Беседы с батюшкой. С протоиереем Димитрием Смирновым

2 декабря 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
На вопросы телезрителей отвечает протоиерей Димитрий Смирнов, настоятель храма святителя Митрофана Воронежского на Хуторской (Москва).

(Расшифровка выполнена с минимальным редактированием устной речи)

– Батюшка, мы приблизились к празднику Введения во храм Пресвятой Богородицы, завтра у нас уже будет всенощная под праздник. Почему этот праздник вошел в число двунадесятых? Почему это событие Церковь выделила, поставив его в один ряд с Рождеством Христовым, вообще с Господскими праздниками?

– Потому что воспитание по обету будущей Богородицы при храме сыграло очень большую роль. Храм и все, чему обучалась юная Дева, способствовало Ее воспитанию и было подготовкой к тому, чтобы Ей стать Матерью Бога. И еще этот праздник указывает на то, как много храм играет в нашей жизни.

– Само событие, конечно, удивительное. Хотя оно не вошло в текст Священного Писания, в Евангелии нет об этом упоминания, но мы знаем, как это происходило и как первосвященник ввел Ее во Святая святых, чего вообще никогда не было.

– Да. Это по наитию Святого Духа.

– То есть так Господь указал на Свою Избранницу, на то, что Ей предстоит послужить по удивительному Божьему Промыслу в деле нашего спасения.

– Да, в котором запечатано вообще спасение человечества и всей вселенной.

– Ну что ж, будем ждать праздника.

Вопрос телезрительницы: «Я хожу в церковь, мне семьдесят лет, а я грехи всё старинные поминаю, говорю одно и то же. Эти грехи когда-то от нас отходят? Или  Бог их нам так и не прощает? Почему я постоянно их говорю?»

– Очень просто. Либо надо в грехе раскаяться, и тогда он исчезнет, либо он продолжается. Можно грешить всю жизнь. Надо приложить усилия и молитву Богу, чтобы Он нас от этого избавил, тогда грех не будет  повторяться.

– Но та женщина говорит: я всю жизнь в этих грехах каюсь,  исповедуюсь.

– Да, «исповедуюсь». «Каюсь» – это разбойник на кресте покаялся и в рай вошел через час.

– А нашей исповеди не хватает, чтобы ей стать покаянием.

– Не хватает решимости оставить грех.

– Но то, что порой возникает, нами не контролируется; раздражение…

– Многие люди вообще ничего не контролируют. Живут, так сказать, импульсивно и руководимы страстями, которые в данную секунду пребывают в душе.

– Гнев и раздражение можно контролировать?

– Конечно. Любой человек, если его пригласят для вручения медали в Кремль, будет там вести себя прилично, говорить тихо и все контролировать. Ибо будет исполнен чувства ответственности...

– То есть момент может человека мобилизовать, чтобы он себя сдерживал. А вот по жизни…

– …а по жизни, особенно дома, при близких, человек распускается.

– То есть это распущенность? То, что происходит в человеке из раза в раз.

– Конечно. Человек должен собраться, а он распускается.

– Но почему не происходит этого внутреннего изменения? Ведь и усилие прилагается.

– Потому что нет покаяния.

– Нет желания измениться?

– И желания достаточного нет. И нет желания принести плоды покаяния. И нет желания осуждения себя за грехи. А есть желание оправдания. Ты не заметил? На исповеди стараются всё подробнее рассказать.

– Это повсеместно.

– Это такая уловка, в которой сокрыто желание самооправдаться.

­­– Обычно это желание батюшке объяснить все подробнее, чтобы он понял...

– Чтобы он понял, что «я не виноват».

– Вопрос телезрительницы Людмилы из Белгорода: «Моей маме восемьдесят три года, сегодня я ее водила в храм, она исповедовалась, причащалась. Пришли домой, и она начинает мне про Винокура рассказывать, про Машу, которая уехала в Киев, еще про что-то. Я говорю: "Мам, я тебя прошу, не рассказывай мне про это, я знать не хочу, телевизор не смотрю". А она мне говорит, что я неуважительно отношусь к родителям, хотя хожу в храм; плохо к ней отношусь. Что мне ей сказать Вашими устами? Потому что сама я не могу, у меня ума не хватает. В итоге я ушла, она обиделась; мы живем отдельно – вместе жить не получается. Скажите, что я как дочь могу ей сказать, чтобы она не обиделась, но чтобы мне телевизионные новости не пересказывала?»

– А это невозможно. Потому что старый человек живет уже по своим привычкам. Если не случится какого-то землетрясения (я условно говорю), так и будет продолжаться. Поэтому премудрый русский народ в своих пословицах говорил: яйца курицу не учат. А Вы в данном случае – «куриное яйцо». Поэтому она сама знает, о чем ей думать, о чем заботиться, Винокуром интересоваться или Хазановым.

– Но при этом она хочет, чтобы и слушающие тоже интересовались и поддерживали с ней этот разговор.

–  Потому что поговорить же охота.

–  И когда ей отказываешь – обида.

– Ну да. Но когда человеку за восемьдесят лет, поздно его учить.

– Но ублажать в этой ситуации нужно?

– Необязательно. Но делать это как можно деликатнее, чтобы это не выглядело грубо.

– Одна женщина тоже посетовала, что на нее обиделся папа (мол, с тобой просто поговорить не о чем, ты ничего не знаешь из происходящего в мире). Она: «А мне действительно неинтересно! Дома телевизор не смотрим, новости не смотрим, у нас интерес храмовый». А ему – наоборот. И – обида.

– Тут, собственно, не на что обижаться. «Папочка, я такая, какой ты меня воспитал».

– «Я тебя такой не воспитывал, это тебя Церковь такой сделала». Каждый родитель, если видит недостаток в ребенке, считает, что это – детский сад, школа, улица и так далее. Но только не сам родитель.

– Это неправильно. Некоторые атеисты очень даже подталкивают своих детей к храму.

– Это как?

– Невольно, своим абсурдом.

– Вот этой атеистической жизнью, рассуждениями.

– Ну да. Каждый нормальный человек чувствует присутствие иного мира в нашей жизни. А ему говорят: его нет.

– Вопрос телезрительницы: «Мой брат духовный на днях умер, был первый день поста. И сорок дней будет в последний день поста. Но так как он умирал от рака горла, очень сильно хотел кушать. Можно ли поставить несколько блюд непостных на стол для тех людей, кто не постится?»

– Конечно, можно.

– Последний день поста – это Рождественский сочельник.

– Ну и что? А этим людям главное же поминки, а не Рождество Христово.

– …Знаете, как говорят: «Не ешь, это нарушение». А человек даже не знает, что он  нарушает.

– Ну да.

– Где в этом блюде нарушение?.. Вроде все по рецепту.

– Селедка под шубой.

– Немножко вернусь к предыдущему вопросу. «Мы часто согрешаем, каемся, опять согрешаем. А сколько Господь может прощать человеку один и тот же грех?»

– Наблюдая за этим процессом, всю жизнь может прощать. Но на самом деле люди-то над этим не задумываются. А потом, как древние святые отцы говорили, в человеке все привычка. Он чувствует, чем-то совесть его отягчена, и на исповеди об этом говорит. Но покаяния-то все равно нет.

– То есть цель исповеди – это немножко облегчить совесть?

– Цель исповеди – поставить диагноз той духовной болезни, которой болен человек. Но ведь поставить диагноз – это только наполовину выздороветь.

– Но человек довольствуется этим диагнозом. Доволен тем, что знает.

– Человек может быть доволен тем, что у него рак? Не предпринимать никаких попыток затормозить течение болезни или исцелиться…

– Это связано с нашим драгоценным горячо любимым телом.

– А к душе-то надо – с еще большей ответственностью.

– Душу не видно. Она даже если болит – где-то внутри…

– Бывает, сильно. Во всяком случае, не хватает человеку духовного просвещения. Люди, к сожалению, не понимают, что от них требуется.

– Даже ходя в храм много-много лет.

–  Анна и Каиафа очень долго (много лет) ходили в храм. А когда в храм стал ходить Иисус Христос, они на Него вознегодовали и подставили Его Пилату под убийство. Так все отрежиссировали, такой составили сценарий… А Христос невинный. Все, кто просто смотрел на это, видели, что Он совершенно ни в чем не виноват. Так что в храме человеку дается шанс, что он что-то услышит, чему-то научится. Мы говорили о Введении во храм Пресвятой Богородицы, Она очень многому в храме научилась.

– То есть храм человеческому просвещению способствует?

– Конечно. И в храме все говорит о спасении. Но воспримет это человек или нет – это зависит от его воли.

– Только лишь от воли? Или, может быть, от способностей, от его воспитания?

– Дело в том, что все гении, которые говорили о своих достижениях, говорили обычно так: способности – это только пять процентов, остальное – труд.

– То есть каждый человек, если он возжелает воспринять, то Господь ему такую возможность преподаст …

– Да. Важно возжелать.

– Вопрос телезрительницы: «Отец Димитрий, Вы очень мудрый человек; поделитесь мудростью. Моя внучка ходит на занятия к репетитору по математике, который все время, каждое воскресенье, заставляет ее выносить мусор. Понимаете, копит всю неделю. Мы терпим все это по-христиански, но так правильно или нет? Отец Димитрий, я понимаю, что Вы тоже можете не ответить. Но как Вы считаете?»

(Далее диалог с телезрительницей.)

– А я что-то не понял: в чем проблема?

– Когда она позанимается, все время выносит мусор. Преподаватель собирает мешок с мусором и дает ей выносить. И так каждое воскресенье.

– А что в этом плохого-то?  Я, например, тоже мусор выношу до сих пор. Вы на какой улице живете?

– Мы живем на Власихе.

– Ах, на Власихе. Это для меня сейчас далеко. А то бы я мог Вам вынести мусор… И учителю тоже.

– Учитель, которая занимается с ней, готовит ей мусор – целый мешок.

– Ну и замечательно!

– Да?

– Да.

– Все, отец Димитрий. Вопросов нет.

– Нет? Слава Богу.

– Спасибо Вам за ответ.

(Окончание диалога с телезрительницей.)

– Возмущает несправедливость.

– Да что ж тут несправедливого, когда ученик своему учителю оказывает некую услугу, цена которой – кусочек скорлупы от съеденного яйца?

– Молодому человеку захватить пакет с мусором до мусорного бачка... А учитель, может быть, пожилой уже человек…

– Да хоть и молодой. Но это же, по-моему, очень здорово. Может, учитель и стоит каких-то денег, но это дело родителей. А тут ученик сам участвует своим… нельзя назвать «трудом», жестом, что ли. Видишь, как сложно жить? Чтобы вынести пакет с мусором, нужна мудрость. А сколько мудрости надо, чтобы тридцать два зуба почистить? Это вообще очуметь можно.

– Везде – труд.

– Да. Нет – еще и мудрость.

– Мудрость для того, чтобы решить: прилагать труд или можно обойтись без этого.

– Я не вижу в том, что человек выбрасывает мусор, какого-то труда. Труд будет потом, когда эти горы мусора нужно будет обезвредить.

– Идет человек по улице и видит: возле урны валяется бумажка от мороженого. Труд для него поднять и выбросить в урну? Движение просто секундное.

– А трудно водителю окурок не кидать на асфальт?

– Трудно. Иначе бы не кидал.

– Да нет, просто ему лень выворачивать пепельницу. И ликвидировать это. Он лучше на дорогу кинет.

Человек выбирает путь длиннее. И больший труд, например, – возмутиться. Тем, что мусорят, тем, как себя ведут, что так вообще не положено. Сколько энергии, сил, времени затрачивается на то, чтобы возмутиться! А вот труд, чтобы сделать,  оказывается для человека гораздо более сложным.

– Видишь, даже людей, которые не участвуют в этом процессе, это, оказывается, касается.

– Вопрос: «Объясните, пожалуйста, слова из Евангелия: человек должен быть благонадежен для Царствия Небесного. Как это понять – "благонадежен"?»

– Можно сказать, что те души, которые в Царстве Небесном пребывают, надеются, что этот человек тоже получит благо, оказавшись рядом с ними.

– Когда человек проявляет страх или отчаивается в какой-то ситуации, это говорит о его неблагонадежности? Или это что-то временное?..

– Это может быть такое временное помешательство.

– То есть благонадежен человек или нет, это может увидеть только Господь?

– А как же? Господь-то видит.  

– Потому что люди часто друг про друга рассуждают. О такой благонадежности. И вообще о верности. Человек может оценить веру другого человека?

– Это определяется по поступкам.

– Всех поступков знать никто не может.

– Всех – нет. Допустим, познакомились два человека. И при общении у них складываются разные ситуации. Один ведет себя как джентльмен. Всегда! Значит, это – благонадежный человек. А если наоборот?

 – Очень частая ситуация: на людях – просто исключительно джентльмен, а дома такое, что даже не подумаешь, что в этом человеке могут уживаться два разных существа.

– Это говорит о том, что он знает, как себя вести. Но знать и уметь – это еще не значит таковым стать.

– Вопрос телезрительницы: «Хотела бы спросить расшифровку слова "бесплатно". Потому что я слышала, расшифровка такая: "бес платит". Я бы хотела услышать Ваше мнение: как все-таки правильно?»

– Правильный русский язык – это до большевистской реформы. А большевики очень сильно испортили грамматику. Потому что такого слова не было. Третья буква была «з»: «безплатно». Поэтому-то возникает такая путаница и какие-то глупые теории – на пустом месте.

–  Да, с этой приставкой я тоже уже встречался, когда люди просто ее боятся как огня…

– Не все же знают, что большевики не всегда были на нашей земле и не всегда у них была возможность делать всякие гадости нашей культуре, языку.

– С языком сейчас тоже происходят такие преобразования, в связи с тем, что люди стали общаться больше не вживую, а через Интернет и сообщения, в которых появился  собственный язык.

– Он сильно вульгаризирован.

– Так люди стали и говорить на нем.

– Ну, некоторые воспринимают его как норму.

– Так что скоро классический русский язык будет некой архаичностью, его перестанут понимать.

–  Нет, понимать-то еще очень долго будут.

– Вопрос: «Как не растерять благодать Божию после причастия?»

– Надо постараться ничего не делать такого, что оскорбляло бы Святого Духа. Тогда она будет оставаться.

– Нередко люди, выходя из храма, общаются. Они встречаются раз в неделю, давно не виделись. И вот это общение мешает человеку удержать благодать Духа Святого?

– Ну, по-разному бывает.

– Некоторые люди говорят: как? убегать от этого общения?

– Есть такие женщины (хотя с такими мужчинами я тоже встречался, но реже), которые говорят непрестанно, как некая заведенная пластинка. Этого, конечно, нужно стараться избегать. Причем интересно: им все равно – кому и о чем. И даже не задумываются: а это может быть интересно другому человеку? Они даже не разговаривают, а просто молотят языком. Конечно, тут же лишаешься всего, что мог бы приобрести и воспринять благодать на благодать.

– А занятия домашними делами в этот день не мешают человеку быть с Богом?

– Нет. Потому что это как некоторое рукоделие. Можно заниматься мытьем пола и посуды, очень даже сосредоточенно молясь, воспевая Богу благодарственные псалмы.

– Вопрос телезрителя: «Если человек умер, его нужно предать земле, похоронить. А сейчас места на кладбище мало, и получается, что человека кремируют, сжигают и потом урночку прикапывают в могилку к родственникам. Это можно делать – кремировать? Или это грех?»

– Можно, и это не грех. Просто такие похороны не являются христианскими, это языческий обычай – сжигать покойников. А так кладбищ вокруг Москвы полно. И вообще в России столько места, что весь мир можем похоронить. Поэтому это проблема надуманная.

– Проблема в деньгах, батюшка. Это гораздо дешевле, чем покупать новый участок.

– Конечно. Поэтому очень многие пожилые люди копят себе и накапливают.

– То есть такая забота о своих будущих похоронах – вещь обычная?

 – Да, обычная. А почему бы нет? Египетские фараоны как заботились? Много десятилетий строили…

– …себе гробницы.

– Конечно.

– Ну что ж, и родственникам легче, и сам спокоен, что не сожгут.

– Дело тут не в самом процессе – сжигать или не сжигать. Нил Сорский, что ли, сказал: «Бросьте меня псам». Это совершенно на судьбе не сказывается. Но похороны в крематории скорее напоминают Освенцим, нежели христианское погребение. Если человека это не смущает, что он уподобляется деятелям совершенно другой культуры…

– Вопрос телезрительницы: «Когда мы исповедуемся (в идеале – каемся, конечно), то в этот момент может ли лукавый слышать наши ошибки, чтобы потом их усугубить? Ведь недаром же говорят, что на верующих людей, воцерковленных, как-то больше нападение вот этой силы. Я читала, что лукавый мысли не читает, но свое навязывает».

– Нам больше надо интересоваться, как действует благодать Святого Духа в нашем сердце. А зачем заниматься всякими исследованиями демонизма? Не совсем понятно. Если хотите, чтобы бесы не нападали, надо с ними дружить. Заключить с ними договор. Как шаманы – они бьют в бубен, приносят всякие жертвы, задабривают всю эту нечисть и служат ей верой и правдой. Вместо молитвы вечный огонь на могиле ставят. Хороший символ – вечный огонь.

– Но человек хотел бы оградить себя от бесовских нападок.

– Самое лучше ограждение (и единственное) – это стяжать благодать Святого Духа. Никакой другой защиты нет. Благодать Святого Духа так действует, что бесы отбегают, не переносят ее…

– Но мы знаем из житий святых, как люди, уже живущие благодатью Духа Святого, подвергались нападкам бесовским, иногда даже до физического избиения.

– Ну и что? Самое обычное дело – война. Живет себе крестьянин, сеет хлеб, ячмень сеет, клевер для корма скота, и вдруг случается война. Воюют, жгут поля, берут в полон, продают на невольничьем рынке. Самое обычное дело. Или гриппом заболел. Ну что тут такого? Мы же рай в Адаме оставили. Волчцы и тернии производит наша земля. Все хотим не болеть. А как Господь сказал? В мире скорбны будете. Человек хочет как-то всю жизнь переделать под себя: чтобы мне было хорошо, удобно, а если уж умирать (ну ладно, невозможно избежать), то чтобы так тихо-тихо, плавно – и в рай. За какие такие заслуги?

– Каждый человек может рассказать о собственных заслугах. Потому что он видит в себе много хорошего.

– Я очень рад, но этого недостаточно.

– И боится, что вот это хорошее могут бесы попортить.

– Каким же образом?

– Всякими нападками.

– Да нет. Если человек стяжал благодать Святого Духа, они ничего попортить не могут.

– Реальная ситуация. Приходит женщина, говорит: «Подруга попросила молиться за ее усопшего родственника, стала молиться – и все в жизни посыпалось».

– Не от этого. Это просто клевета бесовская, которая возводится для того, чтобы она не молилась. Потому что молитва – очень хорошее и бескорыстное дело. За человека, которого не знаешь, по просьбе подруги.  Бесу это невыносимо противно, и он начинает стращать, кино всякое показывать.

– И человек испугался.

– Если человек испугался, вообще надо дома сделать храм бесовский, все для них делать, бубен купить.

–  …пришла с вопросом: «Может, мне не по силам? То, что я на себя взяла такую молитву».

– Какие тут нужны силы, интересно? «Господи, помилуй!» – какие тут силы?

–  Люди друг другу рассказывают, что можно, что нельзя. И среди этого «можно» и «нельзя» – какие молитвы можно читать, а какие нельзя.

– Это уже больше похоже на психиатрическую клинику. Потому что нигде в учении Церкви таких глупостей нет, это собственное творчество. Причем с бесовским акцентом.

– Когда человек столкнулся с такими нападками, он уже и другим говорит: «Ой, вот этого не делай, будет плохо».

– Так мало ли чему взрослые учат детей…

– Вопрос телезрительницы: «После Причастия у нас в храме сперва дают частицу, а потом мы ее запиваем. А сегодня я попала в другой храм, в другом поселке, там сперва дают запивать, а потом частицу после Причастия. Как правильно?»

– Никогда не задумывался. Пятьдесят лет в церковь хожу, даже никогда не обращал внимания. Это Вы спросите у того, кто поумнее или пообразованнее. Как правильно, я не знаю.

– Вопрос: «Как объяснить людям, что однодетная семья ущербна?»

– А зачем объяснять?

– Ну как? Всегда хочется помочь.

– Я понимаю – трудно молчать, когда тебя не спрашивают. Но это в некотором смысле неприлично. Одно дело взять и сделать такие курсы – об ущербности семей. Люди пришли, слушают про ущербность... А другое дело так: ни с того, ни с сего. Мы едем в трамвае, вдруг: «Слышь, ущербный, а где твои остальные дети?»  Поэтому тут надо как-то очень деликатно…

– Человек сам в своей жизни натворил всяких глупостей и хотел бы предотвратить эти глупости в семьях молодых.

– Очень просто – напиши книгу. Не можешь книгу – статью. И помести в Интернете, люди будут читать и кивать головой с согласием.

– То есть лучше оставить людей в покое с тем, что они сами для себя решили.

– Ну конечно.

– Вопрос: «Можно ли спорить на религиозные темы, отстаивая, как считаешь, правду Божию?»

– Спорить можно, но надо знать, что это противоречит Священному Писанию. Ибо апостол сказал: немощного в вере принимай без споров о мнениях. Если начинаешь спорить, то нарушаешь слово Божие.

– Человек сам вызывает тебя на этот спор.

– Ну и что же? А сказано: не мечите бисер перед свиньями.

– То есть, видя не искренний интерес, а желание поспорить…

– Есть вообще люди спорливые. А есть очень самоуверенные, считают: я сейчас (как это у нас называется) порву.

– А некоторые просто оказываются объектом нападок. Зная, что человек ходит в церковь, сослуживцы начинают его щипать.

– Ну, ущипнул, и что такого? За Христа пострадать.

– Причем иногда достаточно просто ответить людям, но это вызывает поток этих вот спорливых вопросов.

– Бессмысленно. Мой опыт говорит: это все равно что обижаться, когда тебя дразнят. Чем ярче ребенок на это реагирует, тем злее мальчики из класса начинают его третировать.

– Батюшка, ну а как-то миссионерствовать среди коллег вообще возможно? Если ты находишься в коллективе действительно людей неверующих.

 – Для этого нужно стяжать такой авторитет, чтобы, когда ты входил в аудиторию, они замолкали и вставали. Тогда можно.

– То есть без авторитета и начинать не надо.

Вопрос: «Что имеет в виду преподобный Амвросий Оптинский, говоря: "Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя сначала без любви. Господь увидит твое желание и старание и вложит в сердце твое любовь"? А разве дела любви не есть сама любовь? И что значит: "вложит в сердце любовь"?»

– «Вложит в сердце любовь» – это буквально. Вот входит человек в вагон метро и хочет сесть, потому сидеть ему представляется лучшим, чем стоять. Но тут женщина с двумя сумками его обгоняет и усаживается. А он, вместо того чтобы подставить ножку и сесть, смиряется и уступает. Никакой любви у него в данный момент нет. Но он, чтобы поощрить женщину, кроит улыбку на своей физиономии и жестом показывает: ничего-ничего, сидите-сидите, я, дескать, хотел для Вас занять... Если он так будет поступать, как будто у него есть любовь… ну вот берем ротор и начинаем руками его крутить: на входе разность потенциалов возникает в моторе, правда? Он работает как генератор. Так же и здесь: если любви нет, а я делаю дела любви…

–  …я кручу ротор своей души.

– Да. Тогда возникнет и любовь.

– То есть, поступая по любви, даже ее не имея, мы тем самым приближаемся к ее приобретению.

– Нет, конечно, мы не можем ее приобрести. Любовь – это дар Божий. Но если Господь видит, что человек старается ее добыть (даже путем вращения ротора, или посещения больного, или еще чего-то, специально), то, конечно, очень сильно его сердце меняется, умягчается.

– Вопрос телезрительницы: «Во время крестного хода в честь Табынской иконы Божией Матери я была очевидицей, как на лбу у Младенца появились капли, миро, и икона начала мироточить. Было такое благоухание,  было так здорово! Придя домой, я все это рассказала – своим друзьям и дома. И они как-то с сомнением слушали. Как мне им объяснить, что это за явление?»

(Далее диалог с телезрительницей.)

– А это необъяснимо, зря стараетесь.

– Почему?

– Потому что пока человек сам этого не увидит, он будет выражать всякие сомнения.

– Одни говорят, что это к беде, другие говорят, что к радости.

– А у нас вся жизнь – то радость, то беда. Что тут такого?

– Это была такая благодать.

– И слава Тебе, Господи. Вы сподобились, храните это в своем сердце. Если хотите подольше сохранить, то не надо никому рассказывать. Вообще у икон есть такое свойство – мироточить.

(Окончание диалога с телезрительницей.)

– Человек явился свидетелем чуда и хочет им поделиться. А люди как-то не воспринимают его слова с той радостью, с которой, он надеялся, они воспримут. И он удивляется: как же так?

– Людям говоришь, что две тысячи лет назад Сам Бог ходил по земле и нечто им говорил. С какой целью? Чтобы они спасли свою душу. Им даже неинтересно почитать. А тут капельки мира на иконе, написанной на дереве, выступили... Слова Самого Христа неинтересны! Это уж куда больше, чем любое миро! И все равно неинтересно. Ни детям, ни юношам, ни взрослым, ни старикам – неинтересно. Сам Бог ходил по земле.

– Интересно то, что касается человека непосредственно.

– Что касается пенсии, налогов, цен – это интересно. И еще погода. Вместо того чтобы высунуть нос и посмотреть, что за погода, он полчаса слушает, что там очередной профессор рассказывает.

– Человеку интересно все, что связано с его телесной оболочкой.

– В этом-то все и дело. Как капельки мира благоуханного связаны с моим здоровьем: если я помажусь, никогда не буду болеть. Тогда сейчас очередь выстроится.

– А как хотелось бы – не болеть.

– С одной стороны – да. Но, с другой стороны, я, например, ощущаю пользу от болезни.

– Да. Слава Богу, что болеем. Это все-таки такая милость Божия.

– Душевную пользу для себя ощущаю.

– Батюшка, спасибо Вам за Ваши ответы. Пора нам прощаться.

– На здоровье. До свидания, дорогие братья и сестры, с наступающим Введением во храм Пресвятой Богородицы.

Ведущий Александр Березовский, протоиерей

Записала Татьяна Муравьева

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы