Беседы с батюшкой. Духовная радость

9 января 2017 г.

Аудио
Скачать .mp3
В московской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Ясеневе (Московское подворье Оптиной пустыни) архимандрит Мелхиседек (Артюхин). Повтор от 15 ноября 2016 года

– Сегодня тема нашей передачи – «Духовная радость».

Отец Мелхиседек, духовная радость складывается из простых, казалось бы, незначительных вещей, на первый взгляд, из нашего повседневного настроения. Из чего складывается хорошее настроение?

– Когда я сегодня зашел в студию, Сергей Александрович спросил: «Как у Вас настроение сегодня, батюшка, – хорошее или плохое?» Я ему говорю: «Ну, вроде хорошее». А он мне подсказал: «А должно быть радостное». Думаю: надо же, как человек духовно растет. Ведь на самом деле у апостола Павла есть такие слова: Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите (1 Фес. 5, 16–18). Вот состояние радости – это нормальное состояние христианина. Оно складывается порой из простого настроения. А настроение складывается из нашего духовного устроения: как мы смотрим на жизнь, наш взгляд, наша оценка нашей жизни. Кто-то из святых отцов сказал: «Благословляй свою жизнь, и она будет благословлена». Если будешь проклинать свою жизнь, она и будет проклятой. Ад и рай находятся внутри нас, потому что мы сами своим отношением или взглядом на жизнь создаем свою жизнь.

Недавно подошла директор нашей воскресной школы и говорит: «Батюшка, Вы представляете, Вы, когда вели у нас богословский курс лет десять назад, сказали всего одну фразу, которая перевернула мою жизнь». Я говорю: «Слушайте, такого быть не может, я только машины переворачиваю, а всю жизнь перевернуть не могу». Она говорит: «Нет, все-таки это было». Я говорю: «А что я такого сказал-то?» «Вы однажды сказали: мы очень часто не можем изменить обстоятельства нашей жизни, но мы должны, можем и обязаны переменить наше отношение к обстоятельствам жизни».

– А как конкретно переменить отношение?

– Человек всю жизнь чем-то недоволен, и у простого человека везде и во всем виноваты все, кроме него. И он пытается изменить родных, близких, духовника, настоятеля, изменить общественный строй. Вот как сейчас – идут забастовки в Америке. Всё они хотят изменить, но чисто внешне, только человек не меняет самого себя. Вот все кругом если будет нормально – и я буду нормальный, кругом будет хорошо – и я буду хороший, ко мне будут хорошо – и я хорошо, меня обманут – и я буду обманывать, меня обзывают – и я буду обзывать, на меня гневаются – и я буду гневаться, на меня раздражаются – и я буду раздражаться… и так до бесконечности. А надо начать с самого себя, переменить отношение к обстоятельствам жизни. Мы хотим, чтобы все нас любили, – ты начни любить; мы хотим, чтобы все нам уступали, – ты начни уступать; мы хотим, чтобы о нас все заботились, – ты начни заботиться.

Когда я над этой темой думал, мне вспомнился потрясающий семинарский пример. Я так считаю, что потрясающий. Однажды (это был, наверное, 1984 год), когда я был в первом классе Московской духовной семинарии (а тогда было четыре класса в семинарии и в академии четыре курса), наступает один из самых радостных праздников в Троице-Сергиевой лавре, праздник преподобного Сергия Радонежского. Съехались архиереи на этот праздник, в 1984 году это вообще было событие – посетить лавру – для архиереев; масса паломников, автобусы, и семинаристов распределили помогать архиереям на службе (помочь с облачением, со свечами, выйти на полиелей). Я наблюдаю такую картину: двое студентов, которые наверняка никогда раньше архиерейской службы не видели, не знали, не помогали, начинают облачать владыку, надели на него подризник, (подсаккосник), саккос – это такие архиерейские облачения – и начали надевать на него большой омофор. Это такая большая лента, ее употребляет архиерей на архиерейском богослужении, символизирующая заблудшую овцу, которую пастырь несет на своих плечах. Они на него начинают надевать, начинают закручивать его вокруг шеи, один тянет в одну сторону, другой в другую. Я смотрю, что владыка все это терпел, терпел, терпел, и думаю: всё, сейчас это чем-то должно закончиться, должна быть какая-то человеческая реакция на происходящее событие. Но когда они начали тянуть в разные стороны и в конце концов почти начали душить, владыка поступил следующим образом: он схватил за один конец, схватил за другой конец и начал их стягивать, чтобы они его не задушили. Я думаю: ну все, ребятам сейчас будет кисло. И я слышу вдруг совершенно невероятные слова, которые я запомнил и постараюсь запомнить на всю жизнь: «Если бы я был нормальный архиерей, у меня бы были нормальные помощники, нормальные иподьяконы».

Если бы у него был гнев, то этот гнев был бы праведный, потому что, прежде чем делать что-то, мы же должны узнать, как это делать, мы служить должны наилучшим образом, то есть ко всему должны готовиться, как Писание говорит: «Уготовился и не смутился». А подошли безалаберно, как у нас во многих ситуациях (и в повседневной жизни, и в государстве, и на работе, и на послушании) большей частью люди подходят безответственно и безалаберно. И вдруг он говорит потрясающую вещь: «Если бы я был нормальный, у меня были бы нормальные помощники-иподьяконы». Архиерей, умудренный опытом человек, перевел на себя. И это чрезвычайно важно: не искать причину всех наших бед и неприятностей в других людях, а искать их в себе и стараться найти причину в этом, потому что, если ты начнешь до бесконечности винить в обстоятельствах жизни окружающую среду, окружающих тебя людей, здоровье, время года…

Я, кстати, тоже иногда говорю, что мне многое в жизни не нравится, когда люди приходят и говорят: «Батюшка, вот мне многое в жизни не нравится». Чаще всего людям не нравятся родственники, потому что, когда на исповедь приходят люди, большей частью исповедь превращается в следующее: «Они поступают так-то, они…», то есть исповедуются за мужа, за жену, за детей, за внуков, за правнуков, но только не за самих себя. И поэтому, когда человек пытается не обстоятельства жизни переменить, а переменить себя, вот тогда это очень правильно.

Я говорю людям: «Смотрите, у нас в России девять месяцев зима, сейчас на улице то слякоть, то мороз, то гололед, то снег, то дождик ледяной. Ты можешь на это как-то повлиять?» Говорят: «Нет, не могу». А что мы тогда делаем? Тогда как-то одеваемся по погоде. Если мы не можем что-то переменить, мы должны к этому приспосабливаться и не плакать от этих обстоятельств, а и это воспринимать, что всегда так не будет. Это пройдет, но, чтобы не быть глупым человеком, надевай правильную обувь, правильную одежду, чтобы тебе было комфортно в этих некомфортных обстоятельствах. А если ты будешь зацикливаться на этом (как из дому выйти, пойти на работу или не пойти, пойти в магазин или не пойти), то запутаешься, и в конце концов это приведет к унынию, пессимизму и просто опустятся руки, ты с места не сдвигаешься, ничего в жизни не делаешь. Есть русская пословица: «Волков бояться – в лес не ходить». Мы от волков не избавимся, от погоды не избавимся, от каких-то жизненных обстоятельств тоже не избавимся, – мы должны к этим обстоятельствам уметь приноравливаться, приспосабливаться, воспринимать их как нормальные и знать, что, если что-то не так, это пройдет, и пытаться, насколько это возможно, если от нас это зависит, это менять, прилагать все усилия. А то, что от нас не зависит, – тут уже надо иметь терпение и мудрый взгляд на жизнь.

Например, можем ли мы изменить возраст? Не можем. Можем изменить старость? Не можем. Мы можем изменить те болезни, которые вошли в необратимый цикл? Тоже не можем. Мы страну не меняем, город большей частью не меняем. А вот то, что от нас зависит… Например, раньше у нас здесь баннер висел много лет, теперь это компьютерная графика и техника. Значит, студия старалась, на месте не сидела. Так что все настроение зависит от устроения. Кстати, кто-то из мудрых людей сказал: то, что мы видим, зависит от того, как мы смотрим. Если у тебя розовые очки, ты все будешь видеть в розовом цвете; если у тебя черные очки, ты все будешь видеть в черном цвете; если у тебя простые очки, ты будешь видеть все как есть; если увеличительные, будешь в увеличенном виде видеть, если уменьшительные – в уменьшенном. Поэтому каждый раз надо надевать разные очки.

– То есть получается, что сами по себе обстоятельства не заряжены ни положительно, ни отрицательно…

– Абсолютно.

– Они абсолютно нейтральны?

– Нет, обстоятельства бывают для души и плохие, и хорошие. Если человек влип в историю, он должен из этой истории выйти. Рассказываю про историю. Человек смотрит фильм, исторический, классический, и вдруг в этом фильме любовная сцена и пошла какая-то порнография. Ты в эту историю попал, так выйди из этой истории. У тебя есть пульт. Началась эта сцена неожиданно для тебя – перещелкнул на телеканал «Союз», прошла сцена – смотри дальше. Мы неожиданно в эту историю попали. Это какие обстоятельства? Плохие. А что мы постарались сделать? Постарались на этом не останавливаться. Еще говорят: «Ой, батюшка, я там насмотрелся…» Как ты насмотрелся? Чтобы попасть на тот или иной сайт, надо минимум одно действие сделать, неожиданно никто там не оказывается, значит, ты сам туда пошел.

Есть замечательная молитва, я только жалею, что она не вошла ни в один молитвослов. Оптинский послушник, уже покойный, его Евгений звали, сочинил потрясающую молитву: «Не суй меня, Господи, куда меня не просят». Вот отчего бывает плохое настроение? Потому что мы лезем, куда нас не просят. Иногда с языком, иногда с советами, иногда с делами лезем куда нас не просят, лезем на сайты, на новости, в книги и потом говорим: почему у меня плохое настроение? Кто тебя просил этот фильм смотреть? Кто тебя просил эти новости смотреть? Кто тебя просил этот сайт смотреть? Кто тебя просил слушать эти сплетни? Чему они тебя научили? Ничему. Во что ты вляпался? Ну, во что-то вляпался. Кто в этом виноват? Ты сам.

Поэтому хорошее настроение зависит от хороших книг, от хороших новостей и от хороших историй, от хороших людей. Вот с ними и надо общаться по жизни и искать этого. Я вспоминаю замечательное общение с оптинскими братиями. Там был один богомудрый инок, и вот когда братия собиралась в свободное время после богослужения, после обеда или ужина, перекидывались фразами, обсуждали общую жизнь монастырскую, какие-то вопросы, проблемы, какие-то книги, какие-то духовные проблемы, потому что братское общение очень нужно, когда оно в хорошем русле. Но часто оно начинается «о здравии», а кончается «за упокой», потом начинаются какие-то, может быть, сплетни, осуждение, пересуды. И когда не в ту сторону уклонялась речь, не в ту сторону шла тема монастырского диалога, этот инок говорил: «Братия, давайте о чем-нибудь хорошем». И тогда эта его неожиданная реплика останавливала, перемещала в другое русло, и люди понимали: да, уже не о хорошем зашла речь. Но если не о хорошем, зачем тогда это продолжать? Зачем на этом буксовать? На плохом никогда и нельзя, и не нужно зацикливаться.

– Если человек это понимает, но у него нет стимула к этому, где взять силы, чтобы переключиться в своей жизни с плохого на хорошее?

– Ты просто должен понимать, к чему это будет приводить. Если дали еду, а она прокисла, – ты будешь есть? Нет. Почему? Потому что здоровью повредит, потом «бегать» будешь. Также и всякая информация способна повлиять на нашего внутреннего человека, на наше духовное здоровье. Поэтому, когда она положительная, через канал «Спас», «Союз», «Радость моя», «Царьград», – все нормально. В жизни масса всякой информации, а у нас самая главная информация должна быть святая.

Кстати, тоже интересный вопрос: если бы мы относились к Евангелию, к Библии так, как мы относимся к сотовому телефону, без которого не можем получаса, часа прожить; если мы, забыв телефон в машине, дома, на работе, в магазине, сразу бежим обратно, – если бы мы так относились к забытому Евангелию, которое у нас просто лежит на полке и к которому мы не обращаемся! Что мы там, в телефоне, читаем, что мы там видим? Редко видим доброе, хорошее, положительное, назидательное, а больше или пустое, или ерунду.

Кстати, у нас всё говорят о кибератаках, что у нас должна быть защищенная информация военная, банковская, интеллектуальная, но почему-то мы подвержены кибератакам со всех сторон, мы не защищаем свой маленький потенциал (умственный, духовный, нравственный), который в нашей душе; смотрим, видим, слушаем это, и потихонечку разоряется внутри, доброго не помним, всякая ерунда напихивается в наше сознание, в наше внимание, в наш мозг, в нашу память. Поэтому борьба должна быть за хорошую, добрую, назидательную, нравственную информацию, которая одна приводит к хорошему настроению, а другая приводит к плохому. Читаем хорошие книги – хорошее настроение, читаем плохие книги – влипаем в какие-то истории. Так что все зависит от нас. Это все погранично, но здесь важно проявить волю. Потому что всякая ерунда прилипает гораздо проще и быстрее, чем доброе, святое, назидательное, глубокое – оно гораздо тяжелее дается.

– Плохое настроение приводит к охлаждению, к унынию: уже не так хочется пойти в храм или молится человек без должного огня. Как избежать охлаждения?

– Что такое охлаждение? Охлаждение – уныние, лень, апатия, пессимизм. Это все синонимы того же самого охлаждения. Или еще охлаждение – это плохое настроение, ничего не хочется делать, даже простого, элементарного, домашнего (работа, обязанности), не говоря уже про духовную жизнь. Потому что когда человек находится просто в физической лени, он тем более будет в лени духовной. Подвижники назывались подвижниками, потому что они двигались, они постоянно не только молились, не только служили, не только читали, не только жили положительной информацией, они еще и трудились, борясь со своей ленью. Потому что простая лень, ничегонеделание из-за уныния, из-за охлаждения потом приводит к тому, что у человека в духовной жизни тоже наступает это страшное состояние духовной лени, духовного уныния, о котором Серафим Саровский сказал: «Один из самых страшных грехов – это уныние». Думается, а что тут такого особенного? Уныние – ну, плохое настроение. День – плохое настроение, два – плохое настроение, три – плохое настроение, и все: человек не молится, не читает, душу не питает – и потихоньку наступает то, что наступает с телом, когда оно не питается. День не поел, два не поел… мы два дня Великим постом не можем на первой неделе воздержаться, как это бывает на Афоне. Кстати, на Афоне первые три дня – абсолютное неядение. Это понятно: подвижники, особая жизнь. Мы даже этого не можем, уже чувствуем, что это приводит к нарушению нашего физического здоровья. А когда ты не питаешь душу, тогда что будет? Тогда мы будем духовными дистрофиками – вот это и есть охлаждение. Потому что еда подогревает организм, то же самое – положительная информация. А что такое положительная информация? Евангелие, молитва, богослужение, святые отцы, хорошие новости и передачи – это все греет.

– Вопрос телезрительницы из Кызыла: «Когда мы молимся утром, вечером, как батюшки нам советуют, обязательно читаем Евангелие по две-три главы, Псалтирь, акафисты, то возникают духовно радостные чувства, и мы ни на что плохое не обращаем внимание. А когда не молимся, то пропускаем какие-то недовольства, уже какое-то уныние начинается».

– Часто во время эфира происходит некое соработничество, некая помощь и от наших телезрителей, поэтому я благодарен за комментарий, потому что это не вопрос, а комментарий. Что правильно? В молитве – нормальное настроение, нет молитвы – что-то пропустил: помысел, неправильную мысль. Но, с другой стороны, постоянно молиться тоже не всегда получается, но все-таки должно бы это быть.

И, кстати, если мы вернемся к теме настроения, есть у апостола Павла очень глубокие слова, он говорит: «Будем любить друг друга не словом или языком, но делом и истиною». Когда ты кого-то согрел, кому-то поднял настроение, ты этим поднимаешь настроение самому себе. Авва Дорофей говорит: «Когда врач берет целебное масло (а раньше большей частью лечили настоями трав на масле, даже спирта тогда в таком количестве не было, потому что это сложный процесс), чтобы помазать тело больного, он наливает его сначала себе на руку, а потом растирает им больного». Поэтому, если у тебя плохое настроение, кому-нибудь его подними. «Будем любить не словом и языком, но делом и истиною». А я добавляю и комментирую: если мы не можем любить делом и истиною, то надо любить хотя бы языком.

Когда я был в Италии, в частности в Сицилии, мы для Покровского храма объезжали памятники ЮНЕСКО XII–XIII веков, которые идеально сохранились именно в Сицилии. И мы взяли пример этой сицилийской мозаики в византийском стиле, которую создавали византийцы на высочайшем художественном уровне. Потом эти мозаики были осуществлены в Покровском храме в Ясенево: около 2,5 тысячи метров мозаики в византийском стиле. Когда я был там – обыкновенная бытовая обстановка, экскурсии, паломничество, потом обеды, ужины, и вдруг я стал различать некое слово, которое говорят и молодые, и не очень молодые, и пожилые пары друг другу. Я очень часто слышал слово «адельфи» или «адельфос» и в какой-то момент времени спросил у гида, что это за слово. И тогда он говорит: «адельфи» значит «возлюбленная». Итальянцы называют жену, девушку и даже старушку-жену «адельфи». Я подумал: если бы у нас так называли.

И еще: есть такое выражение, оно довольно распространенное, когда людей называют «ангел мой» или «мой хороший». Что это такое? Это большой аванс: называть человека ангелом – человек будет подтягиваться к этому, называть человека «мой хороший» – но он же понимает, что он не хороший, но его так называют, надо же к этому как-то подтягиваться. А если говорить «дурак», то таким в конце концов и станет ребенок, внук, муж. Поэтому слова тоже очень важны в нашей повседневной жизни, они – плохие или хорошие – настроение или понижают, или повышают. Как это важно!

– То есть радость всегда возникает между людьми, она не может быть в одиночестве?

– Конечно, большей частью, потому что мы почти всю жизнь среди людей и редко когда человек живет одинокой жизнью. Но все равно он выходит на работу, в храм, в магазин, все равно он среди людей, даже если человек одинокий. Конечно, все наше настроение зависит тоже от людей: что мы получаем и что мы отдаем. Поэтому надо научиться быть независимым от того, что мы получаем или не получаем, больше тут все зависит от того, что ты отдаешь. Если ты умеешь поднять настроение, у тебя тоже будет настроение, потому что это все взаимосвязано.

Апостол Павел говорит: «Сеющий доброе пожнет доброе, сеющий злое пожнет злое, сеющий щедро пожнет щедро, а сеющий скупо пожнет скупо». Поэтому надо уметь руководить еще и своим настроением. Потому что есть такое состояние (оно посещает всех) – состояние беспричинного уныния. Вроде тут нормально, тут нормально, но нет настроения. Есть объективные причины: например, болезнь. Кто-то из престарелых, больных людей сейчас нас слышит, скажет: «Ну хорошо, вы – молодые, здоровые, а я больной человек – ну какое у меня может быть хорошее настроение? Какое? Когда постоянно то тут болит, то там болит, ходить, лежать не можешь». А вот надо умудриться и эту ситуацию принять. Спросить: а куда ты денешься? Ты можешь это изменить? Не могу. Если ты не можешь это изменить, значит, надо это принять. А почему сейчас я в таком состоянии? Все равно все в конце концов закончится вечностью. Не мы сами себе дали жизнь, не мы по своей воле вошли в старость, не мы сами себе прибавили лет, не мы сами и руководим своей жизнью.

Кстати, кто-то из мудрых людей сказал: «За долголетие мы расплачиваемся старостью». Но я знаю людей, которые и в болезнях, когда у них спрашивают: «Как дела?» – «Да слава Богу». Человек лежал бревном – «слава Богу». А что «слава Богу»? А слава Богу, что живой, что могу есть, могу шевелиться, слава Богу, что рядом есть люди, которые могут помочь что-то сделать. Опять же все зависит от устроения.

В Оптиной пустыни приходили к старцу Карпу, а он был слепой и еще парализованный. Ему говорят: «Ну, ты несчастный человек, ты ж все лежишь», а он говорит: «Я все лежу да на Бога гляжу». И о нем старец Амвросий Оптинский говорил: «Карп хоть слеп, да видит свет». Какой свет? А какой-то Божественный свет, свет вечной жизни, свет радости, свет Божьего присутствия, свет веры, свет любви, свет Божией помощи. Что это такое? Слепой и парализованный. Но с настроением.

– А другой здоровый…

– Да, сбалансированное питание, режим труда и отдыха, карточка в банке и что-то на карточке – и без настроения. Значит, настроение зависит от устроения. Какого устроения? Божьего, духовного, непоколебимого. В конце концов, говорим: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века». И относительно болезни надо помнить: у Бога пользы больше, чем наказания. В вечность как переходить? Что – всем здоровыми, что ли? Жил, жил – бац, и жизнь остановилась. Это тоже не очень-то хорошо. Поэтому что при болезнях? Надо пить таблетки, надо следить за здоровьем. Если они помогают и как-то регулируют – слава Богу, хоть таблетки помогают. А чтобы настроение повышалось, надо смотреть хорошие передачи, читать хорошие книги, общаться с хорошими людьми и, самое главное, общаться с самым хорошим и самым дорогим и любимым – с Богом. Потому что когда человек в молитве, он находит и укрепление, и веру, и поддержку. Поддержку в чем? В самом главном, в том, что все закончится воскресением. И не простым воскресением, потому что воскреснут все. А вот что будет дальше, после воскресения, зависит от того, как мы жили здесь. И поэтому живем с Богом (во всяком случае, пытаемся), пытаемся жить по совести, по заповедям, по-человечески и по Божьему – и надеемся, что Господь все эти наши попытки жить Божьей жизнью не оставит без Своей помощи и награды. Как кто-то сказал: «Я очень хочу быть хоть с краешку, да в раюшку».

Кстати, интересно, старец Паисий Афонский говорил: «Святому человеку если скажешь, что в раю все места заняты, он и тогда скажет: а я все равно буду любить Бога и жить по- Божьи, потому что я не за место в раю так живу, а потому, что так надо жить». Но мы надеемся не только на жизнь, но еще и на место в раю, хотя это не конкретная цель, а конкретная цель – быть Божиим человеком.

– Вопрос телезрителя: «Стоит ли жалеть о чем-то, что ты сделал, если узнается потом, что ты мог сделать это гораздо лучше? Это первый вопрос. А второй вопрос – Вы говорили об унынии, и бывает, иногда общаешься с людьми, они говорят: “Вот, бросить курить хочу, но никак не получается, я ничего не достигну, я ничтожество”. Ты вроде хочешь им помочь, совет дельный дать, но кто ты такой, чтобы это делать?»

– Нет, дело в том, что ты очень большой человек: есть такие друзья, есть такая обстановка, и кто-то готов тебя слышать и слушать – и помогай насколько можешь. Возьмем конкретно этот случай. Человек хочет бросить курить, но ты подскажи, что, например, есть разные способы. Есть абсолютно и сразу, когда человек рвал пачку и выбрасывал.

– Хорошо, ты не можешь сразу это сделать, давай так. Ты сколько в среднем выкуриваешь?

– Я выкуриваю пачку.

– Давай так: в неделю убирай по одной сигарете. Проходит месяц – нет четырех сигарет, проходит еще месяц – восемь. Ты это можешь?

– Ну, вроде бы могу.

Человек начал постепенно, может быть, и поймет, что побольше надо промежутки делать, и уже у человека будет какое-то впечатление, что он что-то может. А потом посмотрит: «Слушай, ну вообще там пять осталось, возьму и эти пять не буду». Поэтому, здесь если можешь подсказать – подскажи, можешь поддержать – поддержи; это очень важный вопрос, важно дать человеку понять, что любое дело начинается с первого шага. Мы не можем все и сразу, все надо делать потихоньку.

Даже если человек задумал убраться в квартире – с чего начинается? Я не могу убрать всю квартиру. Ну хорошо, разбери в платяном шкафу хотя бы одну полку. Не можешь всю квартиру помыть, начинай мыть с половины комнаты. Говорят: «Я не могу читать вечерние и утренние молитвы, мне кажется, что они длинные, большие». Хорошо, читай через одну. Возьми молитвослов, подели молитвы на «первый», «второй». По нечетным числам читай первый номер, а по четным читай второй. И получится, что ты в два дня прочитываешь все утренние и вечерние молитвы, и получится, что каждый день ты читаешь половину. Не можешь этого, начинай с «Отче наш».

Очень важно хотя бы с чего-то начинать и это малое удерживать. У отцов есть такое правило: подвигу маленькому, но постоянному совершаемому выше цена, чем большому, чрезмерному и сверх сил, но потом оставляемому или бросаемому вообще. Поэтому то малое, что взяли, старайтесь по жизни и тянуть.

А по первому вопросу: сожаление, анализ нашей жизни должен быть, и поэтому мы из этого анализа должны учесть ошибки и пойти дальше, то есть нельзя в этих ошибках копаться. Например, человек начал жарить котлеты по-киевски, пошел смотреть новости и эти котлеты сжег. Если человек не будет об этом жалеть (о сожженных котлетах из-за плохих новостей, которыми он увлекся), тогда в следующий раз будет то же самое. Если человек сожалел и сделал выводы, в следующий раз он будет внимательнее к этому относиться. Поэтому выводы, конечно, надо делать. А если человек будет над этими котлетами только сидеть и плакать, то такие выводы будут уже неправильными. Поэтому сожалеть о плохих делах надо, о хороших тоже, если они не были сделаны наилучшим образом. И если от нас это зависит и это повторно намечается, тогда к этой теме надо вернуться и сделать все наилучшим образом, учесть прежние выводы. Сожалеть и анализировать надо, но входить в состояние ступора, отчаяния из-за того, что мы что-то не сделали, – это будет уже крайность и безумие. Потому что состояние отчаяния, охлаждения, пессимизма, уныния, о котором мы говорим, не христианское, не наше, не человеческое, не Божье, а мы должны быть Божьими людьми.

– Как влияет на настроение чрезмерная загруженность делами?

– Влияет, очень сильно. И наша жизнь сейчас такая, что все как белки в колесе.

– Как меру найти?

– Вся наша жизнь состоит из конкретного дня, нам дана единица жизни – это день. И поэтому, когда мне говорят: «Батюшка, а у нас нет времени»… Нет времени для собственной души, встали – и начались эти будни, начался этот день, эта колготня, работа, обязанности, семья, учеба – и так до бесконечности. И некогда напитать, покормить и подзарядить свою душу. Тогда я отвечаю: слушайте, все вроде бы правильно, но только старец Амвросий Оптинский говорил: «В нашей жизни день должен быть днем, а ночь должна быть ночью». Все должно быть подчинено времени и распорядку. То, что ты лег в двенадцать или в час, насмотревшись… А я на беседах спросил: во сколько, в среднем, ложитесь? Кто ложится до одиннадцати? Одна треть подняла руки. Кто после одиннадцати – еще одна треть. А кто после двенадцати? Еще одна треть. Хотя люди не знают, для этого у нас существует «Союз», я сейчас скажу: час сна до двенадцати часов равняется двум часам ночного сна. Если легли в десять и проспали два часа до двенадцати, это равняется четырем часам ночного сна. Поэтому надо себя приучить к тому, чтобы ложиться, если это от вас зависит, как можно раньше и вставать как можно раньше, чтобы ты мог встать на полчаса или на час раньше твоего начала рабочего дня. Полчаса, сорок минут или час душе – подзарядился, напитался. Духовный завтрак должен быть, а потом уже целый день. И конечно, если от нас зависит, то свой труд надо распределять, потому что мы иногда хотим объять необъятное. И вообще, у нас есть такая возможность у всех: мы можем умом прерываться, умом держать память о Боге и быть в молитве даже в самой загруженной обстановке.

Силуан Афонский говорил: «Любить Бога никакие дела не мешают». И Феофан Затворник говорит: «Вот смотри, юноша полюбил девушку, он ест – думает о ней, едет на учебу – думает о ней, сидит на занятиях – думает о ней, начинает обедать – думает о ней, возвращается с учебы – думает о ней, и ему никакие дела, ни метро, ни занятия, ни умственная работа или просто физический труд не мешают думать о ней». Вот он говорит: «Если бы мы так полюбили Бога, нам бы никакие дела не мешали Его любить». Но это опыт жизни, это духовная жизнь, это определенный настрой.

Поэтому святитель Феофан в этой повседневности дает конкретный совет: «Вот смотрите, вы жена, мать, хозяйка, в исполнении этих обязанностей ваше спасение. Вы начали, например, готовить борщ, скажите: “Господи, помоги”; когда варите борщ, скажите: “Господи, помоги”; когда кончили варить борщ, скажите: “Господи, благодарю”. Итак, Ваше простое, казалось бы, мирское дело – варение борща, начатое с Богом, продолжаемое с Богом и заканчиваемое с Богом, будет не просто суетой, а духовным деланием и даже богослужением. Потому что вы борщ варили ради родных и близких, и варили по любви, – значит, через любовь к людям вы любили и Бога, значит, вы через людей Богу послужили. Вот и все».

А иногда и на это не хватает внутреннего устроения, поэтому мы об этом устроении должны волноваться, переживать, воспитывать волю к этому, потому что это волевое усилие: понудить себя к молитве, к памяти Божией, к прощению, к молчанию, к говорению. Это все наши волевые усилия: вовремя промолчать, вовремя сказать, вовремя удержаться от обиды, от осуждения, от гнева. Это все дело воли. Можно давать волю словам, эмоциям и чувствам, а можно вовремя успеть плохие погасить, а хорошим дать волю и правильное направление. И от этого будет настроение – хорошее или плохое.

– Из каких дел, слов и мыслей складывается хорошее настроение?

– Конечно, из хороших. Из хороших книг, из хороших людей, хороших передач, хороших новостей и из добрых дел, о которых мы сегодня говорили, что если не хватает у нас возможности, фантазии на добрые дела, уж на слова-то хорошие у нас должны быть и силы, и фантазия, и эмоции. На хорошие, добрые слова, потому что даже старец Амвросий говорил: «Доброе слово и кошке приятно» и: «От ласки у людей бывают другие глазки». Поэтому давайте добрые слова дарить друг другу. И мужчины, которые сегодня смотрели нашу передачу, не забудьте об этом замечательном ласковом слове «адельфи» – возлюбленная. Если вдруг вы неожиданно своей супруге скажете такие слова, она потом неделю будет варить самую любимую вашу еду и наконец-то в квартире уберется – по ответной любви к вам.

– Благословите наших телезрителей.

– До новых встреч, помощи Божией всем, и всем, братья и сестры, хорошего настроения.

Ведущий Денис Береснев
Записала Елена Кузоро

Показать еще

Анонс ближайшего выпуска

В петербургской студии нашего телеканала на вопросы телезрителей отвечает настоятель храма во имя святого Спиридона Тримифунтского на территории предприятия ООО «Нева-Реактив», клирик храма святого пророка Илии на Пороховых священник Константин Морозов. Тема беседы: "Мечты и фантазии".

Помощь телеканалу

Православный телеканал «Союз» существует только на ваши пожертвования. Поддержите нас!

Пожертвовать

«Православная газета»

Подписной индекс: 32475 Сайт газеты

Мы в контакте

Последние телепередачи

Вопросы и ответы