Хранители памяти. Музей истории Санкт-Петербургской епархии. Часть 5

26 июня 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
Очередной выпуск из Музея истории Санкт-Петербургской епархии посвящен материалам ХХ века, связанным с трудным для Церкви периодом 20—30-х годов, Великой Отечественной войной и блокадой Ленинграда.

– Здравствуйте, дорогие телезрители! В эфире передача «Хранители памяти». И мы продолжаем наш рассказ из епархиального музея Санкт-Петербурга.

Ольга Ивановна Ходаковская, хранитель и экскурсовод Музея истории Санкт-Петербургской епархии:

– В отличие от реального исторического времени музейное время летит стремительно. И вот мы уже находимся в 20–30-х годах ХХ века. Стенд, перед которым я стою, посвящен жизни епархии именно в это время. Несмотря на изменение государственной политики по отношению к Церкви и православию, церковная жизнь по-прежнему управлялась, существовали епархиальные учреждения: они разорялись, а потом восстанавливались.

И вот на этом стенде мы видим, во-первых, тему раскола, которая обрушилась на Церковь в 1922 году и продолжилась в 1927 году иосифлянским расколом, центр которого был именно в Ленинграде. Изъятие церковных ценностей – это, конечно, тоже события, о которых здесь идет речь.

Достаточно сказать, что если на июнь 1937 года в епархии было 249 храмов, то на сентябрь 1941 года – всего лишь 17 храмов. К 1941 году в Ленинграде и пригородах было официально зарегистрировано всего лишь 28 священнослужителей, входящих и заштатных – 30. Это из многотысячной армии служителей Христовой Церкви.

На витрине у нас подлинные воззвания, напечатанные в то время (не реконструкция), – воззвание патриарха Тихона от 18 марта 1929 года о помощи голодающим, обращение к петроградской православной пастве Алексия, епископа Ямбургского, после того как митрополит Вениамин уже был арестован по делу об изъятии церковных ценностей. Перед арестом он вынес запрещение петроградскому священнику, будущему вождю обновленческого движения Александру Введенскому. И Алексий, думая, что таким образом он облегчит участь митрополита Вениамина, опубликовал обращение к петроградской православной пастве и сообщил, что снимает это запрещение как временный преемник митрополита. Потом он жестоко раскаивался в этом шаге, после того как митрополит был расстрелян, а обновленчество так расцвело в Петрограде.

Эпоха блокады Ленинграда – это, конечно, легенда Санкт-Петербургской епархии. Епархия действовала – в десяти храмах ежедневно совершались богослужения. Более того, рукополагались священники. И вот здесь на витрине вы можете увидеть прошение о рукоположении священника, датированное мартом 1942 года, фото этого священника Николая Артемьева и ставленническую грамоту, которая написана от руки митрополитом Ленинградским Алексием (Симанским).

Здесь открытки блокадного времени. На наш взгляд, самый интересный документ на этой витрине – это Евангелие, принадлежавшее одному рабочему, и документ о том, что человек, которому принадлежало это Евангелие, Морозов Леонид Иванович, столяр трамвайного парка, выбывает с места своей службы в связи со смертью. Датирован этот документ 1 марта 1942 года. Конечно, смертей было много, но это справка человека, от которого сохранилось его личное Евангелие.

Здесь на стенде мы видим фотографии представителей духовенства, которые не оставляли блокадный Ленинград и все были награждены медалью «За оборону Ленинграда». Один из них, Михаил Славницкий, поместил в рамку свою медаль вместе с иконой Николая Чудотворца, которая была с ним в нагрудном кармане весь блокадный период. Отец Михаил прожил очень долгую жизнь, скончался чуть ли не в 90 лет. Вот этот образок святителя Николая и медаль «За оборону Ленинграда» у него хранились как одно целое.

И вот наконец эпоха послевоенная. Мы входим уже в новейшую историю Санкт-Петербургской епархии. Это эпоха усиленного возрождения епархии в первое десятилетие после войны. Это восстановление храмов, открытие Ленинградской духовной семинарии и академии, которая вновь стала выпускать священников. Вот тут можно ознакомиться с диаграммами, как за один год выросло число диаконов и священников в епархии.

В то время руководил епархией выдающийся иерарх митрополит Григорий (Чуков), харизматическая личность, до революции бывший ректором Олонецкой духовной семинарии. Позже он был настоятелем Казанского собора – после расстрела предыдущего настоятеля священномученика Философа Орнатского. Этот человек в 1935 году был сослан в Кострому. Надо сказать, что он из тех, которые ценны нам в Церкви не своими мученическими венцами, а тем, что до конца боролись за церковную жизнь, находили компромиссы с властями. И им удавалось сохранить структуру Церкви и церковного управления в то тяжелейшее время.

Овдовев во время войны, он принял монашество и стал епископом Псковским; затем, после того как митрополит Алексий (Симанский) был избран Патриархом всея Руси, владыка Григорий возглавил Ленинградскую кафедру и оставался на ней до 1955 года. На витрине мы можем увидеть личные вещи митрополита Григория (Чукова), пишущую машинку, подаренную ему в Америке во время одного из визитов, поскольку он после войны выполнял церковно-дипломатические поручения. На витрине мы можем увидеть записную книжку семинариста Николая Чукова 1887 года, его телеграммы, его деловую переписку с патриархом, его пенсне, его очечник.

Этот уголок музея особенно дорог нам, создателям экспозиции. Это «Бессмертный полк» Санкт-Петербургской епархии – священники, которые молодыми ребятами, еще до принятия сана, участвовали в Великой Отечественной войне рядовыми, офицерами. Среди них есть и архиепископ Мелитон (Соловьев), который, уже будучи священником, был призван и служил в частях снабжения. Вот протоиерей Владимир Рубинин, морской инженер, который за создание на Черном море противолодочного минного заграждения получил орден Ленина. В епархии об этом мало кто не знал, об этом рассказали его духовные чада, когда однажды пришли к нам. В числе участников войны и отец Патриарха Михаил Гундяев – как ценный инженер-механик, он оставался на заводе в блокадном Ленинграде, практически умиравший, но не оставлявший своего рабочего места.

Что касается витрины, очень трудно найти подлинные ордена и медали участников войны. Тем не менее две прихожанки одного из петербургских храмов принесли нам медали своего отца, и мы крайне благодарны им за это – медали украсили нашу витрину. Здесь мы видим издание «Русская Православная Церковь и Великая Отечественная война», выпущенное в 1942 году; этот экземпляр с автографом патриарха Сергия (Страгородского). Военная фотография диакона Чечулинского – он сфотографирован с сыном полка. Молитва за литургией в Русской Православной Церкви в дни Великой Отечественной войны. Эту молитву мы особо выделили, и она является украшением витрины.

(Продолжение следует.)

Ведущая Елена Чач, кандидат исторических наук

Записал Игорь Лунёв

Показать еще

Время эфира программы

  • Воскресенье, 22 июля: 10:05
  • Воскресенье, 22 июля: 23:45
  • Вторник, 24 июля: 13:15

Анонс ближайшего выпуска

В этом выпуске - продолжение рассказа из зала новомучеников Музея истории Санкт-Петербургской епархии. О представленных на экспозиции предметах, о священномученике протоиерее Философе Орнатском, об Александро-Невском братстве и многом другом рассказывает хранитель и экскурсовод музея Ольга Ивановна Ходаковская.

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы