Беседы с батюшкой. Культура и православие

29 июня 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает иерей Олег Патрикеев, настоятель храма святой великомученицы Варвары, поселок Рахья Выборгской епархии. 

– У сегодняшней темы «Культура и православие» есть много разных аспектов, например: культура светская, культура православная; в чем разница между ними... Но общее слово здесь «культура».  Что такое, на Ваш взгляд, культура? Ведь Вы как раз и занимаетесь этим вопросом в Выборгской епархии.

– Что такое культура, думаю, знает каждый ребенок, потому что он с детства обучается этому. Думаю, еще во внутриутробном состоянии он начинает понимать и чувствовать культуру народа, языка, культуру матери, любви. Возрастая, человек уже начинает опираться на свои ощущения, а также на традиции, тысячелетиями заложенные в народе. Сначала это является восприятием культуры человеком, а потом он может творить сам, ведь для этого, мне кажется, мы и рождены.

– Но у нас очень разное ощущение даже от термина «культура». Мы люди взрослые и можем вспомнить то время, когда у нас могла быть, например, культура языка, культура поведения, культура социалистическая... много разных терминов. Теперь мы сталкиваемся с новым и очень важным аспектом – православная культура. Когда мы говорим «православная культура», в принципе, иногда возникает ощущение, что это или некая сверхкультура, или субкультура. Одно время даже можно было назвать православную культуру культурой скрытой, тайной. Что же такое православная культура?

– Мне кажется, само название, может быть, не так уместно. Я всегда удивляюсь, когда, например, говорят: «православный медик», «православный таксист» или «православный музыкант». В таком случае мы как раз выделяем православную культуру в субкультуру, отделяем ее от очень глубокого понимания культуры. Поэтому православная культура – это как знак на дороге, который показывает: здесь есть Христос. Думаю, начинать надо с того, что как православие начинается с Христа, так и культура опознавания Христа должна начинаться именно с азов – как учили наших детей: аз, буки, веди и т.д. Для того, чтобы познать сначала Христа. И только после того, как мы начинаем воспринимать христианство в свою жизнь, уже начинается христианская культура жизни. Это уже совсем иная культура, которая очень сильно отличается от мира сего.

– Недавно мы с Вами были на освящении часовни, расположенной на 45-м километре «Дороги жизни». Там я увидел очень интересный аспект: люди, явно не находящиеся в зоне православной культуры, пытаются вести себя как православные люди, т.е. пытаются этому как-то соответствовать. Может быть, они делают это как-то неумело, но желание такое я вдруг увидел. Неужели люди, которые не являются воцерковленными, не могут понять и увидеть всю красоту православной культуры?

– Сразу нет. Человек, который не воцерковлен и еще не познал смысл своей жизни, будет понимать православную культуру именно как псевдокультуру. Он разделяет культуру на части и выбирает ту, в которой он, в принципе, готов существовать как в некоем социуме. Но православная культура является тем зерном, которое должно прорасти. Воцерковление человека – это возделывание его души. Это не только когда человек пришел в церковь, поставил свечу – и на этом его культура закончилась. То есть он знает, как креститься, после третьего раза уже знает, где икона Николая Чудотворца и что ему надо помолиться. Это еще только культура входа в Церковь, а не та, которой обладает настоящий христианин.

– Когда у нас возник феномен православной культуры?

– Патриарший совет по культуре был создан Святейшим Патриархом в 2010 году. Думаю, что это произошло по его личной инициативе. Слова, которые Патриарх сказал на этом совете, стали, в принципе, толчком для создания отделов культуры при каждой епархии: «Замечательно было бы, если бы вместе и под рубрикой «Патриарший совет по культуре» создать длительный цикл телевизионных передач». Он заботился о том, чтобы телевидение наконец-то стало давать нам ту информацию, с помощью которой человек должен «окультуриться», потому что мы все знаем: то, что творится на экранах телевизоров, не культура, а именно отделение от настоящей культуры. И если будет зерно православной, христианской культуры, тогда и плоды будут другими.

– У нас есть институты, которые готовят специалистов по культуре, есть масса людей, называющих себя певцами, исполнителями и т.д. Но если включить телевизор, то, что называется, на общих волнах мы увидим какие-то очень странные вещи: странных певцов, исполнителей, странные тексты песен. И вообще все будет настолько неинтересно и печально, что первым желанием будет выключить телевизор. Есть ли у нас исполнители, о которых можно без страха сказать, что они не нанесут вреда твоей нравственности?

– На самом деле их очень много. Уже более пятнадцати лет я провожу концерты, посвященные Пасхе, Рождеству и другим православным праздникам. Есть много артистов, которые готовы выступить даже абсолютно бесплатно. Они оставляют свои семьи в такие большие праздники, чтобы приехать к нам. У нас хорошие отношения с Домом культуры, и мы все чаще проводим там такие концерты. У нас очень большой послужной список: это и Ирина Скорик, и Светлана Копылова, всем известный Валерий Малышев, Татьяна Максакова, Анна Абикулова и Сергей Зыков. К нам приезжали и Олег Погудин – «серебряный голос России», и Сергей Волчков – победитель конкурса «Голос», и Методие Бужор. У нас были заслуженные артисты Ян Осин, Инна Бедных, Валерий Ющенко из групп «Синяя птица» и «Поющие гитары». Просто до священства я тоже занимался культурным образованием для людей. Последним у нас было  выступление Олега Крикуна, участника шоу «Минута славы», выступающего сейчас  с Максимом Фадеевым. К нам часто приезжают артисты эстрады и кино: Сергей Мурзин, Евгений Дятлов – прекрасные ребята, которые готовы выступить абсолютно бесплатно и поделиться частичкой своего счастья.

Культурный человек – это счастливый человек, в нем есть счастье, которым он может поделиться. Выходя на сцену, он и делится этим счастьем. Песни про любовь (возможно, и без имени Бога) дают человеку небольшое умиление, утешение. Мы устали от других звуков, которые распространяются в эфире. Когда православные люди, единомышленники, приходят на концерт, который ведет батюшка и где звучит проповедь Евангелия, думаю, после такого концерта они выходят немного одухотворенными. Задача концерта не только дать человеку душевную радость, которую можно получить на любом другом концерте или, например, на стадионе – пришел, прокричался, вышел: ух, прекрасно себя чувствую! А в душе-то у человека ноль. Здесь же душа наполняется любовью, много раз я видел, как люди плачут на концертах.

– Представим себе жизнь обычного человека, который приходит с работы домой уставшим, включает телевизор и, переключая каналы, смотрит, что происходит в мире... У нас бывают всякие популярные концерты, разные шоу, в которых участвует очень много людей. Как человеку отличить зерна от плевел – как отличить настоящую культуру, которая не повредит душе, от тех передач, которые надо просто выключить? Есть какие-то общие принципы?

– В первую очередь, советую не включать после работы телевизор, потому что уставший человек воспринимает информацию на ином уровне: любое раздражение, которое идет с экрана, начинает его еще более разрушать. Та же громкая музыка может повергнуть человека в сильную депрессию.

У человека должно быть чутье, именно культурное чутье. Сейчас есть и «Союз-ТВ». Знаю многих людей, которые говорят: «Батюшка, простите, я сегодня молилась с каналом «”Союз-ТВ”». А я отвечаю: «Слава Богу! Вместо программы «Время» смотрите лучше «Союз-ТВ», это будет намного полезней». Это как раз то, о чем говорил Патриарх: надо сделать какое-то свое телевидение и показать, что у нас есть. Есть много очень хороших фильмов, много передач проповедников. Сейчас все это доступно, но человек хочет какого-то драйва, энергии, чтобы как-то встрепенуться. Думаю, если человек, который увлекался в своей молодости рок-музыкой, знает «Пинк Флойд», «Лед Зеппелин», другие группы, то они могут утешить его не столько музыкой, сколько воспоминаниями о хороших моментах его жизни, когда он был молод. Это нормально, дает человеку бодрость: «Я еще не такой старый, я еще Ринго Старр».

– То есть мы можем слушать музыку даже для того, чтобы таким образом размышлять о вечности?

– Конечно, музыка – это и есть вечное. Семь ангелов и семь нот, которые, сочетаясь между собой, создают симфонию, а мы только краем уха подслушиваем эту музыку. И те, кто хорошо это слушает, могут перенести это на бумагу и донести до нас.

– Мне иногда кажется, что православная культура – это некое сохранение разума, разума не в смысле размышления, умения думать, а разума как инструмента, который мы часто используем не так. Где-то я слышал, что мы допускаем в свою душу и свой разум столько мусора, что иногда нам не хватает даже оперативной памяти. Так ли это?

– Господь сказал нам: «Вы – соль мира». Наша православная культура как соль, не дающая сгнить этому обществу, которое, может быть, называется культурным, но при этом делает бескультурные вещи. Эта соль должна остаться соленой, она не может измениться, ведь держится она за корни. Корни нашей православной культуры в Евангелии, мы не можем изменить их, или что-то к ним добавить, или сделать их подобие. Основываясь на Евангелии, на нашей православной вере, эта культура и дает зерно, которое принесет плоды в будущем. Это зерно надо обильно поливать. И, думаю, это как раз то, чем вы занимаетесь.

  Вопрос телезрителя: «Какую музыку можно слушать православному человеку?»

– В принципе, мы можем даже сделать некий хит-парад: кто на первом месте, кто на втором. Я бы советовал послушать Валерия Малышева, он великолепно перекладывает жития святых на музыку. Можно узнавать жития святых по его песням. Светлана Копылова исполняет прекрасные притчи, которые можно слушать бесконечно. Я постоянно слушаю их. Ирина Скорик – это голос великолепной чистоты.

Думаю, много песен не надо, чтобы это не стало увлечением. Потому что можно увлечься собиранием дисков –  и может возникнуть мини-кумир (повесить пост своего любимого певца, ходить на его концерты)…

– Кстати, на нашем телеканале мы очень часто показывали всех певцов, которых Вы перечисляли: Светлану Копылову, Ирину Скорик. Отец Анатолий Першин ведет потрясающую музыкальную передачу.

Когда мы решаем, кого слушать, я думаю о том, что у нас, слава Богу, есть очень богатый выбор исполнителей. Но Вы очень правильно сказали, что иногда мы действительно можем превратить и нашу православную культуру в некий, можно сказать, фетиш. Наверное, это тоже серьезная проблема. Когда мы приходим в Церковь, часто не понимаем очень многих вещей. И, наверное, для того чтобы понять культуру православия, нам надо очень много читать и узнавать.

Сложно ли в принципе стать человеком, который может говорить себе о том, что он понимает культуру православия?

– Конечно, каждый человек может этого достичь, да это уже и есть в нем. Дело в том, что нет бескультурного человека, есть просто человек, который еще не научен этой культуре. Таких примеров очень много, когда человек в одночасье обращался к Богу и получал утешение. В этом тоже есть культура, – культура общения с Богом, культура молитвы. Культура присутствует в церкви, невозможно изменить богослужение, которое дано нам святыми отцами, мы слышим песнопения, которые написали разные композиторы, но они оставляли нам свое культурное наследие. Это не просто песнь или тропарь, но культура музыки – всё вместе. И именно церковь является собирательницей этой культуры. В церкви мы видим культуру архитектуры, иконописи. Мы ищем по сторонам, а все это находится в церкви. Зайдите в любой хороший собор, где поет прекрасный хор, и вы насладитесь настоящей православной культурой. А для тех, кто еще не пришел в церковь, мы как раз и делаем культурные программы на канале «Союз-ТВ», проводим концерты, выступления православных певцов. Это предпосылки для того, чтобы человек пришел в храм и прочувствовал уже эту культуру в полноте.

  Вопрос телезрительницы из г. Москвы: «В нашем храме перед Масленицей было устроено что-то вроде гулянья: были цыганские песни и пляски, детей катали на лошадях, было очень веселое действо. Но для меня и других прихожан было неприятно то, что двери храма в это время были открыты и батюшка служил там заупокойную панихиду. То есть в храме звучало “Со святыми упокой”, а с улицы неслось: “Заходи, честной народ!”  Как это сочетается? Относится ли это к православной культуре или это просто бескультурье? Как Вы считаете, батюшка?»

– Я сам провел более пяти православных Маслениц. Видимо, здесь устроители немного не совпали со временем. У нас, например, праздники проводятся в специальные временные отрезки. Если говорить о той же Масленице, то сначала все идут на богослужение, где полная тишина, и уже после проповеди священника, когда двери храма открываются, начинается «Заходи, честной народ!» Это происходит на другой площадке рядом с храмом, приготовленной как раз для детей. Там у нас были батуты и лошадки; единственное, чего у нас не было, – это сжигания чучела.

– Иногда в оправдание говорится, что сжигание чучела – это как сжигание ветхого человека.

– Нет, это языческие корни, оправданий здесь не найти. Есть православные психологи, которые говорят, что в голове ребенка возникают другие процессы, когда он видит сжигание куклы. Для него это некое внутреннее нарушение. Мы можем объяснить себе, что мы сожгли чучело как образ наших грехов и так далее, но у ребенка другие чувства к чучелу.

Видимо, организаторы немного не «совпали» с батюшкой, не взяли у него благословения. Все мероприятия у нас идут с благословения, сценарий полностью расписан, батюшка его подписывает и благословляет, и мы всё делаем минута в минуту, поэтому у нас нет таких нарушений. Простите тех организаторов, которые не успели так сделать. Думаю, на следующий раз они исправятся.

– Вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз, потому что православная культура часто воспринимается у нас как некая отдельная культура, которая никоим образом не связана с общей, народной культурой. Вопрос по поводу Масленицы очень серьезный, поскольку здесь и Прощеное воскресенье. Раньше была такая традиция, что в тот день вымывали все сковородки... Можно воспринимать эту традицию как культуру подготовки к Великому посту, а можно – как некую языческую культуру. В связи с чем хочу задать Вам вопрос о народной культуре. Например, сейчас у нас казачья культура и православная культура воспринимаются как одно и то же. Народные песни мы тоже воспринимаем как православную культуру. Но так ли это на самом деле?

– Конечно, не так. Народная культура и православная очень близки друг другу, но все-таки мы должны помнить, что наш народ был языческим – и в его культуре осталось многое от этого, это присутствует и до сих пор. Любое шоу  – требование «хлеба и зрелищ», то есть это еще дохристианские ценности. Потому это культура не духа, не души, а тела – подвигаться, подергаться. Православная культура преображает культуру народную, вносит в нее ту истину, тот свет, что в ней не хватало. Праздник Масленицы заканчивается Прощеным воскресеньем, когда мы собираем детей и взрослых и все вместе идем на чин прощения. Все это связано в одну цепочку.

Нужно быть очень чутким ко всему, чтобы не нарушать свободы человека. Некоторые идут на Масленицу как на большое гулянье. В каждом городе тратятся большие деньги на праздник, приглашают артистов. Православие дает соль, тот аспект, который не дает нашему уму сойти с рельс.

 Вопрос телезрительницы из г. Москвы: «В теме о православной культуре меня волнует вопрос о нашей свободе. В культуру христианина, как я понимаю, входит в том числе наше мировоззрение, которое мы выбираем по дарованной нам Господом свободной воле. Либо мы идем за Христом и тогда производим в сознании обожение, либо мы идем от Христа – и тогда находимся в состоянии измененного сознания. Где же на самом деле заканчивается наша свобода? Как я понимаю, читая в том числе произведения Игнатия (Брянчанинова), вроде бы мы свободны, живем по своему выбору, но в то же время это ловушка в нашей жизни. Я поняла это, но жалею, что поняла слишком поздно, наделала много ошибок.

И второй вопрос – когда ты меняешь свое мировоззрение, то мировоззрение некоторых людей, с которыми общался раньше, начинает раздражать. Как с ними общаться, чтобы не впасть в грех раздражения и осуждения и не нарушить завет Бога? В то же время тебе уже не со всеми приятно общаться».

– Вопросы очень серьезные. Думаю, у человека вообще нет ограничения свободы, мы сами ставим себе запреты, табу, мы боимся. Ведь у нас есть два завета, которые мы должны исполнить в своей жизни: возлюби Бога и ближнего своего, как самого себя. Других заветов нет. Блаженный Августин очень хорошо сказал: люби Бога и делай что хочешь. При исполнении двух этих заветов Христос нас освобождает. Поэтому нравственность человека и совесть, данная нам Богом, чтобы соблюдать наш разум, не идти по греховным течениям, будут нашими верными спутниками, если мы уже воцерковлены, причащаемся, видим свои греховные наклонности, которые все равно остаются в нашей плоти. Это жизнь со Христом, но в борьбе. А остальное – это как раз предтеча того, чтобы встретиться со Христом. Все остальные наши движения либо ведут к этой встрече, либо нет.

Митрополит Антоний Сурожский сказал, что все наши движения, если они согласованно направлены к одной цели – к встрече со Христом на земле, будут этому способствовать. Может быть, даже наша личная смерть будет способствовать встрече со Христом. Тем более какие-то культурные мероприятия все будут для нас – Христос. Если для нас нет цели соединиться со Христом, то все для нас будет мишурой, даже прекрасное времяпрепровождение на православных концертах может быть лишь способом отдыха.

– Верующему человеку все содействует ко благу, но мы можем превратить даже очень благие начинания и намерения себе в осуждение.

Второй вопрос, заданный телезрительницей, касался осуждения других людей. С вечера пятницы и до вечера воскресенья у нас такие концерты, что я не могу думать об этих людях с любовью. А когда люди поют «Выпьем за Родину, выпьем за Сталина», то вспоминается термин «советская культура». Многие из нас выросли в это время, и, наверное, нам пришлось прощаться с этой культурой через боль, через непонимание новой культуры. Тем не менее сейчас возникает возвращение в старое, и мы говорим о том, как не хочется вернуться в Советский Союз и т.д. Возникла новая тема ретрокультуры. Насколько это оправданно именно с позиций православной культуры?

– Сначала ответим на вопрос нашей зрительницы. Святые отцы дают нам много вариантов того, как не осуждать человека. Я думаю, один из лучших способов – это в первую очередь пожалеть человека. Есть степени проявления любви к человеку. Осуждение – это последняя степень нелюбви, когда мы отвергаем человека. А начинается любовь хотя бы с жалости к нему: я пожалел человека, значит, не осудил его. Потом идут следующие степени, сейчас мы не будем говорить о них, но должны выбрать, на какой  степени мы находимся. И последняя степень – это сесть рядом с человеком, обнять его, посидеть с ним и, может быть, помолиться за него.

– Удивительно, что слово «жалеть» в своем первоначальном значении означало «любить». У нас говорили, что жалость унижает человека, но жалеть человека – это все-таки его любить.

– По поводу ретрокультуры. Да, она существует, еще много тех, кто помнит ту псевдосвободу, которая в ней присутствовала. Сейчас мы движемся к каким-то другим целям, и не у всех людей все получается: не все становятся богатыми, успешными. И те, кто отваливается от поезда, который движется по направлению к какому-то призрачному успеху, начинают вспоминать старое. Раньше у нас был «призрак коммунизма», а теперь у нас призрак успеха, комфорта. Это естественная человеческая память, которая ищет то, когда ей хотя бы было приятно. И вот человек вспоминает эти песни. Осуждать за это невозможно: заблокировать человеческую память невозможно, мы вспоминаем те жизненные моменты, которые нам были приятны. Но делать из ретрокультуры идола, бегать на концерты певцов, которым сейчас по 60-70 лет, чтобы взять у них автограф, думаю, не стоит.

– Тем не менее я сейчас общаюсь с людьми, выросшими в то время, и среди православных людей возникают размышления о том, как бы хорошо изменить то состояние, которое было тогда, потому что внутри было много наносного, что мешает нам до сих пор. В связи с этим вопрос: может ли культура, прежде всего православная, изменить человека настолько, чтобы он задумался о вечном, о своем покаянии, о том, чтобы как-то переоценить те позиции, которые казались правильными и незыблемыми. Возможно ли это?

– Да, это возможно, потому что в каждой песне, которые поют православные певцы, пишут православные композиторы, да и в любой ее ноте есть призыв, – призыв именно к покаянию. Конечно, не все песни покаянные, есть и радостные, но во всех есть сокровенность, таинство встречи человека с Богом, потому что душа человека раскрывается в песне. Мы часто говорим: спой что-нибудь такое, чтобы душа раскрылась.

– Кроме музыки у нас существует культура фильмов. Мы знаем такие фильмы, как «Остров»; или недавно вышедший японский фильм «Молчание» о первохристианах в Японии, очень хороший, интересный фильм. Был фильм «Голгофа». Но, в принципе, хватит, наверное, пальцев на одной руке, чтобы перечислить эти фильмы. Однако существуют и фильмы, вызывающие массу дискуссий, – например, «Монах и бес». Что нам делать в этом случае? Неужели у нас должна быть какая-то цензура? Или это должна быть внутренняя цензура?

– Фильмы – это прекрасный способ донесения мысли. Если режиссер православный, он понимает, что от него ждет Бог, у него есть талант, данный ему Богом, и он его приумножает. Даже если «православный» фильм делается ради сбора... Ведь Господь смотрит на сердце человека: что режиссер хочет вложить в это? Конечно, хочется и того, и другого...

– И деньги заработать, и еще в рай попасть.

– Но сделать это невозможно, поэтому, увы, наши русские фильмы как экшн еще не дотягивают до западных. Очень много западных христианских фильмов, например «Страсти Христовы» Мэла Гибсона. Мне очень понравился фильм «Сын Божий» – взгляд на произошедшие события глазами римского прокуратора. Мы смотрим со стороны апостолов, со стороны людей, которые были верующими, а как все это выглядело со стороны людей неверующих? Это была очень интересная задумка режиссера.

– Вспоминаю фильм «Библия». Конечно, невозможно передать все Священное Писание, но в нем были показаны очень интересные моменты. В таком случае еще один вопрос. Существует огромный пласт литературы. Я имею в виду не только духовную литературу святых отцов, которую, конечно, нужно читать, но существует ли сейчас то, что называется беллетристикой, то есть такая литература, которую можно читать, что называется, без страха? Или, может быть, надо у кого-то брать благословение?

– Сейчас есть Издательский совет, который отмечает, что благословлено читать, потому что до этого было много подделок; некие как бы старцы призывали к отказу от ИНН, паспортов и так далее. До сих пор существуют люди-«беспаспортники», начитавшиеся подобного рода книг.

Но есть много хороших книг, которые становятся стимулом для того, чтобы войти в Церковь и посмотреть, на самом ли деле там так. Взять, например, книгу «Несвятые святые» – какой у нее тираж! Ее назвали «книга-бомба»: столько людей она привлекла. Нельзя сказать, что сейчас вышло что-то лучше ее в том, что касается легкого и в то же время полезного чтения. Сейчас много батюшек, которые пишут книги такого рода: вот я поехал на Афон, зашел на Афонскую Гору... – все так прекрасно, хорошо, елейно. Книжка вышла, все радуются, а выход – ноль. Может быть, для батюшки это приятно. Я не осуждаю, это тоже хорошо; как говорит апостол Павел, в любых раскладах Христос выиграет.

– Если подводить некие итоги нашей передачи, то мы, наверное, приходим к мысли о том, что культура православия и православная культура – это, наверное, все-таки одно и то же. Я могу ошибаться, Вы меня поправьте. Мы входим в храм, и если мы действительно хотим узнать ту веру, которую принимаем, а не просто слепо следовать неким обрядам, то тогда у нас возникнет масса вопросов, которые нам, так или иначе, нужно решить. Для этого наша православная культура предлагает очень много путей, по которым мы можем идти и которые можем использовать. Правильно ли это?

– Конечно, правильно. Митрополит Антоний Сурожский сказал такую фразу – сначала надо стать человеком… А следующий шаг – это познание своего бытия, познание истины, которая сделает нас свободными. Поэтому прежде душевное – и только после духовное. Невозможно перепрыгнуть через культуру и приблизиться к Богу – это было бы неестественно. Поэтому культура приготовляет человека, она становится предтечей ко встрече с Богом.

Пусть Господь благословит всех нас на многая и благая лета, чтобы мы все стали культурными, образованными и желали встречи со Христом. С Богом!

Ведущий Глеб Ильинский

Записала Ксения Сосновская

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает протоиерей Игорь Петров, клирик Вознесенско-Георгиевского прихода города Рыбинска. Тема беседы: «Внутренняя жизнь человека (по трудам митрополита Антония Сурожского)».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы