Беседы с батюшкой. Православные школы. Образование и вера

12 октября 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы отвечает иерей Олег Патрикеев, настоятель храма святой великомученицы Варвары, поселок Рахья Выборгской епархии.

– Дорогие друзья, сегодня мы будем обсуждать тему православной школы, образования, его качества…В том числе будем говорить и о воскресных школах. 

Тема интересная, сложная, но благодарная, потому что, так или иначе, затрагивает всех, кто занимается образованием. 

Сейчас мы сталкиваемся с такими сложностями, когда много детей ходит в воскресную школу при храме, но наступает время, когда они доходят до выпуска в воскресной школе (в возрасте 13-14 лет). И дальше лишь редкие подростки посещают воскресные школы. Я знаю, что Вы в том числе духовник православной школы, которая занимается и настоящим средним образованием, поэтому у меня к Вам много вопросов; в том числе – что же такое православное образование в современном мире? 

– Вопрос очень серьезный. Мы говорили о православии и его культуре. Само понятие «православие в школе» немного сужает тот потенциал православия, который должен присутствовать в каждой школе. Здесь мы специально ушли от названия «православная школа», наша школа называется просто Русская классическая школа «Рутения». Хотя наша школа имеет православный христианский образ, при этом не имеет такого названия. Может быть, это сделано даже специально, для того чтобы раскрыть свои объятия для всех. Потому что если мы назовемся только православной школой, то человек неправославный, может быть, крещенный в детстве, сразу чувствует какое-то неудобство. Он думает, что будут постоянные молитвы, изучение Библии и т.д., что нельзя сразу давать ребенку. 

Само образование идет у нас прежде всего через работу с ребенком как с личностью: в первую очередь это его воспитание, его желание познать мир. В этом происходит взаимопонимание учителя и ученика, которое, в принципе, должно происходить на каждом уроке. Мы даем направление, когда все уроки, начиная с математики и заканчивая историей, ведут к познанию Бога. Тогда уже на выходе получаем результат. Таким образом, мы постепенно вливаем в душу ребенка познание Бога, в этом и есть смысл православия, а не в том, чтобы просто выучить пару молитв. 

– Иногда мы сталкиваемся с мнением, что если человек верующий, то любой его шаг, так или иначе, подчинен идее христоцентричности, поэтому все люди, общаясь с ним, понимают, что это верующий человек. Как я понимаю, в вашей школе действует такой принцип. 

– Конечно, мы стараемся донести до ребенка именно понимание своей нужности, своей миссии. Ведь образование происходит от слова «образ», и этот образ мы и хотим найти в ребенке. Сам он не может найти в себе этот образ, по которому сотворены все мы, и поиск учителем в ребенке этого образа может продолжаться очень долго, как при раскопках города. Здесь очень важно, что сам учитель должен желать этого. Христоцентричность и является здесь поиском Христа в человеке, Его образа. Тогда ребенок воспринимает себя как личность, у которой есть миссия, и через игру, действия, пособия, рисунки, через участие в спектаклях... 

– Даже в спектаклях? 

– Конечно, в спектаклях ребенок очень хорошо раскрывается. Самое главное – раскрыть ребенка. Каждый ребенок – цветок, который пока еще, как бутон, закрыт. И мы, как садовники, не раскрывая его самовольно с желанием посмотреть, что там внутри, удобрять, оберегать, пытаемся потихоньку помогать бутону раскрыться самому, чтобы показать весь свой прекрасный цвет. 

– Вы мне напомнили и другой пример: 8 марта продают тюльпаны, перетянутые резиночкой, чтобы цветы выглядели закрытыми, а если ее снять, они раскроются. 

Мы привыкли, что в школе существуют свои законы. Помню, как учитель ходил с линейкой по рядам и бил по рукам, если ты делал что-то плохо. Я помню школу как особый режимный объект. Я часто бываю в воскресных православных школах и сталкиваюсь с такой особенностью, когда в одной аудитории вынуждены заниматься и маленькие дети, и уже подростки. В этом случае у меня возникает вопрос: как можно преподавать Закон Божий для детей разных возрастов? Вы преподаватель Закона Божьего; каким образом Вы строите занятия? 

– Вы правы, это невозможно и практически нереально. Мы пробовали преподавать для всех сразу, но итог был практически никакой. Дети малого возраста могут шалить, могут тебя не услышать или не понять, поэтому для каждого возраста нужен свой урок. Очень хорошо поступил благочинный отец Роман, который не пожалел найти учителя на каждый возраст. Его воскресная школа самая большая в нашем благочинии, а может быть, и в епархии – в ней учится сто человек. Я сам был преподавателем в этой школе и тоже научился пониманию того, что нужно делить детей по возрастам. Лучше потратить больше времени, но это потом тебе воздастся вдвойне и втройне, потому что ты отдаешь себя определенному слушателю. Здесь очень важно найти тот язык, на котором ребенок тебя поймет. 

Мы даже уходим от самого названия «Закон Божий», потому что это даже немного пугает – а ты выполнил сегодня закон Божий? Душа ребенка сразу напрягается, и он, как улиточка, может свернуться и бояться этого слова. Поэтому есть названия «Уроки добра», «Река времени», когда мы изучаем историю от сотворения мира до сегодняшних дней. Это программа, которая давно разработана, я преподаю ее много лет, и она дает положительный результат. 

Конечно, уроки по «Закону Божьему» Слободского для того времени были нужны, а сейчас требуется интерактив. Как сейчас ребенку рассказать без экрана? Ведь есть прекрасные картинки и мультфильмы, а ребенок воспринимает именно через картинки. У него художественная память, он помнит то, что рисует, поэтому для каждого урока у меня свои раскраски. Под праздник или день святого мы выполняем раскраски: ребенок рисует и запоминает. У ребенка сильное воображение, и через подобные игровые моменты он начинает воспринимать этот урок. 

– Вопрос телезрителя Евгения из Белгорода: «Развивает ли православное образование у детей критическое отношение к получаемой информации, чтобы потом они могли отличать пропаганду от истины?» 

– Это первоочередная задача. В начале занятия я всегда делю доску на две половины: плюс и минус. Помните стихи «Что такое хорошо и что такое плохо?»… Они легли в основу обучения в нашей школе. Этому учила и наша советская школа, и мы взяли у нее все самое хорошее. На каждом занятии мы старались, чтобы ребенок размышлял, ведя диалог с учителем, и сам дошел до понятия того, что такое хорошо и что такое плохо, на примерах эволюции, революции (если это старшие классы) и других катаклизмов нашей жизни, которые несутся и с экранов телевизоров, и из Интернета. Мы это разбираем, для того чтобы ребенок сам делал вывод, но, конечно, с нашей поддержкой, с правильным пониманием того, как к этому относится Церковь. Церковь всегда будет относиться к греху как к греху, она не будет говорить, что это полугрех или полутень, поэтому она всегда будет оставаться истиной в последней инстанции. 

– Дом для нас в основном стал площадкой отдыха: мы целый день работаем и приходим домой уже отдыхать, а ребенок имеет возможность пообщаться с родителями только вечером. И найти время для чтения Священного Писания, прямых разговоров о вере очень сложно. Мы сталкиваемся с такой проблемой в каждой семье. Когда мы пытаемся воспитывать ребенка в православии дома, это часто терпит фиаско: мы хотим многого, но не получается ничего. 

– Я пережил все это со своей семьей. У меня шестеро детей, и каждый ребенок получал свою дозу моего личного воспитания. Когда я только уверовал, у меня было горение, поэтому первому ребенку досталось больше всего. Бедная моя старшая дочка – я делал из нее святого человека, сам при этом оставаясь грешником. 

Это очень серьезный вопрос, его надо рассматривать даже до зачатия ребенка, которому мы будем потом рассказывать о Боге. Это надо говорить даже влюбленным парам, которые еще не переступили порог брака. Нужно сначала им рассказывать о смысле жизни, смысле рождения детей, и только после этого они осознанно придут к венчанию и у них не будет даже мысли о разводе; они будут понимать, что являются одним целым. Тогда ребенок будет рождаться в этой благодати. Тогда это будет как передача ребенку собственного опыта, а не простое научение, как и что ему делать, ведь это же не кухня, где мы учим его резать винегрет. Нет, это совсем иное – это жизнь, которую ты проживаешь, и показываешь ребенку, как живут христиане. 

Ребенок воспринимает даже без слов, не надо талдычить ему: сделай то, сделай это. Ему самому хочется делать это, потому что Дух Святой находится в его семье. Ведь что такое семья? Семья – это малая церковь. У кого-то я прочитал очень хорошее сравнение, что муж в семье – это священник, который все освящает своим действием, жена – диакон, помощница, а дети – хор, который, как ангелы, собирается прославить Бога на каждой домашней молитве. 

– Вопрос телезрительницы Ирины из г. Покрова: «Священник очень интересно рассказывает о своей методике работы с детьми. Я сама педагог. Каково его мнение о том, как это можно внедрить по всей России в каждом приходе?» 

– Моя методика проста, я не придумывал ничего нового. Она основывается на любви к детям, на том, как бы я хотел сделать, чтобы детям было интересно и хорошо. Я понимаю, что без Бога это сделать невозможно. Когда я разговариваю даже со взрослыми, я представляю их детьми, чтобы было легче общаться: чтобы не видеть накопленный ими жизненный опыт, который, может быть, был неправильным. Тяжело увидеть в человеке образ Божий, практически невозможно, мы ведь всегда оцениваем человека и ребенка: как он одет, какие сережки и т.д. – начинается размышление о человеке. А если мы подойдем к человеку как к другу, он прочувствует этот момент. 

Во-вторых, методика передачи детям информации из Библии, мне кажется, есть в каждой воскресной школе. Когда еще не было учебников по раскраскам, я просто набирал из Интернета раскраски ко всем праздникам, и каждому ребенку на каждый урок мы давали по такой раскраске. Я выписывал на них какие-то стихи из Библии, если они уже умели читать. Если еще не умели, то зачитывал сам. Такое игровое и художественное запоминание доступно, в принципе, всем. 

Ведь и на уроках химии можно показывать фильмы, рассказывая, как действовал Святой Дух, преобразовывая землю. У нас были такие небольшие игровые эпизоды, когда я задавал вопрос: «Если бы ты был Богом, как бы ты составил землю? Из чего? Вот у тебя есть вода, глина и воздух – давай твори!» Ребенок начинает размышлять, и мы смотрим по Библии: если совпадает, значит, он в теме. Ребенок начинает играть, воображать, фантазировать, но эта фантазия раскрывает его, не дает ему в первую очередь уснуть на уроке. 

– Это потрясающе. Я знаю вашу школу, бывал в ней и вспоминаю, что даже зимой дети могут начать свой учебный день не с урока химии, а с того, чтобы покататься на лыжах. Занятия строятся совершенно по-другому, и это очень интересно. 

Возвращаюсь к нашей теме. Если говорить о любви в школе, мы знаем, что сейчас в школах дети часто дают друг другу оскорбительные клички, хвастаются друг перед другом мобильными телефонами, тем, как они одеты. Каким образом православные люди могут изменить эту ситуацию в школе? 

– У нас очень мало доступа к светским школам. Один урок «Основ православной культуры», который ведется в 4-м классе (и то на усмотрение родителей), является единственной тоненькой ниточкой, связывающей Церковь и школу. При этом учителя, преподающие этот предмет, могут сами еще не быть воцерковленными людьми и, естественно, не в состоянии передавать тот дух, который должен был бы передавать священник либо человек уже воцерковленный. 

Выход здесь один – пустить священников в школы. В поселке Рахья, где я служу, мы договорились с директором школы, что там берут родительское соглашение – и я провожу урок с 1-го по 11-й класс. Для каждого класса своя тема, у старшеклассников темы более серьезные. Есть удивительные ребята, которые заявляют, что они атеисты. Это же прекрасно, что они честно признаются в этом мне как священнику. И я даю им свободу поразмышлять. Здесь опять же важен священник в плане своей открытости. Моя задача не затащить их в церковь, не научить молиться, потому что это сейчас невозможно. В первую очередь необходимо, чтобы ребенок тебе доверился. Любой психолог расскажет, как надо подходить к ребенку. 

Видимо, опыт моей прошлой жизни, когда я много лет работал с детьми, перенесся сейчас на православную тему. Это дает мне возможность в общении с ребенком дать правильное направление мыслей. Мы понимаем, что наши мысли, как поет Олег Газманов, скакуны, и помочь найти уздечку, чтобы управлять мыслями и отделять хорошее от плохого, – это в первую очередь задача священника, но и, конечно, родителей. Потому что без родительского участия в воспитании ребенка Церковь ничего не сделает. 

Вы правильно сказали: когда ребенок приходит в воскресную школу, его родители находятся на литургии. В течение небольшого времени ребенок посидел порисовал, может быть, даже запомнил «Отче наш», но и все. В этом вопросе должно быть семейное обучение. Кстати говоря, сегодня можно поговорить и о семейном обучении – новой форме, когда дети учатся вне школы. Сейчас я тоже перевожу своих детей на семейное обучение, которое приносит свои плоды. 

Семейное обучение – это задействование родителей в учебе детей. Мы ходим в школу «Рутения», где учителя преподают уроки, подготавливая детей к экзаменам или к переходу из класса в класс, – это своего рода воскресная школа, только каждый день, и где для каждого урока свой педагог. Эта семейная школа дает возможность родителям больше участвовать в воспитании ребенка. Не только вечером, когда папа лег футбол посмотреть, а ребенок сидит рядом: ему орешки, а папе пиво. Какое тут может быть воспитание? Важна именно целостность семьи, ведь это малая церковь. 

– У меня еще один важный вопрос, с которым я сталкивался сам, когда преподавал в православной школе. Не обо всех темах можно говорить с детьми определенного возраста. Но прежде всего, особенно в обычной школе, возникает вопрос о происхождении земли,; соответственно, это Шестоднев, Адам и Ева и т.д. Например, преподаватель, который ведет уроки православия, в то же время преподает биологию и зоологию и рассказывает о том, что мы все-таки произошли от обезьяны. У ребенка возникает серьезный диссонанс. Каким образом Вы решаете этот вопрос? 

– У меня был опыт урока в светской школе, когда я начал аккуратно говорить о сотворении мира, показывал реку времени и на ней день, когда были сотворены Адам и Ева. Вдруг группа мальчиков спрашивает: «Это Вы нам так говорите, а для нас более понятна и реальна теория Дарвина». Я говорю: «Хорошо, мои родные, давайте тогда рассудим так: какая самая известная обезьяна?» – «Ну, орангутан». – «Хорошо. Кто хочет иметь своим прадедушкой орангутана? А вы знаете, что в Южной Америке имена дают так: например, Сальвадор Антоний – и чуть ли не до последнего имени этого рода. Вы представьте, что ваше отчество будет Орангутанович. Вы этого хотите?» Это первый вопрос, для шутки, чтобы они понимали, как надо ответственно к этому относиться. «Или вы все-таки хотите в своей родословной увидеть Адама, который был сотворен по образу и подобию Божию? Ведь это качество веры: вы верите либо в эту теорию, либо в Библию – два варианта». И они начали размышлять: все-таки орангутана не очень хочется. 

Здесь не то чтобы сомнения, а сомнения, которые даю я, чтобы ребенок задумался, сам взял в руки Библию – может быть, на самом деле так? В этих сомнениях ребенок начинает искать. Иногда человеку достаточно даже один раз дать посомневаться в своих знаниях и прийти к библейскому повествованию. 

О сотворении человека я всегда рассказываю с великим удовольствием и радостью. Деткам это очень нравится. Я не привожу никаких примеров, ведь нет образов, мы не знаем, из чего эта глина. Мы можем сами поиграть: берем пластилин и начинаем думать, кого бы мы поселили на этой земле, которую сделали. Мы хотим поселить образ и подобие самого себя, значит, я буду делать такого же прекрасного, как я, ведь я же хороший, никто не скажет про себя, что он плохой. 

– Спасибо большое за такой, как говорится, лайфхак. Но ведь есть еще и сложные вопросы, на которые иногда сложно ответить даже взрослым людям. Например, на катехизации часто возникает вопрос по поводу слов: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня...» Возникает вопрос – отношение к матери было всегда как к святыне, как и к отцу всегда была любовь и уважение, и как же Христос говорит о том, что тот, кто их любит, не достоин Его? Здесь я хотел поговорить о том, что взаимоотношения верующих и неверующих людей всегда имеют в нашей жизни некий антагонизм. Каким образом образование, и христианское образование, может убрать из нашей жизни этот антагонизм? 

– Дело в том, что Христос, говоря эти слова, напоминает людям о первой заповеди, которую мы часто забываем. Мы вообще забываем о любви к Богу. Наша любовь приземленная. В русском языке слово «любовь» вообще может обозначать любовь к апельсинам, животным, друг к другу, и на свадьбе тоже любовь. В греческом языке есть целый ряд слов для обозначения любви – от земной до возвышенной. Напоминая о любви к Богу, Христос просит людей вспомнить эту первую заповедь, потому что она наиважнейшая: «Возлюби Бога своего всем сердцем, всей своей душой, всеми чувствами». То есть ты должен влюбиться в Бога, а для нас это Иисус Христос. Мы должны поставить в центр нашей жизни Христа, тогда Он будет определять нашу любовь к другим людям. Мы будем любить других людей через Его любовь, а не через свою эгоистическую любовь – я тебя люблю за то, что… а не потому, что... Любовь Христова другая – она дающая, она не берет себе. 

– Вопрос телезрительницы Ольги из г. Кирова: «Если ребенок впервые пришел в воскресную школу и ничего не знает о Боге, какие знания давать ему в первую очередь? Объяснять ему по «Закону Божьему», что такое Бог, молитва и т.д., или проводить занятия по православному календарю, говоря о праздниках, которые отмечаются в Церкви?» 

– Если ребенку более десяти лет и он умеет читать, мы начинаем урок со строк Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово». И я говорю: «Если мы верим Евангелию, положите руку на Евангелие...» – так можно представить, что я доверяю всем его словам. «Тогда откроем Евангелие и посмотрим, чему мы верим». И вдруг мы читаем, что в начале всего было Слово. И я говорю: «А теперь подумайте, ребята, откуда это слово берется у вас?» И мы начинаем рассуждать, откуда берется слово в человеке. Кто-то говорит, что из мыслей, кто-то – из ума, кто-то замечает, что мы иногда даже не думаем, а говорим (на самом деле это бывает очень часто). 

Это начало всех уроков – мы должны понимать важность слова. Ведь оно может созидать огромные города, любой город – это сделанное слово: человек думает об этом городе, набирает себе помощников и говорит им слово о том, что делать, – и возникает город. И другой человек, который хочет разрушить этот город, собирает военных людей и говорит: «Этот город нужно стереть с лица земли». Он говорит, а они это делают – город уничтожается. То есть словом рождаются и умирают города. «И ваше слово, детки, – говорю я, – очень важно в вашей жизни». И мы начинаем учиться говорить, учиться молиться – это очень важно. В первую очередь мы должны научиться молиться дома. 

Если дома нет молитвы, мы не научим ребенка молиться. Мы можем научить его молиться в воскресной школе, можем научить его и закону Божьему, и другим действиям – правильно ставить свечки. Но если дома нет церкви, мы воспитаем православного Павлика Морозова, который придет домой и скажет папе не очень приятные слова о том, что он грешник и т.д. Мы должны воспитать семью, должны впустить Христа в семью – это задача. 

– Вопрос от телезрительницы из Ростовской области, которая спрашивает, как Вы относитесь к развитию образного мышления у детей воскресной школы. Насколько это важно? 

– Образное мышление всегда должно присутствовать у ребенка: он так мыслит, он этим живет. До десяти-одиннадцати лет картинки – это его жизнь. Как психологи работают с трудными детьми? Они дают им рисовать, и ребенок в рисунке показывает, что у него внутри, иначе мы об этом никак не узнаем. Мы должны научить его рисовать добро, ангелов, и когда ребенок впускает в себя этот свет, он начинает по-другому и мыслить. 

Конечно, нельзя допускать искажения образов. Мы не можем дать ребенку нарисовать икону Богородицы или Христа, потому что он ее не нарисует, а образ исказится, что будет неправильно. Поэтому я всегда беру готовые рисунки, которые нужно только раскрасить. У ребенка возникает впечатление, что это он рисует – и образ проявляется. Мы объясняем детям, что такое икона и что они рисуют окно в горний мир – он рисует ангелов, с которыми может разговаривать. Ведь это образ, а не его фантазии, мы ведь разговариваем с ангелами, разговариваем с Богом, с Духом Святым. Почему же нельзя дать попробовать сделать это детям? 

– То есть человек, что называется, преобразует невидимый мир? Почему мы так восхищаемся детскими рисунками? Потому что в них удивительная чистота и простота. Но я вспоминаю те рисунки, которые мы рисовали в детском саду в глубокое советское время, и помню, что мы рисовали только одно – танки и самолеты. Причем хорошее – это красное, нехорошее – черное. Мы даже соревновались, кто лучше нарисует самолет, кто лучше нарисует взрыв бомбы и т.д. Понимаю, что разница с нынешними временами очень большая, тем не менее вопрос следующий – мы, взрослые люди, воспитываем детей, и эта разница менталитетов настолько огромна, что нам, родителям, приходится даже обучаться, чтобы разговаривать со своими собственными детьми. Так ли это? 

– Никто еще не отменял слова Христа: «Будьте как дети, ибо таковых есть Царство Небесное». Отношения детей с духовным миром намного более чуткие. Он для них прост. Ведь для себя мы выдумываем много табу, иногда мы живем просто канонами, для нас догма является законом. Христос, хотя и пришел исполнить закон, его же и нарушал. Но нарушал каким образом? Любовью. Он исцелял любовью в субботу. Это нарушение закона? Нарушение. Но это преображение человека. 

Чему можно научиться у детей? Наверное, всему; и прежде всего любви к нам. Они нас любят безусловно. Часто я задаю крестным родителям такой вопрос: зачем исполнять заповеди Божии? У меня перед крещением люди сдают ЕГЭ – один вопрос и четыре ответа. Первый – чтобы угодить Богу. Второй – чтобы Бог не покарал. Третий – чтобы быть успешным на земле. Четвертый – чтобы не навредить самому себе. Четыре варианта ответа на вопрос, для чего исполнять заповеди Божии. Девяносто девять процентов отвечают – чтобы не навредить самому себе. 

Дети любят нас, чтобы нам угодить, чтобы сделать нас счастливыми. Они любят нас не потому, что у нас в руке ремень или пряник, а потому, что мы их родители. Такие же отношения должны быть у нас и с Богом, если мы любим Его, чтобы Ему угодить. Мы исполняем заповеди, чтобы Ему угодить – радовать Его. 

– В воскресенье Покров Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии. В храме будет очень много людей. Я бы очень хотел, чтобы Вы рассказали об этом празднике. Этот праздник особый для Русской Православной Церкви, потому что отмечается он не во всех Церквах. 

– Сегодня я отвечал на вопрос ребенка – «Почему небо голубое?» И ответил очень быстро: небо голубое потому, что это покров Богородицы. Я сказал: «В воскресенье мы все придем в храм, а когда выйдем из него, увидим голубое небо – это Богородица покрыла нас Своим омофором». Чтобы не искать физические свойства воздуха и т.д., такое объяснение намного проще и понятнее для ребенка, да и для нас всех. Когда мы видим голубое небо, мы радуемся – для нас успокоение и утешение, что небо голубое. И мы желаем друг другу спокойного голубого неба над головой, чтобы по нему никогда не летали те самолеты, которые мы рисовали в детстве, чтобы внизу танки не бороздили и не портили нашу землю. 

Голубое небо и есть тот покров, который мы ожидаем. И молимся Богородице, чтобы Она раскрыла этот покров над нами. Заметьте, что именно при молитве в этом храме при стечении множества людей, которые испугались (ведь смерть была уже рядом) и взмолились Пресвятой Богородице, Она и явила Свою милость, покрыла город, людей. Это прообраз нашего стояния перед образом Пресвятой Богородицы, когда мы просим Ее покрыть нас Своим омофором, как мы поем в акафисте Покрову. 

– История праздника Покрова Пресвятой Богородицы остановила людей от убийства. В наше время так необходимо, чтобы прекратилась всяческая брань – и мы бы действительно жили под мирным, светлым, голубым небом. 

Так как мы говорим об образовании, и о светском образовании в том числе, скажите, пожалуйста, существует ли такой возраст, когда можно сказать, что человеку уже бессмысленно учиться? 

– Учиться всегда есть смысл. Лет десять назад я пошел учиться, потому что мне не хватало знаний. У меня была встреча со «Свидетелями Иеговы», и мы начали общаться посредством Библии, говоря о Божественной природе Иисуса Христа, доказывая друг другу ее наличие или отсутствие. И я понимал, что мне не хватает этих знаний; я пошел учиться в православный институт, окончил его с дипломом по теме о «Свидетелях Иеговы», о том, как доказывать что-то через Писание. Там были прекрасные учителя: архимандрит Ианнуарий (Ивлиев), Царство ему Небесное, архимандрит Августин (Никитин) и многие другие. Но я понял, что и этих знаний мне тоже не хватает, и пошел на следующий год учиться в семинарию. Окончив семинарию, я понял, что и этих знаний не хватает, чтобы дальше познавать непознанное. 

Мы с Вами говорили, что к Богу можно обращаться только с частицей «не»: непознанный объект любви, который мы должны познать. Познайте Христа, как Он познал нас. Это познание происходит не только через природу, но и через Священное Писание, Предание, чтение христианских книг. И это будет правильным направлением к цели. А цель жизни христианина одна – достигнуть Царствия Небесного. Если у нас этой цели нет, то мы слепы, мы не знаем своего пути. Но если наша цель – это Царствие Небесное, то все, что бы мы ни делали, будет двигать нас к этой цели. 

– Если говорить о семейном образовании, то, как сказано, несть пророка в своем отечестве. Ведь в семье ребенок видит разные ипостаси своих родителей. Я понимаю, что если между родителями есть любовь и есть любовь к своему чаду, можно преодолеть абсолютно все, решить все проблемы, все будет хорошо. Но при всем том, конечно, хочется обладать ноу-хау: как узнать, что ты идешь правильно? Ведь когда мы говорим о спасении, то чем больше живешь, тем больше кажется, что ты недостоин любви Божьей, недостоин спасения, и начинается не то что уныние, но не очень радостное существование. 

– Думаю, здесь нельзя ставить под сомнение слова Иисуса Христа из Евангелия: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет». Слово Христа, которое дано нам в Евангелии, оживляет человека, не дает уже ему умереть, это соль, это свет, который начинает действовать в тебе, во мне и в детях. 

Вы говорите о любви между родителями, но еще раз повторю, что в первую очередь должна быть любовь к Христу, тогда это будет совсем иное – это будет правильное понимание жизни, в центре которой всегда стоит Христос. Потом родители. Потом я. Ведь святая заповедь – возлюби ближнего своего. Сначала Христа, потом только ближнего. И на этих двух заповедях все пророки и глаголы. 

– Отче, я очень благодарен Вам. Пожалуйста, благословите наших телезрителей. 

– Господь да благословит вас на любовь к Христу и любовь друг к другу. 

Ведущий Глеб Ильинский 
Записала Ксения Сосновская

Показать еще

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы