Беседы с батюшкой. Семья как источник вражды и примирения

8 ноября 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма Августовской иконы Пресвятой Богородицы п. Бугры Выборгской епархии священник Игорь Лысенко.

– Тема: «Семья как источник раздора и единения». Действительно, каждый из тех, кто уже не совсем молод, знает, что такое семья. Когда мы говорим о семье как об источнике разделения, то вспоминается очень много примеров. Каждый человек в своей жизни, в своей семье может назвать невероятное количество примеров, когда жене хочется упрекнуть мужа, мужу – жену; это вечные битвы между зятем и тещей или с невесткой и свекровью и так далее. И, конечно, одной из самых страдающих сторон в этом являются дети, если они уже есть в семье. Поговорим обо всем этом, но прежде всего о том, что такое семья.

– Я думаю, что это настолько важное понятие, что о нем практически никто не думал и не говорил. Всем казалось, что это само собой, естественно. Помните, как еще сто лет назад  употребляли фразу: «Ничего, пусть солдаты гибнут, бабы еще нарожают». То есть казалось, что это вечно, что это незыблемо, поэтому особо разбираться, что такое собственно семья, всем казалось слишком банальным. И вот мы в результате дошли до того состояния, когда, к сожалению, у нас есть люди, которые не понимают, зачем семья, нужна ли она, или считают семьей суррогаты неких отношений. Для этого даже названия придумывают: «неполная семья» или «семья по договоренности». То есть у социологов есть (я как-то смотрел) больше десяти научных терминов, которые как-то обозначают некие отношения между людьми: «партнерская семья», «гражданский брак» и так далее.

Но ведь всегда надо смотреть от начала (как говорили латиняне, ab ovo – от яйца) и обращаться к первоисточнику – Библии. В ней сказано: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему; мужчину и женщину сотворил их». То есть, собственно, творя человека, Господь сотворил сразу семью. Именно потому это мужчина и женщина,  чтобы они сразу могли исполнять ту заповедь, которую Господь им дал (в первой же главе Книги Бытия она указана): плодитесь и размножайтесь.

Вы правильно сказали о детях. К сожалению, в современной семье мысль о детях иногда пугает, особенно когда люди видят по телевизору, слышат от своих друзей, что нельзя рожать. Я не буду говорить те гадости и те глупости, которыми сопровождаются слова о рождении детей, о будущем жены и мужа, если у них появятся дети, а особенно если несколько детей. Тем самым сам смысл создания семьи теряется. То есть современному человеку стараются внушить ту мысль о семье, своей жизни и о цели этой жизни, которая была очень емко и наглядно продемонстрирована в начале 90-х в знаменитой рекламе: «Бери от жизни все!» К чему приводит следование этому лозунгу, этому девизу жизни, мы, с одной стороны, можем увидеть на кладбищах того времени. Если посмотреть, кто в начале 90-х похоронен, – это гигантские аллеи молодых людей, которые в погоне за материальными ценностями, самоудовлетворением отдавали свои жизни. Это страшно. И они не оставили после себя никого.

– Кроме шикарных могил.

– Ну, у кого-то шикарно. К сожалению, у большинства не очень шикарно. А с другой стороны, мы сейчас имеем демографический провал, ведь те, кто должен был родиться в начале 90-х, сейчас должны были нам уже рожать детей, а их нет. И поэтому сейчас перед государством стоит достаточно серьезный вызов. И президент Владимир Путин говорит и в своих обращениях, и в своих программных заявлениях о том, что сейчас понятие человеческого капитала, понятие того, кто же будет созидать страну, встало во главу угла как номер один. А это все лежит в семье.

Как сто лет назад наша страна взорвалась, когда брат пошел на брата, когда этот раскол прошел по земле!..  Помните у Достоевского: дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердце человека? Вот, к сожалению, полем битвы стала и семья, когда кто-то, как Алексей Карамазов, считал, что главное – это найти Бога и воплотить то, что Бог через тебя хочет дать этому миру, а кто-то считал, что надо жить только для себя, как отец того же Алексея Карамазова.

И что из этого получилось? И эта трагедия человека, который хочет жить только для себя и брать от жизни все, выразилась в русском обществе сто лет назад. И вот сейчас она, к сожалению, повторяется, сейчас мы видим, к чему может привести то, если семья планируется как некая возможность чего-то привычного и модного. Привычно  сыграть красивую свадьбу, поэтому большие деньги занимаются в кредит, у знакомых, лишь бы сделать ту фотосессию, которой потом можно будет гордиться. А о том, что потом, не думают. И дальше семьи, к сожалению, рассыпаются.

Вот Вы перед эфиром цитировали Ильфа и Петрова: лодка любви разбилась о быт. К сожалению, она разбивается даже не о быт, а о невоспитанность, неумение осознать, что счастье – это процесс служения, процесс отдачи себя другому. Вот когда ты отдаешь себя другому, ты от него получаешь с избытком. Это как воспитание ребенка… Родители те несколько процентов, которые они физически могут дать по времени, по ресурсам, по вниманию, отдали все без остатка. Вот тогда все остальное добавляет Господь. А если они где-то думали больше о себе, уставая, отгораживались, заменяли себя компьютером или телевизором, то, к сожалению, мы получаем те события, которые видели в Керчи, которые видим из сводок информации о том, как наши дети уходят из жизни. И это трагедия для нас.

– Вопрос телезрителя: «Вот у нас церковь – это как семья, в частности приход. Мы любим и уважаем друг друга, мы ходим в храм, лобзанием святым приветствуем друг друга. Но зачастую говорят: каков поп, таков и приход. И я хочу спросить: почему современные священнослужители полностью не исполняют миссию? Понятно, что у них есть апостольское предназначение, что они как бы Святым Духом исполняют церковные таинства. Я не про нашего священника, наоборот, я его очень полюбил. Я в целом. Даже не только про священников, а про мирян, про иеродьяконов. Почему духовные лица не выполняют вот так свои обязанности? Понятно, что искушений много, соблазнов много, враг не спит. Даже говорят: чтобы полюбил тебя твой ребенок, чаще его наказывай. Мы как дети, стадо, а пастырь наш – Христос, в Его лице – священник. Почему священник ведет пустую, безответственную службу в плане общения с людьми?»

– Если честно, настолько много было сказано, что вопроса я так и не понял. Потому что тут общее обвинение ко всем: все священники или большинство священников, с перечислением каких-то санов, ведут какую-то пустую службу... Я не понял. То, что мы все люди, – это понятно. Когда я поступал в семинарию экстерном в начале 90-х, мне говорили: «Знаешь, ты, наверное, разочаруешься в Церкви, потому что увидишь, что в семинарии учатся обычные люди». Но к тому времени я уже был достаточно опытным человеком, уже несколько лет был руководителем, и я сталкивался с человеческими слабости, зависимостями. И обнаружил, что в семинарии  ребята, пришедшие из школы, хоть чуть-чуть отличаются от тех, кто учится в других учебных заведениях. И вот это «чуть-чуть» для меня было абсолютным чудом и свидетельством, что есть Господь.

Поэтому ждать от священства каких-то сверхспособностей, какой-то сверхпрофессиональности в умении общаться можно только в том случае, если, с одной стороны, мы как паства будем молиться о своих пастырях (о епископах, о Патриархе, о тех священниках, с которыми вместе служим), а с другой – если  осознаем, что каждый из священников родился в семье и там получил ту меру любви, ту степень воспитания, которая была присуща тому времени, тому обществу и той стране, в которой он родился.

– Это закваска.

– В начале своего вопроса зритель цитировал мысль: каков поп, таков и приход. Но можно ведь и обратно сказать: какой приход, такой и поп. То есть какие мы, такого пастырства мы и заслуживаем. Я ни в коем случае не слагаю с себя ответственности, я очень прошу молитв, потому что, конечно, я не делаю и малой толики того, что ждет от меня Господь, благословив меня на это служение, вооружив теми таинствами, которые Он мне дал. Но я стараюсь делать все, что могу… Это как те родители по отношению к детям: сделай всё, и уж плохо ты сделаешь или неплохо, но сделай искренне, сделай от души. А самое главное – не закрывай собой Бога, то есть отдай все то, что ты получил от Господа даром. А уж дальше кто как тебя отблагодарит, кто что тебе поможет и в каких вопросах – это уже Господь знает.

Правильно было сказано, что приходская семья – это действительно семья, но уже более высокого уровня, и она все-таки состоит из членов вот этой обычной, первичной, начальной семьи. И вот насколько в этой начальной семье каждый из этих членов уже воспитан, какую любовь он там получил, настолько земная Церковь в целом зрелая, настолько она христианская. То есть настолько она Церковь любви, а не только обряда, не только закона и порядка.

–  Вы говорили о приходе как о семье, и, конечно, о Церкви здесь мы тоже говорим. Можно ее сравнить и с ковчегом, в котором мы ищем своего спасения в Боге. Но если все-таки вспомнить то самое время, о котором Вы говорили – сто лет назад, – у нас здесь, в епархиальном управлении, есть мемориальная доска в виде креста, которая находится на том самом месте, где был убит Петр Скипетров, наш протоиерей, причисленный к лику мучеников. Я просто думаю о том, как все это случилось, когда он просто заступился за женщин, которых революционные матросы каким-то образом домогались, и получил пулю в лицо, защищая их. Что ему эти женщины? Но я так понимаю, что они были, наверное, членами семьи- Церкви. И когда это все началось, то на улицы Петрограда вышло более пятисот тысяч человек, учитывая, что тогда в Петербурге жило меньше двух миллионов. То есть мы можем себе представить, что Невский проспект был забит от одной стены до другой стены. Я понимаю, это была семья. Если есть это ощущение, то это просто удивительно.

Вопрос телезрительницы из Воронежской области: «Много лет я страдала от страсти курения, молила Господа; наконец полгода не курю, Он меня освободил. Но у меня ушли слезы и благодать. Мне есть, конечно, о чем молиться, но нет той благодати, с которой я была все эти годы, когда умоляла, просила и наконец получила. Что делать в таких случаях?»

– Мне кажется, надо переключиться с себя. Благодать исчезает, когда мы что-то просим и получаем, но для себя. А вот теперь важно то время и то здоровье, которое у Вас высвободилось, потратить на других. Поделитесь этим, ведь Господь ничего Себе не делал и ничего для Себя не брал. Мы христиане, и Господь говорил: «Делайте то, что Я вам скажу, и вы сможете делать, как Я делал, и больше того, и дам вам жизнь в избытке». Вот это очень важно осознать, что никогда не бывает радости, никогда не бывает благодати, если мы ее приватизируем, присваиваем. Почему Господь и сказал: кто хочет душу свою спасти (то есть для себя только), тот ее обязательно потеряет.

Поэтому я думаю, что у телезрительницы временно это может сейчас происходить. И очень хорошо, что она это осознала, очень хорошо, что она это спросила. Она задумывается о своих членах семьи. И неважно, то ли она в своей семье сможет о ком-то больше заботиться, больше отдавать, то ли семьей для нее уже является приход или коллектив на работе, на которой она может работать в любом возрасте. Недаром бабушки у нас и в 80-90 лет и вязали, и сказки рассказывали, и делились чем-то. Понимаете, работать можно и нужно в любом возрасте. В поте лица добывай хлеб свой. Как только человек начинает себя жалеть, как только он начинает отсчитывать время до пенсии, чтобы наконец-то ничего не делать (есть такие, к сожалению), включается механизм ухода из жизни. Поэтому чтобы благодать не уходила, надо ею как можно более щедро делиться с другими. Это как вода в колодце: чем больше из колодца берешь воды и даришь, отдаешь, тем она чище, лучше, прозрачнее. Чем больше ты ее скрываешь, чем больше ее хранишь, тем быстрее она протухнет.

Мы говорим, что сейчас очень большое количество разводов, очень большое количество проблем с детьми. Почему? Потому что человек, воспитанный по принципам начала 90-х «Бери от жизни все!», пытается брать это в семье. Но если каждый член семьи берет, то откуда он может это взять? Для того чтобы что-то брать, надо сначала отдать. Вот когда ты отдаешь всего себя семье, тогда и другие отдают, и тогда каждому всегда есть что взять в тот момент, когда это ему понадобится. Это всегда надо осознавать: для того чтобы пожать, надо посеять.

Сейчас у нас люди, наверное, не знают, что такое жатва или как надо жать. Почему это было понятно тогда, когда Господь говорил это две тысячи лет назад? Потому что все тогда знали: есть засеянное поле, стоит пшеница, ты ее тем или иным инструментом пожал, потом обмолотил, перемолол, и вот тогда только хлеб. А считать, что булки растут на дереве или просто лежат на полках в магазине, конечно, можно, но сначала их надо туда положить, а для этого их надо испечь. Так и в семье: для того чтобы ты смог получить там радость, чтобы семья стала для тебя источником смысла жизни, надо всего себя ей отдать, всего себя посвятить служению.

Вот и священники, к сожалению, безрадостные именно потому (таких мало; может быть, о них и говорил наш предыдущий зритель), что им кажется, что главная работа – это выполнить все строго по уставу, по бумаге, по букве. И тогда они не столько отдают, сколько являются наемниками, а значит, пытаются что-то за это получить. Может быть, их так научили, может быть, так им рассказали. Но священник должен осознать, что он может только тогда быть священником, когда он всего себя дарит, понимая, что Господь все вернет… Ведь при священнической хиротонии говорится о том, что благодать Божия восполняет и слабость, и немощь, и все человеческие недостатки.

И в этом смысле для меня всегда был примером мой духовник, протоиерей Василий Лесняк, который при нескольких инсультах и нескольких инфарктах, когда врачи не понимали, как он живет, излучал такое количество любви на каждого пришедшего к нему! Особенно на недостойных, особенно на непонимающих, особенно на невоцерковленных... И вот эти невоцерковленные и недостойные оставались там, прирастали и становились, может быть, даже иногда самыми лучшими, самыми светлыми и радостными членами приходской семьи.

– Вопрос телезрителя из Санкт-Петербурга: «Хотелось бы услышать, как Вы определяете понятие семьи. Потому что мы помним, что в советские времена это была ячейка общества. Есть замечательное определение семьи как малой церкви. Это некое сообщество, связанное родственными, кровными узами, в котором старшее поколение передает духовные ценности младшему, и все это идет из поколения в поколение. Я юрист, а в Семейном кодексе, хоть он и называется семейным, нет определения семьи. Это удивительно. Как бы Вы могли определить семью с точки зрения православного священника?»

– Для того чтобы ответить более точно на этот очень правильный и важный вопрос, я сейчас как раз занимаюсь научной работой. У меня уже есть кандидатские диссертации, а докторской пока не было. Моя докторская диссертация называется «Антропология семьи», это рабочее название. И в ней как раз я и пытаюсь привлечь из разных областей знания (из социологии, истории, юриспруденции) понятия о семье, как это воспринимается людьми.

Но почему я этим занялся как священник? Потому что для меня первоисточник – это Священное Писание. И в нем сказано: «Сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему; мужчину и женщину сотворил их». То есть человек – это мужчина и женщина, а значит, в потенции ребенок. То есть для меня полноценная семья, изначально созданная, – это и есть полноценный Человек с большой буквы. Поэтому все, что разрушает этого полноценного человека, – это против общества, против семьи и в конечном итоге против Бога, против Творца, против Его замысла.

У Серафима Саровского спросили: «Батюшка Серафим, расскажите нам о тайне Святой Троицы». Ведь то же самое тайна семьи. Он сказал: «Не могу рассказать, могу показать». Вот для меня эталон семьи – это царская семья, семья императора Николая Александровича Романова. Вот это муж, глава семьи, несущий на себе самую большую ответственность, какая только могла быть. Ведь он был не только главой государства, но и на тот момент по русскому законодательству главой Церкви. И он же отец четырех замечательных девственных, целомудреннейших дочек и сына с достаточно серьезным заболеванием, которого он готовил себе в наследники великой Русской империи.

И жена – Александра Федоровна… Она обладала некоторыми заболеваниями (об этом мало пишут), которые не позволяли ей быть активной и буквально заставляли быть прикованной к постели. Но вместо этого она отдавала всю себя мужу, своим детям и, насколько могла, тоже несла груз государственного служения. И вот эта семья пронесла и бремя славы, и бремя клеветы, и бремя преследований, и стала святой, и была воспринята как святая.

Мы празднуем память Петра и Февронии – это, конечно, замечательные святые. Но мне все-таки кажется, что День семьи для нас был бы гораздо более понятен, гораздо более имел бы прикладное значение… Ведь самый понятный принцип, как в армии: делай как я. Вот для того чтобы молодым объяснить, что такое настоящая семья, как в ней надо себя вести, надо показать пример. Семья императора Николая II – вот эталонный пример настоящей семьи. То есть если каждый из нас в своей жизни попытается этот пример повторить применительно к своим условиям, к своим обстоятельствам, я думаю, он осознает, что такое семья. А уже более точное определение (то, о чем спрашивал наш телезритель) – это для того, чтобы государство могло в своей деятельности больше этому уделять внимание.

Например, у нас налогообложения индивидуальны, то есть каждый платит за себя лично. А вот в Германии платит домохозяйство. И в результате, например, если тратятся средства в этом домохозяйстве (то есть фактически в семье) на обучение, на лечение, то все это изымается из налогооблагаемой базы. У нас вроде тоже как-то стали сейчас об этом говорить, но там настолько микроскопические суммы возвращаются за обучение, за лечение и так далее, что серьезно об этом говорить нельзя. Можно говорить о тренде, о направлении в эту сторону. Как в свое время был момент, когда были микроскопические пособия по рождению, которые даже нельзя было серьезно рассматривать. И слава Богу, что появился материнский капитал, который все-таки увеличивается...

Я только что был в Белгородской области, читал там лекции для священства. И там губернатор в своем регионе создал программу, где каждая семья может получить участок земли (по-моему, 15 соток), и семья может там построить дом. Если она строит дом, получив еще и кредит (опять же не федеральный, а в своем регионе), то через семь лет, мне говорили, за этот участок земли с подведенными коммуникациями, с построенным домом надо будет отдать государству то ли сто, то ли сто пятьдесят тысяч рублей.

В результате там население растет, люди имеют среднюю зарплату выше, насколько я понимаю, чем во многих других регионах. И вот это показатель. Для меня это был реальный показатель хозяйственного отношения к тем людям, которые там живут. И, кстати, император Николай II определял годность губернаторов к службе по очень простому показателю – по приросту коренного населения за время правления данного генерал-губернатора. Я думаю, это очень правильно и очень полезно для нас сейчас.

– Вопрос телезрителя из Белгорода: «Когда саддукеи, искушая Христа, рассказали ему притчу, с кем будет жена семи мужей в Царствии Небесном, Христос сказал, что там уже не будут ни жениться, ни замуж выходить. Получается, что семья имеет ценность только в земной жизни, а там уже она теряет все свойства. А как же тогда это сочетается с первой главой Книги Бытия?»

– Первая глава Бытия рассказывает о земной жизни, там нет рассказа о таинствах Царства Небесного и о законах Царства Небесного. Об этом уже больше говорится в Евангелии, в Новом Завете, поэтому мы и говорим сейчас о той семье для наших земных слушателей, земных зрителей, которая сейчас у нас есть в нашем практическом варианте. И чтобы оказаться в Царстве Небесном, чтобы не быть уже никому ни женой, ни мужем, надо сначала все-таки родиться в обычной земной жизни, в обычной земной семье, пройти достойно свой путь и потом еще и умножиться в своих детях, своих внуках, своих правнуках. И тогда ты станешь достойным членом Царства Небесного, в котором тебе уже не нужны будут эти половые различия, где ты будешь полноценным творцом, соединенным с Господом.

Ведь для того чтобы мы с вами, изгнанные за решение наших родителей не слышать Господа, а бороться с Ним, могли вернуться в Царство Небесное, нам надо пройти весь этот земной путь. Поэтому разные законы Царства Небесного и разные законы земной жизни, но разные не принципиально, а разные в тех особенностях и деталях, которые присущи предварительной стадии и окончательной стадии. Почему и Церковь у нас есть земная, которая борется, и та Церковь, которая уже победила. Вот чтобы войти в Церковь победившую, Церковь Небесную, сначала надо пройти Церковь воинствующую, которая здесь, на земле.

– Это совершенно удивительно. Когда Вы говорили о любви и о том, какую ценность имеют невоцерковленные люди, вспоминается Антоний Сурожский, к которому приходили атеисты (и даже воинствующие атеисты),  чтобы его уличить во лжи, и становились сами верующими людьми.

Вопрос телезрительницы из Покрова: «Тема о семье, о том, что семья по воле Божией и что семья – это обязательно. А апостол Павел говорит: лучше человеку остаться одному. Хотелось бы услышать, как бы батюшка это истолковал. И также в посланиях к Тимофею есть, что воин (а каждый христианин воин, в моем понимании) не должен обременять себя заботами житейскими. То есть два вот таких места, которые как бы против семьи, потому что самая основная наша деятельность – это апостольско-миссионерская. Как батюшка объяснит? Может быть, я что-то не так понимаю?»

– Я только что хотел ответить на слова об апостоле Павле (Вы же его цитировали), и сразу апостола Павла мы и приводим. Вы закончили свою мысль об отношении Антония Сурожского к атеистам. Давайте вспомним, кем был апостол Павел?

– Савлом, гонящим христиан.

– В современном варианте – он был борителем. Ведь что такое атеист в XX веке? Это приверженец идеи коммунизма в нашей стране, это верующий в других богов, как и Савл, который считал Бога неким другим. Он не понимал, что Бог – это любящий Отец, пославший Своего Сына. Когда он встречается с Сыном, представляете, что было бы, если бы его отогнали? Не было бы у нас апостола Павла, не было бы тех посланий, о которых нам сейчас задали вопрос.

Теперь давайте смотреть по сути вопроса. Господь сказал, что враги человеку домашние его, то есть когда мы в семье отделены от Бога, когда мы заменяем Его куплями житейскими... Помните очень наглядный пример, но более простой, чем апостольские послания (это такие высокие уровни), – это сказка о рыбаке и рыбке? Там есть семья: старик и старуха. Старик поймал рыбку, а старуха стала пытаться эту рыбку эксплуатировать для себя: сначала корыто, которое все-таки еще как-то можно было использовать и для старика, а дальше изба (это, так сказать, уже более личное), ну а уж личное дворянство и свое царство – это уже разделение и разрушение семьи. То есть когда человек вместо служения другому заботится о себе, он действительно занят куплями житейскими. И вот жизнь в служении и прохождении к Царству Небесному, в борьбе за детей, за их воспитание, за их напитывание любовью – это самое важное, что может быть, если уж так говорить.

Давайте рассмотрим опыт всей Церкви. В таинстве Венчания, когда трижды мы проходим вокруг аналоя, уже в венцах, мы поем: «Святые мученицы…» То есть святые свидетели. Для того чтобы войти в Царство Небесное,  чтобы свидетельствовать о Господе, надо полностью отдать себя, а это без Бога невозможно. То есть чтобы быть подлинными супругами, чтобы родить святых детей (а иначе нет смысла в браке), надо выстоять во всех битвах. Надо быть настолько целомудренными, надо быть настолько богодухновенными, чтобы вот это свидетельствовать! Такими были император Николай II и его жена Александра Федоровна. Не надо всем бегать на войну, не надо так плоско все воспринимать, что давайте бросим наши семьи, наших детей, а сами пойдем других воспитывать. Извините, это ересь. Потому что сначала свое.

Помните Послание к Тимофею: кто может быть епископом? У кого в доме порядок. Вы знаете, что первые епископы были в том числе и семейными, как апостол Петр. И в этом смысле, конечно, апостол Павел был холостой, поэтому, наверное, есть определенный крен в его посланиях, но это не означает, что это абсолютно единственное мнение о семье, сложившееся в Церкви. Иначе бы не было таинства Венчания, иначе бы не было первого чуда Господа именно во время таинства Брака, когда Он претворяет воду в вино. Это же тоже благословение брака. Ведь Господь родился в семье, Он пришел через семью, через Иосифа, который охранял Богородицу, и через Пречистую Деву, Которая Сама родилась у Иоакима и Анны.

Поэтому семья – это лоно человека, это лоно праведника. И недооценка семьи в прозвучавшем вопросе, к сожалению, еще раз показывает, что даже в нашей церковной среде мы имеем недостаточно уважительное отношение и недостаточное понимание важности семьи. К счастью, большинство священников это понимают. Именно поэтому большинство многодетных счастливых семей, которые я знаю, – это именно семьи священников. И это здорово, это замечательно. Это как раз показатель того, что, может быть, даже неосознанно, без теории, без точного юридического определения семьи, но сердце человеческое, напитанное Господом, понимает, что радость и счастье – в детях.

Например, я разговаривал с некоторыми матушками, которые даже по государственным законам являются уже многодетными. Они говорят: «Главная радость и понимание материнства у нас начинались с четвертого, пятого ребенка, а не раньше». Ведь с первым ребенком еще ничего не знаешь, это сплошной страх. Это как последняя кукла, как говорят. Вот только бабушки и дедушки – они уже относятся к детям более полноценно, почему так важны бабушки и дедушки в воспитании. Поэтому полноценная семья – это я как ребенок и у меня две бабушки, два дедушки, мама с папой. Вот тогда в меня можно вложить много любви, много заботы. И главное, я буду не покорежен в воспитании. Потому что родители заняты, родители на работе, родители устали, родители чего-то не понимают. И вот тогда приходит на помощь опыт бабушки, пример дедушки. Это очень важно поддержать, потому что, к сожалению, если мы не будем этому уделять максимальное внимание, нас ждет очень невеселое ближайшее будущее.

– Тем более что в Послании апостола Павла говорится не просто так, что лучше человеку быть одному; там же сказано о том, что пусть каждый сам решает.

– Во-первых, само Послание направлено к тем, кто выбирает уже строго монашеский подход. Вот если ты созрел до такой степени, что принимаешь это уникальное служение монаха, это иное существование, тогда да – ты один служишь, отдаешь себя всего молитве, всей семье, то есть всем, кто рядом. Но в большинстве случаев все-таки Господь дает нам другое предназначение и другое служение.

– Вопрос телезрительницы из Краснодарского края: «Четвертого ноября умерла моя тетушка в 22 часа 30 минут. Как правильно рассчитать девятый, сороковой день? Считать ли этот день, когда уже осталось до его окончания чуть больше часа?»

– Да, без сомнения. Это первый день. Ведь Вы же помните, что Господь был распят и ушел из земной жизни тоже вечером и воскрес на третий день. То есть в пятницу ушел, а в третий день – воскресенье – воскрес. Поэтому день ухода из жизни до 12 ночи считается первым днем. Соответственно отсчитывайте, и будет Вам понятно, когда третий, девятый, сороковой день.

– Когда мы говорим о семье, то я понимаю, что чем дольше я живу, тем более для меня важно, кто были мои не просто дедушка и бабушка, а прадедушка и прабабушка. Мой дедушка успел мне рассказать, кто была его бабушка, его отец и мать. Но я просто думаю о том, что теперь, наверное, нам необходимо это знание в семье.

– Оно необходимо для всего, не только для духовных моментов. Ты носишь в себе знание о том, кто был за тобой; и память о них нельзя предать, нельзя разменять, нельзя поступить недостойно. Потому дворяне или те страны и те общества, которые уже стабильны, помнят  десятки поколений тех, кто был до них. Во-первых, их качества, их особенности отношения к жизни – они все проявляются в тебе. Почему в Библии сказано, что проклятие на три-четыре рода, а благосостояние на тысячи родов? То есть то благословение, те таланты, те особенности, которые были даны нашим предкам, в тебе есть. И если ты про них будешь знать, тебе легче будет найти себя в своем служении.

Но если ты знал, что они что-то сделали не то, навели некое проклятие… ведь если смотреть с обыденный и научной точек зрения, проклятие – это, например, когда ты был зачат во время пьяного соития. Ты в какой-то степени был проклят, потому что твои гены могли быть повреждены. Но если ты с Господом, если ты причащаешься Тела и Крови, ты можешь это преодолеть. И очень много случаев сейчас и в моей священнической практике, когда врачи говорят: «Все пропало, уже обречен». А человек избавляется от страшнейших диагнозов, он становится совершенно другим, когда начинает причащаться. Уходит зависимость от наркомании, уходит онкология, уходят те тяжелые диагнозы, которые считаются неизлечимыми.

Поэтому с Господом все возможно. Но если ты знаешь о том, что было за спиной, то ты будешь с большим дерзновением и с большей самоотверженностью служить, отдавать, делиться. И тогда быстрее и себя восстановишь и преобразишь, и поможешь тем, кто за тобой. Как Господь, помните, вывел из ада Адама и Еву? Вот если мы в своей деятельности будем молиться за наших предков, то мы не только себе поможем, но и их душам поможем. В этом смысл молитвы, в этом смысл панихиды. Вот почему во многих храмах обязательно после каждой литургии служится панихида. Потому что это наши корни. «По плодам их узнаете их». Мы можем сказать о тех, кто за нами, по нам самим. И чем лучше мы станем, чем лучше мы сможем стать, тем больше мы сумеем отразить те таланты, которые были заложены в нас через наших родителей и прародителей.

Для меня всегда в этом смысле есть очень явный пример. Спрашивали монахов того монастыря, который находился рядом с Бородинским полем; там стал молиться о погибших. Они говорят: сначала, когда мы молились, было очень тяжело, нам представлялись черные ряды. Вы же помните, кто выходил, особенно среди офицерства. Это были дети, воспитанные французскими гувернерами, с совершенно другими ценностями, почему многие из них потом участвовали в декабристском выступлении. А потом чем больше о них молились, тем больше они просветлялись. И в конце концов стали светлыми. Это вот важность нашей молитвы, важность нашей памяти.

– Если мы начали о семье как о источнике разъединения и соединения, то вышли на совсем другое: на тему семьи как основы. Я понимаю так, что народ мы тоже можем назвать семьей.

– Только в том случае, если он будет состоять из полноценных и одухотворенных семей.

– Заканчивая нашу передачу, я бы даже не хотел подводить здесь итоги…

– Это невозможно в этой теме.

– Просто у меня возникла такая мысль, что, наверное, в каждой семье может быть свой праздник. Понимаю дни рождения, но как было бы здорово, если бы в каждой семье был просто свой семейный праздник раз в году. Отмечаем не папин день, не мамин день, не день пенсионера, не день защиты детей…

– Например, день венчания.

– А может быть, день семьи, чтобы еще и дети в нем принимали участие. Но я так понимаю, что когда мы приходим на литургию, то это, наверное, и есть тот самый семейный праздник.

– Дай Бог тогда, чтобы в каждой семье этот день прихода на литургию, совместного служения был как можно чаще. Лучше всего как в молитве «Отче наш»: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». То есть ежедневно.

Ведущий Глеб Ильинский

Записала Елена Кузоро

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы