог сталкиваться с какими-то другими вещами в своей жизни. И очень важно, чтобы священник понимал специфику, чтобы человеку, который пришел бы к нему и сказал: «Батюшка, хочу больше не пить», он не сказал: «А ты кроме одной Чаши ничего не пей». Мне один пациент рассказал, что так ему ответил священник, но он просто не знал, что больной не контролирует процесс, таких знаний у этого священника не было. А вот наш батюшка это все очень хорошо знает, и, разбираясь в проблеме, в программе, по которой мы работаем, он может очень действенно помогать людям.

Кроме того, у нас есть порядка десяти волонтеров, которые делают очень много дополнительной работы, мы бы без них не справились. И у нас есть очень много доброхотов. Есть люди, которые приходят к нам на лекции для родственников, например на семинары для родителей.

У нас есть православный семинар для родителей, которые хотят воцерковляться, и православный семинар вообще для всех (не обязательно наших) алкоголиков и наркоманов, которые хотят найти какие-то соединения, соприкосновения между своим путем выздоровления по программе «Двенадцать шагов», например, и Православной Церковью.

Мы вместе с батюшкой ведем такой семинар. И это совершенно удивительный процесс, там люди растут духовно просто замечательным образом. Потому что понятно, что выздоровление не заканчивается, оно продолжается в жизни. И то, как люди взрослеют духовно, как раз очень видно на этом семинаре, например.

– Ваши взаимоотношения с медицинским сообществом?

– Мы дружим с медициной. Мы посылаем в больницы и к врачам, которых мы хорошо знаем, пациентов, которые нуждаются в медицинской помощи. У нас есть очень хорошие взаимодействия не только с наркологией, но и с психиатрией. Мы обучены на первичном приеме видеть не только нашу патологию – наркоманию и алкоголизм, но и большую психиатрию, например, но мы не имеем никакого права ставить диагнозы и тем более лечить. Поэтому нам обязательно нужно работать в тандеме с психиатрами, если требуется их помощь.

Не вся медицина знает о нас, хотя, на мой взгляд, за двадцать пять лет работы, причем не только нашего центра (на самом деле, реабилитация в России примерно столько и существует), медицина давно уже могла бы с нами познакомиться. Но, к сожалению, еще не все знакомы. Мы надеемся на взаимодействие. Но тем не менее у нас есть договоры с медицинскими учреждениями, по которым мы направляем туда пациентов, и врачи вполне принимают нашу работу.

– Давайте расскажем, кто может к вам обратиться, кого вы берете. Я прочитал на вашем сайте, что пациентов по направлению профильных медицинских органов исполнительной власти, департаментов здравоохранения вы принимаете на лечение бесплатно.

– К нам может обратиться любой человек, у которого есть проблема, абсолютно любой: наркоман, алкоголик, его родственник, человек, который думает, что у него эта проблема только начинается. К нам может обратиться абсолютно любой человек. Первичный прием – анонимный, меня не интересует фамилия человека и где он живет, и бесплатный. Мы помогаем всем, лишь бы человек пришел в то время, когда у него есть свободный час. Если он не может прийти к нам, мы взаимодействуем по телефону и с помощью писем.

У нас есть договор с замечательной организацией в Москве (католической, к слову сказать), которая подбирает московских бомжей, выхаживает их, устраивает их на работу и потом выпускает в большой мир уже способных снимать квартиру и жить. Она называется «Дом милосердия во имя матери Терезы». У нас есть с этой организацией договор, по которому один из их «воспитанников» приходит к нам на курс в амбулаторную программу, и каждый раз у нас есть такой один «воспитанник». То есть можно даже сказать, что мы подбираем на улице. Конечно, мы это делаем бесплатно. Мы не можем взять много таких пациентов, но если человек действительно хочет, чтобы ему помогли, мы найдем такую возможность рано или поздно.

– С государственной медициной и органами власти?

– Направлений медицина сегодня не выписывает, но врачи дают телефон, и нам звонят люди и говорят, что в такой-то больнице им посоветовали к нам обратиться. У нас даже была такая замечательная вещь: мы стажировали врачей из наркологической больницы, которые интересовались реабилитацией. И они воочию увидели, как это все работает, сидя три месяца в кругу и наблюдая за процессом как участники.

У каждого есть свои проблемы, вот они тоже свои психологические проблемы решали по ходу дел. Они не были зависимыми людьми, но они посмотрели изнутри на этот процесс и написали нам потом большое благодарственное письмо. А мне было радостно не только получить благодарственное письмо, но, разумеется, и то, что люди хотят знать, хотят участвовать во всем этом.

Еще есть такая структура, Департамент труда и социальной защиты населения Москвы. Вот по его сертификатам, по его направлениям мы принимали наркоманов бесплатно в течение трех лет. К сожалению, сейчас эта программа закрылась, вчера мы получили последний сертификат. Будет ли эта программа продолжена в следующем году, все очень сомневаются, но если ее передадут в Минздрав (а такое возможно), то мы намерены заключить с Минздравом такой же договор, как с Департаментом, и принимать пациентов от них.

Мы хотим сотрудничать с государством, при том что мы некоммерческая организация, мы ничему не принадлежим, мы – реабилитационный благотворительный фонд. Но мы рады сотрудничать с государством, потому что мы понимаем, что мы не должны действовать в одиночку, мы должны создавать некое поле реабилитации, и без государства мы здесь, конечно же, не справимся. Поэтому нам очень важны и эти взаимодействия.

Кроме того, мы взаимодействуем с судами. Мы, например, приходим в суды и рассказываем там про наших пациентов, которые участвуют, к сожалению, в судебном процессе. Рассказываем, что то, что с ними происходит, – это болезнь и что они нуждаются в реабилитации. Мы пытаемся защитить наших пациентов том смысле, что мы говорим: «Позвольте им, пожалуйста, пройти курс реабилитации. Тюрьма не является такой реабилитацией, а мы обязуемся сообщать вам о трезвости наших пациентов, мы ее проверяем».

– Как вы взаимодействуете с Синодальным отделом по церковной благотворительности и социальному служению?

– У нас есть договор с ними. Я участвовала в семинарах, которые проводил Синодальный отдел для регионов и для Москвы. Мне приходилось участвовать в таком замечательном деле: в Московской духовной академии был курс повышения квалификации для клириков, и там рассказывали о созависимости, о зависимости. Вот я была одним из участников-преподавателей этого семинара.

Для меня это было очень важно, потому что, конечно, духовенство не обязано все знать, но нужно, чтобы на стыке взаимодействия наших структур мы не потеряли людей. Так важно, чтобы батюшка, когда человек придет к нему и скажет: «Батюшка, у меня беда, сын пьет», знал, что делать, куда направлять. Конечно, не только в наш центр, но чтобы он вообще знал, что такая система реабилитации существует. Потому что ответ: «А ты терпи» – это ответ человека, который, к сожалению, не знает, чем можно помочь.

Возвращаясь к теме семьи и созависимости. Мы об этом говорили в первой программе, и, возможно, многие не слышали Вашего объяснения. В чем опасность для семьи нахождении в ней зависимого человека – алкоголика, наркомана? И дальше: человек прошел все этапы вашей реабилитации, как семья должна себя вести впоследствии? Я видел у вас на сайте замечательный документ «Правила семьи» (как образец, как вариант). Как выстраивать отношения с человеком, чтобы он не сорвался, если он уже прошел вашу реабилитацию или если семья еще не приступила к этой реабилитации, как осуществить вот это «отстранение»?

– Вы знаете, есть очень важная вещь, которую надо знать. Семья не виновата в том, что наркоман или алкоголик заболел и она не может излечить его от этой зависимости. Не только потому, что члены семьи непрофессионалы, а потому, что это невозможно – слишком близко люди стоят друг к другу. Поэтому так ставить вопрос, что наш пациент окончил курс и теперь семья должна определенным образом себя вести, чтобы он не сорвался, я бы не стала.

Я бы сказала, что семья может способствовать выздоровлению или препятствовать. Для того чтобы она способствовала выздоровлению, ей надо много чего знать. Есть лекции, в том числе в режиме онлайн. Сейчас вышел прекрасный документальный фильм режиссера Бориса Дворкина о том, как мы работаем с родственниками, и там есть, можно сказать, исповедь одного нашего выпускника (теперь он наш сотрудник) о том, как он начинал выздоравливать, о мотивации. Я очень рекомендую семьям посмотреть этот фильм, он скоро будет, очевидно, в интернете, в прокате. Документальный фильм так и называется – «Зебра».

Кроме того, у нас на сайте очень много информации для родственников. Если даже наши слушатели в регионах не могут приехать к нам и участвовать во всем этом лично, они могут получить много информации через наши сайт, книги и все остальное.

– Но все-таки мне очень хочется, чтобы Вы в двух словах рассказали, что такое «Правила семьи». Как строить эти правила?

– Семья – это система, которая должна жить по-Божьи. Только тогда она выполнит свою главную роль, а ее роль в том, чтобы каждый человек вырос в меру своего возможного возраста. Скажем, женщина выросла в роль жены и матери, потом бабушки. Вот это возможно, если процесс происходит по определенным правилам. Если правила нарушаются, семейная система искажается. Правила эти – Божьи. Часть из них – это заповеди, это мы знаем: почитание родителей, «возлюби ближнего своего». Есть еще следствия этих главных правил и конкретизация их для семейной системы.

По-видимому, мы сейчас не обладаем временем, чтобы я рассказала подробно, но у нас на сайте есть две лекции на эту тему, и желающие могут их посмотреть. Просто можно почитать и подумать: а в моей семье это происходит так или наоборот? Если наоборот, могу ли я здесь что-то изменить?

 Ведущий Александр Гатилин

Записала Екатерина Самсонова

Показать еще

Время эфира программы

  • Вторник, 24 апреля: 09:05
  • Воскресенье, 29 апреля: 00:05
  • Вторник, 01 мая: 09:05

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы