Беседы с батюшкой. Как сохранить веру в современном обществе

1 июня 2018 г.

Аудио
Скачать .mp3
В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает клирик храма во имя святителя Спиридона Тримифунтского в здании Адмиралтейства в штабе ВМФ РФ г. Санкт-Петербурга священник Алексий Егоров.

(Расшифровка выполнена с минимальным редактированием устной речи)

– Сегодняшняя наша тема интересная и сложная – «Как сохранить чистоту веры в современном обществе». Если говорить проще: «Быт и вера».  Вопрос даже в том, как сохранить веру в нашем обществе, потому что мы сейчас видим, что многие люди выступают с резкой критикой Церкви и вообще становятся далекими от Церкви. И хочется сделать так, чтобы как можно больше людей узнали о том, что такое православие, о его красоте.

– Вопрос о сохранении веры и вообще о жизни христиан в секулярном мире, то есть в мире неверующих, не новый. Вспомним историю Древней Церкви. Например, Тертуллиан посвятил очень много своих писаний этой теме: взаимоотношения между верующими и неверующими на работе, в быту, внутри семьи. Вопросы, которые он рассматривал, в общем-то, актуальны до сих пор. Поэтому желающие глубоко узнать теоретические основы этого сложного предмета могут обратиться даже к Тертуллиану.

Что касается того, насколько быт противоречит вере... Если вера не нужна, она, в принципе, не является каким-то препятствием для того жизненного пути, который выбирает человек. Мы видим, что очень многие люди живут именно в таком состоянии. А хорошо ли жить с верой? Это вопрос людей, которые хотят сделать этот выбор, и тех, кто его уже сделал. Сознание этих людей резко отличается, потому что вера как свойство человеческой личности преобразует его и изменяет очень многое. Не только в отношениях между людьми или какие-то понятия человека, нет; такое ощущение, что она просто изменяет мир, его краски.

Те, кто поставил веру как существенную часть своей жизни, могут сказать, что мир для них изменился в своих реалиях. И изменился он не только во внешней части, но и в том, что ощущает наш внутренний человек. Он воспринимает большинство человеческих реакций более остро. Почему мы видим плачущих монахов – взрослых мужчин, проливающих слезы, казалось бы, над какой-то безделицей? Потому что они невероятным образом ощущают страдания людей или какие-то их потребности и становятся на одно место с теми, кто страждет. Разве может человек, не имеющий веры, ощущать это? Конечно, есть ситуации, когда и неверующий человек может быть достаточно глубоко сердечным человеком. Но по большей части эта сердечность, или душевность, в общем-то, эгоистична. Человек, кстати, даже не понимает, что он очень многое рассматривает со стороны своего эго, и не думает о том, как это отразится на других. Вера как раз разворачивает все это в обратную сторону.

Удобнее ли жить с верой? Для тех, кто содержит ее в себе в полноте, удобно. Для тех, кто начинает, думаю, не очень. Все знают, что это и ограничения, и определенные внутренние страдания для человека, насилие над своей плотью во время постов. Зачем все это? Это неудобно. Да, это неудобно для неверующего человека. Насколько это удобно для верующего? Настолько, насколько он сам отвечает глубинному содержанию веры.

– Я все время думаю о том, что когда мы говорим о чистоте веры, мы должны представить себе, что это за чистота веры. Ведь мы можем сами изучать Священное Писание, сами читать духовные книги и сами, так или иначе, их толковать. В этом случае часто сталкиваешься с проблемой непонимания того, что читаешь. Когда мы приходим в церковь, бывает, мы тоже мало что еще понимаем – по причине того, что не знаем церковнославянский язык. Насколько степень воцерковления человека, степень его погружения в церковную жизнь способны помочь выстоять в этом мире и сохранить веру?

– Как говорится, церковь не в камнях, а в костях, то есть это собрание верующих. По-моему, без этого веру сохранить невозможно. Есть такое понятие: «кухонная вера» – это когда вы верите в Бога, но в церковь не ходите и посещаете ее два раза в год: освятить куличи и яички на Пасху и взять воды на Крещение. И есть еще три захода в церковь: крещение, может быть, венчание и отпевание.

Сколько людей в нашей стране считают себя верующими? Достаточно много. Это не три-пять процентов людей, которые постоянно ходят в церковь и своим деланием доказывают свою веру. А другие? Для них это некое усеченное понятие, не отражающее даже сущности явления; оно вовсе не отражает то, как этот человек думает о себе, как он представляет свое дальнейшее будущее, выстраивает свою жизнь. Это как если человек сел в лодку, взял весла, а грести не стал. Куда река течет, туда и поехали. В общем-то, так живет большинство людей, которые не исповедуют веру в Бога. Если, конечно, они не одержимы какими-то идеями. Были ведь великие ученые, которые не были верующими, но у них была идея – они работали на человечество, чтобы изменить мир, чтобы человеку жить в нем было лучше. Эти люди не являются какими-то недостойными, хотя у них нет веры, они совершают поступки христиан (я сталкивался с такими людьми).

– Вопрос телезрительницы Любови: «Более 25 лет я диабетик и не могу соблюдать посты, хотя грешить не хочется».

– Что касается диабета и других серьезных болезней, требующих употребления минимальной пищи или воды, то сама болезнь является крестоношением. И человек, который достойно это переносит, не разоряя своей болезнью семью, ведет себя как личность, он понимает: иногда болезнь служит и к просвещению, и к прославлению для некоторых; и как минимум она для спасения. Большинство батюшек в таких случаях благословляют людей. Есть понятие литургического поста, и если Вы можете потерпеть четыре часа, то можно немного поесть и попить за четыре часа до подхода к Чаше. Это возможная ситуация в случае болезни. Некоторые не могут даже этого, поэтому подходят к священнику и просят благословения, говоря о своем диагнозе. Здесь нет греха, потому что, повторю еще раз, Вы несете крест болезни. И если Вы несете его достойно, это является формой покаяния перед нашим Спасителем.

– Это тоже вопрос о сохранении чистоты веры. Ведь телезрительница Любовь, которая позвонила, переживает, как быть достойной Причастия.

– В деревнях даже бывало такое, что после причастия люди не ели семечек. Это очень милая, трогательная привычка. Хотя человек запивает Тело и Кровь Христовы, но это хранение Господа, находящегося в нас, даже в таких мелочах, в общем-то, очень приятная привычка, и смотреть на это очень умилительно.

– Вы напомнили об одной реальной проблеме. Как-то я был на службе в исправительной колонии. И батюшка сказал перед причастием, что причащаться могут те, кто исповедался и не курил. Проблема еще и в том, что у людей много вредных привычек, причем таких мучительных, что сохранить веру, будучи в страстях, которые они не могут перебороть,  очень тяжело. Но многие и не стараются бороться с ними. Что можно им посоветовать? Как поступать этим людям?

– Ответ простой – дорогу осилит идущий. Страсти – это закоренелые привычки, то, что входит в нашу жизнь незаметно. Страсть появляется не неожиданно, перед этим мы совершаем ряд определенных поступков, которые к этому приводят. Во-первых, бороться с этими страстями – это не минутное дело. В патерике я даже читал о том, что некоторые святые, уходя из жизни, говорили: «Отцы и братия, ухожу отсюда и не знаю, положил ли я начало покаянию». Эти слова, которые произносит человек святой жизни, говорят о том, что он всю жизнь боролся со своими страстями, потому что они исчезают не сразу, медленно. И только тогда, когда человек прикладывает свои силы не как форму, а как содержание своего внутреннего человека. Вот этим можно победить.

– Вы много раз побывали на Афоне, и мне всегда хотелось узнать, как там. Всегда казалось, что там как раз та чистота веры, которую хотелось бы иметь здесь. Как Вы думаете, это происходит только по молитве или с помощью Божией Матери и Господа нашего? Уповать только на свои силы? Или никоим образом не надеяться на себя, но только на Господа?

– Мы сейчас рассматриваем вопрос – «быт и вера», видим себя здесь в миру. Вот он наш быт – такой ужасный. Мы, такие воцерковленные, заходим в трамвай, нас толкают – и из нас вырывается нечто, не совсем подобное нашему, как мы думали, содержанию. И вот Афон, монастыри – другой быт, та же вера в людях. Казалось бы, все, что находится вокруг, благоприятствует тому, чтобы мы были в хорошем состоянии. Вы знаете, нет. Дело в том, что борьба ведется на сердечном уровне, на уровне нашего внутреннего человека, и внешнее лишь только пособие – и больше ничего. И там люди испытывают то же самое, и там они говорят: «Эх, отец Алексий, как непросто и тяжело жить в монастыре!» – «Дорогой мой, а мне казалось, что наоборот: тут все для тебя, нет заботы ни о хлебе насущном, ни о твоей семье. О тебе заботятся, говорят, что делать. Трудись, молись, живи...» Нет.

– Вопрос телезрительницы Елены: «У меня есть знакомые, у которых произошли большие несчастья. Есть и старенький, и парализованный, человек без ноги. Помимо телесных немощей, у них еще и непростые отношения в семье. Мне приходится часто их посещать, и я говорю им, что нужно молиться, наносить на себя крестное знамение, разговаривать со святыми, обращаться к Божией Матери. Они не воцерковлены, в общем-то, жизнь у них как у советских людей. Насколько правильно я поступаю, утешение ли это им? Может быть, батюшка мне что-то подскажет».

– Дорогая Елена, когда верующий, воцерковленный человек приходит в семью, где нет веры, где весь дом в страдании, первое, что может предложить человек и что всегда надо делать, – это помощь. Молитва за людей, которые не верят, в их присутствии может их раздражать. Конечно, вера молящегося человека может попирать все, в том числе и болезни. Но мы не знаем Промысла Божьего об этих людях. Не знаем, почему это произошло. Может быть, это необходимо для их спасения. Ведь очень часто люди приходят к вере через болезни. Но первое, что всегда должен делать человек, – это оказывать реальную помощь.

Что касается духовной помощи, как все мы знаем, келейно молиться за некрещеного человека можно. Но подавать записки, совершать проскомидии  мы не можем, потому что Христос не может войти в сердце, которое наглухо забито досками неверия. Это вещь невозможная. Поэтому Ваша любовь, Ваше внимание изменяют людей. Кстати, с чего начинали проповедники первых веков христианства? Они исцеляли людей возложением рук. Та великая вера, которая была в первые века, попирала любые болезни. Это написано в Священном Писании, все это знают. Ведь они не говорили о том, что Христос пришел, но сначала исцеляли по примеру Самого Спасителя, Который именно так начинал Свою проповедь.

– Вопрос телезрительницы: «Обязательно ли крестить ребенка в день того святого, в честь которого ему дают имя?»

– Необязательно. Что касается вторых имен, то если ребенок, например, Николай, а его назовут Петром, в этом нет никакого догматического препятствия. Можно посмотреть, какие имена есть в день рождения, на седьмой день, какое имя нравится в ближайшие дни к его дню рождения. Некоторые взрослые просят при крещении дать им другое имя, потому что кто-то, например, мечтал, чтобы его назвали не Колей, а Васей. Это очень приятная, милая вещь. Часто люди опираются на опыт священника, потому что хотя и нельзя сказать, что имя, данное в крещении, довлеет над судьбой, но каким-то образом определяет характер человека. Это удивительно, но между именем, данным в крещении, и строем души есть какая-то незримая связь. Кстати, она подтверждается тем, что тот святой, чье имя носит человек, по сути, является молитвенником за этого человека. А общение двух людей всегда выравнивает их между собой – они становятся близкими друг другу, похожими, как муж и жена в конце жизни становятся очень похожи друг на друга по причине очень близкого духовного общения.

– Часто бывает, что в семье мы имеем самые сложные искушения, когда очень непросто сохранить внутреннюю чистоту своей веры. Надо как-то обтесаться, чтобы больше смотреть на нужды близких и меньше помнить о себе. Возможно ли создание домашней церкви через усилия одного человека или всей семьи? Как это можно сделать?

– Когда мы говорим о семье как о едином целом, когда в ней есть дети, это очень сложная и многоплановая проблема. Я наблюдаю, что очень часто верующий человек вытягивает все отношения, заботы, он сострадает, думает о будущем семьи, и через какое-то время это преображает другого – неверующего. Конечно, бывают ситуации, когда происходит неприятие, но такие семьи разваливаются, потому что совместная жизнь в этой земной жизни всегда наталкивается у неверующего человека на эгоцентризм, а верующий человек, хотя и нельзя сказать, что он всегда не эгоист, но он «паровоз» этой семьи. Когда этим «паровозом» является маленький ребенок, это наиболее эффективная вещь, которая приводит к вере и родителей. Удивительно, но дети действуют именно таким образом. Так бывает нередко.

Есть отрицательные примеры, когда верующая семья начинает беспрерывно заталкивать маленького ребенка в церковь. И как результат – люди, достигшие возраста восемнадцати-двадцати лет, отворачиваются от церкви. Насилие над личностью не воспринимается никем, и это последствия. Думаю, что в таких ситуациях Бог не будет с этими людьми.

– Вопрос телезрителя: «Иноверец преподнес зло в виде добра; в мирской жизни это называется «кинул» на большую сумму, от которой сейчас многое зависит в моей жизни. Что делать? Молюсь с утра до ночи, делаю все, чтобы решить этот вопрос мирно, с любовью, добротой, но ничего не получается. Как быть?»

– По тому, что происходит сейчас в мире, в том числе в нашей стране, очень часто видно, что «золотой телец» поглощает человека. Это одна из пропастей, в которую можно падать бесконечно. Как, в принципе, в любую страсть. Вас, как Вы говорите, «кинул» иноверец (простите за такие слова), а если Вас обманывает христианин, что еще ужасней (а такие случаи бывают)? Здесь дело не в том, что он иноверец. У каждого человека есть внутреннее понимание, кто он такой в этой жизни, есть какие-то установки, через которые он никогда не перейдет. Не важно, верующий он или неверующий: я не смогу подтолкнуть кого-то к пропасти, что-то отнять – и всё.

Меня как священника обманывали на деньги. Я через это спокойно прохожу. Некоторые святые говорят, что если у Вас украли деньги, значит, Господь очистил Вас от каких-то страстей и избавил от чего-то. Лучше рассчитаться так, чем иначе. В прошлом я бизнесмен, и как-то раз у меня украли почти все, что было, и человек убежал. Когда я рассказал своему духовнику о том, что произошло, он сказал: «Ты должен благодарить этого человека. Спасение он тебе организовал». Я не понял, что он имел в виду, а когда сказал себе, что я просто положусь на Бога, все было восстановлено в другом месте, другим образом. Главное в такой ситуации не терять своего человеческого достоинства. Насколько Вы верите, я не знаю, но глубоко верующий человек проходит через такое как через милость Божию. Но до этого надо, как говорил тот духовник на Афоне, дорасти. Помоги Вам Господи. Думаю, потеря денег – это не потеря здоровья, не потеря семьи, это всего лишь деньги. Святые говорили, что деньги – это лишь способ восполнения любви, не более того. Относитесь к ним так же и поймите, что это даже несущественная потеря.

– К сожалению, в наше время вопрос денег очень важен, ведь приходится очень много работать. Бывает, что в течение всей недели люди работают очень много и даже на нелюбимой работе, с тем чтобы в воскресенье прийти в церковь, помолиться на литургии и причаститься Христовых Таин. Как же прожить целую неделю в этих мучениях, чтобы дожить до воскресенья? Что нужно делать? Может быть, есть молитва, которая поможет нам в течение дня освободиться от этой тяготы, может быть, какие-то размышления? Что нужно делать, чтобы сбросить тяготу тяжелого труда?

– Да, многие сейчас заняты заботами о том, чтобы прокормить семью, одеть и обуть ее. У некоторых очень невысокие зарплаты. И работают они даже не на одной работе, а на двух-трех, кто как может. А некоторые просто складывают руки. Знаю некоторых мужчин, которые говорят жене: «Нам хватит твоей пенсии». Это ужасно.

Такие ситуации, что человек живет от литургии до литургии, чтобы прийти в церковь, получить послабление, вздохнуть спокойно и какое-то время протянуть еще, у верующих людей встречаются очень часто. Когда у меня было очень много работы и я еще не был священником, все равно по субботам, воскресеньям я всегда был на литургии. В субботу я вез в храм маму, в воскресенье ехал сам, и выходных – по мирским понятиям – у меня не было. А с понедельника по пятницу я работал с девяти до девяти. И я понял, что если я не буду помнить Бога каждый день, то это превратится в кошмар. Утреннее и вечернее правило – это стандарты, но некоторые даже и этого не могут сделать и молятся в метро, про себя, иногда шепчут молитвы. Я вижу таких людей, которые молятся. Это видно. Главное, не забыть Бога. Не важно, когда и где, в каком положении: лежа, стоя, сидя… Пять минут, одна минута… Вспомнить, крикнуть: «Господи, помилуй!» Но не проводить ни одного дня без этого. Тогда через какое-то время ваша работа будет просто как сопровождение Вашей жизни. Говорят, что у человека есть крест; вот он – такой ваш крест.

– Вопрос телезрительницы: «Как Церковь рекомендует читать Евангелие? Читать по книге Феофилакта Болгарского? По одной главе в день или больше?»

– Вы знаете, чем хороша наша вера? В ней нет стандарта, нет штампа, нет того, что вы должны читать от сих до сих, в восемь утра, что свечка должна стоять справа, а вы должны стоять на коленях или молиться обязательно без обуви. Тертуллиан, о котором я говорил, обсуждал вопрос о том, надо ли молиться в плаще или без плаща. Я сейчас говорю крайние вещи, но это касается вопроса о том, сколько читать Евангелие. Есть простой ответ – надо читать до сытости, но не до пресыщения и усталости. И каждый это определит себе. То же самое в апостольских посланиях. Тут мера у каждого человека своя, главное – ее определить.

– В вопросе упомянули имя Феофилакта Болгарского. Он как раз и рекомендовал читать Священное Писание так, чтобы было понятно и просто.

– Если Вы ходите в церковь и Вас знает Ваш духовник, то он ответит Вам, сколько читать, потому что видит, насколько Вы приходите усталой, рассеян ли Ваш ум после прочтения, например, четырех глав Евангелия. Он скажет, надо ли ограничить чтение. Или увеличить.

– Вернемся к нашей теме «Быт и вера». Вы говорили, что часто видите, как люди молятся в том числе в транспорте. Неужели видно по человеку, молится он или думает о каких-то простых, бытовых вещах?

– Во-первых, таких людей немного. Во-вторых, отсеиваем тех, кто находится в гаджетах, заполняя свою голову ненужной информацией, – это уже процентов восемьдесят. Может быть, я немного утрирую, но это правда. Знаете, у человека, который молится, сосредоточенное лицо.

– Я понимаю, что сказано: непрестанно молитесь. А это значит, и в трамвае, и идя по улице?

– Святые говорят: зайди в клеть своего сердца. А это не означает, что надо зайти в небольшое пространство, желательно темную пещеру, где тебе никто не мешает. Ведь можно пребывать в одиночестве, находясь среди большого количества людей. Этому надо просто научиться.

Но молиться непрестанно нельзя, и некоторые афониты говорили, что есть еще понятие богомыслия, когда мы не молимся, но думаем о Боге, и это является неким отдохновением от молитвы, потому что молитва – это очень серьезно, это наше непосредственное общение с Богом, наша живая связь с Ним.

– То есть размышление о Боге – богомыслие – это тоже молитвенное стояние перед Богом?

– Да, человек совершает это и отстраняет от себя то, что обычно заполняет его: на самом-то деле пустоту. Понаблюдайте, например, за собой, сколько Вы сможете молчать, так чтобы не было ни одного помысла. Несколько секунд. Что делают монахи? Они увеличивают это время до тех пор, пока не смогут остановить это движение мысли ни о чем. И вот в этой тишине надо начинать молиться. Поэтому вид молитвы и где она происходит – это, в общем-то, не так важно.

– Меня поразила мысль о том, что можно довести свою внутреннюю сосредоточенность до того момента, что наступит тишина в мыслях.

– Дело в том, что по большей части мы разговариваем сами с собой. Задаем вопрос – отвечаем, интересуемся – отвечаем. К сожалению, это мешает, в том числе и на нашем общем деле – литургии. Совместная молитва, конечно, имеет большую силу, это правда. Не случайно для того, чтобы вымолить человека,  на Афоне собирается сразу много людей, которые молятся о нем. Это величайшее дело, почему обязательно и надо ходить на литургии в церковь – это многократное усиление того, что совершается в человеке, в каком-то смысле просто катастрофически уничтожает грех. Человек просто начинает осознавать себя как-то по-другому.

– Как я понимаю, в нашем разговоре о чистоте веры и о вере и быте мы приходим к тому, что нам всегда надо помнить о Боге, непрестанно молиться и размышлять о Нем. Еще я подумал о том, что есть молитва по соглашению, и если в семье возможно молиться по соглашению о решении каких-то проблем, может быть, это тоже поможет решить эти проблемы в семье, в быту?

– Очень хорошее название – молитва по соглашению. Но по какому соглашению? Не по устному, не по мнимому, а по реальному, действительному, совершаемому внутри человека. Это достаточно серьезная молитва, поэтому она и серьезно действует, это совершенно точно. То, что происходит после этого, если это делается правильно и честно перед Богом и перед тем, с кем вы участвуете в этом соглашении, – это реальная вещь. Независимо от состояния молящихся людей, их греховности или каких-то свойств человеческой души это действует, и действует очень сильно. Это подобие Евхаристии, которую мы совершаем в храме. Расстояние здесь не имеет значения, потому что Бог и Его ангелы вне времени и пространства. Если о судьбе своих детей молится не только мать, но и отец, это многократно усиливает действие молитвы и иногда меняет и выбор, и судьбы этих детей. Это очень важная вещь.

– Подведем некий итог нашей передачи: если очень коротко, что такое чистота веры на нашем бытовом уровне?

– Это трудно, но могу сказать, что к чистоте веры человек идет всю свою жизнь, и нельзя сказать, что, достигнув какого-то возраста в православии, я достиг чистоты веры. Чистота веры – это, видимо, непрерывный процесс, который не имеет конца, созидается только самим человеком и, как ни парадоксально это звучит, совершенно не зависит от внешних вещей. Некоторые считают, что быт – это препятствие, но быт можно превратить и в помощь. Как говорил блаженный Иероним: «Нет более чистой Церкви, чем Церковь во времена гонений». Казалось бы, гонения – это страшный период для Церкви, но она имеет чистоту веры.

– Я очень благодарен Вам, что Вы пришли к нам сегодня, отче. Я знаю, что в храме святого Спиридона Тримифунтского, где Вы служите, можно всегда застать Вас и задать Вам вопросы, на которые Вы, как всегда, подробно и спокойно ответите. Отче, благословите наших телезрителей.

– Благослови вас Господь наш Иисус Христос. Помощи от Пресвятой Богородицы Девы Марии. Храни вас Господь! Думайте о себе как о людях, которые идут к Богу, молитесь за себя и за своих близких.

Ведущий Глеб Ильинский

Записала Ксения Сосновская

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма Успения Пресвятой Богородицы на Малой Охте протоиерей Андрей Панков. Тема беседы: «Духовный смысл войны».

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы