Беседы с батюшкой. Ответы на вопросы

22 января 2019 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель строящегося храма Воздвижения Креста Господня в Митине священник Стахий Колотвин.

– Пока я начну с вопросов, которые нам прислали наши телезрители. Вот такой интересный вопрос: «Подруга, неверующая до корней, сказала, что поверит, когда увидит чудо. Как разговаривать с такими людьми?»

– Ситуация частая. Еще фарисеи, когда приступали к Господу, говорили: «Ты нам покажи чудо, причем особенное, с небес, и тогда мы в Тебя поверим». И когда Господь был на Кресте, страдал, они Его оскорбляли. И тут землетрясение, солнечное затмение, камни распадаются, небо темнеет – вот вам знамение с небес. Разве поверили тогда? Прибежали Кресту кланяться?

– Нет.

– Если кто не хочет поверить в чудо, то и не поверит. Поэтому ей обязательно надо эти примеры из Евангелия привести и напомнить: фарисеи запрос такого чуда давали на фоне того, когда Господь просто тысячами вокруг людей исцелял, изгонял бесов. Чудеса вокруг нас. Вот мы куда-то опоздали и из-за этого расстроились, а это привело лишь к тому, что нам стало лучше: мы встретились с каким-то знакомым, которого давно не видели. Или, наоборот, остались и кому-то смогли помочь; может, даже благодаря этому человеку судьба поменялась. Это же тоже чудо. Чудо необязательно сверхъестественное.

Поэтому обязательно, помимо евангельских примеров, я бы посоветовал подруге предложить немножко оглядеться вокруг себя и увидеть чудо рядом с собой. Более того, она наверняка, если задумается, увидит чудо и тут, и там, но, возможно, откажется признавать, что за этим стоит Господь. Тем не менее как раз в том-то и сознательный акт веры: Господь не насилует нашу веру, Господь хочет нашего свободного выбора. Ему ничего не стоило взять и наслать легион ангелов на фарисеев, причем не то чтобы они их в капусту порубили, а для того, чтобы они, например, красиво пели, играли на небесных музыкальных инструментах... Но Он посчитал, что это ограничило бы свободу выбора фарисеев.

Мы вспоминаем Рождество Христово (совсем недавний праздник), простых неграмотных пастухов, и они видели этих ангелов на небесах, которые славили Господа… Или вот слепцы, которые следовали за Христом: они не верили в возможность чуда, поэтому Господь их не исцелял; они шли, спотыкаясь, по этим узким древним улочкам городов... И разве Господь не мог их исцелить? Как будто и не слышал. А они Ему говорили: «Помилуй нас, Сыне Давидов»... И ученики удивлялись, почему же Он им чуда-то не дает…

Так и мы порой думаем: вот человек такой искренний; Господи, яви ему чудо – и он поверит. А Господь к слепцам тогда обернулся и сказал: а вы по-настоящему-то верите? Они говорят: «Господи, верим; помоги нашему неверию». То есть все-таки некоторое признание того, что мы в Господа верим, должно быть; тогда Господь эту веру восполняет. Поэтому тут уже, по крайней мере, надо подруге провести эксперимент: взять и немножко поверить.

Нельзя рассуждать так, что «вечером стулья, но деньги вперед». Надо все-таки рассуждать как человек, который ищет своего Небесного Отца... Порой замечательные женщины воспитывают в одиночку детей, и дети об отце ничего не знают. Но если человек не озлобляется на своего отсутствующего отца, а находит его, то порой счастье у человека и складывается… И в отличие от отцов, бросивших своих детей, Господь нас не бросает. Другое дело, что Он нам не навязывается, нашу свободную волю не подавляет. Стоит нам обернуться к Нему, как мы заметим чудеса вокруг себя. Чудеса для христианина – это норма жизни.

– Еще к священнику часто бывают следующие вопросы: как скоро нам ждать эффекта от проведенных мероприятий? В этой ситуации отношение к священнику как к какому-то шаману.

– Увы, некоторые священники культивируют такое отношение к себе. А один человек (в принципе, простой провинциальный батюшка), попавший в руки весьма ловких дельцов, судя по разным выступлениям адвокатских контор, стал заложником ситуации и уже был дважды отправлен в запрет. Не будем рекламировать его имя, но думаю, что люди, которые увлеклись этим и находятся на грани, поймут, о ком речь. Правда, человек проводил некоторые, не благословленные Церковью особые ритуалы, и к нему массово направлялись и простые люди, и важные персоны. Люди и правда думали, что вот сейчас им какое-то чудо будет. Увы, это массово...

Может быть и ситуация, когда священник специально не создает целую индустрию восхваления себя, но гордость даже величайшего из архангелов Денницу свалила с небес и превратила в сатану. Поэтому чтобы батюшка не подвел, чтобы не внушил вам, что какой-то эффект есть, постарайтесь батюшку не очень хвалить. Поддерживать, если батюшка ошибается, – это можно, чтобы он не сломался, но все равно к батюшке не нужно относиться как к небожителю, как к какому-то шаману; нужно относиться к нему как к такому же грешному человеку, как и вы, которому надо помогать спасаться.

Священник помогает спасаться прихожанам своим служением у престола Божия. А люди помогают священнику спасаться тем, что они тоже о своем пастыре молятся, потому что понимают, что он тоже грешный, слабый человек, который думает не только о службе, но и о каких-то обычных земных вещах…

Если мы будем думать, что у нас, например, лучший друг – супермен, которому всегда можно позвонить и он наши проблемы решит, то, конечно, друг посреди ночи сорвется один, второй, десятый, двадцатый раз, а потом скажет: «Дружище, мне кажется, ты не как к другу ко мне относишься, а как к слуге, как к рабу, который за тебя все делает. Мне кажется, это неравноценная дружба». Если уж так о друге можно сказать, то тем более и о священнике.

Священник служит прежде всего Богу. Это вовсе не значит, что священники для людей ничего не делают. Господь сказал в Евангелии (а Евангелие – основа нашей христианской жизни): «Ищите Царствия Божия, а остальное приложится вам». Если священник  ищет прежде всего Царствия Божия, а во вторую очередь уже то, чтобы чем-то порадовать людей, то тогда он не ошибется.

Люди, которые приходят к священнику, если они ищут прежде всего Царствия Божия, не смутятся тем, когда батюшка пришел помолиться с ними о выздоровлении каких-то родственников, а это выздоровление не приходит. Потому что самое главное – они найдут путь к Царствию Небесному, а если найдут и сами искренне помолятся, то уже без всякого священника Господь услышит их молитвы и вполне спокойно близких исцелит.

– Вопрос телезрителя: «А как объяснить вот это “чудо”? До 1917 года почти вся страна была православной, храмы почти в каждой деревне. Эти православные причащались, крестились, исповедовались – а потом ломали эти церкви, грабили… Такое творилось, что не вообразить! Откуда такое появилось? Какое Царство они искали прежде всего?»

– Глобальный вопрос, но очень актуальный. И я регулярно напоминаю своим прихожанам в проповедях об этой дореволюционной ситуации. В частности, одна из проблем была такой: люди ходили в храм, но никто толком не причащался. То есть люди заходили даже не просто свечку поставить, они заходили постоять на службе, все-таки это на селе было событием недели: все одевались нарядно и шли туда. Но порой не любоваться на иконы, не уподобляться святым своей душой, а просто полюбоваться друг на друга, посудачить.

Не было трепета, не было стремления к причастию Святых Христовых Таин. Люди причащались как минимум раз в пост, в лучшем случае четыре раза за год. И порой нередко можно было услышать (чем дальше от столицы, тем чаще), что прихожане, которые на заработках в Москве, возвращаются куда-то к себе (в Молдавию либо просто в глубинку России), и им батюшка говорит: «Что это ты там стал причащаться? Нельзя. Что-то ты зачастил…»

Вот как раз плохо, когда человек не стремится к принятию Святых Христовых Таин, искренне не готовится к таинству… Ведь самое главное – не какой-то магический эффект от Причастия, а весь смысл в том: человек понимает, что ему идти ко Причастию, со всеми примиряется, отгоняет скверные мысли, молится. И после этого старается еще стать достойным сосудом для даров Святого Духа; когда он их после причастия получил, то жизнь христианская идет совсем иначе.

До революции  вера пустела, потому что не было сути, не было общения с Богом, хоть  храмы и посещались. Но это лишь один момент, почему некоторая часть (пусть даже десять или двадцать процентов возьмем, а это, конечно, десятки миллионов) пошла храмы громить.

А кто не пошел храмы громить? Большевики всё переврали. Они, конечно, говорят: все крестьяне, рабочие выступили против царя, выступили за большевистскую партию, чтобы ГУЛаг, БАМ строить и так далее. Ни в коем случае. Мы вспоминаем, как после революции, после Гражданской войны шли красноармейцы по указу большевиков грабить храмы. Все пожертвования людей (прекрасные киоты, богослужебные сосуды) кощунственно забирались и продавались на Запад для обогащения партийной элиты. И по набату собирались многотысячные толпы, которые не расходились даже после того, как первые ряды из них расстреливали большевики.

Это не какие-то сказки, это все заархивировано самими большевиками. Но, увы, сейчас не всегда эта информация доступна, потому что что-то снова возвращается под засекреченные грифы. Все-таки маленькая часть людей отступили от Господа Бога из-за своей теплохладности, пренебрежения принятием Святых Христовых Таин. Несмотря на то, что в храм к Нему вроде приходили. Но часть была готова Церковь защищать.

И уже только после кровавых сталинских гонений, когда русский народ был перемолот ужасным тираном, люди стали запуганными. Те, кто даже верил, стали свою веру скрывать, и никто не вставал на защиту храмов, которые  в войну и после нее вроде открывались, а потом снова стали закрываться. Поэтому если в 20-е годы храмы закрывались с оружием в руках, с расстрелами, так как их защищали тысячные толпы, то в 50–60-е и даже уже в конце 40-х, то есть сразу после войны, когда недавно открытые храмы стали снова закрывать, уже толком никто не выходил на их защиту, люди боялись. Но это уже была не дореволюционная проблема.

– Кстати, была перепись населения в 1937 году, и большинство назвали себя верующими.

– Причем это те, кто решился себя назвать. Мы не берем еще тех, которые верили, но постеснялись, побоялись это выразить. Как мы знаем, даже в эпоху Древней Церкви была такая проблема: христиане, которые не были готовы пойти на страдания в цирках, в амфитеатрах, подкупали чиновников, заполняли специальную табличку-протокол, что они якобы принесли языческие жертвы, и их спокойно отпускали. Вроде бы формально они приносили жертву. Но после окончания гонений ставился вопрос: а как быть с ними? Хотя все равно возобладало мнение Церкви, что можно их принимать в Церковь как кающихся, пусть не как образец идеальных христиан, но как тех людей, которые все-таки постарались веру сохранить. Точно так же и во время этой переписи, которая должна была, по замыслу Сталина, показать, что безбожие воцарилось на Русской земле. И проголосовавших верующих было большинство, а уж тех, кто промолчал, но наверняка был верующим, как и в Древней Церкви, было и того больше.

– Вопрос телезрительницы: «Я иногда вечерние молитвы заменяю малым повечерием; там написаны на каждый день седмицы тропари и канон. Но я не читаю каноны, читаю только тропари. Можно ли это делать или обязательно надо читать каноны на каждый день седмицы?»

– Очень хорошо, что миряне этим занимаются, потому что одна из постоянных проблем для глубоко воцерковленных людей, когда молитвы уже не идут, читаешь их как заученные, и эти тексты не вызывают уже какого-то сердечного трепета. А у нас столько христианской гимнографии написано! В том числе самый простой вариант – помолиться вечером (если заменять чем-то вечерние молитвы) по монастырскому уставу. Взять повечерие – это молитва после ужина. Тайная Вечеря, мы все помним, – последний ужин Спасителя со Своими учениками и апостолами. И после Тайной Вечери Господь пошел в Гефсиманский сад и там молился. Точно так же и монашеская братия после вечернего богослужения шла на трапезу, а потом собирались уже не на общее богослужение, а на совместную молитву. Хотя, понятно, она тоже проходила в храме (не в маленьких же кельях им размещаться всем вместе).

И тематика этой совместной молитвы – это тоже тематика вечера, отхода ко сну, она очень близка нашему обычному набору вечерних молитв для мирян. Однако, поскольку это богослужение все-таки было совместным, в монастырях были богослужебные книги, где были каноны не только на дни недели, но и  каноны тому или иному святому. А для того чтобы прочитать канон святому на каждый день, надо обладать Минеями, целая библиотека должна быть. Поэтому не так страшно, если Вы не прочитаете тот или иной канон, даже предписанный какими-то богослужебными указаниями. Вот если бы монах в монастыре поленился взять с полки книгу и прочесть, то, конечно, это было бы странно.

– Сейчас можно их найти с помощью гаджетов или компьютера.

– Дельный совет, можно найти в Интернете… Более того, если хочется помолиться подольше (малое повечерие все-таки короче вечерних молитв), если остались силы или есть время, особенно если это человек пенсионного возраста, когда Господь дает больше возможностей для молитвы просто в силу времени, в таком случае можно взять и почитать каноны, которые есть в любом молитвослове: Покаянный канон, канон Богородице, канон ангелу-хранителю. Есть такое мнение, корней которого уже не найти: откуда взялось такое указание, что эти каноны надо читать перед принятием Святых Христовых Таин (никакой Собор этого не устанавливал)...

– Видимо, такая традиция сложилась.

– Традиция сложилась печатать это в книжках, поэтому, увы, многие люди не хотят причащаться, потому что не успели эти каноны прочитать. На самом деле в этих канонах ни слова о Причастии не говорится. Однако это не повод от них совсем отказываться.

– Это такое духовное укрепление…

– Просто не стоит привязывать их к Причастию. Вот вы читаете малое повечерие, негде вам взять седмичный канон дня, откройте и прочитайте Покаянный канон ко Господу, в другой день прочитайте канон Богородице, в третий – ангелу-хранителю, в четвертый день, раз было много забот и совсем нет сил, – без канона, на пятый день вообще, допустим, до полуночи работали, ухаживали за больным – хоть одну молитовку прочитайте, и все будет хорошо. На следующий день еще и в середине дня, до повечерия есть время: хочется помолиться – прочтите эти каноны. У нас такой выбор! Лишь бы мы хотели молиться.

– Но сейчас можно ввести в соблазн некоторых наших телезрителей, что вечерние молитвы, оказывается, можно заменить еще чем-то. Но полезно ли менять установленный порядок чтения молитв на какие-то альтернативы? Например, мне кажется, что все-таки надо вечерние молитвы тоже читать, как это и есть, на сон грядущим.

– Во-первых, надо понять, что нет никакого соборного постановления, то есть никто вечерние молитвы не устанавливал. У нас Соборная Церковь, мы живем не по постановлениям Издательского совета, а по постановлениям Архиерейского Собора. Вспомним, откуда взялись в наших молитвословах привычные нам молитвы. Некоторые из них подписаны, некоторые нет. В частности, утренние и вечерние молитвы у нас почти не подписаны в отличие от молитв к Причастию. А в молитвах к Причастию указано, какой святой их написал.

Если мы посмотрим, один святой – Симеон Новый Богослов (XI век), другой святой – Иоанн Златоуст (IV век), между ними – семь веков, то есть семь веков христиане жили, а молитв, которые у нас идут просто через запятую, не было. Более того, они никогда не были собраны, только уже не так давно (примерно 400 лет назад) стали эти молитвы собирать. Изучали древние книги и смотрели: так, Симеон Метафраст молился вечером этой молитвой – поместим это в вечерние молитвы, молился этой молитвой перед Причастием – отправим это в правило ко Причащению… И сделали некий сборник.

После реформы патриарха Никона, которая вызвала старообрядческий раскол, наши молитвословы были существенно урезаны. Если откроем старообрядческий молитвослов, то увидим, что там будет не десять-одиннадцать молитв, а семнадцать-восемнадцать, то есть помолиться старообрядцу приходится куда дольше. Потому что когда написали восемнадцать молитв, никто не подразумевал, что люди, которые весь день пахали поле (в прямом смысле слова), придут и будут при свете лучины читать их все...

... Просто был некоторый набор молитв. Поэтому когда старообрядцы, которые букву ставили выше Духа, стали утверждать, что к старым книгам нельзя прикасаться и так далее, наша Православная Церковь все-таки взяла и сократила количество молитв в обычном их наборе до нынешних. Тем не менее никакого обязательства именно эти молитвы прочесть тоже никаким Собором не установлено. Почему эти молитвы полезно читать? Потому что они по теме. Если читаешь молитву «Восстав ото сна...» вечером, то это немножко странно, то есть ты, конечно, вроде молишься...

– Может, человек ночной образ жизни ведет.

– Да, это интересный момент, если кто в ночную смену работает. Но если мы возьмем обычный график, то как человеку читать вечером молитвы, которые по смыслу относятся к утру? Будет какой-то диссонанс, вроде ты молишься, а разум тебе говорит: «О чем ты молишься?» Они, конечно, полезны и помогают. Но в какой момент уже вредно читать вечерние молитвы и надо чем-то их заменять? Когда они превращаются из общения с Богом в некоторое заклинание, которое надо просто протараторить, чтобы галочку поставить и с чистой совестью лечь спать. Богу не нужно наше вычитывание...

– Это понуждение себя, батюшка.

– Понуждать себя надо к молитве, а не к вычитыванию текста. Поэтому наша задача – обязательно в конце дня поблагодарить Господа, помолиться, пообщаться с Ним. И Церковь нам дала столько текстов для этого, что мы можем спокойно, без ущерба для своей духовной жизни (наоборот, с пользой) заменить вечернее правило на другой набор молитв; в частности, воспользоваться монашеским опытом и заменить на повечерие или на другие тексты, которые тоже написаны именно для молитвы. Если Церковь написала молитву в Минее, Часослове, Служебнике, значит, она посчитала, что эта молитва полезна для нашей души. Значит, мы можем взять эту полезную молитву и, ничуть не сомневаясь, в любое время суток ее прочесть.

– Вопрос телезрительницы: «Говорят, что крещенская вода сильнее, чем богоявленская. Какая разница между ними и можно ли эту воду пить в течение дня? И еще в народе говорят, если человек, например, наркоман, то за него тяжело молиться, а за кого-то легко молиться. Такое бывает?»

– Прежде чем дойти до воды и измерять ее силу и могущество, вообще подумать, в чем ее измерять, все-таки разберемся с Крещением и Богоявлением. В древности Церковь праздновала Рождество и Крещение Господне в один день.

– Даже богослужения у нас похожи, сама структура.

– Да, это как раз нам напоминание. И рождественская, и крещенская всенощная начинается не с вечерни, а с повечерия. И так далее. То есть и там, и там читаются в сочельник паремии – ветхозаветные пророчества о событии. Нам это напоминание о том, что был единый праздник, в который праздновалось явление Бога в мир, – Богоявление. Бог явился в мир, родился, но никто еще пока об этом не знал, кроме трех царей-волхвов, пастухов и нечестивого Ирода, который послал своих солдат убивать младенцев, лишь бы погубить Христа. А так, конечно, никто не знал. И ради проповеди Он, собственно, и пришел. Он нам, конечно, показал образец смирения, духовного возрастания. Это сейчас некоторые послабления есть, а по древним канонам священником можно было стать только с 30 лет.

Мне буквально неделю назад исполнилось 30 лет, и скоро я буду отмечать пятилетие священнической хиротонии. Поэтому тоже, конечно, по древним канонам не прошел бы. Потому что Христос окончательно явился в мир не в момент рождения, а после Крещения в реке Иордан, когда все видели Духа в виде голубя, сходящего на Него, и слышали глас Бога Отца. Господь куда идет после этого? Поститься в пустыню. И выходит на проповедь. То есть как раз все евангельские события в основном проходят после Крещения.

Но поскольку были очень длинные богослужения, очень много песнопений, много ветхозаветных пророчеств и всю эту службу было сложно уместить даже в сутки, а также чтобы подчеркнуть значение каждого из этих событий, этот праздник был разделен на два. Название «Богоявление», общее для Рождества и для Крещения Господня, со временем с Рождеством уже перестало ассоциироваться, хотя никаких оснований для этого не было, оно стало больше ассоциироваться с праздником Крещения. Поэтому между Богоявлением и Крещением, как мы видим, разницы почти нет. Между названиями «богоявленский» и «крещенский» тоже нет разницы.

В студенческие годы одним из первых моих послушаний было служение чтецом в Богоявленском кафедральном соборе в Елохове, который был главным храмом нашей Церкви до того, как был восстановлен разрушенный Храм Христа Спасителя. Да, собор был Богоявленский, но когда был престольный праздник? На Крещение. То есть равным образом его можно назвать и Крещенским собором. Но просто это не очень установившееся название.

Теперь перейдем собственно к воде. Надо понимать, что вода, в принципе, никакой силы не имеет, силу имеет Господь Бог, Который через эту воду нас может укрепить в стойкости в перенесении болезни. Поэтому Церковь благословляет пить крещенскую водичку при болезни, чтобы укрепиться; не чтобы выздороветь или заменить лекарства, нет (лечиться надо; на Бога надейся, а сам не плошай),  а чтобы действительно понимать, что эта болезнь по моим каким-то грехам, чтобы исправиться, чтобы в молитве не оскудеть, чтобы не начать унывать. Крещенская вода не для лечения (на всякий случай напоминаю), она воздействует именно на нашу душу. Она воздействует на пороки и на болезни души.

Раз нет разницы между Богоявлением и Крещением, то и между богоявленской и крещенской водой никакой разницы нет. Иногда вносит путаницу то, что с определенного момента для удобства людей стали повторять чин Великого освящения воды. Великое освящение воды – это событие такого масштаба, что оно совершается только один раз в год – в Крещенский сочельник. То есть по новому стилю сейчас это 18 января. Но поскольку не всем удается выбраться в это время, чин, который совершили 18-го числа и который по уставу положен только в этот день, по снисхождению к нашим немощам повторяют 19 января. Это точно такой же чин, ничем не отличается, и это, можно сказать, чин вчерашнего дня. Поэтому вода абсолютно такая же…

Был еще маленький уточняющий вопрос: можно ли ее пить и как? Понятно, что в эти праздничные крещенские дни мы можем спокойно пить крещенскую воду без ограничений, то есть не только натощак. Потом  уже, когда  пьем с благоговением натощак, это уже некоторая традиция. Однако если человек болеет, чтобы укрепить его, воспрепятствовать унынию, укрепить в покаянии, раскаянии, в понимании, что болезнь послана Господом заслуженно, крещенскую воду благословляется пить на протяжении всего дня, независимо от приема пищи.

– Второй вопрос был: за кого легче молиться? За наркомана или за какого-то другого человека?

– Легче всего молиться за тех людей, которых любишь, за близких, родственников. Но Господь говорит также: «Какой толк, что вы любите своих ближних, свою семью? Это хорошо, но это делают и язычники. Какая вам за это награда на небесах?» Это и так понятно: они вас любят, вы их любите. Какой толк, что вы даете в долг тем, от кого надеетесь получить возврат? Какой толк от того, что вы помогаете тем, кто вам поможет? Это же тоже какой-то обмен, торговля получается, а не искренняя помощь. Хотя помощь кому-то, наоборот, может порой нам и проблемы создать, а не то что когда-то вознаградится.

Точно так же и с молитвой. Господь показал максимальную сложность молитвы:  молиться за своих врагов. Господь молился на Кресте за тех, кто Его распял. При этом Ему было тяжело молиться не только потому, что Его пытали и смерть была мучительной, не потому, что Его оклеветали и всячески оскорбляют, а в том числе потому, что это те самые люди, которые помешали проповеди, которые не дают Господу дальше нести благовестие людям. Вот эта молитва самая тяжелая. Но Господь ее считает достойной.

Конечно, наша молитва не зависит от того, насколько грешный человек. Например, если у нас есть любимый человек и он наркоман, мы будем за него с легкостью молиться. И, наоборот, если этого нашего любимого человека, наркомана, где-то остановит и, возможно, даже посадит в тюрьму честный и неподкупный милиционер, настоящий христианин, мы будем его воспринимать как врага по своей человеческой слабости, и за него нам будет молиться сложнее. Хотя, наоборот, надо Господа благодарить и говорить: «Слава Тебе, Господи, что нашелся такой честный сотрудник правоохранительных органов, который не дал моему любимому человеку окончательно погибнуть от наркотиков или других людей через наркоторговлю к этому приобщить».

Поэтому побеждаем любовью свою ненависть, молимся за всех, за каждого ближнего, начинаем с молитвы за своих близких, любимых и родных и продолжаем молитвами за самого последнего человека в этом мире, который вроде и страшный грешник, а, возможно, куда более праведный, чем мы сами.

– Вопрос телезрителя: «Какую пользу для души получает человек от чтения и слушания слова Божьего и как преуспеть в добре?»

– Господь показывает, что Он общается с нами. Мы должны с Богом общаться. Господь рядом с нами должен быть. Когда мы молимся Богу, мы обращаемся к Нему. Однако если мы только молимся и  что-то у Господа просим, это как бы одностороннее общение. Как, например, человек просто не может заткнуть свой «фонтан» и постоянно только говорит, говорит, и ему абсолютно неважно, как считаете вы, что думаете, что имеете в виду. Этот человек, можно сказать, не нуждается в вас, ему важно, чтобы просто кто-то был рядом для антуража и его тирады выслушивал.

Поэтому и мы должны не только молиться, а обязательно читать Священное Писание, потому что это обратная связь с Богом, Господь нам отвечает. Причем эти богодухновенные книги написаны в соавторстве с Самим Богом, Духом Святым, третьим Лицом Святой Троицы, Тем Самым Царем Небесным, к Которому мы обращаемся в молитве «Царю Небесный». В них уже заранее даны ответы на все наши вопросы. Другое дело, что порой ответы такие сложные для исполнения, что мы иногда в ступор впадаем.

Господь в Евангелии говорит: попросил у тебя кто-то верхнюю одежду, отдай ему и рубашку. И это сложно исполнить. Но тем не менее мы видим ориентир. Если мы не будем иметь ориентира, то даже полпути не пройдем. Если мы будем, находясь в чаще леса, знать направление, куда идти, хотя чтобы выйти из этого леса, нам придется и поголодать, и в холоде побыть, и от волков на деревьях спасаться, но на второй-третий день мы дойдем до человеческого жилища и спасемся.

Так и Евангелие мы читаем, видим, что там достаточно высокая планка задается, нам тяжело ее сразу исполнить, но мы в этом направлении идем. Кроме того, существует исповедь, и можно просто вне богослужения подойти к священнику, договориться побеседовать, чтобы батюшка подсказал, как в вашей конкретной ситуации воспользоваться теми или иными евангельскими основаниями.

Священник ничем не умнее, не мудрее и порой даже, увы, не благочестивее любого среднестатистического христианина, но профессиональная задача священника – нести слово Божие людям. Поэтому священник говорит: «Господь в Евангелии нам говорит так-то... Вот у вас такая-то ситуация; поскольку я вас знаю и уже не первый день вы у меня исповедуетесь, то я понимаю, что вам пока будет тяжело, вы сломаетесь, если буквально это исполните. Давайте некоторый компромиссный вариант. Например, рубашку отдайте, а от верхней одежды отдайте только половину. То есть шарфик снимите и отдайте, а в шапке еще походите. А как вам дадут годовую премию и вы сможете себе новую шапку купить, отдайте просящему и шапку». Понятно, это ординарный пример.

Что касается вопроса о том, как преуспеть в добре, как к нему приблизиться, Господь нам дает уникальный совет: «Я – путь, истина и жизнь». То есть если мы становимся похожи на Христа, то уже двигаемся к этому добру; этот путь истинный. Мы находим истину, и это становится всей нашей жизнью, которая не заканчивается в этом бренном теле (оно все равно умрет рано или поздно), а продолжится в вечности. Поэтому мы должны прежде всего ориентироваться на фигуру Христа, чтобы знать, каким был Христос. Мы читаем Священное Писание.

Тут удивительным образом Ваши два вопроса переплетаются. Чтобы понять, как Священное Писание претворять в жизнь, мы читаем и апостольские послания. Это тоже часть Священного Писания, но в них апостолы, которые проповедовали Евангелие, первым христианам отвечают на их недоумение: как слова Христа совместить с жизнью. Мы берем и читаем творения святых отцов. И мы уже понимаем некоторое руководство.

Это пункт номер один. И важен после этого пункт номер два: делать какие-то шаги. Если мы все знаем правильно, а в нашу жизнь Евангелие никак не претворяется, то добра мы не достигнем. Абсолютное добро – только Господь, весь мир лежит во зле, все равно мы будем допускать какие-то ошибки, но мы не должны сдаваться. Вот у нас есть Евангелие – ориентир. Сбились с этого ориентира, почитали Евангелие, помолились – Господь исправил; покаялись на исповеди, что сбились с этого пути к возрастанию добра в нашей душе, – исправились.

Или, наоборот, все прочитали, сделали, но порой мы можем вести себя как котик, которому открывают дверь, когда он  царапается: он, вместо того чтобы заходить, сидит и смотрит. Опасно, чтобы мы так ему подражали. Котики – милые животные, но здесь они, извините за выражение, «тормозят». И если мы видим, где добро, то не должны себя удерживать. Порой кажется (и мир нам диктует): ты сделал добро, тебя никто не поблагодарит; вмешался во что-то – только себе проблем прибавил; помог кому-то – тебе на шею сели. Конечно, надо подходить ко всему с рассудительностью, но все равно не стоит себя в добре ограничивать. Лучше те самые ограничительные силы пустить на ограничение зла и грехов в нашей душе и в наших поступках.

– Такой вопрос: «Сыну 16 лет, снял нательный крест и сказал, что больше в Бога не верит. С детства причащали, ходили в храм, активно участвовали в мероприятиях воскресной школы. Что нам делать? Почему так происходит?»

– Начнем со второго вопроса: почему так происходит? Может, это не исправить задним числом, но как некоторая профилактика... У человека есть чистая детская вера, которая не задает вопросов, которая должна в определенный момент смениться осознанной взрослой верой, уже определяющей жизнь. Здесь возникают некоторые трудности, в том числе когда ребеночек ходит к батюшке и постоянно произносит ему некоторый перечень каких-то грехов: обижался, раздражался, маму не слушался, обманывал.

В принципе, все детки примерно одно и то же говорят, страшных злодеев среди них нет. Но если ребеночек и в воскресную школу ходит, и поет на службе, а у него продолжается такая исповедь и в двенадцать лет, и в пятнадцать, то есть риск, что в шестнадцать лет он подумает: что я болтаю каждый раз одно и то же? Тут есть проблема нашего поколения, чуть более старшего, кто сам пришел к вере в сознательные годы и поэтому тоже этот подростковый возраст пропустил.

Такие люди есть и среди взрослых, увы. Люди взрослые тоже приходят регулярно и тоже зачитывают чуть ли не рэп – некоторый перечень грехов: «Обижался, раздражался… Батюшка, давай епитрахилью накрой, а то уже скоро очередь на Причастие подойдет». А нужно деятельное покаяние, нужно изменение себя…

Поэтому в качестве профилактики тоже порой надо и батюшку спрашивать: «Батюшка, а Вы на исповеди что-то спрашиваете у ребенка? Не одно и то же ли он талдычит?» Батюшка, конечно, всегда рад, когда закончилась очередь взрослых людей с тяжеленными проблемами… Наконец-то подходит ребеночек, который рос у него на глазах, пусть уже, может, и выше батюшки становится, но все равно это отдых для души: всё, можно не с этими страшными грешниками говорить, а можно ребеночка спокойно послушать, выдохнуть. Но надо батюшку, духовника вашего ребенка, тоже мобилизовать и сказать ему: «Батюшка, поспрашивайте, не кажется ли Вам, что он просто для галочки вот это все вычитывает?»

Опять же надо следить, чтобы у ребенка, как и у взрослого человека, все-таки был духовник. Не в смысле какой-то духоносный старец, а чтобы он регулярно исповедовался одному священнику. Зачем гонять ребенка то туда, то сюда? Мы идем к одному Христу, а ребенок должен видеть и чувствовать общение со священником.

Кроме того, ребенок, увы, может видеть, что родители формально верующие и их поведение не христианское. Но тут, я думаю, каждый должен критически разобрать свое поведение...

Что же делать сейчас? Надо, во-первых, ребенка похвалить, что он поступает честно: «Молодец, если бы ты не верил, а крестик продолжал носить, это было бы какое-то двуличие. Я уважаю твою позицию». Это первое. Надо перед ребенком извиниться, сказать: «Батюшка пояснил, что, возможно, ты видишь, как мы с папой дома общаемся, несмотря на то, что ходим в храм». Или, например, папа, не ходящий в храм, с мамой говорит смиренно, с любовью и терпением, а мама, помолившись, приходит из храма раздраженная и чуть ли не поварешками в папу кидается. Скажите: «Прости меня, пожалуйста, что я заслонила для тебя Христа своим нехристианским поведением (или «мы вместе с отцом», если оба родителя ходят в храм), что ты из-за этого выбрал подражание действительно более спокойному родителю, более ведущему себя по-христиански, пусть и не имеющему формального отношения к Церкви».

Надо извиниться и пообещать исправиться. И опять же сказать: «Да, возможно, и батюшка тебя как-то не очень выслушивал или привык к тебе относиться как к ребенку. Может, ты еще сделаешь попытку? Пойди к другому священнику, хоть я и люблю своего батюшку, он мудрый, но все-таки, возможно, ему и правда легче общаться с людьми 40-50 лет. А вот тот батюшка моложе, я его не очень уважаю, но к нему молодежь больше идет. Давай тогда к тому батюшке попробуй походить…»

Если даже ребенок откажется – ничего страшного. Главное, уже исправив свое поведение, показывать пример христианской жизни ребенку, напоминать ему об этом, поздравлять его с праздниками, молиться о нем; не назло, но все-таки в какой-то дружелюбной обстановке его благословлять, крестить материнским, отцовским благословением, говорить: «Помоги тебе Господь, я помолюсь, чтобы ты экзамены сдал хорошо, чтобы у тебя личная жизнь хорошо складывалась…» И так далее.

И тогда эти годы детства, проведенные в храме, бесследно не проходят. Когда душа начинает страдать в грехе, в каких-то проблемах взрослой жизни, человек, который не имеет церковного детства, будет тыкаться как слепой, не знать, куда идти. И, возможно, в храм придет, сделает первые шаги. А человек, который вырос в церкви, как тот самый блудный сын из притчи, который в доме отца ни в чем не нуждался, помотавшись по стране далече, поев рожков, вернется в храм (есть все шансы).

Многие мои ровесники, с кем я учился в воскресной школе, пел в детском хоре, от храма отходили. Но появилась семья, появились дети или, наоборот, какие-то проблемы и испытания – и они вернулись в храм и там остались. Это радует.

Ведущий Сергей Платонов

Записала Елена Кузоро

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы